Хрономес
20 апреля 2023 г., 16:47
Секунда, проломленный потолок, тишина, пыль. Множество обращённых к гостю взоров тех людей, кто ещё не успел осознать произошедшее. Охрана, агрессия, защитники, кинувшиеся в бой ещё до того, как поднятый дым успел развеяться.
Чёрный силуэт, шарф, это томящее напряжение и мелкий страх, вызывающий волну мурашек. Его любимая стойка, не так ли? Раздумья, буквально мгновение, чтобы принюхаться чуть сильнее и найти долгожданную цель.
И эти красные глаза. Оценка обстановки: кто, где, сколько. Обычное оружие парня не возьмёт, это уж точно, внутренняя агрессия распалила тело до таких температур, что любой предмет, оказавшийся слишком близко, сгорит к чертям, не оставив от себя и следа. Да и магия тоже. Пламя, уничтожающее само пространство, материю. И всё это пламя чувств.
— Чего стоите? Поймать его! — какой-то раздражающий богатенький малец, пришедший на торги в поисках новых игрушек, разорвал напряжённое молчание, направляя свою охрану тратить жизнь ради собственной защиты.
Бесит ещё больше, не правда ли. Но Нацу это не волнует. Бить, колечить, мстить, сейчас ему это не интересно. Ему ничего не интересно до тех пор, пока он не увидит прекрасные золотистые волосы, собранные в хвостик с одной стороны, и сияющие карие глаза, что всегда с неподдельной лаской смотрят в ответ.
— Где... — глубокий вдох, набрать воздуха, будто тот рёв с Коброй, — Люси!!!
— Нацу, я её найду, можешь на меня положиться! — Хэппи не простит себе ошибку, пока не исправит её до конца, а в напарнике он не сомневается, сейчас тому уж точно всё по плечу.
Будто безмолвный сигнал, спусковой крючок, рывок, означающий согласие, как Драгнил ринулся в бой, разнося простых людей без тени сомнений. Он тоже верил в кошака. Он не оплошает. Вокруг было большое количество людей в костюмах и масках, но они оба уверены, что узнают любимую подругу в любом образе из тысячи других.
Через пару вырубленных солдат показались и некие магические способности, привлекая особое внимание. Надо же знать врага в лицо, а если есть волшебники, значит в их числе и те, кто непосредственно одолел и захватил заклинательницу духов. А значит, им следует уделить чуть больше времени, объясняя, почему то, что они сделали, плохо. Естественно, на доступном, разумном и понятном языке боли.
— Эй, мальчик, — хриплый голосок откуда-то из-за спины, а вот и цели, — Не устал ли ты играть с этими ребятишками?
Его тембр раздражал. Столь надменное поведение не казалось Нацу оправданным, но вот расположение врага он заметить пока что не мог. Суматоха, сражения, сам он находится в движении, да и от кого именно доносится тот голос, пока не ясно. Но этот мужчина чертовски прав, бои с обычными охранниками настолько просты, что драконыш легко побеждает, при этом думая совершенно о другом. Внезапное молчание настораживает.
— Приветик, — за Нацу внезапно материализовался человек в тёмном длинном пиджаке, отдалённо смахивающим на плащ, разом приставляя свою руку к чужому горлу, заставая парня врасплох.
Из драгонслеера тонкой полосой потекла странная жидкость, собираясь вокруг ладоней вора. Она имела необычный розово-красный цвет, переливаясь и периодически зажигаясь огненными вспышками. Что-то вроде ауры или магических сил.
— Вот чёрт, — но и реакции тому не занимать, перехватил вторую руку врага, отбрасывая того куда подальше, стараясь оттолкнуть внезапную опасность, — Что ты, чёрт возьми, сделал?
Подняв глаза, парень смог получше разглядеть напавшего волшебника: строгий костюм, свободные руки, раздражающая бело-голубая маска, скрывающая явную злость и при этом нахальное удовольствие, которое успел заметить боец. Арнус плавно перевернулся в воздухе, аккуратно возвращаясь в стоячее положение, по-прежнему удерживая вокруг себя ту материю, медленно её поглощая. Драгнил немного пошатнулся, чувствуя слабость во всём теле, будто теряя энергию, почти как в Эдоласе. Когда-когда, а вот в момент схватки паренёк думать умел, тут уж много знаний не надо.
— У тебя сильная аура. Спасибо тебе за неё, — Арнус ещё немного покрутил вокруг себя украденное достоинство врага, оценивая его, после чего вызывающе стал вдыхать эту субстанцию, впитывая её в себя, — Прекрасный вкус... Но этого по-прежнему недостаточно!
Резким рывком враг кинулся к пареньку, желая заполучить всё, чем тот обладал. Оказавшись на расстоянии в пару метров, Арнус выпустил из рук газ, создавая себе хорошее прикрытие, лишая соперника зрения. Чуть отклоняясь от своей первоначальной траектории нападения, вор занёс правую руку для удара. Нацу же всё не шевелился, неожиданно становясь абсолютно спокойным и сосредоточенным, будто водная гладь, отражающая в себе ярко-голубое безоблачное небо.
— Чтобы высвободить его, мне нужно больше твоей мощи, так покажи же мне её! — Кулак мужчины не достиг своей цели, сталкиваясь с рукой соперника.
— У драконов хорошо развито не только зрение, — Нацу сильнее сжал пойманную добычу, раскаляясь и плавно рассеивая образ безмятежности, который внезапно его настиг, — И я спрашивал... У тебя не это!
Весь созданный ранее дым обратился алым пламенем, опаляя своим жаром всех, кто был рядом. Казалось, надо бы поразмыслить. Или же на это нет времени? Думать в схватке это одно, а вот заставить себя что-то анализировать намеренно — совсем другое! В любом случае, сейчас задача была иной, так что чёрный силуэт наполнился созданным светом, а над розововолосой макушкой появлялось всё больше огня. Драгнил атаковал свободной рукой, нанося удар точно в столь раздражающую цель.
Неужели этот самонадеянный наглец и вправду думал так просто положить одного из лучших бойцов Хвоста Феи? Вот уж точно, знание — всё-таки страшная сила. Впрочем, может, будь воры более осведомлены, они бы не полезли в драку с настолько буйной и дружной гильдией. Да уж, кажется, будто для них нет никаких причин проигрывать.
Что-то не так.
Однако некоторым из волшебных семей тоже не помешало бы чуть больше узнать о враге. Люси же в течение поездки мучило множество вопросов, связанных с этой шайкой, даже Хэппи подмечал, что всё не так просто, что должно быть что-то больше, глубже. Изучать было нечего, так что пришлось просто довериться своим инстинктам здесь и сейчас, решая любые проблемы по мере их поступления. Он верит, что решат. Но только все вместе, вместе с ней, только рядом с той самой, милой, умной, расчётливой, только вместе с Люси. Драгнил тоже в ней нуждался.
— Идиот... — Арнус, демонстрируя одну из самых жутких своих улыбок, вновь поглотил высвобожденную неосторожным мальчишкой магию, несомненно радуясь силе и одновременной глупости своего врага.
После, быстро реагируя, умелый вор оттолкнулся одной ногой от пола, ударяя свободной по руке Нацу, возвращая свою, отчего бывшая ранее на лице злодея маска слетела, демонстрируя озлобленному Драгнилу хозяйское нахальство во всей красе. Вновь отпрыгивая чуть подальше, Арнус с раздражающей ухмылкой схватился за запястье, медленно его поглаживая. Нет ничего хуже, чем лицезреть довольного врага. При этом буйный драконыш опять примолк, пошатываясь от импульса ранее.
— Вот чёрт... Моя магия... — уж чего, а вот силушки у парня всегда было хоть отбавляй, но крайне неприятные ощущения, когда у тебя её так по-хамски забирают, — Сволочь, что ты сделал?
— Пх... — у всех злодеев наступает такой период, когда уже трудно сдерживать свой смех? — Ахах, важнее то, что сделал ты!
Звонкий хохот вмиг разлился по всему «Подвалу», развеивая скомканное в воздухе напряжение. Люди, который были отобраны для охраны этого места, не могли пошевелиться, будто скованные неизвестной магией, наблюдая за двумя отличившимися героями. Мало кто успел за столь короткое время понять, осознать, что происходит. Многие до сих пор не переварили даже сам факт вторжения, не то что драку. В общем, отчего и почему сейчас слышен этот смех — загадка для большей части участников события. Но не для всех. По залу стали распространяться и новые смешки, раз, два... Ещё четыре человека, всего четыре человека из отобранных тысяч знали, что именно произошло.
— Ха-ха, босс-босс, какая удача! — высокий мужчина с тёмными волосами в мгновение ока оказался рядом с одним из сражающихся, скидывая с себя дурацкую, выданную для гостей торгов маску, — Неужели нам не пришлось тратить деньги?
— Величайшее удовольствие для вора и глубочайший стыд для героя. Этот парнишка сделал всю грязную работу за нас, хах, — последний смешок с хрипотой вылетел из уст Арнуса, заканчивая выделенное время злорадства, — Киран, время.
— Так точно, босс, — судя по всему, это был один из разбойников, прибывших сюда из той пещеры; склонившись перед начальством, он с наслаждением посмотрел в сторону разгневанного спасителя, — Уж спасибо тебе, парень, что ты силён.
Нацу, почему-то, был крайне зол. Он оскалился, словив на себе взгляд шрамированного. На лице мужчины была татуировка колючей проволоки, проходящая от верха ушей до кончика крайне омерзительной улыбки. Зрительная перепалка стала бы раздражать вора, если бы до парня не дошло бы, что именно так бесит в человеке напротив.
— Ты... — явно обращаясь к прибывшему Кирану, прошипел дракон, — От тебя пасёт гнильцой.
Были бы глаза розововолосого полны такого количества агрессии, если бы чуткое обоняние не уловило бы в куче отвратительных запахов тот самый чувственный, слабый, но отчётливый аромат пшеницы? Ещё секунда, и он бросится кромсать обидчиков, не обращая внимания на их глупые высказывания, смысла которых Драгнил всё равно не уловил.
Однако, довольные разбойники больше не воспринимали врага, который стоял в паре метров от них. Арнус достал из кармана какой-то красный ключ, похожий на один из любимых вещей Люськи. Всё их внимание было приковано только к нему, знаменуя начало великого события. Тот ключ, хоть и напоминал по строению зодиаков, был немного крупнее их. Главным отличием, бесспорно, был ядовито-алый цвет, несвойственный магическим предметам заклинателей духов.
— Матевос! — Стоило главарю произнести, как рядом с ним оказался и третий мужчина, срывающий маску, — Начинаем немедленно.
— Есть, — приказ босса, и вот уже все участники предстоящего ритуала растворились в воздухе, оставляя Нацу наедине с самим собой.
— Что же... Это было... — всё увиденное, несомненно, удивило Нацу, вынуждая огромное количество ненужных сейчас мыслей проникать в его не предназначенную для размышлений головушку, — Ай-ай, да не время! Люси-и!
Отмахнувшись от назойливых рассуждений, словно от стайки мошек в лесу, парень бросился дальше по пути, разыскивая девушку и параллельно отбиваясь от слабых охранников, наконец очнувшихся от ступора. Пусть и никто из выбегающих магов не мог по-настоящему задержать буйного саламандра, их число изрядно подбешивало, вынуждая тратить значимую часть энергии на ни на что не годных сошек. Они не помешают. Никто не помешает драгонслееру, пока он чует её, пока улавливает нотки осеннего листопада, пока... Пока в его голове цветёт душистая пшеница.
***
Тем временем, успешно скрывшиеся разбойники подобрали остальных своих товарищей, собираясь для начала ритуала. Группа из пяти человек оказалась в небольшой комнатке с высоким потолком, украшенной в такой же золотой манере, как и всё пышное убранство «Подвала» в целом. Судя по всему, данное помещение являлось чем-то вроде промежуточной точки для хранения товаров, готовых отправиться на продажу. Чуть дальше, буквально через пару стен, находилось закулисье, где настраивались на торги будущие рабы. Где-то там всё ещё спала Люси. Но данный факт сейчас мало волновал воров, ведь причина, по которой они прибыли именно сюда, крылась в жизненной энергии закованных в цепи, проще говоря, в подношении Богу. Что за сценой, что в комнате было нужное количество товаров, даже больше, так что с любым из них можно было не церемониться, не экономить ни сил, ни чужой крови. А люди были. Люди не спрашивали имён, не кричали, не цеплялись за жизнь. Каждый, кто оказался закованным в цепи, каждый, на ком висел этот адски-дорогой ошейник, считался обычным рабом, без воли, без мнения, без желаний. Всем здесь абсолютно неважно, как зовут ту или иную шавку, все они лишь будущая прибыль своих бывших хозяев и рабочая единица для новых. Здесь у человека нет имени, зовись он раньше хоть Люси, хоть как-либо ещё. И степень страха у каждого была разная. Есть и те, кто утратил свободу многие годы назад, те, для кого издевательства стали нормой, неотъемлемой частью жизни, нет... Существования. Для таких товаров нет терминов личности, нет злости, агрессии, нет грусти. Для них нет эмоций, года в заточении и использовании глушили любую волю, бушевавшую ранее. Таких людей сломила судьба. А есть те, кто попал в лапы злодейки-жизни совсем недавно. Юные девушки и парни, которым уже смогли внушить, что их нрав никому не интересен, что они лишь мясо. Но эмоции, не успевшие погаснуть, до сих пор давали слабину, выдавая собственное бессилие с головой. Дрожь, уныние, отчаяние. Они знали, что нельзя подавать вид, знали, но... Не могли. Не могли не впитывать окружающий ужас, не могли свыкнуться со слепящим золотом, не могли не обращать внимания на болезненно-тяжёлый ошейник с аккуратно выгравированной цифрой. Их тела всё ещё, сами не зная, для чего, дрожали и леденели, боясь потерять почему-то до сих пор ценную жизнь. Самый новый товар, такой, как Люси, было принято выставлять в начале, дабы разогреть публику и содрать побольше денег. Как значилось, не в привычках знати было задерживаться на торгах надолго, обычно высокопоставленные особы не терпели находиться в одном помещении с убийцами и разбойниками, покидая «Подвал» намного раньше. Но это не значило, что сейчас в этой комнате сидят бесполезные создания, жизнью которых легко могут распоряжаться другие. Как минимум, здесь сидят люди. — Киран, Матевос! — Раздался голос босса, значит, пора приступать. За именами никаких приказов не последовало, однако те, кто был назван, безо всяких слов поняли, чего от них добиваются. Правая рука главы, высвобождая свои желтовато-белые локоны, подошёл к одной из девушек, «хранящихся» здесь. На её глазах последний раз навернулись слёзы, о которых она не успела позабыть. Не медля и не колеблясь, вор выхватил с пояса кинжал, оставляя скрытыми ножны, и занёс руку для атаки, не пряча собственного довольства. — Нет, — вздрогнула рабыня, издавая последний в никчёмной жизни звук. Она знала, что не должна дрожать. — Эй, Киран, бери кровь и помогай давай, — абсолютно холодным и спокойным голосом воззвал блондин, указывая на алую лужицу, медленно расползающуюся под тёплым телом. — И вы двое тоже, только аккуратнее, иначе тоже материалом станете. Свежая кровь. Один из источников олицетворения жизни, несущий в себе клетки и мысли раненых существ. Грязно хватая голыми руками жидкость, парни стали разбрызгивать её по полу, раскрашивая комнату новыми цветами. Под ужасающиеся взгляды других возможных жертв, они беззаботно вырисовывали круги и звёзды под ногами, регулярно пополняя запас краски под стекающими ручейками. Вскоре символ разросся по всей поверхности помещения, открывая напуганным взорам вид на огромную пятиконечную звезду, выполненную в стиле багрового ренессанса. — Арнус, можешь приступать, — соединяя последнюю округлую линию с краем фигуры, декламировал Матевос, по-актёрски кланяясь и демонстрируя своё искусство. — Отличная работа, — босс высвободил ключ, закрепляя за ним место в самом центре импровизированного этюда, а после встал у одного из концов пятиконечной. — По местам. Стоило другим четырём оказаться рядом с условленными местами, как вся конструкция взмыла вверх прозрачно-красными струями, возводя по нарисованной границе магические стены. Центр всего события стал наполняться вылетающими потоками волшебства, понемногу поднимаясь. Арнус, как зачинатель сего деяния, отдавал ключу накопленную годами силу, сияя множеством различных цветов. — Поток бесконечных частиц, следующий за каждой живой душой в течение всего её существования медленно покрывает кровавое убранство, тот, кто имеет безграничную силу, не подвластную и всему миру, откликнется на наш призыв и вознесёт отдавшиеся ему души струями в небеса! Возьмёт он подношение наше в виде сотни людских жизней, насытится магией, прошедшей сквозь года, и дарует своё благословение! — Главарь сталь читать заклинание, направляя больше волшебных рек к ключу, который всё более жадно впитывал чужие дары, — Повелителя времени откройтесь врата! Хрономес! Всю комнату озарил свет тысячи солнц, что после разлетелся ударной волной, умертвляя всех вне печати, кого он коснулся. В самом центре раскрылся магический круг чёрно-красного цвета, стягивающий в себя последние нотки предложенного Арнусом запаса, поглощая души рабов вокруг. Из ладоней антимага вырвались последние две струйки, переплетённые между собой, завершая призыв Бога времени. Нежно-розовая, как листья сакуры в сезон цветения, и ярко-жёлтая, как сияние миллионов звёзд. — Свободен... — ключ, напитанной чужой энергией, встал в самый центр начерченного круга, будто в замочную скважину, после чего повернулся до щелчка, открывая врата, из которых показалась тёмная мускулистая рука, стремящаяся быстрее раздвинуть створки, — Я теперь свободен! В комнате, где в живых осталось лишь пять разбойников в чёрных мантиях, возродилось существо, что было запечатано более тысячи лет. Он, неосознанно убив множество человек, с недовольством стал оглядываться, рассматривая своих призывателей. Высокий, чрезвычайно высокий подкаченный мужчина с белыми сложенными крыльями за спиной. Светлый образ путала багрово-чёрная кожа, под которой отчётливо было видно перемещение крови в организме. Голову украшали такие же алые рога и, к удивлению, длинные снежно-белые волосы, будто призван в мир человеческий был вовсе не Повелитель времени, а сам дьявол, требующий большого количества разрушений и смертей. Нечто, отдалённо напоминающее кимоно, опоясывало тело мужчины, олицетворяя его свободу и дух. Этот монстр ещё даже не двинулся, лишь внимательно изучал обстановку вокруг, но уже чувствовалась его непревзойдённая мощь, будто, только расправив свои широкие крылья, высвободится воздушный поток несоизмеримой силы, сносящий всё на своём пути. Однако терпение у того не безгранично, так что, опустив свои огненные глаза на оставшихся людей, он вновь стал говорить, покрывая оглушающим гулом всех присутствующих. — Вы призвали меня, подарив мне долгожданную свободу. Так не тяните же время, какой дар вы хотели взамен? — Храня вечную мудрость, видимо, гость не забывал о долге и чести, добровольно предлагая слабейшим существам свою награду. — Не тяните время, хех, будто у Повелителя его мало, — тихо усмехнулся Киран, высоко оценивая собственные каламбуры. Никто не давал людям право насмехаться над Богами. Высший разум не любит подковыристый юмор, считая его низким и бесчестным. Беспечный разбойник в мгновение ока отлетел к стене, лишаясь обеих рук. Хрономес еле поднял бровь, возмущённо поглядывая на того, кто столь быстро и глупо стал жертвой. Отрубленные руки же испарились, переформируясь в поток энергии, в который раз поглощённый Повелителем. Очередная невежа стала лишь пополнением в горе трупов вокруг, наблюдая за всей картиной далее только из-под пелены стеклянных, безжизненных глаз. Пусть у разбойников и нет такого чувства дружбы и товарищества, как в Хвосте Феи или в других гильдиях, однако что-что, а вот чувство самосохранения у воров развито на высшем уровне. Лицезрев то, как быстро даже сильного человека может покинуть жизнь, наконец и в их головах стал развиваться страх. Пути назад нет и не будет, просто нужно быть осторожнее и учтивее с дорогим гостем. — Хрономес, великий Повелитель! — Арнус стал аккуратно взывать к Богу, пытаясь стереть образ разрубленного подчинённого, приглушая возникший ужас, — Мы с радостью примем твой дар, любезно предложенный нам в благодарность за высвобождение твоей силы! Мы желаем отправиться на пятьсот лет назад, в период, когда великая рубиновая корона не была утрачена, а после вернуться в наше время, заполучив её. Главарь было улыбнулся немного, теплясь мыслями о заветном желании, как вдруг остепенился, понимая своё положение. Глаза Хрономеса всё ещё были полны негодования, заставляя Арнуса в глубине души трястись от окружающего его страха. Но он сможет. Несколько лет назад он узнал о потерянном времени, когда эра драконов только начала развиваться. В то время существовал магический предмет, рубиновая корона, созданная из большого количества различных драгоценностей. Но не только из-за своих камней она ценилась выше целых рудников, особое значение имели её способности. Подпитываясь духовной силой, она могла указывать владельцу на местонахождение других ценностей, являясь настоящей находкой для любого охотника за сокровищами. Но после великой войны драконов корона была утрачена где-то в глубинах планеты, оставляя лишь редкие записи и упоминания. Тогда Арнус и решил, что эта корона будет являться новым символом короля. Он создал гильдию охотников, развивал воровские возможности, собрал добровольцев, нашёл в ходе одной из вылазок этот ключ, разузнал всё о Хроно и его способностях, благодаря Матевосу, а после осознал, что нет призывателя лучше, чем он сам. Являясь антимагом, именно ему было проще всего собирать и копить магическую силу, необходимую для освобождения Бога. Разбив базу в горах Мейвана, Арнус с его бандой нападал на проезжающие караваны, живясь одновременно и добычей, и столь желанной магией. И вот, этот момент наконец настал, он смог, добился, призвал! Теперь все сокровища этого мира будут принадлежать только ему одному, никто не посмеет сопротивляться безграничной власти нового короля! И он не может допустить, чтобы многолетний труд не окупился из-за одного надменного идиота, любящего не вовремя пошутить. — Вам?! В благодарность?! Это вы, слабые души, должны быть благодарны мне! Столь вопиющую наглость я встречаю впервые за тысячи лет существования! — Повелитель двинулся в сторону воров, выправляя свои демонические крылья, — Однако я не столь бесчестен, чтобы расправляться с теми, кому пожелал благословения. Живите, жалкие крысы! И пусть дарованная мной жизнь станет вашей наградой, а несбывшаяся мечта пусть обернётся многолетней скорбью о собственной опрометчивости. Арнус ужаснулся, кривясь от услышанных слов, так что медленно зарождающийся страх вырвался на волю, сковывая и обездвиживая тело хозяина. Наблюдая за Хроно, медленно покидающим помещение в поиске новых жертв, разбойники старались и не дышать по возможности, впервые почувствовав себя на месте жертвы. Когда последнее демоническое перо скрылось в дали просторных коридоров, мужчины наконец выдохнули, пытаясь унять ритм бешено скачущего сердца. — Матевос, — главарь осторожно обратился к своему помощнику, сжимая руки где-то в области груди, — Нам не выиграть...***
— А? — Перебои вокруг прекратились, сливаясь в одно белое пространство, не имеющее ни стен, ни потолка, будто пребывание души в загробной симуляции, — Где я?.. Девушка аккуратно поднялась с колен, не понимая, как и на чём она может стоять, осмотрелась, пытаясь уловить, какой же образ создаст её мозг на этот раз. Вопреки всему прочему, ни под ней, ни где-то вдали, ни сверху не было ничего, что можно было бы хоть как-то описать, так что Люси пришлось бросить затею с разведкой и задействовать голову. — Может, теперь я окончательно... — ужасные мысли, ужасные чувства, ужасные ощущения, блондинка просто не смогла собрать сил, чтобы высказать самой себе столь навязчивую в последнее время идею. Нет, не умерла. Умирать страшно, не хочется, не сейчас. Пока она верит в Нацу, пока верит в гильдию, пока её ждут друзья, она ни за что не умрёт. Всему должно быть логическое объяснение, всему и всегда. Только вот на этот раз никаких разумных идей как-то не лезло. Собирая и анализируя всю информацию, полученную за временные полёты, Хартфилия не могла прийти к какому-либо иному выводу, как отчаянно бы не отбрасывала её из раза в раз. Мысля трезво, она точно понимала, что находится сейчас не в настоящем мире, её пространственно-временные перемещения происходили уж точно не с телом, но вполне вероятно, что с головой. Будто саму душу, сознание метает по различным периодам её жизни, будто судьба генерирует для неё последний, самый длинный сон. — Нет-нет-нет-нет, я же уже сказала, я не мертва! — Люси схватилась за голову, в буквальном смысле вытряхивая подобные мысли, — Мой Нацу жив, он идёт за мной, я это знаю! Да и я же уже решила, что подсознание не может генерировать вещей, которые я никогда не видела, а те сцены... Они были будто бы реальные... Заклинательница уселась на вымышленный пол, охватив колени руками и заметно погрустнев. В потоке воспоминаний, она и не заметила, как неосознанно назвала напарника «мой Нацу», да и думать об этом не было времени. Хотя, кажется, будто здесь девушка может остаться до конца своей жизни, раз мир вокруг больше не переформировывался и не распадался. В сердце раз за разом врезалась картина мёртвого друга, будто намекая, что вера в лучшее может не оправдаться так же, как не оправдалась тогда. Медленно, степенно, но понемногу всплывали в памяти и сны, преследовавшие Люси после затмения. Успокоив голову, но не угомонив душу, к девушке начало приходить осознание того, что же происходит. — Не сон... — глаза Хартфилии наполнились такой болью, выразить которую невозможно, — Всё, что я видела... Реальность... — Верно, — девушка вздрогнула, оборачиваясь в поисках источника звука. В свете был кто-то ещё.
Примечания:
Надеюсь, хоть что-то стало понятнее...
