Механический яд

— Очень странно, — хмыкнул алхимик, пригладив чуть подпаленные пряди волос от очередного выброса элемента. — Сахароза, быть может у тебя есть идея по поводу этого? Анализ сажи из палаты господина Рагнвиндра уже готов? Конечно это может ничего не дать, но… Я всё же думаю, что простейшие элементальные следы могли остаться. Если что у нас есть… Кхм… Новая порция для исследования. — Ох, у Вас всё хорошо, господин Альбедо? — смущённо воскликнула девушка, подбежав к парню и осмотрев его на наличие серьёзных ран и ожогов. — Вы снова слишком близко подходите в моменты всплеска энергии, это опасно… Травмы серьёзные же будут… — Я в порядке, не беспокойся за меня, — блондин отряхнул одежду от угольков сожжённых досок потолка, глянув наверх. Крепкая конструкция, почти не пострадала, разве что с краю как раз и обуглилась. — Так что?.. — Ох, да… Боюсь, что могу сказать, что эта сила явно не контролируется Глазом Бога, это больше похоже на что-то… Новое… Нераскрытые случаи магии? Механические аспекты? — Всё может быть… — алхимик задумчиво посмотрел в окно, собирался шторм. — Прикрой ставни, пожалуйста. Я же попробую составить эликсир, что сможет вызвать повторный элементальный выброс. Хм… Если предположить, что слаймы — есть чистая концентрация энергии элементов, не считая гипостазисов, то стоит попробовать выделить эссенцию из их слизи и поработать через неё с компонентами… — Как думаете, сэр, мы сможем помочь? — Если время пойдёт на часы, то маловероятно, но со всеми силами мы возможно сможем искоренить эту вещь. Как учёному-алхимику этот случай безумно важен для меня. — Что вы имете в виду? — Высший контроль элементов или нечто новое? Это затягивает… И даже отвлекло от привычного успокаивающего меня художественного искусства. Долгое время я не мог найти одну интересную деталь, а здесь происшествие из ряда вон выходящее… Это может стать прорывом. Благодарю. Что же, поработаем со слаймами…

***

      Кэйа отсиживался в самом дальнем углу палаты, наблюдая за тяжёлым вздыманием грудной клетки аристократа. «Был бы в сознании… Ты бы всё равно не рассказал, что случилось. Весь в отца — упёртый баран…» — подумалось ему, глаза постепенно желали сомкнуться под тяжестью век от бессонных ночей, но он упрямо старался держаться, чтобы следить за Рагнвиндром. Вздохнув, он глянул на часы, тиканье вновь раздражало, к тому же указывало на то, какое бесчисленное количество времени винодел был без сознания. Потянувшись, Альберих лениво потянулся за книгой на столике, зажёг свечи и в пламени увидел подобие отражения красноволосого. — Не говори мне, что будешь теперь мерещиться везде… Мало тебе того, что я итак несу огромный груз… Для тебя я по-прежнему останусь предателем, простым шпионом почти изжившей себя нации. И всё-таки… Мы оба с тобой антигерои. Как я всегда и думал.       В ответ лишь зазвенел своей ужасающей тишиной полумрак, даже часы будто остановились. Кэйа вскинул голову к потолку, чуть ли не взвыв под этой тянущей, подобно липкой лизи, плотной и тяжёлой атмосферой, поднялся, откинул книжку на мягкое сиденье, аккуратно приблизившись к Дилюку. Бледная кожа раньше была таковой, но теперь привычный молочный болезненный больше походил на трупный голубоватый. А вены… Вены серьёзно выступали и выделялись своей синевой, в их общем детстве капитан любил наблюдать за пай-мальчиком, отмечал все детали… И выделяющиеся вены были любимым, но сейчас они выглядели так, будто из тела Рагнвиндра высосали большую часть крови, да и выделялись они небольшими горбиками. — Я не жалею, что рассказал тебе тогда всё. Большую часть… Я впервые смог излить душу, но до сих пор несу у себя за пазухой этот, если так можно изрекать, стенический груз. Я признаю, что виноват перед тобой. Ты бы наверное сейчас сказал: «Куда делась привычная язва? Ты опять пытаешься уколоть меня своим сарказмом?». Я сам не знаю, просто сейчас появился способ извиниться, я правда жалею, что натворил так много бед. Пускай я думаю, что в прошлом мы виноваты оба, но сейчас именно я сдал тебя страже, из-за меня ты попал в этот ад. Кто знал, что тебя поведут к Предвестникам?.. Значит три года ты разбирался именно с ними? Так ведь?.. Что же произошло?.. — Дотторе… — впервые подал голос Дилюк: как-то по-животному зарычал, заставив Кейю изумлённо застыть. — С-сэр Альберих, та девушка пришла в себя, Магистр сказала, что Вы должны поговорить с ней. Советую не напирать сильно, она в состоянии шока и под завязку напичкана странными препаратами. Мы постепенно выводим их, но пациентка слаба, — смущённо вздыхает какая-то работница собора, на что Кейя фыркает, собирается с мыслями и вновь цепляет на себя маску хитрого и вечно весёлого человека, оборачиваясь. — Проверьте господина Рагнвиндра, он подал голос и кажется на пару секунд очнулся всего минуту назад. — Ох! Погодите минуту, я позову сестру Барбару! — Конечно-конечно, — через фальшивый радостный тон говорит он, пропуская волнение и тревогу в виде чего-то урчащего в желудке сквозь фильтр той же маски. «Лицемер…» — голос аристократа резко бьёт по сознанию, и Кейя серьёзно пугается. Звучит слишком живо, даже для галлюцинации. Он оборачивается, но тело винодела по-прежнему будто в заморозке лежит на больничной койке. Не останься бы он один из-за резко бросившейся за Пегг работницей, он бы и вида не подал, хотя… Было слишком неожиданно. И волнующе. До дрожащих пальцев и лёгкой ноющей боли в висках…

***

— Как Вы себя чувствуете.? — Сванхильда Ауэр. — Мисс Ауэр, да. Я капитан кавалерии Ордо Фавониус — Кейя Альберих. — Я в курсе, да… — тяжело прошептала она, прикрыв глаза. Её рыжие волосы растрепались по подушке клоками, она была чуть менее бледной, но не менее измученной. Кожа да кости… — Я… Прихожу в себя. — Если Вам тяжело говорить, то я могу навестить позже. Быть может у Вас что-то болит? — странно заботливо произнёс он, оглядев девушку. Та поёжилась, заметно сжала кулаки, однако произнесла лишь одно: — Ничего. Может быть лёгкие травмы, но их можно перетерпеть. — Лорд Дотторе ставил над Вами свои нечеловеческие эксперименты? Вы боитесь говорить? Мы обещаем Вам защиту. Это поможет избежать дальнейших жертв, а также помочь всем пострадавшим, — Кейя постарался скрыть злость на ситуацию, мило улыбнувшись Сванхильде — та поджала губы и отвернулась к окну. — Я… Я ничего не знаю, мне повезло… Кого-то увели, мы больше не видели этих людей. Кого-то, как меня, оставили… Я правда не знаю для чего… Прошу… Не спрашивайте меня об этом, я бы хотела забыть всё, что было… — Это очень важно, мисс. Вы же хотите спастись и спасти тех, кто был с Вами? — Их скорее всего уже не будет… В живых… — в панике прошептала она, зрачки сузились в ужасе, черты лица стали острее: оголились скулы. Ауэр вскочила и обернулась на капитана кавалерии, крепкой хваткой вцепившись в его руку. Альберих застыл, увидев в молодой девушке настоящее безумие, страх и ужас. Все степени негатива. — Они найдут нас… Они закончат начатое… И если про меня могут хоть немного забыть, то моего спасителя ждёт опасность! Если он не скончается здесь… — Что это значит, мисс Сванхильда?.. Успокойтесь… Погодите, я принесу Вам воды. Секунду, — парень поднялся, удалившись в другой угол помещения, взявшись за графин и отлив оттуда целый стакан. — Вы хотите сказать, что господину Рагнвиндру угрожает опасность? Он спас Вас? Что произошло? Прошу. — С… Спасибо… — она почти залпом выпила весь стакан, со стороны подобной спешкой походила на дикого зверёныша. — Я… Не могу говорить об этом. — Поверьте, дела с Фатуи рассматриваются сейчас небольшим кругом людей, я обещаю, что дальше, чем нужно, это не уйдёт. Так защитить Вас будет гораздо проще. Можно лишь кратким списком действий сказать, что произошло, без углубления, если так будет проще. — Я не знаю сколько нас держали в темницах, однако в оставшихся всегда вкалывали странные… Препараты? В меня тоже. Каждому из нас дали свой код, номер, не важно, и будто следили за состоянием, делали пометки. В тот день меня выбрали, правда не совсем понимаю на что, вывели на «арену», они это так называют, там был скованный по самую голову господин Рагнвиндр, сначала Лорд Дотторе что-то вещал, а после было пробуждение сэра Дилюка, я лишь услышала команду в сторону державших меня стражников «избавиться от неё», а далее… Господин Рагнвиндр вихрем выхватил меня и покромсал большую часть Фатуи. Мы долго уходили из этих мест… И… Я не знаю… Разве не странно, что Предвестник не отобрал у него Глаз Бога? Или это очередные эксперименты?! Я обязана жизнью за своё спасение. — Спокойно-спокойно, мисс, Вы очень помогли. Я думаю, что благодаря этим показаниям что-то проясниться, так Вы уже помогли своему спасителю, хоть и совсем немного. Обещаю, мы поможем остаться Вам в безопасности и сделаем все возможные процедуры. — Благодарю Вас! Позаботьтесь о господине Рагнвиндре, прошу! — Обещаю.       «Хотел бы я, чтобы обо мне также кто-то беспокоился. Наверное…» — хмыкнул тот, захлопнув дверь за вошедшей сестрой Собора и направившись обратно в уже породнившуюся, как бы плохо это не звучало в такой период времени, палату.

***

— Могу обрадовать. Алхимия действительно способна искоренить проблему, однако… Не могу и не расстроить. Последствия могут быть необратимыми, и это может идти не от тех эссенций и сывороток, скорее от того, что могли с ним сделать там. Зная господина Дилюка, за ним нужно будет следить. Даю на вскидку пару месяцев на первичное восстановление. Никаких геройствований. — Это будет сделать несколько… Затруднительно, — вздохнула Джинн, отложив бумаги и посмотрев на алхимика. — Я вижу по Вашему взгляду, что есть что-то ещё… — Да. На всё есть не так много времени. Совсем немного. А мне нужны редкие компоненты. Шансы тоже небольшие, но я постараюсь сделать всё, что в моих силах. Возможное состояние фальш-комы ничто иное как полная интоксикация организма неизвестными препаратами и отторжение их. Благодаря анализу моей коллеги — Сахарозы — мне удалось разделить этот механический яд на возможные соединения и выделить часть составляющих, таким образом мне довелось понять, какими инъекциями можно вывести большую часть вещества, а оставшаяся впитавшаяся часть уйдёт со временем сама. — Вы сказали «механический яд»?.. Как такое возможно, что имеется в виду под этим? — Гуннхильдр выгнула брови, переглянувшись с Кейей и Лизой. — В древних фолиантах можно найти много чего, это схоже с технологиями Каэнриах, фактически, возможно свитки попали в руки Фатуи, либо этот Дотторе действительный гений. По факту это нечто не элементальное, а механическое, понять что конкретно пока невозможно, но даже для своего любопытства я попытаюсь разобрать составляющие. Однако оно имеет тесную связь с самими элементами чистой концентрации, как у слаймов, если говорить более понятно. Грубо говоря о его воздействии: органы постепенно перестают работать, если в срочном порядке не вывести яд из организма, прочие возможные влияния пока разобрать не получилось. — Архонты, как всё серьёзно… Надеюсь огонёк сможет это вытерпеть, правда же, дорогая? — риторически спросила Минчи, посмотрев на Магистра. Та вздохнула, пожав плечами. — Многие из компонентов достать тяжело. Инадзума, Снежная… Судя по нынешнему положению сделать это как минимум немного немало, но проблематично. — И сколько у нас времени? — с надеждой подала голос Джинн. Альбедо потёр виски, ещё пару раз глянул на свои записи. — Около двух недель, может чуть меньше. — Наша делегация отправляется за плёнными гражданами завтра. Я отправлюсь с ними, — твёрдо произнёс Альберих, узрев перед собой молчаливые вопросительные взгляды. — Раз уж по моей идее это началось, мне по большей части и отвечать. К тому же кажется в прошлый раз меня вполне поняли, проблем возникнуть не должно. К тому же… Есть у меня пару козырей в рукаве, каких только раскрывать не буду... — Что же… Тогда это твоё очередное и главное задание, Кейя. — Так точно, госпожа Магистр, — хитро улыбнулся Альберих, вдруг получив список нужных ингредиентов. — Тогда я прикажу отправляться сейчас. Чем быстрее — тем лучше. - Да направит тебя ветер, сэр Альберих. — Да направит нас ветер, — сквозь очередную маску проговорил он, выбежав из кабинета. В грудной клетке шуршало и корёжило. Ещё и эти все причитания и пожелания во славу семерых. Это точно игра судьбы. Простая издёвка. Однако за дверью он всё-таки расслышал слова алхимика, что заставили его болезненно закусить губу и заставить сердце биться чаще. — Это он ещё не в курсе, что господин Рагнвиндр, как я сказал ранее, находится в фальш-коме, иначе похоже на реакцию заморозки и сковыванию в корляписе, об этом я слышал от коллег в Ли Юэ, жизненные процессы замораживаются, но по факту, не имея сил двигаться, всё это время внутренне он пребывает в сознании. Главная ловушка для такого как он, видеть, но не мочь что-либо сделать и сказать. Возможно ранее он слушал все наши разговоры в его палате. Это можно понять лишь по показателям активности мозга.

***

      Проведя чуть меньше недели в подобном походе, Альберих успел вымотаться. Искать всевозможные редкие компоненты было ужасно сложным и одновременно бесящим занятием, однако у него была цель — он к ней упорно шёл. Начиная от их поездки в Снежную, которая закончилась наполовину хорошо, потому что лишь половину граждан Монда всё же получилось вытащить, об остальных не было ни слуха… Ни духа. Однако за этот счёт получилось не скрытно выискать нужные вещи, а методом лёгкого шантажа в виде: «Теперь вы должны компенсировать ваш промах…», и прямо из рук Фатуи получить всё необходимое.       С Инадзумой дела обстояли сложнее, однако секретный козырь всё-таки сработал, кто же знал, что Бей Доу уже имела на руках то, что было указано в списке, и без лишнего фарса Альбериху бы стоило просто сначала спросить о наличии, а не пудрить всем подряд мозги, однако в таком случае он бы не был самим собой.       На руках оказалось всё то, что так сильно требовалось, оставшиеся элементы были вполне доступны в самом Мондштадте, о них Альбедо обещал позаботиться сам. Так спустя ровно семь дней он вернулся обратно. Чёртова семёрка даже здесь донимала его напоминанием, бесила, от чего он лишь сильнее сжимал зубы, оголяя скулы. На Кейе уже долгое время не было лица. Народ странно озирался на вечно улыбающегося рыцаря, который сейчас был больше похож на самую страшную тучу перед бурей, тёмный, сражающей уничижительной аурой всех окружающих. Альберих поражался: что его так серьёзно добило, почему? Обычно ему было плевать на всё, он по сути своей лицедей, агент Каэнриах, не более… Однако под ложечкой сосало, а губы упрямо прокусывались уже в который раз, после неприятно щипаясь. Обида? Горечь? Волнение? Все подобные им чувства? Если раньше бы он сам подумал о подобных чувствах, то привычно расхохотался… Но теперь… Теперь рыцарь чувствовал всю свою собственную фальшивость, в которой он пропитался. «Даже в этой фальш-коме ты не даёшь мне нормально жить… Что же ты за человек-то такой, м, Люк?» — требовательно, хитро, напряжно и с нотками истеричного хохота пронеслось в голове собственным тоном. — Может потому что ты слишком заврался, а я исполняю свой долг и защищаю жителей от таких как ты?       Альберих подскочил, обернувшись, но никакого Дилюка рядом не было, не было и намёка на какого-нибудь шутника. Однако… Капитан готов был поклясться вопреки всем своим собственным установкам: он слышал его. Точно слышал. «Ну вот, уже схожу с ума, доволен?» — принципиально подумал он, но теперь в ответ не было и капли звука. Перед глазами центральная площадь Мондштадта, Сара приветливо махала рукой из-за прилавка, молодой алхимик смотрел на него привычно добродушно. Никто ничего не заметил. Это главное.       Кейя продолжил путь к штабу Ордо Фавониус.