Глава 9: семь дней молчания
7 июля 2022 г., 22:20
***
—Вот и зачем я только пришёл в эту залупу к третьей паре.. Надо было послушать Хенджи.- недовольно, заходя в аудиторию, бормотал сонный с поездки Хо себе под нос. Он прошёл дальше по длинному залу и заметив своего "пиздарика" подсел к нему, закинув сумку под стол. Тот же, сидел еле еле не засыпая, и настолько сильно казалось его лицо опухшим, что щеки словно облаками стали. Присутствия Минхо, парень не заметил вообще, может быть и будут слышны маленькие посапывания Хвана, если подвинуться ближе.
—Хёнджин, ты че? - слегка стукнув засыпавшего юношу локтем сказал тот.
—О.. Хо, ты уже тут, с приездом —зевнув ответил парень.
—Бля, да чего с тобой, сам на себя не похож. Сонный, растрепанный. Я таким тебя последний раз видел, когда ты воду с водкой Чана перепутал в первый день въезда в общагу.
—Не напоминай.. Нормально все, сиди спокойно жди препода.
—А кстати, где этот.. Ну.. Сынмин.— повернувши голову спросил парень. —Вы же всегда вместе были, я думал вы уже сосетесь вво всю.
—Блять, я тебя щас об стол уебу, он сзади сидит и наверняка все слышит. - с явным раздражением парень почесал переносицу средним пальцем и повернулся назад, увидев Кима. Он сидел утыченным в экран телефона и в наушниках, с таким же сонным замученным лицом. Затем Минхо тоже развернулся, дабы увидеть, что же такого интересного сзади от них.
—Вы что поругались пока меня не было, — вопросительным и чуть удивлённым взглядом смотрел парень на Хвана— Эй, вы же спали уже в обнимку, я разочарован.
—А ты откуда знаешь про это. Я вот возмущен
—Ого, то есть это реально было ууу, мой малыш Хёнджин совсем вырос.
—Ах ты пиздюк, специально вымолвить меня хотел. - двумя пальцами он зажал носопырку друга и легонько помотал его голову то вправо то влево.
—Ну так я понял, вы все таки поссорились.
—Можно и так сказать.. —почесав затылок с поникшим лицом вышептал Хван, взял черную ручку в руки и принялся за запись конспекта в тетрадь.
Вроде бы за пару они больше ни о чем не говорили, хоть и Ли пытался вытащить из друга побольше информации, но тот его либо игнорировал, либо отвечал очень коротко и невнятно.
Пара закончилась, а Хван так ничего и не вымолвил, сидит уставившись в одну точку. А Хо привлекает его внимание как может, руками пред его лицом машет.
—Джинни, ну ты че, вставай уже пошли. Нам до корпуса с нужной аудиторией, как до Китая, щас из за тебя опоздаем. Как ребёнок себя ведёшь.
Через пару минут мучений с этим "младенцем", парни все таки вышли из аудитории, направившись к следующиму корпусу.
—Минхо, я спать хочу, отпусти меня тут уже. Прямо на полу улягу.
—Не уляжешь, я тебя за ногу потащу.
—Мне плохо, отпусти.
—Да конечно отпущу, господин. Пошли уже хватит ныть.
Эти жуткие полтора часа прошли довольно мучительно. Преподаватель лишь и делал, что запугивал предстоящими экзаменами, а ведь они уже буквально через неделю.
Но когда того не ждёшь и можно даже сказать опасаешься, оно приходит с невероятной скоростью.
Так же и пролетела неделя. Это время Хо назвал бы "7 дней молчания" потому что юноши совсем не разговариваривали, не взаимодействовали меж собой, старались не пересекаться вовсе, хоть и Минхо пытался подтолкнуть Хвана к действиям, что бы не метался в себе как замкнутый ребёнок, все безуспешно. Хёнджин утопал в своих скрытых безнадёгой чувствах, но плавать то он не умел. Не умел держаться на плаву, будто действительно новорождённый ребёнок. Казалось будто действительно утонет с дня на день и единственный кто сможет вытащить его из этой дыры — Ким. Этот бедолага даже и думать не мог о продолжении жизни после университета, чёрный мир с белого листа. Но все же безнадёжно надеялся, что чёрная клякса останется, и будет она представлять из себя спасителя Мини.
Сынмин же совсем позабыл о здоровом сне, на пары ходил выжимая из себя последние кали сил. Бессонница мучает его уже ровно семь дней, все думает о словах отца во сне, судорожно читая одолженные конспекты. Эти огромные тексты с информацией, что написаны ужасно кривым торопящимся почерком, конечно помогали к подготовке, но все таки юноша уже и провалиться морально был готов. Синяки под его усталыми глазами проваливались в бледную кожу всё глубже с каждой бессонной ночью. Какие только мысли в голову его чумную не приходили, но его мысли улетали так же, как бабочки на свежей равнине. А ту самую сушенку с именем парня, расколотая на две части, он хранил в файле, лишь бы не повредилась ещё сильнее.
