Лучшая ошибка

      Некоторое время Питер приходил в себя, длина цепи не позволяла ему добраться до матраса, поэтому он лежал на холодном кафельном полу и смотрел наверх не в силах сделать что-либо еще. Уже стемнело, на небе показались яркие звезды, они всегда привлекали внимание Питера, но в этот момент особенно. В детстве все задавались вопросами: а что там? Есть ли там другие планеты, населенные такими же людьми или другими существами? Когда-то давно, когда маленький Питер смотрел на небо он становился мечтателем, воображая, как бороздит космическое пространство в миллиардах километров от Земли, но сейчас звездное небо действовало на него успокаивающе.       Острая боль сменилась ноющей и саднящей, местами пульсирующей. Уперевшись на цепь Питер помог себе сесть, морщась от боли под ребрами, он принялся осматривать раны на ногах, из которых все еще сочилась кровь. Порезы не были достаточно глубокими что бы открылось сильное кровотечение, но их было так много, что ноги казались искромсанными в труху. Осмотревшись Питер вдруг понял, что в спешке забыли поднять лестницу и в голове щелкнуло: «Это мой шанс!». Скрежеща зубами от боли, с тихими всхлипами, он попытался подняться, но ноги отказывались слушаться. С неимоверными усилиями Паркер поднял себя; шатаясь из стороны в сторону он прислушался — было тихо, настораживающе тихо. Карабин с неожиданной легкостью удалось отцепить от наручников, но теперь парень потерял единственную опору, на которую мог положиться.       Маленькими шагами, каждый из которых отдавался ужасной болью, от которой парень был близок к тому, чтобы бросить эту затею. Питер приковылял к лестнице и помогая себе руками поставил правую ногу на первую ступеньку. То ли адреналин, так на руку выделившийся в крови, то ли отчаянное желание выжить, помогли совершать дальнейшие движения. Будучи на последних ступенях, Питер остановился и аккуратно выглянул за края ямы. Никого не было видно, поэтому он осторожно, стараясь удержаться на лестнице трясущимися ногами, потянулся к щеколде люка, избегая соприкосновения металла об металл потянул задвижку, открывая себе дорогу. Открыть люк в наручниках и не свалиться с лестницы он явно не сможет, поэтому, приняв решение выползать под чуть приподнятый люк, Паркер принялся вылазить. Резкая боль, прострелившая тело, когда он коснулся ребрами перекладины, чуть не заставила его вскрикнуть, но ему удалось заглушить вопль с силой прикусив губу.       Его камера пыток находилась в окружении ржавеющих амбаров и контейнеров, если это и была одна из территорий Малика, то Питер никогда на ней не был и даже примерно не понимал где он находился. Передвигаясь как можно ниже, короткими перебежками, Питер преодолел расстояние до сетчатого забора, высотой он был в два с половиной метра, а верх оплетен колючей проволокой, но уж лучше она, чем смерть в руках безумного садиста, решил Паркер и попытался взобраться на него, но наручники упорно не давали ему размаха, сковывая каждое движение. Каждые десять сантиметров приходилось отвоевывать, поднимающийся шум выдавал его с потрохами, а боль во всем теле замедляла движения. Когда Питер был меньше чем на середине за его спиной раздался несмелый голос.       — Стой! — с дрожащими нотками произнес Льюис, нацелив на беглеца дуло пистолета. — Я буду стрелять.       Зацепившись за сетку одной кистью и возвращая ноги в более низкие позиции, Питер спрыгнул, о чем тут же пожалел, кровоточащие ноги не выдержали такого истязательства, и он упал на колени. Молящим взглядом Питер взглянул на парня, он был примерно в том же возрасте, что и он сам, когда попал к Малику. У Льюиса еще вся жизнь впереди, скорее всего он не успел совершить ошибок Питера, не измарался в крови, от чего сейчас неуверенно держит пистолет.       — Прошу тебя, Льюис, — обратился к нему по имени Питер, прекрасно понимая, как действует имя на своего носителя, — помоги мне. Старик совсем не тот, кем кажется, сейчас ты видишь в нем поддержку, может быть даже отца, которого у тебя никогда не было, но пойми — это лишь маска, за которой скрывается бесчувственное чудовище! Он будет помогать тебе только пока это выгодно ему, а потом будет использоваться тебя в ужасных преступлениях. То, что ты делал сегодня — это самое малое, что он от тебя будет требовать!       — Заткнись!       — Льюис, я такой же как ты… был когда-то, я поверил ему, старик помог мне с лечением моей тети, а я взамен выполнял его безобидные просьбы, но потом все изменилось! Он требовал все больше, и с каждым разом это были более ужасные вещи, — увидев сомнение в глазах парня Питер понял куда давить, — ты уже понял это, ты сам видел, Льюис, и теперь я здесь, а через какое-то время на моем месте можешь оказаться и ты, — переведя дыхание Паркер взмолился, — помоги мне.       — Я не могу, — категорично ответил парень, — моя мама больна, у меня никого кроме нее не осталось, и я не позволю ей умереть чего бы это не стоило.       — Давай сбежим, я обещаю, что смогу тебе помочь…       — Ты себе то помочь не можешь, боже, ты такой жалкий, — парень крепче сжал пистолет, — я никогда не окажусь на твоем месте, ты неблагодарный неудачник и я никогда не повторю твоих ошибок! — отчеканил он и подошел к Питеру, хватая его под руку, но тот вывернулся.       — Тогда убей меня! — уворачиваясь от очередной попытки схватить его выкрикнул Питер. — Потому что в ту яму я не вернусь, а увидев меня на свободе Малик тебя по головке не погладит, надо же, такой послушный мальчик забыл убрать лестницу! Ты пойдешь на свалку вслед за мной! — отчаянно кричал Питер, но моментально смолк, когда об голову ударило что-то тяжелое.

***

      К своему удивлению, Питер проснулся не на холодном полу ямы, а в небольшой комнате, захламленной разными коробками, совсем один. За окном было темно, так что понять сколько он пробыл в отключке парень не мог. На руках все еще были надеты наручники, а теперь и лодыжки были связаны джутовой веревкой.       От боли страдала каждая часть тела: запястья опухли, малейшее движение рук и наручники все больше впивались в кожу, кисти начинали неметь, все тело будто горело, суставы нещадно ныли, а порезы на ногах начали воспаляться под свернувшейся кровью и отекать. Ссадина на лице жутко чесалась, но полученное наслаждение не стоит той боли, которую вызовут соответствующие движения. Одна хорошая новость все-таки есть — отек с левого глаза начинал спадать и Питер мог смотреть на происходящее с ним двумя глазами. Был ли в этом смысл? Парень предпочел об этом не думать, ему не хотелось думать вообще ни о чем. Чего он желал, так это того, чтобы боль ушла, но с каждой минутой после пробуждения она только усиливалась.       Внезапно стало нечем дышать, будто весь воздух выкачали из помещения, в глазах потемнело, сердце застучало с такой силой, словно намеревалось пробить грудную клетку и отплясать чечетку на подоконнике, Питеру казалось, что еще немного и оно остановится. Из глаз покатились слезы, от которых защипало царапины. В момент, когда он уже смирился с невозможностью сделать спасительный вход, вернулся драгоценный воздух, парень принялся его жадно глотать, однако резкая боль в области ребер не дала ему с лихвой насладиться им. Постепенно состояние выровнялось, но Питер не желал больше двигаться, он лежал в одной позе и старался как можно медленнее и спокойнее дышать, надеясь, что это хоть как-то уменьшит боль и он сможет уснуть.

***

      Машина резко остановилась у ворот обветшалого дома и Тони Старк незамедлительно поспешил покинуть ее. Он подошел к воротам и не особо рассчитывая на успех дернул за штакетник. Как и следовало ожидать, ворота были закрыты. Послышался хлопок закрывшейся двери и через несколько секунд к нему подошел Хэппи.       — Ты уверен, что это тот дом? Выглядит заброшенным, — спросил он.       — Я уже ни в чем не уверен, — устало произнес Тони, последнюю неделю он и так мало спал, предпочитая поскорее закончить с делами компании, а сейчас он и вовсе вторые сутки без сна.       Поиск по горячим следам — наиболее эффективный способ найти пропажу, что мужчина и делал. Отследить самолет проще простого, не нужно даже подключать связи и выискивать информацию. Уже давно созданы приложения, которые позволяют в реальном времени наблюдать за полетами. А вот многие камеры пришлось взламывать чтобы отследить дальнейший маршрут похитителей, что и привело их в эту дыру. Последняя камера была несколько миль назад, а до следующей, машина, в которой находился Питер, не доехала, так что они уже несколько часов проверяли съезды и дома на этом участке дороги.       Отыскав под зарослями плюща звонок, Тони несколько раз продолжительно нажал на кнопку, но никакой ответной реакции не последовало.       — Может нам следует сделать перерыв и отдохнуть? Тебе нужно поспать, в таком состоянии ты парню точно не поможешь.       — Судя по карте дальше должен быть еще один дом, нужно и его проверить, — упрямо давил мужчина.       — Но, Тони, мы ищем иголку в стоге сена.       — Значит запасись терпением или спичками, — грубо отрезал Старк, — я не успокоюсь пока Питер не будет в безопасности.       Мужчины сели обратно в машину в полной тишине, но прежде, чем Хэппи успел завести мотор, телефон Тони зазвонил, отчего мужчина вздрогнул, опустив взгляд на экран он увидел неизвестный номер и принял вызов.       — Говорят сам Тони Старк прилетел в Нью-Йорк…       — Кто это? Откуда…       — Откуда я знаю? Ты же не думаешь, что что-то в этом городе может пройти мимо меня? Или откуда у меня твой номер? Даже смешно, в этом мире ничто не секрет если у тебя есть деньги, тебе ли не знать, Старк.       — С кем я разговариваю? — пытается понять мужчина, параллельно стараясь отследить звонок.       — С тем, у кого находится Питер, ты же его так упорно ищешь? Не понимаю зачем он тебе сдался, если честно. Так зацепил при попытке вскрыть тебе горло? О, да, мой мальчик умеет очаровывать заносчивых богачей, — издевается Малик.       Хэппи в недоумении взглянул на Старка.       — Слушай сюда, сукин ты сын, — Тони охватила неимоверная злость, он почти что кричал, — если с ним что-нибудь случится — я найду тебя, найду и голыми руками оторву тебе шею!       — Ни к чему устраивать бессмысленные бравады, Старк, выдохни, — слишком спокойно отвечает Гидеон, — то, что уже случилось тебе не изменить, а то, что еще может случиться зависит только от тебя.       Тони удалось определить местонахождение звонившего, но оно то и дело менялось, будто хозяин телефона сейчас куда-то ехал. Хэппи уже давно завел мотор и ждал указаний.       — Что ты от меня хочешь?       — Езжай прямо, в конце дороги увидишь дом, тебя там встретят, а я скоро приеду, и мы все обсудим, не телефонное это дело, — хмыкнул он, — Старк?       — Что еще? — раздраженно ответил мужчина, его кулаки все сильнее чесались от желания набить звонившему лицо.       — Будь душкой, иначе я сделаю из сладкого мальчика куклу и отправлю тебе почтой, — пригрозил Гидеон и бросил трубку.       От ярости Тони принялся лупить по панели автомобиля выкрикивая при этом самые разнообразные ругательства.       — Я уничтожу этого подонка!

***

      В комнату вошел Льюис и Питер постарался принять сидячее положение, что вышло у него лишь с третьей попытки. Ему не хотелось смотреть в глаза парня снизу-вверх, оставшаяся гордость ему не позволяла принять поражение от того, кого он считал слабее себя в равном бою. В руках у него была стопка чистой одежды, бутылка воды на ней, бинты и ножницы, он оставил свою ношу на одной из коробок и подошел ближе к парню разглядывая его и что-то оценивая.       — Гидеон сказал привести тебя в порядок и переодеть, — коротко сказал он.       — Зачем? — спросил Питер, но его вопрос растворился в тишине, нарушаемой лишь ровным дыханием Льюиса и рванным Питера.       Развязав ноги пленника, парень поднялся и смочил водой две небольшие тряпки, которые он положил на берда Питера что бы свернувшаяся и засохшая кровь отсоединилась от джинсовой ткани. Потом он принялся умывать лицо, шикая каждый раз, когда Паркер скулил от боли.       — Может ты будешь немного нежнее? — наконец не вытерпел он.       — Не вижу причин. Сейчас я сниму наручники, — сказал он, разделяя каждое слово, будто они говорила на разном уровне языка, — не вздумай ничего выкинуть, — он поднял кофту и Питер увидел закрепленный на поясе пистолет, — убивать тебя пока нельзя, но в колено выстрелить точно могу.       Наручники спали с рук и Питер почувствовал облегчение, сродни тому, что чувствуешь, когда снимаешь неподходящую по размеру обувь, в которой пришлось ходить весь день; на опухшие запястья больше ничего не давило, он аккуратно принялся растирать их, настороженно замечая, что амплитуда движений заметно снизилась.       Убрав наручники в карман штанов, Льюис попросил Паркера поднять руки — что он и сделал — и бесцеремонно стянул с него окровавленную толстовку, не замечая, как парень кривится от боли при малейшем движении, сказал ему лечь, после чего начал стягивать с него джинсы. Прилипшая кровь не успела до конца отойти от ткани, что никак не мешало Льюису, который лишь сильнее принялся тянуть за края джинсов, вновь открывая раны, из которых тут же просочилась кровь. Питер вцепился в матрас, крича от боли. Закончив с одеждой, Льюис влажной тряпкой оттирал засохшую кровь со всех видимых участков кожи, пока та не стала оставлять за собой красные разводы. Все это время Питер чувствовал себя тряпичной куклой, над которой издевается ее садист-кукловод. Если такая маленькая толика власти и безнаказанности развращает человека, то что будет с Льюисом дальше? Сможет ли он остановиться? Питер бы не был уверен.       Отрезая нужное количество бинта, парень чертыхнулся, попав острым концом ножниц в свой палец, но останавливаться не стал, обернув бинтом кровоточащие бедра, Льюис принялся натягивать на парня черные спортивные штаны, а затем и такого же цвета толстовку. Покончив с переодеванием, он вновь надел на запястья парня наручники и помог ему сесть. Из второго кармана он достал шприц с прозрачной жидкостью неизвестного назначения, Питер резко дернулся, стараясь выбить медицинский инструмент из его рук.       — Успокойся, это обезболивающее, что бы ты не скулил по поводу и без, придурок, — быстрым и резким движением он ввел иглу в ягодицу парня, который перестал сопротивляться, как только услышал «безболи».       — Это должно быть унизительно, а, Льюис? — подтрунивал над ним Питер, — обтираешь меня как послушная собачка, переодеваешь, даже уколы ставишь, ну-ка скажи «тяф-тяф».       — Лучше заткнись, мне в любом случае лучше, чем тебе.       — Надолго ли.       — Все, ты меня достал, — прошипел парень.       Соорудив из оставшихся тряпок кляп, он запихал его Питеру в рот и поспешно ушел, от чего Паркер радостно ухмыльнулся. Дождавшись, когда боль немного стихнет он сел, вытащил кляп, а затем потянулся к тому, ради чего вывел из себя Льюиса — ножницам, которые тот забыл убрать после того, как отрезал последний бинт. Все-таки он слишком молод и неопытен, чтобы держать все под контролем, что, в очередной раз, сыграло Питеру на руку. Он поднял металлические ножницы и спрятал их в рукаве, проверяя не выделяется ли их силуэт через ткань и не вываливаются ли они.       С каждой минутой обезболивающее усиливало свое действие, и вскоре большая часть мыслей Питера перестала быть заполнена болью, и он мог трезво подумать о том, что могло настолько заинтересовать Малика что он оставил его, но ничего путного он не смог придумать, так что оставалось только ждать его возвращения. За окном начинало светать, сиреневые облака недовольно плыли по небу. Тьма уже сереет, но все еще настырно бьется за свое место на небосклоне, а где-то вдали первые лучи солнца, еще даже не показавшегося над горизонтом, вступали с ней в бой. И свет обязательно победит.       Послышался звук подъезжающей машины, а затем лязг тормозов. Захлопали двери и компания из нескольких человек, Питер затруднялся сказать точное количество, вошла в соседнюю комнату.       — Тащи его сюда, — отдал приказ Гидеон.       В дверном проеме снова показался Льюис, уверенность покинула его, теперь он выглядел тем же неуклюжим парнем, что пришел с Гидеоном несколько часов назад. Он грубо подхватил Питера и помогая ему шагать вывел в комнату. Это был небольшой кабинет, квадратной формы, у окна стоял стол, по обе стороны от которого расположились стеллажи с макулатурой, видимо очень нужной Малику, потому что каждая полка была забита папками до отказа.       Первое что увидел Паркер — уставшее и осунувшееся лицо Тони Старка, на котором застыла гримаса ужаса и шока, в прочем, она тут же сменилась яростью. За его спиной стояли Хэппи и Брок, каждый готовый отдать жизнь за своего босса. В руках у последнего был средних размеров кейс. Малик стоял ближе к центру, он подошел к Питеру и взял парня за подбородок, бегло осмотрев его с едкой ухмылкой.       — Как ты тут без меня? Успел соскучиться, Питти? — с мерзкой сладостью в голосе спросил Гидеон.       — Ах ты ублюдок, — прокричал Старк, надвигаясь на мужчину с подрагивающими руками, — что ты с ним сделал, сукин сын?! Льюис тут же вытащил пистолет и направил его в Тони, что вынудило того остановиться.       — Что такое, Старк? В таком виде он тебе уже не интересен? Какая досада, — с отвращением большим пальцем он оттолкнул лицо Питера и отошел к столу, — сделка все еще в силе или ты передумал?       Тони, не колеблясь, ответил:       — Конечно в силе.       Он попытался приблизиться к Питеру, но Льюис встал между ними, отрицательно качая головой.       — Не так быстро, прояви терпение. Хотя знаешь, я бы на твоем месте еще раз подумал кого ты спасаешь. Он рассказывал, чем тут занимался? Сколько крови на его руках, м? — не унимался Гидеон, — Пацан был готов тебя убить, а ты ему жизнь сохранить пытаешься.       — Закрой свой поганый рот и давай ближе к делу, — по Тони было видно, что ему неприятно это слышать, но в глазах не было и капли сомнения.       Малик попросил Брока принести кейс, тот послушно положил его на стол и вытащил ноутбук, расположив его на столе он забрал чемодан и вернулся к двери. Питер судорожно пытался понять, о чем Тони договорился с Гидеоном, но никаких подсказок не было, зная старика это явно что-то ужасное, что может сильно подпортить жизнь Старку, чего он никак не мог допустить. Питер пытался поймать взгляд мужчины и попытаться донести до того, что все с ним в порядке, но Тони уже подошел к ноутбуку и начал подключать к нему свой телефон.       — Тони, ты отдаешь себе отчет в том, что ты делаешь? — спросил Хэппи.       — Все под контролем.       Питеру ничего не оставалось как вмешаться и спросить:       — Что происходит?       Вместо ответа парень получил пощечину, от которой еле устоял на ногах.       — Тебе никто не давал разрешения разговаривать, щенок, — процедил старик.       Тони подорвался что бы помочь Питеру, но Льюис опять преградил ему дорогу.       — Интересно чем тебе купили свободу? Ну так слушай: сейчас твой спаситель внесет недостающие детали в чертежи оружия, которое он снял с разработки, как тебе? — весело, на грани безумия, сказал Гидеон.       — Твоя жизнь за жизнь сотен, а то и тысяч людей.       Питер потерял дар речи, он не мог себе вообразить, что Тони согласится на подобное, это просто не может быть правдой. Это не логично, он того не стоит, думал Питер. Он должен помешать этому, нащупывая ножницы под толстовкой он пытался придумать план.       — Мне не нравится, что какой-то малец тыкает в меня пушкой, Гидеон, у нас был уговор, выглядывая из-за монитора сказал Старк, на его лице не было ни одной эмоции.       Кивнув Льюису, старик разрешил убрать пистолет. Но свое место парень не покинул, хоть он и не мог оказать полноценное сопротивление Старку. Тони вернулся за монитор и продолжил что-то печатать. Делал он это очень медленно, в мастерской Питер узнал, что мужчина печатает со скоростью, близкой к скорости звука, а сейчас он нажимал клавиши со скоростью Слэйкинга.       Питер наблюдал за Хэппи, на словах мужчина выказывал беспокойство, но внешне он выглядел абсолютно спокойным.       Прошло около двадцати минут, как Тони Старк сидел за ноутбуком, но по ощущениям Паркера прошла целая вечность, действие обезболивающего спадало, возвращая болезненность всего тела, желудок крутило от переживаний, а ноги подкашивались.       — Долго еще? — не выдерживая ожидания спросил Малик.       Тони бросил взгляд на наручные часы и поспешил заверить что вот-вот закончит, жалуясь на медленный интернет и слабый ноутбук. Гидеон хмыкнул и обошел комнату под взглядом всех собравшихся. Остановился он за спиной Питера, выглядывая в окно.       Предрассветные сумерки утекали, оставляя за собой небо, которое едва тронул румянец, солнца еще не было видно, но уже четко на востоке было видно место, из которого оно вот-вот поднимется и осветит улицы Нью-Йорка.       Такие люди как Гидеон Малик не обращали внимание на красоту рассветного неба, для них это что-то само собой разумеющееся, в чем нет ничего стоящего внимания, однако его внимание привлекло кое-что другое — вдалеке, около забора он заметил движение и в его голове сложился пазл: поглядывающий на часы Старк, затянувшееся время передачи файлов, а теперь еще и подозрительное движение, которое он никак не мог списать на ветер или лесных животных, такие маневры характерны только для людей, которые идут в приседе. Гидеон окинул взглядом комнату, задерживаясь на Хэппи, который утратил былое спокойствие и нервно барабанил пальцами по кисти другой руки.       Ни минуты не медля он вытащил нож и приставил его к горлу Питера, вынуждая того податься вслед за ним подальше от окна. Старк подскочил на ноги и успел выбить из рук Льюиса пистолет, который парень так неумело пытался достать в приступе паники, оружие отлетело в сторону.       Брок молниеносно попытался пробраться к нему, но Хэппи, и не думая ему уступать, дернул соперника за плечо, тем самым разворачивая его к себе, ударил, но промахнулся; затем ударил Брок, кулак Рамлоу пришелся точно в цель, но и Хэппи не отставал, глухо вскрикнув он навалился на противника и повалил его на пол. Воспользовавшись замешательством Льюиса Тони бросился к оружию, упав на одно колено он поднял пистолет и направил его на Гидеона, быстро поднимаясь. Льюис попытался вернуть контроль над оружием, рывком он бросился на Тони, но мужчина успел схватить его за волосы, оттянув от себя, он развернул его корпус, подтянул к себе и перевел дуло пистолета к его виску.       — Думаю нам всем нужно успокоиться.       — Кто бы мог подумать, что Тони Старк решил всех обхитрить, удивительно, не правда ли? — саркастично спросил Гидеон у Питера, — брось пистолет, иначе я перережу ему горло.       — Убери нож, и я выброшу пистолет и отзову подмогу, иначе я выпущу мозги твоей шавке, — отзеркалил Тони.       — У тебя кишка тонка, Старк, ну давай, — крепче прижав нож к горлу Питера он точно прошипел сквозь зубы, — стреляй, докажи обратное. А потом посмотрим сколько Пити протянет с вскрытым горлом, — лезвие оставило на шее тонкую кровавую полоску. Нервы Питера сдали, он больше не мог выносить этого хауса, Брок и Хэппи все еще дрались на полу, в глазах Старка он видел страх. Льюис был белее мела и как бы Питер не злился на него, он не желал ему смерти. Медленно поднимая край толстовки, он решил: либо сейчас, либо уже никогда.       Лезвия ножниц очертили дугу снизу-вверх через левое плечо, что бы не вогнать нож, который Малик держал правой рукой, глубже своими движениями, и Питер молился всем богам, которых он знал, что бы его сцепленные наручниками руки дотянулись до старика, какой бы боли ему это не стоило.       Ножницы попали Малику в плечо, из его горла вырвался утробный рык и на мгновение он ослабил хватку, и этого было достаточно. Питер дернулся влево, вырываясь из захвата, лезвие ножа оставило еще одну длинную царапину на его шее. Он упал, хватаясь за новый порез.       Раздался выстрел. Первый, второй, третий — Старк спустил всю обойму в Гидеона. Мужчина упал навзничь рядом с Питером, который пытался отползти как можно дальше. Входная дверь слетела с петель и в комнату ворвались люди в форме с оружием, Рамлоу подскочил и попытался бежать, но его настигли служители закона, выворачивая ему руки и поваливая на землю.       Тони бросился к Питеру, он уложил его к себе на колени и, приговаривая какой же он дурак и как сильно он виноват, принялся осматривать многочисленные повреждения парня, до конца не веря, что весь этот ужас закончился.       — Все хорошо, я в порядке, — бормотал Паркер, он не хотел, чтобы Тони Старк волновался из-за него, — просто мне нужно немного отдохнуть, — его одолевала дремота, глаза слипались и не было сил поднять веки, — я немного посплю, ладно? Все хорошо, все…       — Нет! Нет, Питер, открой глаза, сейчас нельзя спать!       Солнце показалось из-за горизонта, озаряя небо яркими лучами, заиграли оранжево-розовые оттенки, тьма ушла, проиграв свету, через несколько часов их ждет новый раунд. Все ближе слышался вой сирен.