Служебный роман

*****       - Я хочу тебя.       - Что? – Тэхёну показалось, что он ослышался.       - Я хочу тебя всего. Я готов ко всему. И готов себя отдать всего. Мне мало того, что сейчас между нами.       Тэхён даже закрыл глаза – неужели он слышит это, неужели он дождался? И сам себе не верил.       - Ты уверен?       - Абсолютно, - Чонгук мазнул губами по скуле Тэхёна.       - Тогда поехали домой, - и тот, схватив друга за руку, заспешил к выходу.       В машине тоже молчали, словно боясь лишними разговорами нарушить ту невероятную атмосферу, которая окружила их в парке. Лишь держались за руки.       Также, не отпуская рук, вошли в квартиру и замерли в холле, не включая свет. Влажные от волнения ладони лишь сильнее сжимали пальцы друг друга.       - Только я ничего не умею, - совсем тихо Чонгук.       - Неправда, ты всё умеешь, просто ещё не знаешь об этом.       Огромные чёрные глаза Чонгука полыхали жёлтыми вспышками, отражая свет фонарей за окном.       - Я знаком только с теорией, - он вдруг нервно бросил руки вдоль тела.       - Этого достаточно, - Тэхён хмыкнул. - У меня к тебе только один вопрос: что ты выбираешь? – он наконец-то смог высвободить свою руку и обнять Чонгука за талию.       - Ты о чем?       - Сверху или снизу?       Чонгук сглотнул.       - А что ты посоветуешь?       - Для начала – сверху, тебе это будет привычнее, - Тэхён старался говорить спокойно, хотя самого просто трясло от напряжения. Только показать этого нельзя, никак нельзя. Чонгук и сам на пределе – это понимал и видел.       - Но.., а ты…, ты же ведь не… , ты разве – пассив?       Ким хмыкнул.       - Об этом поговорим с тобой после. Хорошо?       Чонгук лишь кивнул.       В ду́ше просто быстро ополоснулись, ничего более, растирая влажными, скользящими руками спину, грудь и бёдра друг друга. Но и это было невозможно эротично, невероятно сексуально. Возбуждение держало обоих слишком крепко, чтобы волнение смогло им помешать.       Даже не стали завёртываться в полотенца – зачем им лишние ненужные тряпки?       - Я хочу тебя видеть, - Тэхён раздвинул длинные, сильные ноги и лёг на спину. - Ничего не бойся, если что – я рядом. Даже ещё ближе.       Просто касаться этой медовой кожи, гладить и перебирать пальцами, скользя ладонями по бокам, губами - по шее, ключицам, напрягшимся соскам, вырывая стоны и хрипы – это уже было чудо. Пальцы Чонгука легко оглаживали всё тело, непроизвольно соскальзывая между ног, но пока ещё робко, ненастойчиво, словно прося разрешение. Только от всего этого Тэхён под ним уже чуть-чуть сходил с ума, а ведь он собирался контролировать ситуацию, подсказывать, направлять. Но видимо не сегодня, не сейчас, нет. Сейчас Чонгук ещё владеет собой и наслаждается им, сам невольно соскакивая с реальности. Но только руки и губы всё равно просятся вниз - заласкать, зацеловать, чтобы не было больно, неприятно, чтобы видеть в глазах напротив только ответную ласку, ответную страсть, ответную любовь.       Руки… Чонгуку не хватало рук – вот бы ещё одну пару, и тогда смог бы сделать так, чтобы Тэхён потерялся окончательно. Чонгуку ведь самому надо удержаться на плаву, не рассыпаться по этому телу, забываясь от простого желания. Пальцы…пальцы скользят, оглаживая и спереди, и сзади, всё более утопая в Тэхёне. Такие странные, непривычные ощущения, но не неприятные, даже – наоборот. Один палец,… два,… три… Нет, он не сделает ему больно, он готов забрать всю его боль себе. Поэтому не торопится. Да и Тэхён его не торопит и даже не контролирует. Только дышит тяжело, время от времени распахивая мутные от желания глаза и сжимая пальцы в кулаки до белых костяшек.       И вот первый хриплый полустон как отклик на вторжение, и Чонгук, затаившийся, словно зверь в прыжке, выжидает момент атаки. А пока - только привыкание, только ощущения - невыносимые, еле сдерживаемые от жара внутри него и от силы и скрытой ярости внутри себя.       Стон тихо переходит в еле слышимое поскуливание, Тэхён уже не здесь. И Чонгук накидывается на жертву, теряя себя. Ему надо больше – никакой жалости, не обращать внимание на стоны и хрипы, врываться, забывая себя в этом замкнутом пространстве вместе с ним, только с ним, терять себя тоже только вместе с ним.       Господи, неужели так бывает? Неужели можно настолько забыться, настолько потеряться и раствориться в другом человеке?       Последний взгляд в эти потусторонние глаза напротив, последний поцелуй … и взрыв.       Небо в водовороте звёзд, оно поменялось местами с землёй, и ты вылетаешь за пределы своего сознания и там… не находишь его. Его там нет. Соскальзываешь в действительность и тонешь в его руках.       - Прости! – зарываешься в шею, чуть не плача. - У меня не получилось, я всё сделал неправильно, - и видишь отражение своих слёз в глазах напротив.       Тэхён тоже плачет, только ты не понимаешь причину его слёз, списываешь всё на свою неудачу.       И лишь сейчас Чонгук ощущает, насколько был напряжён. И сам себе удивляется, что вообще что-то смог сделать.       - Глупый! Какой же ты глупый! Говоришь, знаком с теорией? Да у тебя ни теории, ни практики нихуя нет, - Чонгук застыл и в ужасе уставился на Тэхёна. - А, нет, это я погорячился – хуй есть, да ещё какой, - и даже усмехнулся. - Только вот «общаться» с ним ты совсем не умеешь.       Чонгук во все глаза смотрел на Тэхёна и не понимал, что тот ему говорил, услышал только обидное – что нет ни теории, ни практики. Значит, действительно всё было плохо, да и сам это понимал. Да, от столь фееричных ощущений потерялся, поторопился и не смог доставить удовольствие партнёру. Такое с ним случалось редко.       В груди сразу же завязался какой-то тяжёлый узел.       - Прости, - ещё раз, уже отстранённо, и попытался подняться с кровати.       - Ты куда это? А ну, стоп! – Тэхён обхватил парня за шею и повалил назад. - Ты не только с собственным членом договориться не можешь, ты ещё и меня не слышишь.       - А что я должен услышать? Я понял, что не смог доставить тебе удовольствие, что не смог дать тебе ничего, - и снова попытался встать, вырываясь из цепкого захвата.       - Вот и я о том же – ничего не слышу, и не надо. Да?       - Блядь, да о чём ты всё время талдычишь, ничего не могу понять?! – Чонгук начинал злиться, задвинув обиду на второй ярус.       - Ну, тогда слушай внимательно. У тебя сердце хотело доставить удовольствие мне, душа – доставить радость обоим, а член - кто бы сомневался – рвался в бой, расшвыривая всех на своём пути. В итоге он победил.       - И…? – Чонгук продолжал не догонять.       - Если ты соединишь в единое целое сердце, душу и мини-Чонгука, то цены́ тебе как любовнику не будет… Но вообще-то, - Тэхён вдруг посмотрел абсолютно серьёзно на Чонгука, обхватив сильно его лицо ладонями и глядя в самую душу. В глазах снова мелькнули слёзы, - ты просто дурак. Ты невероятный дурак. Неужели ты даже не почувствовал, насколько мне было с тобой хорошо? Неужели ты ничего не почувствовал? Не кончил я? Да, это проблема! Неужели ты настолько ещё маленький, что не понимаешь, что это вовсе не проблема?! Неужели тебе даже не пришла в твою красивую голову мысль, что я тоже был напряжён, что я тоже волновался и переживал. Неужели ты не понимаешь, что мы два взрослых человека, у которых впереди всё-таки не член бежит, – как, правда, сейчас у тебя - а наши чувства и ощущения, и именно поэтому нам сложнее будет на первых порах, чем если бы мы с тобой встретились лет так в 18-20?       Чонгук внимательно слушал Тэхёна, и только теперь начинал понимать его.       - Почему ты заплакал? Я подумал, это оттого, что у меня всё так плохо вышло, - он продолжал всё еще тревожно глядеть прямо в глаза.       - Всё как раз наоборот – потому, что ты дал мне столько, что я не смог это унести. Я настолько тебя хотел, что уже просто не верил, что ты когда-нибудь позовёшь меня. Я никогда так не раскисал после секса, каким бы чудесным-расчудесным он не был, и каким бы острым не было его ожидание. А с тобой не сдержался, - и ничего больше не говоря, просто прижался к его губам, облизывая их, словно слизывая крем с пирожного. Только почему-то вкус у этого крема сразу стал, будто солёная карамель.       Чонгук даже не закрывал глаза, продолжая переваривать всё, что сказал Ким. Слизнул солёные дорожки слёз с его щёк и ответил на поцелуй, сразу же утонув в Тэхёне по самую макушку.       Казалось, что они целовались целую вечность. И целую вечность потом занимались любовью неспешно, без сумасшествия, с удовольствием и нескрываемой радостью от столь невероятной близости. А когда не стало хватать воздуха, когда дошли до апогея, когда сдерживаться уже не было никаких сил - улетели вместе, не прерывая поцелуя и не размыкая объятий.       И только потом поняли, что сердце и душа наконец-то объединились и взяли мини-Чонгука под свой надёжный патронаж.       … - Завтра отвалится поясница, - Тэхён потёр спину. - Я себя знаю, - чуть поднял глаза, занавешенные густыми ресницами, и увидел в глазах напротив сочувствие и раскаяние. - Не переживай, ничего страшного, скоро пройдёт. Просто у меня давно никого не было.       - Давно не было? – Чонгук сразу же потянулся помассировать Тэхёну больную спину, от явного удовольствия тот сразу же стал негромко постанывать. - А…Гону?       - Гону? - Ким помедлил, повернул голову вбок, но оглядываться на Чонгука не стал. - И Гону давно не было.       - Почему? – Чонгук не унимался.       - Почему? – Тэхён всё-таки поднял взгляд. - Гону я не хотел. Все последние разы, когда я был с ним, я вместо него представлял тебя. И потом понял, что это только отравляет душу.       - Ты знаешь, - Чонгук вдруг помедлил, - а мне жалко парня.       - Жалко? И что ты можешь сделать? Я ему предложил место в другом муниципалитете. Он отказался.       - Отказался? Но, почему? Он, что – мазохист? Видеть тебя каждый день… Я бы так не смог.       - Знаешь, - Ким задумался, - просто, наверное, он всегда относился ко мне более спокойно, чем я думал, - он хмыкнул и уже легко добавил: - А потом, Гону всегда был снизу, так что моя поясница не страдала.       При этих словах Чонгук тут же заворочал глазами, явно что-то соображая.       - Тэ, можно об этом поговорить. А то я что-то не догоняю.       - О чём?       Чонгук кашлянул, опуская глаза.       - Об активах и пассивах.       - О, Боги! Какая же каша у тебя в голове! Глупый мой мальчик, начитавшийся в интернете всякой ерунды. Запомни всего одну вещь: то, что ты снизу, не делает тебя пассивом, а то, что сверху – активом. Это всего лишь позиция. И она временная переменная. Сейчас вообще в однополых парах явное разделение на активов и пассивов бывает крайне редко, практически все – универсалы, в зависимости от настроения. То, что ты сверху – не делает тебя постоянным доминантом, а то, что ты – снизу, просто говорит о том, что ты этому человеку доверяешь, полностью раскрываясь перед ним.       Чонгук ненадолго задумался.       - Тэ, скажи мне честно, а ты мне полностью доверяешь? – в его хитрых глазах уже мельтешили весёлые, игривые тараканчики.       - Ты это сейчас о чём? – подозрительно так Тэхён, сужая глаза.       - Тогда раскройся передо мной ещё раз, - и тут же утянул смеющегося и брыкающегося Кима в кольцо из своих рук и губ.       …На утренней планёрке Тэхён был сам на себя не похож - он постоянно елозил в кресле, потирал больную спину и грустно вздыхал. Его обычная жизнерадостность вместе с хозяином явно в офис не приехала. Похоже, всё-таки они с Чонгуком вчера перестарались. Тот тоже, рискуя вывихнуть челюсть, постоянно зевал до такой степени, что по щекам уже катились крокодиловы слёзы, которые тот незаметно стирал указательными пальцами, ещё больше увеличивая в размерах синяки под глазами.       Намджун тревожно поглядывал то на одного, то на другого, понимая, что с обоими парнями что-то случилось, он только надеялся, что ничего серьёзного.       По окончании планёрки, Намджун попросил задержаться Чонгука в кабинете главы.       - Так, парни, кто вас избивал все выходные? И что вы, твою мать, делали, что сегодня оба похожи просто на инвалидов? А ну, колитесь? – и оглядывает каждого.       И только тут Чонгук с Тэхёном переглянулись и стали несдержанно улыбаться. От этих блядских ухмылок у Намджуна просто полезли на лоб глаза.       - Я всё правильно понял? – он продолжал разглядывать больных, уставших парней. - А что, меры не знаем? – те дружно помотали головами. - Так, ладно, тогда делать мне здесь больше нечего, - и с этими словами быстрым, но каким-то странно ломаным шагом, который выдавал его глубокую задумчивость, вышел из кабинета, при этом про себя вдруг легко позавидовав, ведь у самого давно уже не было таких выходных.       Чонгук подошёл к сидящему в кресле Киму.       - Прости, - он тихо уткнулся ему в шею. - Я буду осторожнее. Сильно болит?       Тот в ответ лишь хмыкнул.       - Ничего, будет и на моей улице праздник, вот тогда всё и прочувствуешь на себе, - и потянулся за поцелуем.       Но Чонгук отстранился и, глядя в глаза, прошептал:       - Когда пожелаешь. В любой момент я весь твой, - и увидев поплывший вмиг взгляд Кима, лишь легко коснулся его губ и направился к выходу.       Тэхён глядел в его спину и до сих пор не верил, что это происходит наяву.       …- Гуки, - Чимин подъехал на своём кресле, - давай, вечером зависнем где-нибудь? Мы давно не общались, да и вообще, мне надо кое-что тебе сказать.       - Чима…, - тот не знал, как сказать, что сегодня они с Тэхёном собирались уехать домой вместе, хотели просто отдохнуть после бурного уик-энда.       - Сегодня ты своего босса не дождёшься. У глав муниципалитетов сбор по тревоге в Управлении вечером, никто не знает, как надолго. Так что сегодня вечером, мой занятый друг, ты свободен.       - Правда? А мне Тэ ничего не сказал. Странно, - как-то разочарованно.       - Просто он ещё и сам пока об этом не знает, - удовлетворённо Чимин.       - А ты тогда откуда знаешь? – как-то подозрительно поглядел тот на друга.       Однако в ответ получил лишь лучезарную улыбку, отливающую жемчугом.       …И правда, лишь через пару часов Ким сбросил смс-ку Чонгуку, что вечером будет занят, срочное совещание в Мэрии. Когда вернётся, не знает. Чонгук на это лишь улыбнулся и написал в ответ, что после работы они с Чимином хотят посидеть в клубе, что недалеко от офиса. Будет поздно, и будет пьяным, поэтому поедет к себе. На что получил грустный смайлик.       Этот клуб был рядом с муниципалитетом и отличался своей демократичностью, поэтому и решили направить туда свои стопы.       - Можешь мне ничего не рассказывать, я и так всё понял по твоему отсутствующему весь день виду, мой удовлетворённый друг. Скажи лишь одним словом – как это было? – и Чимин пригубил красного вина, внимательно рассматривая надетый на вилку кусочек стейка средней прожарки.       Раз сегодня лёгкое спиртное, значит, ничего хуёвого не предполагалось, поэтому Чимин был за друга спокоен, просто ему было ужасно любопытно.       - Но для начала скажу тебе кратко то, что хотел. Так вот, я провёл операцию по дознанию наших сотрудников и выяснил следующее: слухи о том, что ты два дня лечил больного Тэхёна и оставался у него ночевать, пустила Лили.       - Лили? – Чонгук был крайне удивлён. - Но зачем ей это? Как-то не верится, - он явно сомневался.       - Я бы и сам не поверил, но все, кто об этом узнал, в свою очередь узнали это от её подруг: либо от Чау, либо от Хонг. Так что получается, больше некому. Может, это её мстя тебе такая?       Чонгук неопределённо пожал плечами.       -Тогда, кто? Кто ещё мог знать о ваших отношениях с Кимом?       - Ну, не знаю, может быть Гону? – как-то неуверенно произнёс Чонгук.       - Гону? Да он вообще ни с кем не разговаривает, совсем парень завял, ходит будто привидение. Не-е, не похоже, - задумчиво Чимин. - Ладно, попробую ещё поработать Шерлоком Холмсом, может, что и нарою, - и тут же переключился на более интересную тему: - Ну, давай, рассказывай, что там у вас было?       Чонгук, лениво разбросав свои конечности по дивану, хитро улыбнулся.       - Чим, извини, но подробности рассказывать не буду, чтобы они потом не мерещились тебе в страшных снах или во время секса с девушками. Всё-таки, сам понимаешь, жёсткий, мужской секс – это не для слабонервных, - а сам еле сдерживает улыбку.       Чимин аж поперхнулся вином и испуганными, круглыми глазами, перестав жевать, уставился на друга.       - Что, всё так плохо?       - Ну, почему же, сразу – плохо? Всё очень даже неплохо, но…, - он сжал два кулака и потряс ими, - по-мужски грубо и грязно.       От этих слов у Чимина отпала челюсть и, застучав по полу зубами, ускакала в ужасе под стол.       И только после этого, полностью удовлетворившись произведённым эффектом, Чонгук громко заржал. Причём, видимо, настолько громко, что на них несколько удивлённо оглянулась сидящая невдалеке за соседним столом компания.       - Гуки, ты – придурок! Ты это знаешь? – Чимин понял, что тот его тупо развёл и от этого почти обиделся. Тот же продолжал веселиться.       - Привет, красавчик! – кто-то вдруг выдохнул Чонгуку томно, обволакивая ушную раковину теплом и почти касаясь её губами.       Тот резко обернулся, над ним склонилась, загадочно улыбаясь, какая-то смутно знакомая очень симпатичная девушка.       - Ёна, - Чонгук тут же вспомнил её. - Приятно тебя видеть, ты здесь с кем?       - Да вот, решили выйти в свет с коллегами по работе. А ты с кем это? – и она кокетливо улыбнулась, бросив быстрый, заинтересованный взгляд на Чимина. - Тот тут же встал в позу суриката. А девушка, поправляя узкую короткую юбку, присела рядом с Чонгуком, при этом ещё закинув одну длинную ногу на другую. Она явно уже была навеселе. - Мне уже переживать за Тэ? Ты ему изменяешь? – и продолжала внимательно рассматривать симпатичного парня перед собой.       Чонгук от её слов аж подавился и быстро глянул на друга. А тот, словно тетерев на току, уже ничего не видел и не слышал. Он тут же распушил хвост, изобразив на своём лице самую хитрую, но при этом и самую сексуальную свою ухмылочку, и не стесняясь, так же вовсю разглядывал девушку.       Чонгук, наблюдая за их игрой в гляделки, просто веселился.       - Это мой друг – Чимин, мы работаем вместе. Я не смог бы его совратить даже, если бы очень захотел. А это Ёна – знакомая Ким Тэхёна, правда, не помню, откуда знакомая.       - Мы с Тэ вместе учились в универе, только на разных факультетах.       - Чимин, кстати, тоже мой друг ещё с института.       - Не знал, что у Кима есть такие красивые знакомые, - впервые подал голос Чимин.       Та тихо засмеялась, видно было, что парень ей понравился.       - А, кстати, Ёна, - сменил тему Чонгук, - куда ты тогда в клубе делась? Мы с тобой так классно танцевали, и вдруг ты пропала.       Ёна удивлённо глянула на парня.       - Так мне же ясно дали понять, чтобы я съебалась и не отсвечивала. Тэ тогда очень чётко обозначил свою позицию. Он так и сказал: «Он – мой». Так что шансов у меня не было. Тягаться с харизмой Тэ – глупое занятие, - и тут же заинтересованно проговорила: - Ну, так как, ты и в самом деле - его? Или всё же смог вывернуться? – и внимательно поглядела на враз смутившегося Чонгука.       И Чимин поглядывает и посмеивается – что друг ответит на столь прямой вопрос?       - Не вывернулся, - вдруг абсолютно серьёзно Чонгук, на что Чимин и Ёна лишь переглянулись с абсолютно одинаковым выражением: типа – «се ля ви». Да, жизнь - она такая.       - Ёна, - Чимин вступил в бой, - сначала коктейль, потом – потанцуем, или в обратном порядке?       - Ёна, не отказывайся, Чимин тоже очень неплохо танцует, мы с ним ещё в универе отжигали, - Чонгуку вдруг почему-то резко захотелось отсюда уйти. - Ребята, вы развлекайтесь, а я, пожалуй, пойду, - и он с какой-то щемящей радостью и удивлением понял, что ужасно соскучился по Тэхёну. - Пока, ребята, - и на прощание подмигнул Чимину, дескать – не зевай.       Еле успел выскочить из клуба, телефон сам влетел в руку. Тэхён ответил тут же:       - Ты уже освободился? – Чонгук был жутко рад его слышать.       - Освободился, - Тэхён усмехался в трубку, явно прочувствовав настроение парня.       - Ты уже дома? – он понял, что поедет только к нему, не домой.       - Нет.       Чонгук резко остановился, словно натолкнулся на стену. Всю радость как рукой сняло.       - А где?       - Прямо позади тебя, - ответил, как когда-то Чонгук ему.       Тот резко развернулся, Тэхён стоял в пяти метрах от него, глядел и улыбался.       Тот так и застыл с телефоном возле уха, хотя Ким давно отключился. Он продолжал глядеть на этого невероятно красивого молодого мужчину и ясно понимал, что тупо влюбился.       Тэхён медленно подошёл к нему, словно давая время обдумать всё, что было у того в голове.       - Поехали домой. Мне уже надоело здесь торчать, - и повёл какого-то странно тихого Чонгука к машине.       А тот продолжал удивлённо слушать своё сердце, которое словно дятел на повторе, долбило и долбило: «Он – мой».       - Тэ, скажи мне: я действительно твой? Это так? – Тэхён только тронулся с клубной стоянки.       От этого вопроса враз заглох мотор.       - Ты о чём? – почему-то тревожно тот спросил, не поднимая глаз от руля.       - Ты же сказал, что я – твой. Так это - так?       - Но…, откуда…? – Тэхён только сейчас поглядел на Чонгука.       - Не важно, просто ответь, - и ждёт, словно признания в любви, даже руки вспотели.       - Да. Мой, – упрямо сжав губы, и Чонгука сразу отпустило. И чуть помедлив: - А ты против?       - Нет, совсем не против, и, знаешь,… я ужасно соскучился. Поехали домой.       Ким ничего на это не ответил, просто снова завёл машину. Но как только они выехали на магистраль, тут же перехватив руль одной рукой, второй вцепился сильно и как-то нервно в руку Чонгука, переплетая их пальцы.       - И я… ужасно.