Приключение всей жизни

Чем больше они приближались к Северо-Западному проходу, тем сильнее становилось воодушевление сэра Джона — вожделенный триумф казался совсем близок, только стоило немного подождать. Это полностью подходило его жизненной философии — все придет, только стоит немного подождать… Близилось пять склянок, а это значит, что скоро будет очередной обед с сэром Джоном — только на этот раз список гостей был сильно сокращён: до одного Фитцджеймса. Он воспринял этот визит очень серьезно и постарался довести свой внешний вид до совершенства — если Бридженс принес весточку только ему, то эта встреча должна была нести что-то особенное. Он старательно вычистил свой лучший мундир и нацепил сверкающие золотом эполеты — обычно в суете службы он не озадачивался этим вопросом, но, если его командир пригласил на обед лично — это могло означать лишь очень серьезный разговор об их дальнейших действиях. Фитцджеймс то нервно собирал свои волосы в хвост, то распускал их, не зная, в каком виде лучше предстать перед начальником — но все-таки оставил шевелюру в покое. Фитцджеймс появился перед ним ровно в срок, сев напротив сэра Джона — он был полностью готов к разговору, касающемуся их похода, и был готов ответить на каждый приготовленный вопрос. Если Франклин так сильно хотел его видеть в роли полноправного заместителя — то он должен был быть готов к пристальному вниманию и отвечать на все вызовы, что готовила ему Арктика. Cэр Джон сидел ровно на том же месте, где он всегда и находился — во главе стола. Чуть смутившись, Фитцджеймс, начищенный пуще сапога любого солдафона, сел напротив. - Доброго вечера, сэр Джон. - Доброго вечера, мальчик мой, - вне присутствия кого-либо из офицеров, Франклин дал себе свободу называть так своего заместителя, - немного шерри? Пунша? Это сильно удивило Фитцджеймса — на обедах, устраиваемых сэром Джоном, алкоголь был вещью негласно запрещенной — а сейчас хозяин вечера напрямую спрашивает, каким видом спиртного он хотел бы насладиться, несколько отуманив разум. - Пунш, - с самым невозмутимым видом ответил Фитцджеймс. Он молча принялся за пудинг, ожидая, что ему скажет капитан — а как только Бридженс щедро налил в его бокал мутный пунш, он с двойным усердием накинулся на блюдо, хотя будь его воля — он бы с удовольствием выкинул эту дрожащую массу за борт. - Разумеется, мистер Фитцджеймс… Я очень внимательно изучал вашу биографию, и всё, что я могу вам сказать — вы достойнейший сын своей Отчизны, и я рад, что именно вы встанете мне на замену. - Сэр… - Джеймс возмущенно открыл рот, желая возразить, но, к сожалению, табель о рангах сковывал его по рукам и ногам. Франклин понимал это и продолжал гнуть свою линию — словно гадалка предсказала ему верную смерть на пути к Северно-Западному проходу, но сэр Джон был слишком набожен, чтобы, предположительно, поверить стеклянному шару в руках грязной цыганки. - Я слышал, что Божьим провидением вас уносило в разные точки Земли — и это воистину удивительно, откуда вы появились в этих широтах, Джеймс. - О, это долгая история, сэр Джон. Я бы даже сказал — много долгих историй. Но это всё в прошлом, и сейчас нас ждет Арктика. - на этот раз красноречие Фитцджеймса, фонтанирующее из него при любом застолье, резко ушло в сдавленное молчание. Почему-то сейчас, когда они были наедине, и каюту сэра Джона не наполняло звонкое «дзынь» хрусталя и стук ножей по тарелкам, его что-то останавливало. - Парри рассказывал мне о вашем умении… Искусстве… Вести застольные беседы. Более того, я слышал их сам, мальчик мой, и я очень бы хотел услышать их продолжение. Тогда было весьма шумно… И, к сожалению, я не смог услышать и половины — джентльмены из Адмиралтейства были в слишком большом восторге. Но что я понял, изучая бумаги и услышав кое-какие слухи — вы образец настоящего английского джентльмена, который сможет заменить меня на посту и закончить эту экспедицию — если того пожелает Господь Бог. Коммандер издал возмущённый нечленораздельный звук, походящий на мычание, как можно быстрее пытаясь дожевать свой кусочек ветчины — у него были свои соображения насчет возможной скоропостижной гибели Франклина. - Мы все ходим под Господом… И я немолод, Джеймс, а у вас все еще впереди, - с многозначительным видом сэр Джон налил в свой бокал из кувшина воды, сделав загадочный жест Бридженсу. - Да, сэр, - Фитцджеймс так и не понял, куда ведёт его начальник и понял, что он слишком долго не пил — даже пару бокалов пунша заставили его расслаблено улыбаться, глядя на Франклина, - но и у вас тоже. Северо-Западный проход, как и экспедиция, будут названы вашим именем, а о вас будут писать множество книг и романов. Если бы только Джеймс знал, насколько он был прав. - Вы тогда рассказывали про своё отплытие при Евфратской экспедиции… И ваш героический подвиг, Джеймс. Когда вы спасли невинного человека из реки Мерси, да помоги ему Бог… Кажется, Фитцджеймс понимал, к чему клонит его капитан — эта река славилась бурным и непредсказуемым течением, поэтому даже опытного пловца могло затянуть под воду так, что тот уже никогда не увидит белый свет. Бридженс неслышно, словно призрак, разложил по тарелкам гарнир и самое лакомое блюдо этого обеда — запеченный окорок, - и затем так же неслышно ушёл, словно сэр Джон его о чем-то предупреждал. На столе ярко горели свечи, мягко ложась отблесками на эполеты Фитцджеймса — он давно не помнил, чтобы настолько тщательно приводил в порядок своё обмундирование за последние годы. Неторопливо пригубив совсем капельку шерри — чтобы не смущать сэра Джона, он начал свой рассказ. - Это должно было быть самой полезной, а также самой восхитительной и интересной экспедицией, когда-либо отправлявшейся с берегов Англии… Как нам казалось тогда, - голос Фитцджеймса чуть дрожал от возбуждения и волнения - или Франклину это казалось? - и все мы, Чесни, Чарлвуд, отсчитывали дни до отбытия из Ливерпуля. Такое чудо техники почти весь экипаж видел впервые — тогда я получил свой первый опыт на паровом судне… - Который окажет нам невероятную поддержку, Джеймс. Я невероятно, потрясающе счастлив, что такой талантливый офицер оказался на борту «Эребуса» -- Бог ниспослал мне вас, мальчик мой. Джеймс не знал, что ответить на такой комплимент, хотя молчание в ответ на комплимент — это был точно не Джеймс Фитцджеймс. Он растянул губы в искренней улыбке — признание сэром Джоном его заслуг приводило коммандера в лёгкий трепет перед его опытом и личностью. - Нам тогда нужно было забрать… Да, это был порох. К нашему «Джорджу Каннингу» пришвартовался какой-то пароходишка с запасом пороха на борту, без которого мы точно не могли уйти в Месопотамию — и у таможенника возникли некие вопросы к грузу, Бог его знает, какие. Франклин отвлекся от обеда, внимательно наблюдая за Джеймсом. Тот был превосходным рассказчиком — то, как он подчеркивал наиболее важную часть рассказа, его жесты, чуть шепелявое произношение, впрочем, не портившее его речь, а скорее, придававшее ей какую-то пикантность… Это буквально заставляло отвлечься даже от еды и всецело слушать. Если бы этот красивый молодой человек не был настоящим английским сорвиголовой и талантливым моряком, то он бы сделал отличную карьеру актёра. - Кажется, это было начало мая, а в Ливерпуле в мае всегда сыро и грязно, - Джеймс чуть театрально поёжился, - и таможенник поскакал по трапу с пароходика к нам, только доски были грязные — и бедолага… Диккенсон... поскользнулся и упал в Мерси. Прилив был около шести узлов, дул жуткий ветер, и если бы я промедлил долю секунды — Диккенсона бы уже не было с нами. - Надеюсь, этот джентльмен умел плавать, - скорее из вежливости сказал сэр Джон, прекрасно понимая, что даже среди офицерского состава плавать не умел практически никто, что уж говорить про мелкого чинушу. - Тогда бы я не лишился своего лучшего костюма, сэр. Джеймс засмеялся и выпил шерри одним глотком. Если бы тут был Бридженс, его бокал был бы уже наполнен, а наливать самому себе при трезвом Франклине ему крайне не хотелось. Но неожиданно для Фитцджеймса сэр Джон сам налил ему немного шерри в бокал и двинул его в сторону офицера. «Сэр Джон наливает мне… Что-то немыслимое». - Благодарю, сэр, - улыбка на лица Джеймса стала еще шире и еще теплее, - я прыгнул вслед за ним в реку, чем подписал приговор своему новому пальто, которое я купил буквально за день до отхода — оно стоило чуть ли не половину моего жалования, но оно хотя бы не потопило меня. Я схватил его за волосы, чтобы он не наглотался воды — и наша жизнь висела на волоске. - Прилив был слишком силен? - Да, сэр. За нами выскочил этот несчастный пароходик и шел за нами еще полмили, пока нас наконец-то не выловили. Фитцджеймс сентиментально улыбнулся, вспоминая прыгавшего вокруг него Чарлвуда — наверное, именно тогда и зародилась их дружба, когда он тащил вымокшего до ниточки лейтенанта в каюту, говоря, что ни одна новость еще не делала его таким счастливым, как живой Джеймс на борту. - Поразительно, мальчик мой! - Франклин тяжело поднялся со своего кресла и несколько раз поаплодировал храбрости своего офицера, - поразительная смелость, и ещё раз не побоюсь сказать — только Бог мне мог послать такого человека. - О, не стоит такой похвалы, сэр, - в бокале внезапно появился ещё шерри, - в тот момент я думал только о своих часах. Перед отходом в Месопотамию я подумал, что мне там очень понадобятся серебряные часы… Фитцджеймс расхохотался, вспоминая все свои истории с этими несчастными часами — видимо, этот предмет был для него проклят. Сэр Джон словно подхватил его настроение и расхохотался — обычно он был весел, но не понимал чужих шуток, и здесь он словно вторил настроению Джеймса с полуслова. - Но мне был вручен серебряный кубок и я даже из него что-то пил. Жаль, что он не показывал время, ха-ха. Ко мне постоянно подходили какие-то люди и благодарили за спасение этого Диккенсона, словно его знал весь город, и я не ожидал такого — по крайней мере, мне хотелось бы их встретить в новом костюме! Мужчины хором расхохотались. - Чесни тогда написал королю, чтобы замолвить за мной словечко. Фитцджеймс умолчал, что спасение уже подмазанного таможенника стоило для всех в порту куда больше, чем кубок или чаша из серебра, но его имя, прогремевшее в газетах, было более чем достойной наградой. - Надеюсь, вам понравился окорок — сегодня кок над ним действительно колдовал, - с лица Франклина не уходила улыбка, -- и если вы предоставите мне честь отужинать с вами еще раз, Джеймс, обещаю вам совершенно потрясающий пудинг. - Как от такого оказаться, сэр, - Фитцджеймс поднялся из-за стола и благодарно кивнул сэру Джону, - доброй ночи, сэр. - Доброй ночи, мальчик мой. *** Журнал магнитных наблюдений пополнялся их совместной с Дево работой – он оказался ещё более прекрасным навигатором, чем он предполагал, основываясь на его опыте службе на «Корнуоллисе». Он уточнил месторасположение «Эребуса» касательно идущего рядом «Террора», после чего побежал наверх отдать распоряжения: - Мистер Дево, будьте добры проверить расчёты… Я сейчас вернусь, – высокая фигура Джеймса растворилась в тьме трапа. К его удивлению, на полубаке стоял Франклин собственной персоной, и при этом они шли практически на полном ходу – выходит, это был его приказ? Джеймс подошёл к сэру Джону, почтительно склонив голову в знак приветствия: - Сэр? Все паруса подняты, мы идём практически на десяти узлах, – «Эребус» был не самой быстрой лошадкой, и у Фитцджеймса эта спешка вызывала некоторое недоумение и тревогу. Он не понимал, куда так сильно торопится Франклин – да, лёд еще не сомкнулся, но Рид ещё неделю назад осторожно выразил свое сомнение в том, что стоит так быстро прорываться. Коммандер был с ним в принципе согласен – лететь на всех парусах в этих водах было крайне рискованным решением. - Да, всё верно, мальчик мой. Мы должны быть у островов Бичи совсем скоро, чтобы успеть до появления льда и резкого снижения температур. - Сэр, Рид доложил, что ледовая обстановка останется такой же еще на протяжении нескольких недель… - И это еще лучше, Джеймс, – он ласково улыбнулся своему заместителю, – не желаете ли кофе?