Глава 27 Антиванский птенец
30 ноября 2022 г., 11:54
Петра попросила Алима не оставлять группу до поворота на Редклифф, и эльф на то согласился. Таким образом у угнетенной Морриган оставалось еще немного времени, чтобы привыкнуть к мысли о том, что в будущем ей придется жить без удушающего покровительства Флемет.
Алим скоро распрощался с группой, но не прошло и часа, как он заметил знакомого ворона в небе, что время от времени кружил над ним.
Алим устроил привал, проверял лямки на сумке, когда Морриган подошла к нему. То есть сначала птица опустилась на ветку сухого дерева, просидела там пару минут, а затем спрыгнула вниз и засеменила длинными ногами-веточками. Эльф в очередной раз встретил ее превращение в человека восторженным «Ух!»
— Удачи, Алим, — напутствовала она его с той степенью радости, которая ей была доступна при данной действительности. — Не желаешь ли обменять компанию Геральта на ворона? — она даже попыталась пошутить.
— Нет, я привыкаю к волкодаву, а он ко мне. Мне помогает в этом его добродушный нрав.
— Добродушный нрав? Думала я, что у него лишь добрый желудок, да блохи, а не повадки.
— Добрый когда сытый, да, блохи отсутствуют, — спокойно ответил Алим. Он огляделся на пустующий тракт. — Здесь очень тихо без подвод беженцев, — задумчиво сказал Сурана.
Морриган вздохнула.
— Меньше люду — быстрее доедем.
Алим твердо взглянул на ведьму:
— Будь начеку.
— Но я всегда настороже, — заметила Морриган. Она вновь стала птицей.
— Может быть, конечно, — согласился Алим. — Но я уверен, что всякое может произойти в пути. Не думаю, что тейрн Мак-Тир просто так о нас забудет.
В эту же минуту послышался шум колес.
— Господин маг, господин маг! — кричала эльфийка-слуга. — Идите сюда скорее. На нас напали! На обочине лежит госпожа. Мне кажется, что она очень больна.
Без колебаний Алим прыгнул на козлы подводы и занял место рядом с эльфийкой. Она развернула повозку и погнала лошадей.
Алим спиной чувствовал присутствие Морриган, когда осознал, что так работает его новое кольцо. И на самом деле, ворон с бешеной скоростью летел за ними.
Эльфийка отчаянно нахлестывала свою лошадь. Того и гляди, шкуру с хребта спустит, аж мелкие красные брызги летят. Несмотря на это, Алим приехал слишком поздно, когда помочь уже было невозможно. Скверна. Чернеющие вены указывали на моровое поветрие. Больная скончалась от укола в сердце. Нередкое заболевание во времена всяческих потрясений.
Когда Алим поднялся с колен, ему в спину уперся кинжал. Эльфийка приставила его и задержала дыхание.
Алим пожал плечами:
— Я ничего не могу сделать. У нее проколото сердце. Засада. — Он смотрел в небо, как будто ждал от него поддержки. — Я должен был распознать ее раньше.
— Что? — спросила эльфийка.
— У тебя слишком большие ладони для женщины, — рассказывал Алим. — Я хотел узнать, куда ты меня приведешь, но похоже, что просто под землю.
Эльфийка усмехнулась:
— Не стоит себя упрекать. Мы всегда крепки задним умом и ты никак не мог предвидеть опасность. Тебе привет от деда из Денерима. Антиванские Вороны всегда выполняют свои контракты.
— Все-таки я Страж-маг, — рассужал Алим. — И то, что произошло называется профессиональной ошибкой. — Он опустил голову. — Одна ошибка за другой… Я должен был когда-нибудь поплатиться.
— Тогда час расплаты настал… сейчас!
Трах! Тарарах! Алим, казалось, спиной почувствовал, как сквозь тело наемника прошла молния. Воздух взорвался громовыми раскатами. Алим развернулся и взглянул на все-таки мужчину, хотя и женственного донельзя. При этом выражение физиономии антиванца являло своеобразное смешение насмешки, сомнения и удивления. Впрочем, многие наемные убийцы прячут свой истинный характер под сотнями масок.
Убийца не сдался. Сразу после колдовства Морриган, антиванец выбросил вперед руку с кинжалом, где должна была находиться шея Алима. Но тот в мгновение ока с отчетливым хрустом треснул посохом по руке, которая тут же выпустила рукоять.
Когда Алим поймал падающий кинжал левой рукой, антиванец испустил удивленный возглас, который сразу перешел в стон. Тем временем маг попытался сделать подсечку посохом, с обманным финтом кинжалом. Не купился.
Алим, собрав все силы, бросил сгусток маны на соперника, так что антиванец повалился на землю. Однако магия сошла с него как с гуся вода. Алиму даже удалось прижать субтильного эльфа коленом к земле. Но потом тот все же ловко высвободился, и когда Алим поднялся, противник уже держал кинжал в левой руке.
Однако Алим быстро отреагировал. Супостат не успел еще сделать выпад, как раздался звук, похожий на сумбурное щебетание птиц в лавке ловчего, — из скрещенных ладоней Сурана, молния ударила в оппонента, и кинжал выпал из его руки. Тут Алим прыгнул на соперника, повалил его, порвал ему платье на груди и сорвал с шеи блестящий амулет.
Но антиванец имел опыт борьбы такого рода, и между ними продолжилась упорная схватка. Убийца оказался наверху и уже он встал коленом на мага. Он сомкнул руки на шее Алима и сжал горло, Алим в это время изо всех сил молотил антиванца по ребрам.
Меж тем Морриган наставила посох на антиванца, но снова его опустила. Алим хотел крикнуть, чтобы она не робела колдовать, но не мог издать и звука. Вдруг в глаза ей попал отблеск чего-то металлического — недалеко от сцепившихся лежал в грязи кинжал. Секундой позже Морриган держала его двумя руками. Она ткнула ушастого между лопаток.
Укол оказал ожидаемое действие. Ворон отпустил своего противника и тут же получил от Алима лбом по носу. Пока антиванец соображал, как поступить, Морриган нацелила на него молнию, которая так и хотела сорваться с рук ведьмочки.
— Колдовсто мое быстрее любого эльфа, — предупредила она. Алим, который также резво вскочил, приблизился к Морриган и забрал кинжал.
Его бывший горделивый владелец стал в конце концов молить о снисхождении — это была последняя попытка спасти свою шкуру.
— Пощады! — скулил он, лежа на земле. — Все сделаю, все!
— Отдохни пока.
— Я… я только выполнял заказ, — начал ушастый, еще держа руки вверх. — Мне нельзя было провалиться. Иначе я потеряю место в Воронах.
Алим пошарил по карманам антиванца и извлек на свет кошель с десятком ферелденских соверенов, развернул лист пергамента и безмолвно воззрился на свой портрет, затем протянул его ведьме.
— Шрамы добавить на лицо забыли, — заметила Морриган. — А так сносно вполне.
Морриган стояла сбоку от свары и смотрела на происходящее как-будто издалека.
— Посмотри, этот ребенок отравил радость прогулки до твоей матушки. — К ней медленно подошел Алим. Он заметил, как она стоит безучастно, не обращая внимания на возгласы истекающего кровью эльфа. Прибежал Геральт и угрожающе встал между магами и антиванцем.
— Он — враг, — напомнила Морриган. — То закон: без пощады бей врага. Если тебе мешают его длинные уши, то я могу сама казнить его.
Алим деланно поднял брови:
— Превратишь антиванца в ворону, а затем сожрешь его на пару с Геральтом?
Морриган смотрела в землю.
— Я не делюсь… У нас нет выбора: пропустишь врага за спину — получишь укол под лопаткой. Я еще не готова с тобой расставаться.
— Точно не готова? — тихо спросил Алим.
— Боялась я, что он с тобой покончит, но близко вы стояли, — ответила Морриган и сглотнула набежавшие слезы. — Убью его чистой маной.
— Нет, — покачал головой Алим. — Нам надо сказать правду людям: Логейн — презренный вредитель, не без его участия произошел… произошли события в Кинлохе. Доверие к Стражам подорвано тоже благодаря ему. И нам нельзя упускать шанс сказать баннам, что он связался с антиванскими наемниками.
У Морриган не нашлось ответа. Она так была удивлена своим неожиданным слезам, что отдала решение по эльфу на откуп Алиму. А его философия запросто могла оправдать любой поступок.
Тут ушастый перестал стенать. Эльф стал потихоньку отползать к кустам, Алим и Морриган пресекли его поползновения и остановились над ним. Одновременно начал щелкать зубами мабари, псина пыталась урвать краешек уха убийцы. Алим взял его за загривок и оттащил на несколько шагов назад. Сурана остановил кровь.
Затем Алим протянул руку в знак дружеской помощи:
— Вставай, боец кинжала и платья. Я — Алим Сурана, она — Морриган.
— Спасибо, — настороженно просипел Ворон и скрепил рукопожатие. — Меня зовут Араннай Зевран.
Сурана не рассчитал силы и чересчур резко приподнял эльфа, едва того полностью не оторвав от земли.
Тех нескольких секунд Алиму хватило, чтобы оценить антиванца. Зевран и в самом деле был отличным бойцом. Алим никогда не предполагал встретить в Тедасе такого кинжального виртуоза, который оставит за бортом даже всех прошедших Испытание Травами, которых он знал.
Щеки Зеврана порозовели, и он даже закрыл глаза на секунду. Ну а в новом платье, который он где-то раздобыл, антиванец сильно отличался от своих собратьев из эльфинажа Денерима. Алим поймал себя на мысли, что женская одежда очень к лицу Зеврану, абсолютно без похоти, лишь завораживающая сдержанная элегантность. Вскоре лицо Морриган залило краской, пока она во все глаза смотрела на эту пару.
Зевран ни на секунду не спускал с Алима глаз. Он улыбался своему остроухому объекту уничтожения, и его большие глаза сияли так, как ни у одной женщины. Разве что, Леора иногда так глядела…
Когда волшебство момента испарилось, Алим не увидел больше Морриган в компании Геральта, она уже снова покинула эльфа.
Алим вернул Зеврану его острейший кинжал.
— Я читал, что в Антиве фривольные нравы, Зевран, — начал разговор Алим.
— Да! А еще рабство, рейды гвардейцев на эльфов и мерзкий эль. А вот Вороны Антивы, так сказать, провалы не прощают. Ладно, вот моя клятва: «Сим клянусь я в преданности Вам, покуда не будет Вам угодно освободить меня от сего бремени. Безоговорочно отдаю себя в Ваше распоряжение. Клянусь».
— Действительно, до чего рабская клятва.
Зевран по-прежнему проникновенно смотрел на Алима.
— Знаешь, я вот о чем подумал… — Он помедлил мгновение и продолжил: — Мы можем, вероятно, остаться здесь и узнать друг друга поближе.
Алим старался спрятать свой взгляд, сосредоточив его хоть на чем-то. Труп-мабари-труп. Однако, когда он ничего интересного не нашел, эльф устремил свой взор на Зеврана.
— Знаешь, я все-таки предпочитаю женщин.
Зевран Араннай медленно поднял руку и провел ею по щеке Алима. Шрамы на ней, оставшиеся от латной перчатки храмовника, тут же нестерпимо начали зудеть.
— Я тоже. — Он нежно погладил его и задержал при этом на секунду руку, прежде чем опустить ее. — Сейчас я должен переодеться. Ты разрешишь мне сделать это? И закопать тело.
Алим кивнул:
— Я пока приготовлю поесть.
На обочине, между домами крестьян, эльф разжег костер, над которым громко булькал суп в котелке. Мандражирующий Алим, отошел после своей «помощи» хозяйки эльфийки, пригласил к очагу Зеврана и подал ему дымящуюся миску. Эльфы уже довольно долго сидели с подремывающим Геральтом, Алим пытался распознать на слух прилет ведьмы-оборотня. Но до сих пор ее нигде не было видно и слышно.
Ощущение близости Порождений не покидали его. Настороженный, Алим поднялся, чтобы осмотреть местность. Когда он в поисках прошел вдоль тракта, то вдруг слабо почуял-заметил одинокое Порождение. Значит, скоро и другие прибудут к их огоньку. Порожденец целеустремленно направился к охотничьей хибаре, открыл незапертую дверь и и исчез внутри.
Еще до того, как Алим дошел до хибары, дверь снова открылась, на этот раз изнутри. К изумлению Алима, оттуда выскочила Морриган. Она всплеснула руками, и сразу же раздалось паучье верещание. Паучиха, в которую она превратилась, встала на задние лапы и понеслась ко входу в домик.
Но еще до того, Морриган вонзила когти в плоть порожденца, оскверненный житель Троп оказался рядом и попытался остановить ведьму.
— Я пришел с миром! — закричал он. — Архитектор…
В ту же секунду Морриган отхватила ему голову.
— Скрррррр! — верещала жвалами ведьма и развернулась на Алима. — Р-скрррр! — Затем она потопталась на месте и резко вернулась в обычный облик красавицы-дикарки.
Алим подбежал к Морриган:
— Я не ослышался? Оно разговаривало?
Морриган кивнула на безголовый труп, который уже начал истлевать.
— Он предлагал последовать за ним на Глубинные Тропы.
У Алима это не укладывалось в голове.
— Это какой-то абсурд! — воскликнул он.
Но Морриган не обратила на него внимания, а вырастила крупные черные крылья и взмыла в темное небо, которое готово было разродиться осадками.
Мгновение Алим растерянно осматривался, потом побрел к костру, изрядно выгоревшему по своему периметру, где повскакивали на ноги Зевран и мабари.
Совершенно очевидно, что больше оставаться здесь крайне вредно для общего дела, Алим хорошо запомнил местность еще в первую поездку со смуглым рубакой Дунканом, запряг лошадей и спокойно поехал в направлении Коркари, так что они должны были прибыть к утру на место скрещения королевского тракта и дорожки до Лотеринга.
Лишь одна мысль о Логейне у Алима вызывала сильнейший приступ презрения. Зевран рассказал ему, как Мак-Тир нанял Воронов для уничтожения группы Стражей.
— …выходит, он не такой просветленный монарх, за кого себя выдает. Часть баннов его поддержала, эрл Хоу и кто-то еще, не знаю, но остальные вошли с ним в жесткую конфронтацию. Неужели он не понимает, что будет, если Стражей в Ферелдене не останется?
Зевран беспомощно пожал плечами:
— Я знаю, что я не тот боец, который в одиночку выступит против войска Логейна. Но я охотно прирежу его в нужнике.
— Славная была бы кончина, — ответил Алим, все еще потирая саднящее горло.
Зевран пристально, со злобой, посмотрел на Алима.
— Ну ладно. Он бы у меня кончил, — сказал он. — Кончил!
— Угу, раза два.
