Душа без Совести

''Не трудно попасть на тот свет. Трудно вернуться…'' *** Берлин.Кабинет Мори Мори лежал на дубовом столе. Горящими глазами он смотрел на Фукудзаву. — Возьми уже меня, черт возьми! — Ты вроде обещал не матерится — наклонился Фукудзава слегка придушив Мори. — Ахх, ты меня уже замучил. — Ну что ж . — блондин начал неторопясь начал снимать свое оливковое кимоно.Мори жадно смотрел на его ключицы, которые показались ему самым прекрасным, что он видел в своей жизни. Но ему хотелось большего.Намного большего. Вдруг раздался звонок. — Твою мать! Какого черта сейчас прижало позвонить мне! Чтоб он сдох — гневно крикнул Мори. Фукудзава замер. — Ответь уже на звонок.Вдруг что-то важное… — Та знаю! Но поверь мне на слово, я буду убивать того, кто мне решился позвонить в такой момент медленно и жестоко — сказал Мори нажимая ''взять трубку''. — Алло, кто-это? — раздраженно спросил Мори — А, я не узнал. — голос вдруг стал мягким — Помню, я ведь не отказываюсь от своих слов. А он доживет? Лететь ведь два часа? А хорошо! Морфий? Отлично. Я постараюсь. Давай, до встречи! Бросив телефон на стол Мори вылетел из комнаты не сказав ни слова. ''Что-же могло такого случиться, что Мори так резко отменил празднование нашей годовщины…'' — расстроился Фукудзава. *** Голландия.Амстердам.Комната без окон. Дазай открыл глаза.Все плыло из-за слез, которые словно ждали, когда он откроет глаза и хлынулись в наружу.Боль в спине была просто невыносима.Он попытался приподнять голову, но резкая боль прожгла его спину огнем — так сильно, что Дазай чуть не вскрикул. ''Ладно, поднять голову не выйдет'' — подумал Дазай, он постарался осмотрется вокруг — это была небольшая белая комната с резным потолком.Шатен опустил глаза — его руки что сдавливало — он попытался их поднять, чтобы рассмотреть, но резкая боль в спине дала о себе знать.''Видимо они привязаны к кровати'' — подумал Осаму вздыхая и закрывая глаза -'' кто же мог сделать это со мной? ''. Вдруг он услышал тихий слегка хриплый голос: ''Снег изящен на твоих плечах, Светом луны тебя он освещал. Искра звезды в очах твоих Но может взгляд твой обещал…'' — Кто ты? Послышались тихие шаги в сторону кровати, но человек остановился, как бы в нерешительности.Это был высокий парень в черной маске, которая была украшена такими же черными блестками.Маска полностью закрывала лицо. — Я тот, кого пленили твои глаза. — Нет, лучше убей меня.Я не хочу жить в подчинении.Ты ведь не просто так меня похитил… Лучше убей, прошу! — Что ты сказал? — голос незнакомца дрогнул.Человек в маске подошел и сел на стул у изголовья кровати. — Ты думаешь я такой дурак…? Неужели думаешь, что я не понимал, что ты совсем не шутишь, когда говоришь про свои чувства. — Дазай узнал в дрогнувшем голосе Федора Достоевского. — Ты дурак.! — послышался металлический лязг. ''Неужели он хочет одеть на меня наручники? '' — испугался Осаму. — Считаешь меня садистом… Если бы я хотел то ты бы давно уже лежал раздетым! — он властно захлопнул наручники на запястьях Осаму и холодный метал обжег кожу шатена.Достоевский приковал Дазая к спинке кровати. — Н-но какого черта ты тогда делаешь.? — Дазай старался держать себя в руках, но фиолетовые глаза в маске явно ничего хорошего не предвещали — Зачем ты меня похитил? — Я бы на твоем месте сказал спасибо — я собственноручно зашил тебе рану, и помог. — Так ты же меня и ранил! — Ты правда такого мнения обо мне… Я ведь отношусь к тебе как.Вообщем я проходил мимо бара и увидел тебя истекающего кровью. И забрал к себе, не мог же я тебя оставить умирать в том ужасном районе! — Как же неправдоподобно ты лжешь! — вскрикнул Дазай злясь невозмутимости собеседника, а еще больше на самого себя — как он, мог быть неосмотрительным в тот вечер и как ему только мысль пришла выпить с Федором. ''Да уж я был ужасно неосмотрителен, и теперь отгребаю по полной ''- Дазай глянул на Федора — ''не может быть… Он просто хочет выглядеть героем в моих глазах.Я не позволю ему манипулировать мной! Ну что же я принимаю вызов! '' — Ты злишься безумно мило! — Федор снял маску и присев на краешек кровати спросил — Правда не веришь? — Верить тебе?!! Я еще не сошел окончательно с ума! — Ох, как жаль.А я ведь могу тебе помочь. — Достоевский наклонился к щеке Осаму. Дазай отвел глаза — слишком сильно его притягивала мраморно-белая кожа Федора. Достоевский заметил смущения Дазая и хищно усмехнулся: — Боишься что съем? — Кто кого еще будет бояться… — Дазай по привычке начал язвить совершенно забыв в каком он уязвимом положении. — Сними наручники! Я же все равно не смогу встать с такой глубокой раной в спине. — А может мне нравится как ты все время безуспешно пытаешься их снять. — Извращенец! — Вообще-то я ничего такого не планировал …Но раз ты уже предложил, я не в силах не соответствовать данному титулу. — - Федор наклонился к открытым губам Дазая (тот явно хотел что-то успеть возразить…) и слегка провел по ним языком. Осаму дернул голову. — Ты издеваешься… Я Рука Федора схватила его за подбородок и холодные как лед сжали его шею. — Шелохнешься.? — тон Достоевского поменялся, услышав этот голос сразу узнавался босс наркоимперии Дазай поднял глаза.Чёрные локоны казались ночью.Такая же темная беззвездная ночь сияла в его глазах.Бледные уста были сжаты, но легкий румянец уже проступил на белом лице.''Такой человек получает все чего только пожелает.''- подумал Дазай. Дазай как загипнотизированный ответил: — О, нет Федор не спрашивал дважды — он жадно впился в губы Дазай, будто бы желая попробовать его душу на вкус.Поцелуй был французким даже слишком — если бы Дазая спросили о нем.На Федора же поцелуй подействовал как наркотик — он не мог не как остановится — снова и снова он целовал эти прекрасные, такие желанные губы.Когда же он наконец остановился, то увидел, что Дазай тяжело дышит и ужасно возбужден. — Ты уже.? Это же просто поцелуй! — У меня температура.Ты точно обработал рану.? — Аххахах.Ты непревзойденный — Достоевский наклонился и начал расцеловывать шею Осаму.Он облизывал, целовал и то дело кусал эту сладкую плоть.Ему нравилось как при каждом прикосневении Осаму вздрагивал и пытался дышать ровно. Маленькие засосы ярко-красными пятнышками как ошейник красовались на смуглой коже — Федор залюбовался своей работой.Он снова накронился и поцеловал самый яркий засос. Дазай слишком долго сдерживался.Ему было тяжело дышать, ему хотелось ощутить Федора всем телом, но он ни за что не хотел показать это Федору.Он не издал не звука.Но электрический ток прошелся по шее. — Агхх — вырвался такой громкий стон из его груди, что если бы руки его не были связаны он бы тотчас же прикрыл лицо. Федор улыбнулся. — Ты же меня провоцируешь не так ли. — Ммм нет — Дазай все еще не мог прийти в себя, слишком уж сильно отреагировало его тело на поцелуи брюнета. — Провоцируешь, провоцируешь ведь — Достоевский медленно провел пальцем по груди шатена. Дазай выгнулся навстречу прикосновению, но сразу же скривился от боли — рана открылась и он снова почувствовал теплую кровь стекающую по спине. Краска сошла с его лица — оно стало похожим на помятую бумагу — глаза сразу потеряли игривый блеск — сознание начало покидать Дазая. — Боже…! Боже мой.Дазай.!!! — Ничего… Это ведь лишь кровь — прошептал Осаму, вдруг боль пронзила его с такой силой что он сразу потерял сознание. — Господи. Федор взглянул на простынь — под Дазаем было алое пятно.Федор весь дрожа начал снимать наручники.Перевернув шатена он увидел что шов разошелся. ''Какой кошмар, я виноват — он снова потерял много крови… Но черт, как же ему идет быть окровавленным'' — подумал Федор и на минуту залюбовался своим Дазаем'' — он обязательно будет моим.'' Кровь не останавливалась.Вся кровать стала красной.Достоевский наслаждался видом.Он знал что потеря 2 литров крови скажется на здоровье, но жизнь Осаму не потеряет. Наконец он встал и прошел в операционную дверь в которую находилась в самом углу комнаты.Он достал бинты и наложил жгут на рану — ''Это поможет остановить кровь на некоторое время'' После он сходил в операционную — вернувшись с носилками, переложили на них Дазая и насвистывая ''Feeling Good'' повез Осаму. В операционной было светло, как днем. Круглые хирургичные лампы светили очень безразлично.Все казалось каким-то безучастным -хромовые поверхности, ящик с инструментами, шкафы заполненные до верхов бинтами и препаратами. Достоевский принялся мыть руки жидким мылом. Он мыл их с настроением влюбленного, ему представлялось это очень романтично.Ведь он спасает жизнь своего.своего собственного Дазая Осаму. Раздался хрип.Федор подбежал — состояние у раненого было критическое.''Нужно срочно вколоть ему морфий'' — подумал Достоевский — ''он ведь просто не доживет до самой операции'' Он достал раствор морфия и набрав шприцом наркотик Достоевский вколол его в зеленую вену на руке Дазая. ''Пульс участился'' — констатировал Достоевский — ''значит умереть не успеет.'' Он подошел к телефону который лежал на полке рядом с кучей бинтов: — Алло, Мори.Это Достоевский.Слушай помнишь ты что ты мне говорил — должен по гроб жизни.У меня тут пациент.Гммм.Ну как сказать большая кровопотеря из-за ножевого ранения.Я ему пытался зашить рану, но шов разошелся.Боюсь сделать что-то не так — едь в мой особняк, проведи операцию.Та ничего, он сильный, тем более я вколол ему морфий.Да я присмотрю за ним, хорошо.До встречи! Федор облегченно вздохнул и сел рядом с лежащим на операционном столе Осаму. — Какой-же ты все-таки прекрасный — прошептал Федор гладя темно-каштановые пряди.