my star and my universe

Я смотрю в его глаза и вижу по ним, что он знает, о чем я хочу ему сказать, я вижу, что он уже знает, что было, что будет, что произойдет. Я подхожу к нему ближе, я хочу схватить его за плечи и повторить, повторить, повторить, повторить... Не подходи ко мне. Я не всегда понимаю где я нахожусь, но хуже всего, я не всегда понимаю, когда я нахожусь: мы уже встретились? мы уже вместе? он уже со мной? я все еще тут? Горкьий вкус виски со льдом иногда напоминает мне о том, что я еще жив: это не тот вкус, который заставляет снова поверить в радость существования, это тот вкус, который заставляет снова и снова вспоминать, что осталась только горечь.       В моем доме часто холодно, и сам я весь становлюсь холодным, но иногда кажется, что это не из-за открытых окон, а из-за того, что я внутри превращаюсь в один огромный морозильник, вышедший из строя: лед везде, везде, везде... И я вспоминаю об этом, когда лед в стакане с виски касается моих губ: я его чувствую, потому что я сам холоднее него.       Я смотрю в его глаза и вижу по ним, что он знает, о чем я хочу ему сказать я вижу, что он уже знает, что было, что будет, что произойдет.       Я хочу подойти к нему ближе, я хочу схватить его за плечи и повторить, повторить, повторить...       Не подходи ко мне.       А он подходит.       Иногда я так теряюсь в музыке, что обнаруживаю, что провел дома безвылазно дня три к ряду: появляется щетина, запах у одежды, появляются контейнеры из доставки и грязная посуда - это я заказываю себе еду? или обо мне кто-то заботится? кто-то приходит ко мне? кто-то следит за том, чтобы я ел? наверное, я не знаю, меня это не особо интересует, ведь в мире музыка пища не особо важна: там не нужен ни свет, ни тепло, ни пища, ни вода - тот мир питается чувствами, которые внутри меня утрамбовались и превратились в твердый холодный алмаз, которым можно резать кожу.       Наверное, мне от этого хуже, наверное, это мой манифест боли, мой трагикомичный акт самоуничтожения, через который на свет рождается музыка. Рождение через смерть, забавно, правда?       Я не всегда помню, кто я по сущности, помню только очертания самого себя и то, каким я был когда-то: любит одно, ненавидел другое, мог смеяться и плакать, жил, как обычно живут люди - просыпался, надевал одежду... и было у меня что-то важное.       Я смотрю в его глаза и вижу по ним, что он знает, о чем я хочу ему сказать я вижу, что он уже знает, что было, что будет, что произойдет.       Я хочу подойти к нему ближе, я хочу схватить его за плечи и повторить, повторить, повторить...       Не подходи ко мне, не подходи ко мне....       А он подходит и обнимает меня, я не верю в это: как он может это делать, зная, что будет? как он может оставаться со мной, понимая, что нас ждет?       Я никогда не мог ему сопротивляться, я всегда был слабее собственного желания быть сильнее: с ним это, в сущности, и не нужно было. Я не всегда помню, как это началось, но я знаю, чем это закончилось, и я считаю это несправедливым. да разве существует эта справедливость? разве существует хоть что-то внятное в этом мире, если он, зная все, все равно приблизился ко мне?       Приблизился и отдал мне то, что впоследствии сузилось до размера небольшого алмазного камня в виде сердца: моего сердца.       не подходи ко мне - поцелуй меня - не подходи ко мне - не останавливайся - ты ведь все знаешь - не уходи - ты же знаешь, чем все закончится - останься останься останься       Я сам не понимаю, откуда у меня появляются силы, чтобы появиться на сцене. Сколько времени прошло? Что я делал до этого момента? писал музыку. Чувствовал что-то? наверное, не помню. наверное, нет, ведь если сравнивать то, что я чувствовал до этого ничто перед тем, что из меня вырывается на сцене.       Я кричу о том, что я холодный, что я очень холодный и слышу будто не свой голос; те, кто пришли меня послушать, наверное, не особо понимают, что происходит, я им завидую: для них это хорошая песня на пару раз, для меня это сужающий сосуды некролог - не до конца понял для него, для меня или для наших отношений.       Ведь он мертв, а я уже почти тоже.       Я смотрю в его глаза и вижу по ним, что он знает, о чем я хочу ему сказать я вижу, что он уже знает, что было, что будет, что произойдет.       Я хочу подойти к нему ближе, я хочу схватить его за плечи и повторить, повторить, повторить...       Не подходи ко мне, не подходи ко мне, не подходи ко мне, ведь ты умрешь, ведь жизнь заберет тебя у меня, ведь мне будет больно, ведь я не смогу, не подходи ко мне.       Останься. Поцелуй. Обними. отдай всего себя. будь со мной. подойди. пусть ты умрешь, ведь то время, когда ты был жив со мной, было лушчим временем для меня, для нас. не знаю, как для тебя, ведь у тебя была совсем другая жизнь, которую я не успел узнать так, как хотел бы. я хотел стать тем человеком, который знает тебя лучше тебя же самого, я хотел стать для тебя тем человеком, который будет для тебя неотъемлемой частью жизни, но получилось иначе.       останься останься останься       Так глупо, что я узнал это из новостей по телевизору, так глупо, что моя вселенная умерла в прямом эфире срочной утренней сводки, так до безобразия больно, что теперь семь тридцать утра каждого дня являются новой отправной точкой моей боли. может я эгоист. да, наверняка я эгоист.       я должен был отойти, я должен был оттолкнуть, я должен был исчезнуть.       ведь тогда, в семь тридцать утра, ты ехал от меня.       не подходи, ты ведь все знаешь, не подходи, ведь я не отойду, не подходи, ведь в моих глазах ты уже увидел все.       Я готов бежать к тебе сквозь пространство и время, я готов отдать свое сердце, я готов причинить тебе боль тогда, в первый раз, чтобы ты ко мне не подходил, я готов оттолкнуть тебя от себя раз и навсегда, ведь есть большая разница между тем, чтобы быть живым, когда жив ты.       И существовать, когда тебя нет.       Я смотрю в его глаза и вижу по ним, что он знает, о чем я хочу ему сказать я вижу, что он уже знает, что было, что будет, что произойдет.       Я хочу подойти к нему ближе, я хочу схватить его за плечи и повторить, повторить, повторить...       останься. останься. останься.