Кровь Пламени.

Воздух оборви, И пламя сгаснет, И вновь всполохнёт оно, Когда раздастся крик недалеко.

Оркестр потянул последнюю ноту, призывая всех танцующих закончить танец. Я мысленно выдохнула, наслаждаясь долгожданной тишиной. Принц отступил на шаг от меня и преклонился на одно колено. — Вы выше всех похвал, которыми был я награждён. Вы луч света, в моей тьме, в моём одиночестве и скуке. Я прошу вас, вашу руку, ваше сердце, вашу душу, вашу любовь. Вы выйдете за меня? — спросил Длам. — Цемдра. Лучше бы этот танец не заканчивался, и я танцевала до смерти. Я неловко протянула дрожащую руку навстречу. Земля ушла из-под ног, сердце перестало биться, а уши – что-либо слышать. Весь шум, разговоры, крики, смех и множество-множество поздравлений смешались воедино. Стало трудно дышать, словно я задыхаюсь, как будто сейчас утону и коснусь дна, на котором пролежу не один век. И вот, тёмное, мрачное, как моя будущая жизнь, кольцо окутывает мой безымянный палец. Золотые лоскуты тьмы струятся по чёрному железу, я всё смотрю на них и чувствую, как они кружатся у моей шеи всё сужаясь и сужаясь, болезненно касаясь кожи и сжимая её, пока воздух не покинет моё тело. Ладонь Длама ложится на мою талию, ведёт куда-то вперёд, знакомит с кем-то, но я ничего не различаю. Женщины передо мной приседают в реверансе, а мужчины целуют ладонь под пристальным взглядом принца. Кто-то подходит к нам, и ладонь на моей талии подсказывает, что мне стоит присесть в приветствии. Я машинально поддаюсь натиску и делаю реверанс перед принцем и принцессой Святлая. Кажется, они близнецы. Наконец, мама подходит ко мне и что-то говорит Дламу. Тот убирает свою руку, а Ядвига берёт меня за локоть и куда-то уводит. Куда-то. Что-то. Как же мне плохо… Когда мы вышли на балкон, я поняла, насколько сильно мне не хватало воздуха. Сделав три протяжных вдоха, опираясь руками на колени, я посмотрела на маму. Она уже села за небольшой столик и наливала себе в бокал вино и сок. Ладонь скользила по красному кирпичу замка, я опёрлась на балясины и посмотрела на сад внизу. — Мама… — Он мерзавец, — оборвала меня Ядвига. Я резко повернулась к ней, внезапно придя в себя, словно сбросив тот туман перед глазами, который кружил вокруг. — Я думала, ты будешь радоваться, если я выйду за Длама… — с каждым словом мой голос становился всё тише и тише, переходя в шёпот. Мама только фыркнула и сделала внушительный глоток вина, отводя взгляд куда-то вдаль. Подошла, поцеловала меня в висок и утешительно погладила по спине, затем – по предплечью. — Осторожнее с ним. Мы не имеем права перечить королевской семье на их же землях. Она ушла, на миг открывая дверь в шумный зал, в бурные разговоры, в отбивающиеся звуки туфлей и лелеющийся мелодии с изящных рук оркестра. Я вздохнула, а потом резко вздрогнула, как мои плечи накрыли мужские ладони. — Ну наконец-то! — раздался голос Илы сзади, где-то у двери. Я вывернулась с хватки Ви́та, слегка щекоча себя его пшеничными волосами. Ила любила их крутить себе на тоненький пальчик и заправлять парню за ухо, а он с улыбкой на губах, смотрел в её глаза. Сейчас же, они оба были раздражены и во взглядах полыхала только злоба. — Кричите, только тише, — сказала я и села на стул, где потягивала вино мама. — Как! Почему ты?! Неужели нельзя было сделать предложение принцессе Святлая?! — Ила возмущённо жестикулировала руками и смотрела то на меня, то на Вита. — Может, принцессу приберегли для принца Каленгдере? — спросил Вит. Желваки ходили по его лицу с острыми скулами и кристально-голубыми глазами, словно дно Море Драконов, на которое попало несколько солнечных лучей. Парень отряхнул свой чёрный смокинг и провёл рукой по волосам. — И когда свадьба? — спросил он, нарушая затянувшуюся тишину. — Свадьба?! — вспыхнула Ила. — Она будет?! — Я. Не. Могу. Отказать. Королевской семье, — подруга начала выводить меня из себя. Стараясь сдерживаться, я отчеканила каждое слово, шипя через зубы. — Так улетай! Если ты будешь в Святлае или Каленгдере, то сможешь отказать ему! — Слушай, ты такая умная, почему сама не возьмёшь, и не улетишь в другую страну за несколько секунд?! К тому же, Длам уже сделал мне предложение и улететь – предать Цемдарк и королевскую семью. Надо было раньше вещи собирать. — А какая тебе разница, предашь ты Цемдарк или нет?! — Ила, перестань, — вмешался в наш спор Вит. — То, что ты говоришь – бред собачий. — Ты считаешь, я не права?! — девушка перенаправила свои возмущения на парня, устремив на него испепеляющий взгляд. — Да, ты не права, потому что… — Ила не дала ему закончить. — Всё! Надоело! Между нами всё кончено! Можешь защищать её сколько хочешь и трахать тоже! Она резко сорвалась с места, хлопнула дверью из чёрного дуба, оставив нас наедине с оглушительным звуком от удара. Вит смотрел вперёд, словно мог видеть через стены и недоумевающе моргал, после чего перевёл взгляд на меня. — И какое это по счёту «Между нами всё кончено!»? — я поставила локти на колени и упёрлась подбородком в ладони, смотря на парня. — За неделю? — Я думала за месяц, но раз так, то давай за неделю. — Третий, — Вит закатил глаза и сел на соседний стул. Проглотил оливку и снял с себя бабочку, которая элегантно висела на шее всё это время. Парень вздохнул и опёрся затылком в кирпичную стену замка. — Почему ты каждый раз с ней миришься? Она же не заслуживает тебя, – спросила я, водя пальцем по краям бокала. — Потому что я её люблю, — шёпотом произнёс он. — За что её любить? — из моих уст вырвался глухой смех, раскатывающийся по ночной прохладе и тишине. — Чтобы любить, не обязательна причина. Я фыркнула и, поддалась соблазну Вита, взяла горстку чёрных оливок с зелёными и закинула себе в рот. Парень удивлённо приподнял брови, но тут же их опустил, перевёл взгляд, смотря на звёздную пелену, раскинувшуюся на небе. — Святая Каптелия, я тебя искала! Новость уже разлетелась по всему замку! Пришлось быстро одеваться и спасть тебя! — воскликнула Аза, нарушая тишину. Её чёрное платье подчёркивало ониксовые глаза. Множество сияющих, в лунном свете, бриллиантов раскинулись по тяжёлой ткани, облегая её талию и грудь, с треугольным вырезом. Пояс с золотой брошью, которую было непросто заметить, зазвенел с её шагом, сопровождающимся стуком туфель по кафелю.

❁❁❁

Локоны волос слегка подпрыгивали, платье летело на сквозняке из приоткрытых окон. Подруга, взявшись за локоть, забрала меня с балкона, а затем вывела из зала. Мы шли по одинокому коридору, где изредка проходила прислуга. Аза возмущалась о случившимся, но я слушала её в пол-уха, предвещая будущий сон. — Ты меня слушаешь? — спросила она. — Честно? — я повернулась к подруге и выгнула бровь. — Можешь не говорить, и так понятно. Во-от, пошли, наконец. — Я думала, ты тащишь меня в сладкий сон, — из моих уст вырвался разочарованный тон. — Нет, дорогуша, только не сейчас! — Аза одновременно и прокричала, и прошептала эти слова, сопровождающиеся злобной ухмылкой. Ароматы несколько сотен видов цветов смешались, когда девушка открыла стеклянные ворота, ведущие в сад. Она пошла вглубь по брусчатке, резко поворачивая голову то влево, то вправо. В конце концов, Аза остановилась и повернулась ко мне, кивая подойти. Зевнув, я сдалась на уговоры подруги и догнала её. Наступил первый день осени. Ворота королевской Дрениша́лы открылись для новых учеников. Льюис возмущался от множества новых, капризных и юных драконов, купленных у Святлая для новоприбывших. Я гордо стояла рядом с мамой и радовалась, что встречаю молодых горожан с ней. Семь чёрных карет остановились у круглого фонтана, перед входом в замок. Дверцы неуклюже открылись и раздались восхищающиеся вскрики. Кто-то кричал «Смотрите! Там живёт королевская семья!», а кто-то «Хоть бы поступить, хоть бы поступить, я душу Святой Каптелии продам ради получения образования здесь!». Новички смешались в одну кучу, кареты уехали вглубь замка, оставляя их одних. Мама вышла вперёд и произнесла речь, которую повторяла из года в год. И каждый раз в её голосе звучала уверенность и величественность. — Приветствую вас, жители Цемдарка! Сегодня ворота королевской Дренишалы открылись для вас, сегодня пред ваши глазами предстанут множество юных и сильных драконов, но только на одном из них, только с одной попытки, вам удастся доказать, достойны ли вы учиться здесь, вместе с лучшими учителями и учениками. Множество голосов завопили, как только мама сомкнула губы в мягкой улыбке. Парни и девушки подходили к столам, где разместили трапезу и соки для перекуса перед отбором. Худенькая, высокая брюнетка с чёрными, как глубокая ночь, глазами, взяла стакан с томатным соком. —Фэ, как она его пьет? — мысленно задала я себе вопрос, но тут же перевела взгляд, решив, что так открыто и долго смотреть неприлично. Низенькая блондинка, взяв в руки два маленьких бутерброда с чёрной икрой, ходила вокруг других и эмоционально что-то рассказывала, то улыбаясь, то хмурясь. Подойдя к парню с выделяющимися скулами, она протянула один из бутербродов. — Это дочь контр-адмирала, — склонившись, прошептала мне мама. — А? — подняв брови от неожиданность, я повернулась к ней. — Её зовут Ила. И́ла Ле́н-Ге́о-Ко́р. Первая в списке поступивших, — Ядвига нахмурилась, смотря на парня рядом. — А это её друг детства, Ви́т Ве́-Ге́о-Ко́р, сын полковника. — Друг? Почему у них так схожи фамилии? — Потому что они оба с Деонегкса. Там у всех такие фамилии, отличается только начало. — У нас тоже фамилия схожа с другими из-за города? — Э… - мама оторопела, обдумывая ответ. –Д-да, тоже. Я вскрикнула от неожиданности, когда на мой чёрный комбинезон пролился томатный сок. Стакан разбился на множество осколков, осыпая дорогу и лестницу рядом. Девочка стала неловко извиняться. — Простите-простите-простите, я н-не хот-тела… — она в недоумении махала руками, думая, как исправить красное пятно. — Ох, что же такое… — к нам подошёл пожилой мужчина с бескозыркой на голове, где в самом центре сиял вышитый герб Цемдарка. Два лоскута тьмы на погонах говорили о том, что он – адмирал. — Папа, я не хотела! — завопила девочка. От него так и веяло добротой. Обычно, мне казалось, что двойной подбородок придаёт грозный вид, но сегодня я поняла, что ошиблась. В его голубых глазах так и веял уют с теплом, а на груди, у сердца, адмирал гордо носил свои награды. — Зуко, я уверена, моя дочь вовсе не в обиде, — сказала мама, ласково коснувшись плеча Зуко. — Да, я вовсе не в обиде, — мигом ответила я, подумав, что Ядвига требовала подтверждения. Адмирал тихо, почти глухо засмеялся и улыбнулся своей дочери. Девочка протянула мне дрожащую руку, выдохнув, перед тем, как сказать: — Меня А́за зовут. Аза Киньйо́р. Я хотела ответить, представиться, но мама вышла в центр и громко воскликнула: — Королевская семья Да-Цеков рада впустить вас в замок, дать вам возможность показать себя на отборе. Да прибудет с нами Святая Каптелия, да благословит она ваши труды и ваши молитвы, которые вы усердно читаете перед новым глотком. Все резко зааплодировали и двинулись с мест, вперёд, пересекая стеклянные ворота. Для кого-то новый шаг – успех, для кого-то – провал. Лишь малой части удастся поступить в королевскую Дренишалу, лишь малой части это будет по силе. Я улыбнулась Азе, надеясь, что её шаги и молитвы пропитаны успехом, удалилась, вслед за мамой.

❁❁❁

Новоприбывшие уже выбрали себе драконов, стали впереди них в длинную линию на поле. Мы с мамой сели слева от королевской семьи на обширном балконе. Здесь проходили тренировки и проводили отборы в Дренишалу. Специальное поле с газонной травой расположилось сзади дворца, недалеко от сквера. У стен замка сидели родители, которые смогли прилететь на отбор, или жили здесь. Аристократы были на таком же балконе, как и мы, только менее большом и расположенным в стороне. Дочка контр-адмирала, Ила, стояла гордо задрав голову и скрестив руки за спиной. Рядом с ней, такой же гордый и надменный, сидел дракон с серыми, словно камни в море, которые каждый раз обвивают брызги волн, чешуйками. Его хвост с тоненькими шипами которые возвышались к небу, извивался в предвещании гонки. Вит, облокотившись о своего выбранного дракона, с белыми чешуйками, словно облака в небе, смотрел на подругу. Он словно не переживал ни о чём, когда с ним была она. Директор Дренишала, мистер Тёма, вышел вперёд и поприветствовал ребят. Хлопнув в ладоши, произнёс речь: — Сегодня вы покажите свои способности. Вы покажите, чего стоите. Вам предстоит подняться на двадцать метров в высоту, резко спуститься вниз и проскользить по всему полю, не касаясь земли. В конце, повернуть и окутать вас и дракона тьмой, чтобы ничьему глазу не было вас разглядеть. — Извините! — из-за железных ворот показалась Аза. Она запыхалась, тяжело дышала, еле-еле шла к мистеру Тёме и остальным. Девочка остановилась и виновато посмотрела себе под ноги, немного надув губы. Директор только покачал лысой головой и вытер пот со лба. — Из-за опоздания, вы, Киньйор, будете лишены дракона. Все испытания вам предстоит проделать в одиночку. Будете знать, как опаздывать. — Конечно, — ответила Аза и стала рядом с другими, только без своего дракона сзади. Кто-то стоял и внимательно слушал мистера Тёму, кто-то разглядывал чешуйки, потому что впервые видел их так близко, кто-то зевал и откровенно скучал. Директор огласил последнее, решающее задание, которое предрешит судьбу всех собравшихся участников: — Вы, Киньйор, так уж и быть, можете выбрать себе дракона на финальное задание, — он словно выплюнул её фамилию от неприязни, — Однако, сомневаюсь, что он вам поможет, — мужчина обратился ко всем: — На гонке, вы должны будете обогнуть безымянные горы и вернуться сюда. — Так просто? — внезапно спросила Аза. — Просто? — повторил за ней мистер Тёма. — А, нет, не просто. Ничего, — мысленно поругав себя за дерзость, девочка принялась извиняться. — Раз вам просто! — очень громко и медленно начал директор. — Вам, Киньйор, будет специальное задание: обогнуть не только безымянные горы, но и Горы Власти. — Это слишком далеко! — я резко встала со своего места и облокотилась о балясины балкона, посмотрела вниз. Мистер Тёма, с откровенным шоком и оцепенением взглянул на меня. Я услышала, как мама сзади цокнула языком, но продолжила с вызовом смотреть на директора Дренишалы. — Вы, Я’ф, — начал мужчина. — Да, я, — резко оборвала его Ядвига, внезапно поднявшаяся со своего места и поравнявшаяся со мной, положила руку мне на плечо. — И я требую, чтобы на специальном задании для Киньйор, моя дочь тоже приняла участие. Она профессионал и поможет неумёхе с непреодолимым для неё испытанием. — Хорошо. Можете спускаться, — директор обратился ко мне.

❁❁❁

Я сидела рядом с Азой на краю поля и смотрела, как девяностый новоприбывший не проходит гонку. Они прилетают с оборванной одеждой и недовольными драконами. Мистер Тёма, не говоря ни слова, показывает своей тростью на железную дверь выхода. Кто-то злился, кто-то плакал. Десять ребят справа нас наслаждались своей удачей и успехом. Среди них была и Ила с Витом. Пришла очередь Азы, а значит, моя. Мы поднялись. Девушка пошла торопливым шагом, я шла медленно, уверенно. Директор преградил мне путь тростью, намекая, чтобы я задержалась. — Тебе не стоило в это ввязываться. Девчонка вылетит сразу же, а ты только опозоришься, полетев с ней, — прошептал он. — Неужели, такой талант и совершенство как ты, должна лететь с ней? Ещё не поздно отказаться. — Если я откажусь, то опозорюсь ещё больше, — прошептала я в ответ, хотя так и не думала. Я искренне хотела помочь Киньйор пройти отбор. Может, даже подружиться с ней, однако, из-за переживай она так и не заговорила со мной. — Я знал, что ты умная девочка, — директор улыбнулся и опустил трость. Догнав Азу, я убрала её протянутые руки к красному дракону. — Ты чего?! Хочешь меня из отбора вышвырнуть?! Поэтому заступилась?! — рявкнула она. — Ещё чего! Делать мне больше нечего! Если бы я правда этого хотела, то не пошевелила и пальцем, тогда бы ты точно вылетела. Ты хотя бы знаешь, где Горы Власти? Аза молчала. — То-то же, — я носом показала на драконов с различными оттенками белой чешуи. — Смотри их. Красные более ворчливы и тяжелые, ты не потянешь. А вот белые добрые и лёгкие. — А у тебя какой? — Серый, с красными чешуйками по краям. Геолус. — И как? — Немного ворчит, но быстро сдаётся. В спорах со мной, а не в гонке, — я подмигнула ей, и мы направились к другому загону. Аза остановила свой выбор на тёмно-белом драконе, словно хмурое облако во время грозы. Её Кионес.

❁❁❁

В тот день, в отбор, я помогла Азе минуть выступавшие Горы Власти и удачно приземлиться на уставшем драконе. Директор Тёма захвалил меня, пока подруга стояла в стороне. Позже, узнав, не обиделась ли, она ответила: «Слава Каптелии, все смотрели на тебя. Ненавижу внимание.». К нам подошла Ила и Вит с остальными ребятами, которые прошли отбор. — Я устраиваю вечеринку, — сразу начала Ила. — Мы будем! — ответила Аза, ничего не узнав. — Прекрасно, — вмешался Вит и повысил голос, чтобы его было слышно из-за довольных возгласов ребят. — Прилетайте к восточному лесу, там вы увидите трёхэтажный дом с бассейном. Драконов оставьте во дворе и сразу заходите внутрь, однако, смотрите под ноги: лестница очень крутая. Ко мне подошёл адмирал Зуко и дал несколько пончиков в бумажной коробке, благодаря за оказанную помощь его дочери. Мы с Азой, взявшись за локти друг друга, побежали переодеваться к вечеринке, с улыбками до ушей.

❁❁❁

В глубокой тьме шли вниз. Оставив драконов, как нас просили, мы зашли в дом. Переодев спортивные штаны на короткие юбки, сняв кофты и оставшись в топах, я и Аза тихо улетели с замка. На улице была ночь, однако, здесь, внутри, далеко внизу, горели разноцветные лучи, которые постоянно дёргались, играла громко музыка с неприличными словами. На одном столе лежали целые горы мундштука, на другом – алкоголь. Здесь собрались все новички, которые прошли отбор. Я была из них самая старшая, и то, на год. Парни от жары снимали футболки и танцевали с немного пьяными девушками. Аза взяла мундштук и выпустила облако пара. Я взяла квас из розы на дальнем столе и смешала его с алкоголем. Мы танцевали, то близко приближаясь, то отдаляясь, с незнакомцами. Через некоторое время, все знали друг друга и их чувства по поводу поступления, а особенно, нашей гонки с Азой. Неоновый свет переливался в клубе, светомузыка с дымовым шоу смешивались в своём танце. Луч красного цвета лёг на меня. Я на мгновение замерла, но тут же забралась на маленький и прямоугольный столик, с белой подсветкой. Ребята на кожаных диванах зааплодировали и одобрительно разбивали бокалы о пол. Я заскользила ладонями по телу и медленно опускалась на колени, закрыв глаза, наслаждаясь началом нового учебного года, сопровождающийся такими вечеринками. Ила уже рассказала, что это её дом, доставшийся в наследство от какого-то родственника. Ребята, сплотившись, договорились встречаться здесь каждые выходные и отдыхать. — До воскресенья ещё пять дней. Отборочные будут завтра, а сам турнир как раз в воскресенье. Заодно отпразднуем. Мы дошли до маленького участка, где Аза самостоятельно выращивала и заботилась о розе. Узнав, что я люблю квас из них, она начала готовить его специально для меня. Аза сорвала один из бутонов и заправила мне за ухо. — Ай, — прошептала я. Шипы задели мою кожу, по ссадинам полились маленькие струйки крови. — Прости-прости, — начала подруга и убрала цветок. — Я не хотела. Подумала, что это будет красиво, а то, что будет больно – нет. — Да ладно тебе, — я потёрла ранки у уха. — Прости, - она села на бордюр. — С тобой я забываюсь. Словно ничего не имеет смысла, — Аза улыбнулась мне. — В этом и смысл дружбы. Особенно нашей, — мои губы улыбнулись ей в ответ. — Да… дружбы… — Я тебя искала! — голос Ядвиги разлился по саду. — Что произошло? — мгновенно подойдя к маме, спросила я. — Длам настаивает на твоём присутствии. Хочет познакомить с принцем Каленгеде. — С этими южными сосульками? Да никогда в жизни я не приближусь к каленгдерцам, тем более, к королевским. — Уже известно, когда свадьба? — спросила Аза за моей спиной, переводя тему. — Весной, – ответила Ядвига. — Шесть месяцев… — А-А-А-А-А-А-А-А! Мы все развернулись на крик. Дёрнулись с места, побежали на каблуках, вперёд, к крику, который раскатился не только по саду, но и по замку. Вокруг образовалась толпа. Ближе всех к причине крика стояли королевские семьи. Аза потерялась в куче людей, а я с мамой стала рядом с Дламом и его родителями. Мужчина лет тридцати лежал в луже собственной крови. Красные струйки стекали с его губ, сползая по щекам и одежде. Его цвет кожи стал бледнее, вены сильно выделились. Казалось, словно из тела выжили жизнь, как из лимона сок. — Нет, не казалось, так и есть. Он мёртв, — я дёрнула маму за руку. — Кто это? — Старший сержант. Умный. Был, — прошептала она в ответ. — Это вы! — голос королевы Цемдарка, словно колоколом, бил по ушам. Её корона-венок из золота пошатнулся на чёрных, как глубокая ночь, волосах. Алые губы, словно сок спелой вишни, ещё сильнее раскрылись, предвещая новый крик. — Мы любезно приняли вас, а вы осмелились убивать наших подданных! — Прежде чем обвинять, разберитесь в том, что говорите! — кричала в ответ, королева Святлая, Лайа. Её белое, как ранний ванильный цветок, пышное и тяжёлое платье, в тон волосам, подрагивало от нахлынувшего возмущения её тела. Бардовые губы, словно ягоды черешни, надулись, а изящные руки легли на плечо своего сына. — Я уверен, — начал Длам. — Что наша самая выдающаяся ученица королевской Дренишалы, по совместительству, моя невеста и дочь генерала Ядвиги, разберётся в этом. —Смешной такой. И как это я помогу?! А если там метки нет?! Если людей убивали с помощью магии, на их теле оставалась метка. От них и пошли герба стран. У Цемдарка это лоскут тьмы, на гербе его преобразили в дракона. В Каленгдере – снежинка, которая первая опустилась на земли южного королевства, а в Святлае – рассветное солнце, проливающее свои лучи за горизонты, ложась на землю и города королевства. Когда взгляды устремились на меня, я почтительно сделала реверанс и подошла к телу. Холод окутал бывшего сержанта, а кровь перестала литься из его рта. Немного дрожавшей рукой, сдерживая рвотный позыв, я взялась за его подбородок и отодвинула в сторону. Маленькая, холодная, кристально-прозрачная, как лёд, голубая снежинка переливалась на сонной артерии. От неё исходили множество паутинок магии холода, разливающиеся по шее. — Это Каленгдере, — заключила я.