Starbucks отдыхает

— С первым официальным рабочим днем! — кричит Марк и дуделкой дует прямо в ухо только зашедшему Семененко. Женя шарахается и испуганно хватается за сердце. Где-то за витриной смеётся Аня. — Ты ради этого пришёл сюда на час раньше обычного? — переводя дыхание говорит он. — Все ради тебя, Женечка!       «Женечка» ошарашено смотрит на Марка и спешит перевести тему: — Ещё не приняли, кстати. — Примут, конечно! Ты вон как старался эти две недели, — возражает Марк. — Да, Женя, у тебя здорово получается, — улыбается Аня и Женя делает так же в ответ.       Владелец заведения приезжает минут через тридцать и изумленно смотрит на всегда опаздывающего Кондратюка: — Сегодня праздник какой-то? — Да, Вы Женьку на работу приняли! — радостно говорит Марк, чуть ли не прыгая от эмоций. Женя предостерегающе хватает его за плечо и приструнивает к полу, удивляясь такой бурной реакции на его трудоустройство.       Владелец смеётся, раскладывая ноутбук и какие-то бумаги на столике, а после подзывает Женю пальцем: — Давай, будем тебя официально тут устраивать.       Марк все же вырывается из Жениной хватки, восторженно подпрыгивая, а потом разворачивается и крепко обнимает его за шею. Женя краснеет и теряется, но почти тут же начинает улыбаться и прижимает Марка в ответ. Поодаль стоявшие девочки радостно хлопают и тоже спешат поздравить Женю.       Следующие полчаса он возится с бумагами, заполняя то одно согласие, то другое. И если первые документы он честно старался читать и подписывать вдумчиво, то потом забивает и просто старается делать это быстрее. — А вдруг тебя на органы продадут? — наигранно возмущается Марк. — Тебя же не продали. — А я тут самый главный!       Женя смеётся, наливая клиенту латте. Происходящее сейчас ему безумно нравится: нравится тут работать, нравится варить кофе, нравятся шутки Саши, нравится как солнце заливает кофейню по вечерам, нравится мыть посуду вместе с Аней, нравятся бутерброды из соседней кафешки, нравится тайком воровать огурцы из салата Камилы, нравится колокольчик на двери и совсем чуть-чуть нравится Марк.       Кондратюк пальцем набирает немного молочной пены из пустого питчера и мажет ее по носу Жени, закусывая губу, чтобы не засмеяться и уходит отдавать кофе клиенту.       Хорошо, может быть, даже не чуть-чуть.

***

— Ребят, а у вас когда выходные? — спрашивает вернувшаяся в кофейню Аня. Саша с порога бросает мальчикам по бутерброду: Женя свой исправно ловит, Марку прилетает аккурат по лбу. — Суббота и воскресенье, — отвечает Женя, разрывая упаковку и еле сдерживая улыбку — ладно, ничего он не сдерживает, но старательно делает вид, что не слышит недовольного мычания Марка и не видит то, как он страдальчески трёт ушибленное место.       Аня радостно хлопает в ладоши, заговорщически переглядываясь с Сашей. Трусова пододвигает к столику парней соседний стул и укладывает голову на ладони, выразительно смотря на Марка: — Я знаю, чем мы займёмся. — Саша, нет, — качает головой Кондратюк. — Марк, это утверждение, — хмыкает она.       Женя таращит на них глаза, пытаясь найти хоть какой-то ответ, потому что он, в отличии от иных присутствующих тут, все ещё не знает, чем займётся. — У меня в квартире не убрано, — парирует Марк. — У тебя целых три дня, — встревает Аня, до этого стоявшая в стороне. — В крайнем случае, мы, так уж и быть, простим тебя. — А вас не смущает, что это моя квартира? Какой хочу бардак разводить, такой и буду! Это, вообще-то, моя собственность и вы не имеете право на неё посягать! По закону… — А ну, не переводи тему! — перебивает его Саша, грозно вскидывая к его лицу указательный палец, — так вот. С тебя — чистая квартира, с нас — еда и напитки.       Марк хмурит брови, явно раздумывая, как от этого предложения смыться. Он ещё несколько раз пытается выяснить, зачем это нужно, почему это нужно и для кого это нужно. Выдумывает по три отговорки в минуту, но девочки находят решения и оправдания каждой из них, однако Кондратюк упрямо не готов капитулировать. Тень сомнения наконец разглаживается, когда Саша делает едва заметный кивок в сторону Жени. Этот жест, предназначенный то ли для Марка, то ли для Ани, становится понятным одновременно обоим: Кондратюк останавливает свою словесную атаку, погружая кофейню в тишину, Щербакова поворачивается к Жене, эту же тишину прерывая: — Жень, сделаешь, пожалуйста, мне американо?       Женя, конечно, сделает для Ани американо, хоть и знает, что она его на дух не переносит. Он кивает, вставая из-за столика и направляясь к кофемашине. Ему, конечно, до чертиков интересно, что они без него обсуждают, но также абсолютно ясно: лучше сделать вид, что он не понимает, что его «незаметно» ретировали. Тем более, за те жалкие полторы минуты, что он варит американо, вряд ли можно что-то масштабное учинить или хотя бы обсудить.       Он с интересом наблюдает, как Саша что-то втолковывает Марку, пока тот активно жестикулируя руками и, отчего-то краснея, что-то говорит ей в ответ. Аня пугающе-ласково улыбается, смотря на него.       Женя едва успевает подойти к столику, как все трое принимают безмятежный вид: Марк смотрит в окно, максимально отворачивая лицо от Жени, Саша что-то листает в телефоне, а Аня тянет руки к принесенному кофе и лишь только поставив кружку на стол, снова обращается к Жене: — Ой, а можешь, пожалуйста, молоко принести.       Конечно может. Он же слепой и тупой. Но, так уж и быть, он буднично кивает, соглашаясь поиграть в эту игру ещё немного.       Дойти до холодильника — достать молоко — взять стакан — налить молоко в стакан. Отточенные действия снова занимают не более полутора минут и Женя искренне не понимает, что они хотят успеть за это время.       Но, похоже, что-то и успели: Марк выглядит менее сопротивляющимся, а Аня и Саша чуть ли не победно. — Жень, а можешь подогреть?       Что-то уже совсем не весело. — Да, конечно.       Официально можно заявить: есть только три бесконечные вещи: Вселенная, глупость и терпение Жени Семененко.       Аня, ожидаемо, к своему кофе так и не притронулась, а подогретое молоко лишь отодвинула к стенке. То же повторяет и Саша, только отодвигая от себя телефон и поворачиваясь к усевшемуся Жене: — В субботу, в шесть, к Марку. Адрес вышлем. — А в честь чего? — Праздновать будем твоё трудоустройство в лучшую кофейню в городе. — Ага, — ухмыляется Женя, обводя пальцем деревянный узор на столике, — то есть, вы выгнали меня на пять минут, чтобы обсудить друг с другом празднование моего трудоустройство, которое будет проходить на квартире у Марка и пригласили меня последним? Спасибо, что хоть позвали. — Вообще-то предпоследним, — резонно отмечает Марк, — мы ещё Камиле не сказали. — Вообще-то, — замечает Аня, — Камила это все и затеяла.       Женя закрывает лицо руками и тихо смеётся.