Осколки прошлого

      Андромеда осталась ночевать на Гриммо, она не могла заставить себя вернуться домой, к тому же нужно было приглядывать за Гермионой, ритуал прошёл удачно, но проклятье неизученное, не малы были риски непредвиденных осложнений.       Беллатрикс коллективно решили оставить в гостиной, на окна и стены наложили защитные чары и расстались на том, что мер достаточно. После этого Кингсли быстро ретировался, заявив о неотложных делах Министерства.       Бессонница этой ночью не оставляла Андромеду, женщина не могла перестать думать о маленьком Тедди, который сейчас неизвестно где, что его жизни может угрожать опасность, а она просто сидит в комнате Гермионы под предлогом заботы о девушке. Вскоре Андромеда пожалела, что не додумалась зайти в библиотеку за книгой, навязчивые мысли не покидали голову, снедало любопытство, а ещё её глубоко задело взрослые слова Гарри. Через пятнадцать минут борьбы с совой она решила отлучиться ненадолго. Вернулась Андромеда в расстроенных чувствах, вид собственной гостиной напомнил её о внуке. Но она упорно гнала от себя дурные мысли и убеждала себя, что всё будет в порядке.       

5. X 69г.

      Милорд лично занялся её обучением. Не могу взять в толк, что его так зацепило в девчонке, она ведь круглая дура.       Проходя мимо зала для упражнений, я услышал фразу, которая безмерно меня порадовала. «Одна удачная дуэль не делает из хрупкой девушки война». Кажется, после этих слов Беллатрикс с крахом проиграла схватку. Жалкая, беспомощная идиотка, возомнила о себе невесть что…       

30. X 69г.

      Их тренировки меня всё более настораживают, самое ужасно, что он начал с ней говорить. Сегодня я видел их в саду с балкона кабинета. Мерлин меня подери, он впервые, со школьных лет, искренне улыбнулся.              

14. XI 69г.

      Уму непостижимо, Милорд буквально обезумел, на днях я застал их за беседой в библиотеке, а сегодня он объявил мне о необходимости уладить дела во Франции.              

29. XI 69г.

      По возвращении Милорд вызвал меня к себе, девчонка опоила его, раз он чуть ли выгнать из Британии меня готов. Даже доводы привёл, видите ли, Беллатрикс любит его и кто я такой, чтобы рушить священное чувство. Он говорил что-то ещё, но я не воспринимал его. В конце я заявил, что вынужден отправиться в Америку по делам семейного бизнеса, но мы оба понимали, что это оттягивание неизбежного, а меня не покадила надежда, будто Милорд охладеет. Очевидно, что двигало им плотское влечение, долго же он тогда держался.              Это было уже слишком, Андромеда была не в силах представить свою сестру в объятьях человека, что четверть века держал всю Магическую Британию в страхе. Становилось противно, ведь Волдеморт примерно одного возраста в Рудольфусом. Как она могла, убегая от одного тирана полюбить другого — абсурд. Поверить в то, что Волдеморт мог испытывать нежные и светлые чувства, она не могла.              

23. XII 69г.

      Девчонке невероятно повезло, что за год нашего брака я успел пресытиться, привык к её боли, слёзы не доставляли уже мне прежнего удовольствия. Если бы не это обстоятельство, не смог бы я задавить в себе гордость и уступить свою жену другому.              

3. I 70г.

      Не могу боле наблюдать сей цветущий вид моей жёнушки, выглядит она так, будто Милорд — образец нежности и заботы. В ближнем круге уже начали шептаться, что Милорд сам не свой, будто помешался.              

25. I 70г.

      Он дал ей метку, не могу поверить. Играть с женщиной одно, но подпускать близко к делам — губительно, она ведь ничего не соображает, магический потенциал не делает из неё ни политика, ни сильного мага. Милорд на самом деле помешался.              

16. II 70г.

      Наконец нашёлся у меня повод для ликования. В преддверии массированных атак на Министерство, Милорду удалось совладать с собой, уверен, не обошлось без тёмной магии. Его не было несколько дней в Британии, а после он вернулся особенно безэмоциональным и жестоким. У них произошла размолвка, и Беллатрикс никому ничего не сказав уехала на Ривьеру к бабушке. Поразительная наглость, но я найду способ её наказать за подобное своеволие. Или это сделает Милорд, ведь девчонка, очевидно, забыла, что не просто спит с ним, а ещё и Пожиратель смерти, связанный нерушимым обетом.              Кипа следующих страниц была со злобой вырвана, резко, по-магловски, на жалких обрывках текст не читался.              

5. IX 73г.

      Больше не могу на неё смотреть, особенно после новости о «деликатном положении». Единственная надежда, что родится девочка или случится выкидыш. И как только смогла она уговорить Милорда…              За этой станицы записи обрывались, дальше виднелись только пустые листы, видно Рудольфус забросил дневник, когда больше нельзя было описать страдания своей жены. А может просто завёл другую тетрадку. Мысли роились в голове, она на секунду прикрыла их и не заметила, как задремала.       Утром через камин на Гриммо пожаловал Долиш, на руках у него спал Тедди.       — Приветствую, — Долиш неловко улыбался, — Кингсли послал меня, э…       Тедди перекочевал с рук аврора бабушке. Андромеда нежно провела рукой по светло каштановым волосам.       — Как вы его нашли? — глаза Андромеды лучились счастьем.       Аврор замялся, но совладав с собой ровно заговорил.       — Мы отследили портключ, штука старая, но официальная, регистрировали ещё Розье. От места перемещения мы отследили аппарацию эльфа, след вёл в магический квартал Ломбардии. Там в одном пабе мы обнаружили камин, соединённый с островом Сицилия, бармен видел, как домовик с ребёнком переместились по нему. Дальше пришлось тяжело, Сицилия закрытый регион, а не маленький, чары там работают из рук вон плохо, пришлось обыскивать остов по-магловски. Нашил мы их в маленьком городке Ното на востоке острова.       Долиш отказался остаться на чай и спешно ретировался. Андромеда к своему стыду была этому рада, она зашла в первую попавшуюся гостиную, уложила Тедди на диван и принялась выполнять пасы палочной над малышом. Все жизненные показатели в норме, никаких повреждений, истощения нет. На некоторое время она успокоилась, пришло время обеда, после ужина, но Тедди никак не просыпался, это начинало настораживать.       Под самый вечер заглянул Кингсли. Андромеда взволнованно рассказал про необъяснимый сон малыша.       — Может, возможно, позвать невыразимца ещё раз, он наверняка знает что это. — С обращённой мольвой говорила Андромеда.        — Боюсь, что встречу его ещё не скоро.       Андромеда с отчаянием посмотрела на него, но развивать тему было бесполезно, ведь о невыразимцах она имела собственное представление.       В комнате Кассиопеи всё лежало так же, как она и оставила несколько дней назад: на письменном столе высилась гора книг по ритуалистике, редчайшие знания, записанные двоюродной бабушкой. В одном томике между страниц поспешно был просунут незапечатанный пергамент, она отложила его в сторону: прочитает позже, когда найдёт ответ. Женщина с головой зарылась в книги, и ответ нашёлся, не сразу, но через десяток просмотренных томов.       …Одним из последствий принятия в род несформировавшегося волшебника является перезагрузка его магического ядра. В это время человек может испытывать усталость, сложности с концентрацией, известны случая впадения в непродолжительный беспробудный сон. Последствия не представляют угрозу для жизни, но…       Облегчённый вздох сорвался с её губ.       — Конечно! Как же я сразу не догадалась.       Вопрос «зачем» встал поперёк горла, облегчение за Тедди захлестнуло, губы против воли расплывались в счастливой улыбке. Через несколько минут она уже стояла в пустой комнате на первом этаже, всё видимое пространство на стенах занимал огромный гобелен, освещённый только луной и звёздами за окнами. Отыскав выжженное пятно, она с любопытством разглядывала веточку, начинающуюся от выжженного места и заканчивающуюся розовой лилией от которой шёл ещё один отросток, на его конце она прочла: «Теодор Блэк 1998». Она не могла заставить себя уйти, глаза безотрывно смотрели на членов семьи. Рассматривая портрет двоюродной бабушки, Андромеда вспомнила про незапечатанный конверт в одном из фолиантов.       Поднявшись наверх, женщина обнаружила конверт там же, где и оставила. Осторожно она развернула пергамент с неотправленным письмом. В верхнем правом углу стояла дата «23 X 44».              Дорогой Полукс,       Слухи, что мы обсуждали в нашу последнюю встречу, оказались правдивы. Ты выражал желание докопаться до правды, и мне удалось расспросить тётушку Эспер. Признаю, ты был прав в суждениях о том, что в нашей семье никак не мог родиться сквиб, разве что в качестве бастарда. Судьба Мариуса, насколько мне стало известно, сложилась весьма трагично и всему виной Сильвий Лестрейндж, что, как и все его предки грезит об утраченной власти в Британии. В 24м годовалого Мариуса похитили, практическая сторона вопроса не столь интересна, и шантажировали нашего отца, который, как ты прекрасно знаешь, никогда не отступает от своих принципов, не поступился ими и в отношении своего сына, нашего брата. Позиция, хоть и жестокая, но, полагаю, ты согласишься — необходимая для выживания в нашем мире. Сильвию ничего не оставалось, как исполнить свои угрозы, дабы не потерять достоинство; Мариуса лишили магии и отправили в обычный магловский приют, где он и вырос. Наш отец, нашёл его через пару дней после ритуала, Мариуса обследовали лучшие целители, но все в один голос заключили, что изменения не обратимы. После его судьба достаточна печальна, отучился на магловского целителя и в 42м пропал безвести на фронте, скорее всего погиб.       Смотря на неудачные потуги Сильвия, который сдался после одной неудачи и, как мне кажется, будет сменён с доски, его сын, что уже замечен в сомнительной связи с полукровкой (помнишь, мы обсуждали его, Том Реддл, собиравший себе приспешников в школе и теперь работающий в Горбин и Берг), пойдёт по его пути, наверняка мальчишка решил, будто его семья заселилась на посту представителей магической Франции в Британии. Меня терзают опасения, что он не станет столь смиренно принимать поражения, как его предки, а его стремление к власти дорого обойдётся нашей семье.       Твоя любящая сестра, Кассиопея              Честно говоря, Андромеда была не сильно удивлена, потому что она всегда подозревала, что в истории с братом деда не всё чисто. Факт того, что письмо никогда не было отправлено, она тоже быстро объяснила. Кассиопея, поражённая открытием, поспешила поделиться с братом находкой, но, кончив письмо, поняла, сколь откровенным оно получилось. Откровенным настолько, что доверять сове столь деликатную информацию сочла недопустимым и изложила находку потом, при личной встрече.       Тедди проснулся ближе к вечеру, Андромеда никак не могла нарадоваться маленькому внуки. Единственное, что омрачало этот весенний день — её сестра, в бессознательном состоянии, лежащая наверху.       — Пойдем, проведает Гермиону, — предложила она малышу, опускаясь на его уровень.       Тедди заулыбался, его волосы окрасились в жёлтый, он залепетал нечто неразборчивое из чего Андромеда уловила только «Ге-ми».       У Гермионы они застали Гарри, он сидел рядом с подругой. Лицо девушки всё ещё сохраняло бледность, но она приветливо поздоровалась с вошедшими, а после раскрыла объятья, неуклюже шагавшему к ней, Тедди.       — С ним всё в порядке? — тоже улыбаясь ребенку, поинтересовался Гарри.       — Да, и судя по гобелену, теперь он Теодор Блэк, — Гарри с Гермионой непонимающе переглянулись. — Она провела ритуал принятия в род, ума не приложу зачем, но это факт.       — Сумасшедшая, — заключил Гарри.       — Неужели она так и останется здесь? — подала голос Гермиона, очевидно друг успел пересказать ей события вчерашнего дня.       — Ни в коем случае, — горячо начал Гарри, — пока она здесь, все мы в постоянной опасности, кто знает, что ещё взбредёт ей в голову!       — Моя затея провалилась, — с некоторой грустью сказала Гермиона, — лечь её бесполезно, есть только один вариант, — девушка замялась, — то, что Вы предлагали в самом начале.       Андромеда вздохнула, Гермиона была права, на самом деле не оставалось выбора. Беллатрикс не место в их новом мире, она должна уйти.       — Ты права, Гермиона.       Тедди почувствовав серьёзность момента, перестал возиться на руках у Гермионы и будто бы начал прислушиваться к разговору.       — И что же это будет, не авада же? — Гарри озвучил плохой вариант, в его фразе звучал отголосок вчерашней светлой мысли. Несколько лет назад в Министерстве Магии Поттер и сам не отказался от такой роли, только через несколько недель после гибели крестного юноша осознал, почему Круциатус не удался, он хотел убить, не причинить боли или страдания — лишить жизни, стереть с порошок.       — Есть идея получше, я напишу Слизнорту, думаю, он не откажет любимой ученице. — План появился в голове мгновенно, сначала они предложат Беллатрикс выпить напиток живой смерти, если она не согласится, найдётся другой способ заставить её выпить зелье.       Сова улетела из гостевой спальни на Гриммо после ужина. Наутро она получила ответ, профессор был рад услышать о своей студентке, выражал озабоченность специфической просьбой, но дальше писал о том, что не может отказать своей любимой ученице и только надеется, что зелье послужит благим делам.       После завтрака появился Кингсли, план ему более чем понравился, он признался, что имел подобные соображения, только не представлял, как удачнее всего будет это организовать.       Андромеду отправили в качестве посыльного. В небольшой гостиной на кожаном изумрудном диване лежала Беллатрикс. Женщина был неподвижна, только грудь время от времени тяжело вздымалась, и ресницы трепетали на закрытых глазах. Как безобидно выглядит она без сознания.       Тихо ступая по паркету, Андромеда преодолела небольшое расстояние от двери. В руках у неё покоился флакончик с укрепляющим зелье, жидкость приобрела зелёный цвет из-за предусмотрительных манипуляций Андромеды. Она хотела поговорить, не устраивать допрос, но и не вытягивать из сестры каждое слово, предполагая, что делиться сокровенным с «предательницей» та не намеренна.              Она прислонила склянку к пересохшим губам. Через несколько минут Беллатрикс зашевелилась, по телу прошлась судорога, она резко задышала, с губ сорвался болезненный стон. Но вот через минуту она уже сидела напротив Андромеды, готовая защищаться. Беллатрикс огляделась и вскинула брови в удивлении, обнаружив только сестру.       — Как же этот так, наш храбрый Министр отправил беззащитную женщину в логово дракона. — Она улыбнулась, наклоняя голову на бок.       — Беззащитна здесь не я, — огрызнулась Андромеда. — У меня накопилась вопросы, — Беллатрикс не перебивала её, только пронзительно смотрела, отбивая желание спрашивать. Но она решила начать с вопроса, ответ на который сама она знал. Андромеда надеялась, что сможет зацепиться на ответ сестры, потому что теперь, встретившись с ней лицом к лицу, у неё не осталось вопросов. Голову будто старательно вычистили, все, что она могла — внимательно вглядываться в столь знакомые и в то же время чуждые черты. — зачем тебе Тедди? — Беллатрикс устало и несколько удивлённо подняла брови, показывая сколь глупый вопрос только что услышала. — Можешь не играть в жертвенность, его нашли, он на Гриммо.       — И где же он был? — мудрый ход, перестраховка на случай блефа.       — В небольшом городе на остове Сицилия.       Беллатрикс мгновенно помрачнела, может она и не знала точного его местонахождения, но представления явно имела. Она так же понимала, что теперь не имеет особенной ценности ни для Министра, ни для Поттера, ни для сестры. Беллатрикс продолжила игру в молчанку, вместе с тем разглядывая сестру исподлобья.       — Зачем тебе нужен был Тедди?       — А он уже очнулся? — Толика надежды скользнуло во взгляде, но столь же быстро она снова помрачнела, заметив кивок Андромеды.       — Ты наверняка видела гобелен и знаешь, что Поттер не стал главой рода Блэк, — она немного помолчала, подбирая слова. — Полукс завещал его мне, а я однажды дала ему обещание, что верну имя семье. Так получилось, что твой внук — единственная кандидатура. — Всё это время Беллатрикс смотрела, будто сквозь сестру, но теперь взгляд её сверлил Андромеду. В глазах сестры она читала растерянность и удивления сказанному, видимо Беллатрикс не ожидала от себя подобных откровенностей.       — И тебя не смутило его происхождение? — Андромеда вгляделась в сестру ещё внимательнее, черты её лица болезненно скривились, но она ответила.       — Это лучший вариант, он всё равно чистокровный, в первом колене, но лучшего решения не было. Не смотря на кровь матери, его отец, хоть и был оборотнем происходил из одной обедневшей посредственной, но чистокровной семьи как выяснилось, иначе магия рода не приняла бы его.       — Зачем тебе это?       — После моей смерти он унаследует всё имущество Блэков, ему достанется пожизненное место в Визенгамоте и некоторые другие преференции. Я лишь хочу, чтобы имя семьи жило, не может наш род пресечься поколением войны.       Она сказала «наш род»? Андромеда пребывала в недоумении, в искренности сестры не приходилось сомневаться, но разве могла Беллатрикс произнести подобное сочетание слов в разговоре с «предательнице».       — От того, что ты ввела в род Тедди, ничего не измениться, имя семьи в том значении, в котором ты его понимаешь, умрёт вместе с тобой, не останется больше фанатиков чистой крови в новой Магической Британии.       — Но ты должна провести мальчика в мир магии, показать её силу, обучить родовой магии Блэков. — Глаза Беллатрикс маниакально загорелись, как только речь зашла о магии.       — Ты в своём уме! — изумилась Андромеда, — не стану я учить его тёмной магии!       Беллатрикс залилась каркающим смехом, немного успокоившись, она парировала.       — Твои обожаемые маглы здорово промыли тебе мозги, раз ты начала делить магию на белую и чёрную.       — Тёмная магия разрушает душу! Послушай…       — Бредни, — перебила Беллатрикс, — бредни старого маразматика, что захотел больше власти! — резко отрезала женщина.       — Не бредни, передо мной сидит пример. Ты, правда, считаешь себя здоровой?! — Андромеда начала распаляться.       Беллатрикс отпрянула от неё.       — Ты ничего не знаешь, меняет далеко не магия… — Она замолчала, внутренне одёрнув себя, доза зелья была не столь велика, чтобы Беллатрикс выдала все свои тайны как на духу.       — Ошибаешься, — Андромеда решила разыграть карту с дневником, желая понаблюдать за реакцией, — несколько дней назад я наткнулась на занимательнейшую книгу с золотым теснением на обложке.       Андромеда вглядывалась в черты сестры, в глазах блеснула болезненная догадка.       — Разве магловское правительство ещё может позволить такую роскошь? — она подпустила сарказма в голос, не желая признаваться даже себе, что Андромеда могла наткнуться на записи Рудольфуса.       — В твоей комнате ещё можно найти подобную роскошь, — Беллатрикс выглядела раздосадовано. — Знаешь, там очень много интересного про тебя и Рудольфуса, Блэков тоже не обошли вниманием и, конечно же, Волдеморт появился мельком.       Андромеда поймала на себе яростный взгляд после упоминания Волдемотра по имени, но решила не развивать эту гиблую тему.       — Ты совершенно не изменилась, всё такая же любопытная, — мрачно проговорила Беллатрикс, а после поняла взгляд на сестру и ехидно улыбнулась, — надеюсь, запись про свою дурость ты не пропустила?       — Не пропустила. — Сухо ответила Андромеда. — Но не только это там было, я прочла про девушку, что переступила через хвалёную Блэковскую гордость, терпела насилие. Я не поняла только одного — зачем, он ведь не держал тебя взаперти?       — Нет, потому что я не ты, чтобы трусливо сбегать, поджав хвост!       Беллатрикс смотрела сквозь сестру, она больше её не видела, перед мысленным взором вставали тени прошлого. По спине пробежал холодок. Только не сейчас, только не снова — есть вещи, которые и она предпочла бы забыть. Из болезненных воспоминаний её вырвал язвительный голос Андромеды.       — А да, ты поступила умнее, ушла от садиста к тирану, — Андромеде захотелось закатить глаза, когда сестра принялась яростно сверлить её взглядом, — а ведь это он отчасти виноват в потере влияния Блэков. — Андромеда видела, что ещё немного и Беллатрикс кинется на неё, но она продолжала. — Насколько я понимаю, Рудольфус — школьный друг столь тобой обожаемого Волдеморта, решивший вернуть семье былое могущество, в итоге объединился с Малфоями, и, если бы не Гарри, обзавёлся бы солидным положением в новом «чистом» обществе.       — Какая проницательность, но ты упускаешь одну деталь, с начала семидесятых отношение Милорда к нему портилось, он существовал практически в опале. — Она особенно подчеркнула слово «Милорд».       — Полагаю, не без твоей скромной помощи он терял позиции.       Беллатрикс неопределённо передёрнула плечами. Слишком слабая реакция, Андромеда сама не знала, чего добивается, но она хотела вывести сестру на настоящие эмоции. Возможно, хотела услышать от неё подтверждение того, о чём прочла. Написать можно всё, что угодно, но вот что произошло на самом деле? Сколько ещё тёмных пятен она упустила.       — Знаешь, я видела тело Маркуса, — Беллатрикс непонимающе на неё смотрела, — заведующего отделением, — теперь во взгляде сестры появилась неприязнь, — опустим то, что при рождении ему было дано другое имя, важнее то, что он был самым настоящим волшебником, пока его не лишили магии.       — И какое же его настоящее имя? — Беллатрикс скрестила руки на груди, со стороны могло показаться, будто ей совершенно плевать на ответ, но Андромеда заметила, как ненадолго сестра немного прищурила глаза. Через мгновение Беллатрикс опомнилась, поняв, что выказала интерес, но попыталась не выдать своё замешательство ещё больше.       — Когда я осматривала тело, его черты лица, голубые глаза вызвали во мне сомнения, — кажется, она всё поняла и не замедлила поморщиться. — Его звали…       — Отвратительно, — презрительно заключила Беллатрикс, перебивая сестру.       — …Мариус Блэк, — всё же сказала Андромеда и продолжила, не обращая внимания на подавленность сестры, — его похитили, лишили магии и отправили в магловский приют, Кассиопея считал, что он погиб на фронте, но ошиблась. Я видела тело, на самом деле похож, но как видно войну его молодая психика не выдержала.       — Зачем ты мне это рассказываешь, мне плевать, что с ним произошло, для семьи его нет уже давно. — Она говорила ровно, но язвительность от этого из голоса не пропадала.       — Это ещё не всё, — она немного помедлила. — Знаешь, от чего он умер? — Ей нужно было увидеть подтверждение в глазах, Андромеда охнула, когда Беллатрикс отвела взгляд. — Неужели… — только и смогла выдавить из себя женщина.       — Довольно! А теперь убирайся! — сестры выглядела как загнанный зверь, рассказ пробудил в неё болезненную ярость, и она не хотела, чтобы кто-нибудь видел её в таком состоянии.       — Нет, — отрезала Андромед, — не тебе решать, когда я уйду, у меня ещё есть вопросы.       Беллатрикс молчала, казалось, ей удалось совладать с собой.       — Как ты вернула себе память?       Андромеда ошиблась, теперь добровольно Беллатрикс ей отвечать не станет, а выпытывать ответы, она не намеренна.       — Последний раз спрашиваю, как ты вернула себе память?       — Поразительная наивность считать, будто я отвечу, — язвительно выплюнула Беллатрикс, не ответа она ожидала в самом то деле. — Убирайся, наконец, или остались ещё грязные сплетни?       — Сложная история у тебя, конечно, с Лестренджами, — Андромеда сама не поняла, как в ней возникло желание уколоть побольнее, задеть за живое.        — Я сказала, хватит! Убирайся! — закричала Беллатрикс, теряя остатки терпения. А после залилась совершенно истерическим смехом.       Андромеду не переставала поражать психическая нестабильность сестры, скорость, с которой та переходила от злости до веселя, от отчаяния до возбуждённой радости, поражала. Ещё больше такой образ Беллатрикс не вязался с детскими воспоминаниями. Она никогда не была такой. Эта женщина, что сидит перед ней, разбитая, надломленная не была ей сестрой, она чужой человек — убийца и психопатка. Той Беллатрикс, с которой в детстве она таскала сладости с кухни и подслушивала разговоры взрослых, уже давно не было.       — Осталось последнее, — взгляд заскользил по помещению, но она больше не колебалась, — конец у тебя только один, никто не позволит пожирательнице смерти жить в этом новом мире. Визенгамот приговорил бы тебя к поцелую дементора, но Министр милостив, он позволит тебе уйти самой.       Беллатрикс не выглядела поражённой, всё это время она будто только и ждала этих слов. Не последовала ни криков, ни возражений, напротив женщина напротив выглядела расслабленно.       — Если ты поклянёшься исполнить мою просьбу, — голос ровный как никогда, только складка на лбу выдавала непроизвольно волнение.       — Никто не станет скреплять обет, — для себя она ещё не решила, насколько и правда готова исполнить условие, но согласиться ей ничего не мешало. И если задуматься, что от неё хотела Беллатрикс? Воспитать Тедди достойным фамилии, формулировку можно трактовать двояко. Она и так задумывалась над более углублённым образованием внука, чем мог дать Хогвартс. Смущала только часть с родовой магией Блэков, но над этим ещё будет время поразмыслить.       — Дай слово. — Беллатрикс безотрывно смотрела на сестру, выжидая.       — Обещаю, — послушно ответила Андромеда, не предавая словам особенного значения. Если одно слова сможет успокоить её буйную сестру, почему бы его не сказать.       Андромеда встала и собралась уходить, как в сознание появилась ещё одна вещь, о которой она хотела услышать именно от сестры.       — Почему Тедди, разве у тебя не было своих детей?       — Разве не прочла ты об этом? — она хмуро скрестила руки на груди, улыбка, что появилась, когда Андромеда согласилась с её условиями, тут же исчезла.       — Я хочу услышать от тебя, — упорствовала Андромеда.       Сестра тяжело вздохнула и на одном дыхании сказала:       — Бетельгейзе, она родилась в семьдесят четвёртом, чудесный ребёнок… её убили в восемьдесят первом. — Она резко замолчала, удивлённая собственной несдержанностью.       

***

      В послеобеденный час все обитатели Гриммо, за исключением Тедди, которого уложили на дневной сон, собрались в небольшой гостиной на втором этаже. Беллатрикс привели в себя простой агуаменти в лицо, слабый эффект от утреннего зелья ещё сохранялся.       Четверо членов Ордена Феникса смотрели на Пожитательницу смерти. Беллатрикс неспешно поднялась с дивана, чтобы оказаться на одном уровне с палачами.       — Миссис Тонкс передала нам ваше согласие, — заговорил Кингсли.       Мужчина протянул Беллатрикс откупоренную склянку с чёрной жидкостью. Присутствующие напряглись, сейчас могло произойти всё что угодно, только Андромеда верила, что сестры выпьет яд, остальные смотрели на женщину с подозрением и опаской. Кингсли навёл на Беллатрикс волшебную палочку, Гарри с Гермионой переглянулись, они тоже были сосредоточенный, каждый держал руку поближе к палочке.       — Не забудь своё обещание, Меда. — Она внимательно смотрела на сестру, пытаясь угадать её мысли. — Знаешь, Полукс сказал мне однажды, что если я выбираю дорогу войны, то придётся пить чашу до дна, — она шутливо приподняла склянку с ядом и улыбнулась. — Здоровья роду Блэк.       Она залпом осушила содержимое пузырька. Сначала ничего не происходило и улыбка на губах из торжествующей превратилась в насмешливую. Ненадолго.       Некоторое время ничего не происходило, и улыбка расплылась на её губах. Но вот Беллатрикс схватилась за горло, пошатнулась, склянка выпала из ослабевших пальцев, глаза закатились, она схватилась за край софы, потеряла равновесие. Тело безжизненно сползло на пол.