Глава 7
17 июня 2022 г., 10:41
Полтора месяца спустя
— Матушка, я пока не заинтересована в браке.
Ванесса долго собиралась с силами, чтобы сказать это королеве прямо. За шесть недель, что прошли после бала в замке Флайдерса, случилось столько событий, что вывод напрашивался сам собой: Агата активно желала свести падчерицу с наследным принцем соседнего королевства. Несколько балов, постоянные политические визиты и редкие взгляды королевы, когда Ванесса и Джун оказывались рядом.
Принцессу такое внимание матушки не радовало. От бесконечных приёмов и праздников у неё участились головные боли, и всё же она могла потерпеть ради благой цели и хороших дипломатических отношений. Но свадьба!
— Я — единственная наследница Витулана, так же как и Его Высочество Джун — единственный наследник-мужчина Флайдерса.
Конечно, принц не был единственным в семье, но Ванесса хорошо знала двойняшек и понимала: из Китиары не выйдет хорошей правительницы, слишком уж резкий у неё характер. С таким бы «править» на поле боя или у границы, а не работать с законами и документами. Но если Ванесса станет королевой Флайдерса, то Витулан останется без наследников. За годы, что Агата была замужем, у принцессы не появилось ни одного брата или сестры.
И при таком раскладе Агата, умная и расчётливая, хотела заключить политический брак?
— У меня не было разговора с королевской семьёй Флайдерса о твоём браке с Его Высочеством Джуном, — сообщила та. — Однако я не могу отрицать, что вскоре это произойдёт.
— Есть возможность отложить помолвку хотя бы на два года? — прямо спросила Ванесса, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не начать теребить пояс платья.
— О подобном нужно было думать раньше. — В глазах Агаты мелькнула маленькая молния, придавая вес спокойным словам. — Белоснежка, ты уже давно не ребёнок и должна думать о будущем. Возможно, тебе будет сложно, но попробуй посмотреть на принца Джуна как на подходящую партию, а не друга.
Принцесса тихо вдохнула, выдохнула. Улыбнулась.
— Я постараюсь, но не могу ничего обещать. Мы ведь увидимся сегодня на балу? — Получив в ответ кивок, Ванесса продолжила: — Я постараюсь уделить время Его Высочеству. А пока у меня есть несколько часов? Мне хотелось бы побыть одной.
С поклоном она вышла из кабинета и поспешила к фонтану. Хорошо, что встреча с Канто сегодня. Ванесса хотела выговориться.
***
Агата встала из-за стола и подошла к окну. Из-за шторы её не заметить, да и кто будет приглядываться к окнам третьего этажа? Но из кабинета хорошо видна дорога к замку, которая идёт через весь внутренний двор. Именно по ней прошла Ванесса. Агата быстро постучала пальцами по оконной раме, погрузившись в мысли. Ванесса выросла идеальной. По крайней мере, внешне, внутреннее содержание королева уже много лет доводила до совершенства. Но сколько бы падчерица ни была умна и способна, это не отнимало у неё статной фигуры, приятного цвета волос и мягкого взора карих глаз. Ванесса выглядела, как полная противоположность Агаты, и порой это доводило королеву. Как бы ни хотелось это отрицать, Агата знала, что именно внешность вывела её из состояния спокойствия и довела до приказа уничтожить более красивую Ванессу. Абсолютно глупая зависть, но она глодала душу. Может, потому что давно в детстве графиню Агату убедили, что она некрасива, а холодный взгляд фиолетовых глаз вселяет страх в любого ребёнка? Даже в сверстников, что уж говорить о младших? — Почему вы не научили меня выражать эмоции? Почему от вас я получила именно этот взгляд? — спросила Агата в пустоту, хотя и знала, что мать её уже не услышит. А даже если бы услышала, не посчитала бы нужным отвечать. Агата снова выглянула в окно. Эмоции схлынули так же быстро, как закипели в душе, и, кажется, всё снова стало как прежде. Наследница вернулась в замок, не отказывалась от разговоров, была учтива, как и всегда. Однако королева видела, что она отдалилась. Чаще стала наведываться в любимое место для уединения, а в голосе проскальзывал страх. Он хорошо был замаскирован манерами, но всё же оставался. И Агата не знала, как ещё улучшить отношения. Оставить как есть? И снова понимать, что она внушает только страх? Более того, всё чаще королева ловила себя на мысли, что вновь смотрит на Ванессу с завистью, хоть и не показывает этого. Принцесса и правда была прекрасна, словно героиня из баллады. Не потому ли королева так легко стала называть её Белоснежкой? Агата боялась, что снова не сдержится. Было страшно даже представить, что в порыве эмоций она снова навредит дочери любимого человека. Не лучше ли как можно быстрее выпроводить Ванессу из замка? Спокойно, без крови, даже с праздниками. Всё-таки королевская свадьба — это мероприятие большого размаха. А наследники ещё будут. Агата очень хотела в это верить, но с годами надежда угасала, а нерастраченная материнская любовь ушла в заботу о будущем Ванессы. И всё же показать чувства получалось только через внимательность к выбору учителей; тепло сердца уже не проходило сквозь тяжёлый взгляд и страх принцессы. Когда Ванесса свернула с основной дороги, Агата неспешно вернулась на место. Только бы сделать всё быстро. Ещё одна ссора с падчерицей совершенно ни к чему.***
— У меня не получится стать хорошей женой для Его Высочества. Я его вообще не вижу как мужчину! Ванесса радовалась, что сейчас над ними купол, так что говорила, не стесняясь эмоций. Канто не перебивал её монолог. Она честно спела несколько песен, но тот заметил её состояние и теперь выслушивал всё, что скрывалось под маской спокойствия и вежливости. Нет, Ванесса не ругалась, но говорила, едва не переходя на крик. Когда принцесса наконец договорила и выдохнула, Канто наконец спросил: — Ты ведь понимаешь, что в политических браках любовь — последнее, что связывает жениха и невесту? — Понимаю, конечно. — Ванесса качнула головой. — Но есть ещё кое-что. Выдержав паузу, она едва слышно шепнула: — Его Высочество Джун уже влюблён. В Её Величество Агату. К чести Канто, он не отреагировал эмоционально, только слегка приподнял бровь и странно улыбнулся. — В твою мачеху? Но она ведь старше и уже замужем. — Возраст в любви, как и в политике — вещь порой незначительная. Как и то, находится ли объект обожания в отношениях. — Ванесса пожала плечами. — Говорят же, что сердцу не прикажешь. Я сперва и не замечала ничего, мне Китиара сказала, а она с родным братом побольше меня общается. Подумав ещё, принцесса пробормотала: — И правда ведь. Всегда, когда мы с королевой рядом, особенным взглядом Его Высочество смотрит именно на матушку. А я как была подругой, так ею и остаюсь. — И не завидно? — с улыбкой спросил Канто. Ванесса улыбнулась в ответ. — Нисколько. Всё равно любовь эта печальная. Я вообще не уверена, что матушка могла бы ответить ему взаимностью, даже если бы обо всём знала. — А если свадьбы всё равно не избежать? Ванессе показалось, что она ослышалась, но голос друга и правда изменился. Канто боится, что встречи прекратятся? Если она правда уедет, всё будет именно так. Не ответив на вопрос, Ванесса всё-таки начала теребить пояс платья. — Канто, скажи, почему так сложно быть принцессой? Я ведь родилась ею, меня всю жизнь готовили к этому, но в последнее время я ощущаю себя не на своём месте. Будь моя воля, я отказалась бы и от титула, и от жизни в замке, от всех приёмов, балов и уроков. Переехала бы куда-нибудь в город и стала жить не как наследница страны, а как обеспеченная горожанка, у которой меньше обязанностей и на которую возлагают меньше надежд. И ты мог бы, не прячась, приходить ко мне в дом. Я бы пела, играя на фортепиано, и ещё больше наслаждалась временем с тобой. Да и не думала бы, что должна ожидать от тебя особенного отношения только потому, что я принцесса! Канто снова дал ей выговориться. Эмоции захлестнули Ванессу с головой, и она не смогла сдержать слёз. Голос срывался, но девушка продолжала говорить: со словами приходило облегчение. Капли текли по щекам, и Ванесса не стеснялась такого постыдного вида. Не могла объяснить почему, но понимала: Канто не осудит. Когда слова сменились всхлипами, она почувствовала, как Канто накрыл её ладони своими и слегка сжал. От его пальцев шло тепло, Ванесса не стала вырывать руки. Может, королева бы сказала, что это неприлично, но после того, как Канто дважды брал её на руки, чтобы перенести через реку, подобная поддержка была малым. Тем, что сейчас необходимо принцессе. — Ты никогда не была для меня особенной только потому, что ты принцесса. Потерявшаяся девушка, которая могла замёрзнуть в лесу. Красавица с прекрасным голосом. И лучший партнёр для пения, — тихо проговорил Канто. — Твой титул для меня далеко за этими словами, ты и без него раскрылась, словно прекрасный цветок. И будь моя воля, я бы защитил этот цветок от всех невзгод. Ванесса притихла и медленно провела по щеке, стирая слезинки. Голос всё ещё дрожал. — А ещё я противна своей мачехе, хоть она это и скрывает. Может, она меня и замуж выдать хочет только чтобы не видеть больше. — Будет печально, если ты уедешь, — сказал Канто. — Страна лишится хорошей правительницы. Ванесса смущённо отвела взгляд. Будь хоть малейший шанс, она бы и правда бросила всё и стала жить вдали от двора. Больше времени посвящать себе и чаще видеться с дорогим другом. Можно бесконечно долго загадывать на падающую звезду заветное желание, но оно никогда не сбудется: тяжесть короны не станет легче в один миг. Да и её брак с магом из леса — вопиющий мезальянс, будь он хоть сто раз внешне похож на принца, с которым хотят свести Ванессу. Разве что волосы у Джуна короче и зрение хуже, из-за чего ему приходилось носить очки. Ванесса убеждала себя, что ей хватает встреч раз в несколько дней, но в это верилось всё меньше. Из-под ресниц она взглянула на Канто и мягко высвободила ладони из его пальцев. Тот словно почувствовал её взгляд и чуть повернул голову. Ванесса замерла, всматриваясь в его глаза. Чистый синий цвет, словно кусочек полуденного неба отразился, да так и остался во взоре её друга. Ванесса тихо выдохнула. Нет, она больше не могла считать Канто лишь другом. Их связала музыка, но теперь появились узы крепче. И Ванесса хотела знать, взаимно ли это или же нити прочны только с её стороны, рядом с её сердцем? Не в силах спросить, Ванесса лишь слегка улыбнулась. Она почти успокоилась, однако Канто мягко стёр оставшиеся слезинки, и это простое касание отозвалось волнением в душе. — Пообещай, что на балу ты будешь улыбаться и никто не заметит даже тени твоих слёз. Ванесса кивнула, а, когда Канто превратился в соловья, протянула руку. Друг понял всё правильно и сел на её палец. Она погладила мягкие пёрышки и тихо сказала: — Обещаю, что сегодня вечером буду улыбаться так же, как и во время встреч с тобой.
