How to Flirt 101 - Barista Edition

Итак, Минхо казалось, что после своего рода признания отношения между ними могут измениться. Его голубая мечта флиртовал с ним в ответ, так что очевидно, что мужчина заинтересован в Минхо. Но все осталось по-прежнему. Точно по расписанию Чан возвращался каждое утро за своим обычным заказом, и они болтали, пока Минхо готовил напитки для музыкального продюсера. В конце разговора Минхо вставлял стакан в капхолдер с пикап-фразой и отдавал его. Все стало обыденностью. У танцора язык не повернулся бы сказать, что он возненавидел это, но флирт начал напрягать. Были моменты, когда Чан говорил что-то супер очаровательное, что резко контрастировало с черной одеждой, которую он обычно носил, и единственное, чего Минхо хотелось, это обхватить его лицо через стойку и зацеловать до потери сознания. С тех пор как начался их взаимный флирт, его эротические сны значительно увеличились в количестве и качестве. Однажды утром бариста решил, что именно сегодня он пригласит Чана на свидание. Прошли месяцы с тех пор, как они впервые встретились и начали свои заигрывания. Время пришло. Минхо готов сделать этого мужчину своим парнем. Решение принято. Он пригласит его на свидание с помощью очередной фразы, потому что, знаете ли, это их фишка, поэтому нет способа лучше для начала их отношений. Он нервно ждал знакомый звонок колокольчика после утренней суеты и голос, который он так полюбил за последние недели. Капхолдер с пикап-фразой уже готов и отложен в сторону в ожидании своего часа. Но обладатель голоса все никак не приходил. Вместо него к стойке подошел совершенно другой мужчина, одетый в фирменную куртку. — Привет, американо со льдом и холодный персиковый чай, пожалуйста. Минхо нахмурился, услышав знакомый заказ. Мужчина перед ним не Чан, а некто немного выше. Его лицо с пухлыми щеками напомнило Минхо белку. Опасаясь, что пожалеет, если не спросит, он просто выпалил первое, что пришло в голову. — Возможно, Вы знаете мистера Бан Чана? — его глаза с любопытством разглядывали человека-белку перед ним. Тот оторвал взгляд от телефона, вопросительно приподняв бровь и посмотрев на Минхо. Мужчина слегка наклонил голову, оценивающе разглядывая бариста. Его глаза переместились на бейдж с именем, а затем расширились от удивления и узнавания. — А, ты, должно быть, Минхо, — глубокий голос разительно контрастировал с внешностью. Минхо словно окружали одни противоречия. Бариста кивнул, его мозг завис, но тело автоматически двигалось, готовя напитки, которые за столько времени сохранились в мышечной памяти. Утренняя толкучка прекратилась, и обычно в это время появлялся Чан, зная, что у Минхо будет свободное время для разговоров. Поэтому то, что продюсер не появился по расписанию, а вместо него заказ забирает вот этот мужчина, по-настоящему беспокоит его. Беспокоит и заставляет переживать. Ладно, так, может быть, он занят сегодня? В конце концов, он генеральный директор музыкальной компании. Но до этого Чан всегда мог приходить, каждый день, в одно и то же время. Разве до этого у него не было много дел? Почему бы не появиться сейчас, когда Минхо наконец набрался смелости сделать следующий шаг? Может это знак от вселенной? Знак, что Минхо настроил себе воздушных замков? У него и так много забот. Есть ли у него в жизни время, чтобы начать отношения? Человек-белка прочистил горло, вырывая бариста из его самоуничижительных мыслей. Минхо изобразил самую профессиональную улыбку, на которую только был способен, его пальцы теребили подготовленный капхолдер, правда за стойкой его действия не были заметны для чужих глаз. — Да, я Минхо, а Вы? — О, эм, Джисон. Хан Джисон, — усмехнулся мужчина. Минхо кивнул, давая ему знак продолжать. — Так, это, да, — Джисон кашлянул, — да, я знаю Чанни. Он мой коллега. 3RACHA? Слышал о них? Минхо утвердительно промычал в ответ. — Да, Чан упоминал их во время разговора. Человек-белка хохотнул. — Ага, это мы: Чанни, я и наш друг и коллега Чанбин. Минхо наклонил голову в легком замешательстве. — Американо со льдом для него? — Нет, нет, американо для меня. Чанбин в последнее время подсел на протеиновые коктейли. Перед ответом Джисон вытащил вторую руку из кармана куртки, а потом, активно жестикулируя, показывал, что американо принадлежит ему. Джисон сделал паузу, наблюдая, как взгляд Минхо перебегает от напитков к нему. Он взглянул на свободную руку бариста, которой тот крутил и сжимал край своего фартука. Весь его вид говорил о том, что ему хочется что-то спросить или сказать, но он собирается с духом. Минхо, на самом-то деле, не набирался храбрости, а размышлял о том, будет ли вопрос о Чане казаться слишком отчаянным или нетерпеливым, или, что еще хуже, заставит его выглядеть помешанным, что, нет смысла отрицать, было правдой. Он просто... Ему не хотелось бы выставлять напоказ всему миру насколько он на крючке. Это не в его стиле. — Чанни просил передать, чтобы ты не волновался. Минхо вздохнул с облегчением, когда услышал голос Джисона, мысленно десятикратно поблагодарив его за то, что он сделал первый шаг. — Правда? — спросил Минхо, его глаза уловили легкую улыбку, которую Джисон пытался спрятать. — Да, он подумал, что ты можешь начать переживать, так как это первый раз за долгое время, когда он не пришел за кофе сам, — Джисон усмехнулся. — Знаешь, он раньше никогда не ходил за кофе. Минхо вопросительно наклонил голову. — Он всегда был так занят компанией и продюсированием, что у него не было времени сбегать в кафе Сынмо забрать наши напитки. Всегда сюда заглядывали или я, или Чанбин. — И что заставило его начать приходить? — тихо спросил Минхо. К счастью, в кафе не было клиентов, ожидающих заказ, поэтому можно было немного поговорить с Джисоном. Тот посмотрел на Минхо и ухмыльнулся. — Так получилось, что однажды утром пару месяцев назад мы с Чанбином были очень заняты, а Чан оказался свободен. Поэтому он предложил пойти взять кофе для нас, хотя сам он его не пьет. — Даже мне показалось странным, что Чанни приходит сюда каждый день. Минхо вздрогнул, развернувшись лицом в сторону нового голоса, но расслабился, как только понял, что это его босс. Лицо Джисона сразу же просветлело. — Сынмо! Я скучал по тебе, дружище. Как дела? Сынмин покраснел от громкой реакции Джисона. — Хорошо, — тихо ответил он, — много работы в компании? Джисон оживленно вздохнул. — Чанни выматывает нас до предела. Последние несколько месяцев были такими тяжелыми, Сынмо. Но я должен благодарить Чанни за то, что он набирает столько клиентов. Сынмо... — продолжил Джисон, облокотившись на стойку и подперев подбородок рукой. С точки зрения Минхо, теперь он был предельно близок к Сынмину. Джисон наклонил голову, чтобы посмотреть ему прямо в лицо. — Знаешь, такое чувство, словно мы встретились спустя несколько лет, хотя мы виделись только на прошлой неделе. Сынмин покраснел. Он отвернулся, как будто не мог больше смотреть на пухлощекого мужчину. — Ты преувеличиваешь. Улыбка Джисона стала только шире. Каким бы забавным Минхо не находил это развитие событий, и как бы ему ни хотелось, чтобы оно продолжалось прямо у него на глазах, ему все еще нужна информация о Чане. Поэтому Минхо тихонько кашлянул. Человек-белка тут же выпрямился, возможно, наконец-то осознав, что в кафе были не только он и его драгоценный “Сынмо”. Минхо улыбнулся своей чеширской улыбкой. — Итак, ты что-то говорил? Чан начал приходить за кофе? Сынмин снова повернулся к Джисону, ему тоже было интересно услышать детали. Глаза Джисона расширились. — Ах, да! Чанни в тот день вернулся с супер широкой улыбкой на лице. Минхо покраснел, услышав это. Он же не мог быть причиной того, что его Господь и Спаситель Бан Чан улыбался, не так ли? — Когда мы спросили его в чем дело, он просто покачал головой и сказал, что это ерунда. А потом драматично объявил, что отныне за кофе будет выбегать он, — затем Джисон наклонился ближе, как будто сообщал им конфиденциальную информацию. Минхо и Сынмин тоже инстинктивно подвинулись к нему. — Не то чтобы у Чанни было много времени. Из-за предстоящего дебюта нашей новой женской группы график господина начальника забит под завязку. Но Чанни всегда следил, чтобы в его утреннем расписании оставалось свободное окошко минут на тридцать. Джисон медленно выпрямился. На этот раз его взгляд остановился прямо на Минхо. — Сначала я не понимал, почему он так настаивал на том, чтобы самому ходить за кофе, но теперь я, наконец, понимаю в чем причина, — закончил он с нежной улыбкой. Минхо почувствовал, как его щеки запылали. Он отвел взгляд, пытаясь уложить в голове слова Джисона. Он избегал смотреть на Сынмина, который, он уверен на сто процентов, понимающе улыбался. Минхо отвернулся от их пристальных взглядов и начал добавлять последние штрихи в напитки. Когда он случайно оглянулся, Джисон и Сынмин тихонько разговаривали. Минхо снова посмотрел на заказ и вздохнул. Сегодня он был готов. Он накопил все свое мужество и собрался с духом, готовясь пригласить на свидание своего будущего партнера. Появление Джисона определенно пошатнуло его решимость, но откровение человека-белки только разожгло ее снова. Теперь он размышлял о том, стоит ли ему пойти до конца с пикап-фразой на стакане или просто подождать и пригласить его на свидание лично, когда они увидятся в следующий раз. Минхо уставился на фразу, которую он написал. Она была простой и милой, но если он собирается пригласить на свидание отца их приемных детей, ему нужно что-то другое. Он скомкал картонку и выбросил ее в мусорное ведро. Затем он взял новую и стал строчить тщательно продуманный текст. Он решил, что собирается довести задуманное до конца, но только поменять изначальную фразу. Закончив, он выпрямился и аккуратно поставил стакан с персиковым чаем в капхолдер, но на этот раз он сделал надпись на внутренней стороне, а не снаружи, где обычно размещал свои явные попытки флирта. Он позаботился о том, чтобы сначала поставить напиток в другой капхолдер, а затем добавил к нему свой, чтобы конденсат не размазал надпись. Сейчас важно, чтобы эта единственная попытка не была смазана. Минхо глубоко вздохнул, глядя на картонку. У него получилось написать: "Я знаю, что мы знакомы не так давно, но в глубине души я совершенно точно уверен, что мы идеально сочетаемся, как тост и масло. Хочешь сходить поужинать сегодня? Я буду ждать тебя в кафе в семь". Минхо покачал головой. Прежде чем он успел передумать, он быстро упаковал напитки и передал их Джисону. Мужчина поблагодарил его, посылая обворожительную улыбку в ответ. Он направился к выходу, но как раз перед тем, как выйти за дверь, Джисон обернулся и подмигнул Сынмину. Глаза босса расширились, на его щеках заиграл румянец. Он провожал мужчину взглядом, когда тот уходил, и продолжил смотреть даже через окно кафе, пока он полностью не скрылся из виду. Сынмин выдохнул, как только убедился, что Джисон действительно ушел. Он покачал головой, и, посмеиваясь, пошел в свою пещеру отшельника, то есть кабинет. Минхо заинтересовано наблюдал за происходящим. Казалось, что между этими двумя определенно было что-то большее, чем просто дружба. Минхо не сует нос в чужие дела. То, что не касается его, — не его забота. Кроме того, у него есть свои проблемы, о которых нужно беспокоиться, а не лезть в личную жизнь своего босса. Теперь, когда Джисон ушел, сообщение наверняка дойдет до адресата. Он задавался вопросом, ждет ли Чан с нетерпением новую фразу, и заметит ли он надпись внутри. Он переживал хорошо ли позаботился об упаковке и не размажет ли конденсат его надпись. Он раздумывал, сможет ли Чан понять, что Минхо пытался сказать, если надпись все-таки смажется. Останется ли Минхо сегодня вечером в полном одиночестве? Именно в такие моменты он по-настоящему жалел, что у него нет номера музыкального продюсера. Тогда бы он не терялся в догадках. Но, несмотря на все сомнения, Минхо наслаждался этим. В неопределенности было что-то волнующее. Острые ощущения от потери контроля над ситуацией вызывали бабочек в животе Минхо. И снова ход на метафорической шахматной доске его личной жизни перешел к Чану.