50 оттенков Сереги

Утро было недобрым. Карену Гамлетовичу предстоял один из тех разговоров, которые он терпеть не мог. Но которые ему то и дело приходилось вести по работе. Особенно терпеть не мог он таких разговоров с женщинами – те реагировали в среднем куда эмоциональнее мужчин, и услышав новости о том, что кто-то из их друзей или близких замешан в преступлении, реагировали совершенно непредсказуемо. Правда, был у Карена Гамлетовича случай с одним отцом семейства, который порывался изобразить Тараса Бульбу, узнав, что его сынок по молодости и глупости связался с контрабандистами произведений искусства. Карен Гамлетович его успокоил, конечно. И сейчас должен был справиться, но приятного в этом все равно ничего не было. Тем более что это был не чужой человек, это была Вероника, к которой он относился практически как к дочери. Но лучше было, чтобы она узнала правду о своем Сергее Романовиче сейчас, чем потом, когда их отношения зайдут совсем далеко. – Вероника Николаевна, нам с тобой нужно поговорить, – взял он быка за рога сразу, как только она появилась на рабочем месте с утра. – По личному, а не служебному вопросу. – Да, Карен Гамлетович? – Вероника подняла на него взгляд и сложила руки на столе, как примерная школьница. Карен Гамлетович покосился на Андрея, который вчера все подробности непростой жизни Сергея Романовича выяснял, и продолжил: – Мы, Вероника Николаевна, в связи с тем, что ты хотела Сергея Романовича записать в добровольные помощники полиции, навели о нем справки и кое-что выяснили. – Ника, мы были бы рады знать, что у вас с ним открытые отношения и он не скрывает от тебя всяких важных вещей о себе, – сказал Андрей и начал с самого мягкого из того, что они нарыли. – Ты вот в курсе, какой у него бизнес? – Сеть магазинов нижнего белья, – спокойно ответила Вероника, пожав плечами. – Только не говори, что ты, женатый человек, видишь в этом что-то недостойное. Карен Гамлетович вздохнул. – Две сети магазинов, Ника. Вторая – это секс-шопы под названием «Кинки», – сказал он, внимательно уставившись на Нику и ожидая реакции. – И вот лично меня это, как женатого человека, несколько смущает. Вероника несколько раз задумчиво моргнула, а потом ответила: – А меня – не очень, – и некстати расплылась в откровенно умиленной и мечтательной улыбке. «Совсем влюбилась, дурочка маленькая», – подумал Карен Гамлетович. Дело было неважно, и он за Веронику очень переживал. Вот сейчас как узнает остальное, плохо же будет. После таких вот улыбок. Но лучше сейчас, чем потом. Карен Гамлетович снова покосился на Андрея, за которого переживал тоже, из-за того, что тот переживал за Нику не меньше, а то и больше Карена Гамлетовича. – Мне очень неприятно поднимать этот вопрос, Ника… Но вряд ли ты в курсе, что Сергей Романович Ночкин к тому же весьма волен в отношениях и у него гм… роман с замужней женщиной сейчас, – явно волнуясь и подбирая формулировки помягче, сказал Андрей и принялся нервно крутить ручку. «Совсем сильно переживает», – вывел Карен Гамлетович. Сразу решил ко второму пункту перейти. Хоть и говорить сложно. Андрея потом еще придется коньяком отпаивать. И не исключено, что с Вероникой вместе. – Андрей, да что ты такое говоришь! Быть такого не может, ты что-то напутал! – воскликнула она, всплеснув руками, и уронила на пол папку с делом, нечаянно задев ее локтем. – Сергей совершенно не такой. И... вообще не такой! И если у него секс-шопы, это ничего не значит. Воронцов тяжко вздохнул. – То и говорю… – Вероника Николаевна, милая ты моя, – поспешил вмешаться Карен Гамлетович. – Андрей в органах не первый год работает. И непроверенными фактами тебя кормить не стал бы, а уж я так тем более. Хотя мне тоже ужасно неприятно про твоего Сергея такое узнавать, а уж тем более – говорить. – Ну и не говорили бы! – совершенно нелогично выпалила Вероника и уставилась на него затравленным взглядом. – Иногда мужчины врут, – снова вздохнув, сказал Карен Гамлетович, встал со своего стула, подошел к ней и обнял за плечи. – И чем раньше об этом узнаешь, тем лучше. Потом еще больней узнавать. Давай-ка я Андрея попрошу за чайком в кафе сбегать, посидим и поговорим спокойно... – Я могу и кофейку, – растерянно сказал Андрей, а потом воскликнул: – Ника, честное слово, он того не стоит! – Не-ет, – Вероника замотала головой и принялась выворачиваться из крепких объятий Карена Гамлетовича. – Мне не надо чаю! И кофе! Мне надо позвонить. Сергею. И поговорить, прямо сейчас. Карен Гамлетович, отпустите меня с работы? У меня отгул неотгулянный, я помню! Пожалуйста, мне надо! – она посмотрела на него умоляюще. – Иди, – согласился Карен Гамлетович, отпустив руку. Ника вскочила, схватив свой рюкзак и на ходу доставая телефон, и пулей вылетела за дверь. – Андрей, мой пернатый друг, ты давай-ка проследи за ней. Ей правда надо. Поговорит – легче станет. А нам надо о ее безопасности позаботиться. Так что следи осторожно и без крайней нужды не встревай, разумеется. – Есть проследить, Карен Гамлетович! – Андрей щелкнул каблуками, не прикладывая руку к голове, ведь он был без формы, подобрал со своего стола мобильный и вышел, устанавливая на нем виброрежим. Утро продолжало быть недобрым, а все же тяжести на сердце у Карена Гамлетовича было меньше. Так оно правильно. Девочка поговорит, успокоится, переживать расставание, конечно, будет, но переживет. Они всего-то неделю с небольшим знакомы. Лучше, чем месяц, к примеру.