Неудачливый детектив

Я наклонилась к его уху, в предвкушении ответить на крайний вопрос. — Сильнее всего я желаю… — О чём же? — Желаю знать о том, как всеми любимого Уильяма Афтона поймали за решётку, после чего всю оставшуюся жизнь долбили в зад его же сокамерники. — ха…хаХАХАХАХАХАХА — А ты забавная. Теперь лучезарная улыбка больше напоминала оскал. Мне нравилось наблюдать за его реакцией, оправданной речевыми вставками, которыми я руинила «идеальный» сценарий у того в голове. Сейчас это было единственным, чем я могла ответить на издевательства. Пусть даже, по сравнению с ними, моё увлечение было лишь детской забавой. — Ничто не остаётся безнаказанным. — Полная чушь… Попадаются только особо тупые, даже Генри… Ну, хватит разговоров. — И что же ты сделал, в отличие от тех «тупых»? Сжёг тела? Заплатил кому-то? Генри тоже в этом замешан? Он закатил глаза. — Тебя так сильно интересует эта тема? — Я детектив. — Охх, точно… Вдруг его лицо переменилось, будто сама истина существования распростёрлась в чертогах его сознания. — Что насчёт невероятно выгодной сделки? Для нас обоих. *Сделка с психом.звучит крайне ненадёжно* — И каковы условия? — Ты позволишь мне делать с собой всё, что я захочу, без лишнего сопротивления и фраз, а я в свою очередь отвечу на твои вопросы после, что думаешь? — Отказываюсь. *Он смеётся?* — Ожидаемо. Ты скучаешь по своему отцу? — Нечестно угрожать этим дважды. — Я и не собирался. — Что тогда? — Чисто теоретически я мог бы организовать вашу встречу, в дополнение ко всему прочему. — Охотно верится. — Уильям Афтон всегда держит слово. — И почему тебе стало важно моё согласие? — Так веселее. *Чёртов садист* — Конечно, ты можешь снова спасовать, но тогда я буду вынужден просто сделать так, как хочу, без всяких привилегий. Совсем недавно у меня был шанс освободиться от этого тирана, утонуть в небытие, раствориться вместе с душой. Кто ж знал, что этот конченный червь додумается прижечь мою веру на спасение. Порез продолжал ныть, будто на его поверхности отбивали чечётку огоньки пламени. *Обещала же себе не сдаваться* *Он действительно позволит мне увидеться с отцом?* *Секунду, я только что согласилась играть по его правилам?* *Быть не может, неужели я правда потеряла себя, став его вещью?* *Но, что если мне всё же удастся выбраться отсюда? Как только папа узнает, где я…* — Я не намерен стоять здесь всю ночь, из-за твоей выходки мы и так потеряли время. Если я не услышу твоего ответа на счёт три, пеняй на себя. — Один. — Два. — Тр... — Согласна. Но если ты не сдержишь… — Сдержу, правда последний пункт нашего контракта довольно затруднителен, тебе придётся постараться, чтобы я точно с этим справился. — Поняла. — Вот умничка. Внутри что-то постепенно ломалось, что-то, по чему всё это время скребли кошки, что-то, что истончилось до предела, что-то, что заставило меня взять лезвие. Я и сама не понимала, что именно. Возможно, гордость, но стоит ли о ней заикаться? Она полностью растоптана, разбита на осколки, что жалили куда больнее, чем порезанные вены. Он перенёс меня обратно в комнату, где лунный свет, как и прежде, исполнял свои серенады через распахнутые шторы, и поставил спиной к окну. Сам же, в ожидании, уселся напротив, на край кровати, предвкушая новые пытки. — Раздевайся. Я понимала, что отпираться нет смысла, поэтому медленно начала расстёгивать пуговицы, стараясь не смотреть в его сторону. *Что я делаю?* Ненадолго руки задержались на последней застёжке. — Быстрее. *Не хочу* *Это неправильно* — Не могу. Опустив голову, я отвернулась лицом к окну, обнимая себя руками. *Полный отврат* — Забыла договор? Ты не хочешь видеть своего папашу? — голос сзади начинал закипать. *Хочу, но не такой ценой* — Знаешь, когда одно из лиц не выполняет часть договора, то за этим следует наказание. Хоть я и обещал быть нежнее, но если продолжишь так себя вести… Всё ещё стоя спиной, я сняла рубашку, отложив её в, как показалось, наиболее чистое место, что было рядом. Мой верх полность оголён. — Очень хорошо. Дальше. Я посмотрела направо, в тёмный дверной проём, что был так близко, но также несказанно далеко. В мыслях мне представилось, как оттуда выползает монстр гораздо страшнее того, что сидел позади, хватает этого ублюдка и утягивает настолько глубоко, что даже заядлые шахтёры не смогли бы добраться. Штаны дополнили комплект на полу. — Хех, какой вид. Всегда бы так. Я сокрушённо смотрела в окно на всю ту же просёлочную дорогу, где стоял спасательный круг в виде авто. *Жаль, люди не умеют телепортироваться* Взяв что-то, он подошёл ко мне. — Развернись. Не поднимая головы, я сделала, как он сказал. Брюки всё ещё были на нём, меня это радовало. Он вытянул вперёд остаточно наполненную флягу. — Ч-что это? — Коньяк… Ранее я пробовала крепкий алкоголь в такие дни, как день рождения, либо Новый год, данная ситуация точно не походит на праздник, но мне действительно хотелось выпить. Я взяла сосуд, сделав несколько глотков. По сравнению с дешёвыми марками, отдающими ароматизаторами в виде ванили и карамели, этот проявлял то ли цветочное, то ли древесное мягкое послевкусие. Но я почувствовала, как проглотила нечто твёрдое вместе с жидкостью. — Ты подсыпал что-то? — Ничего, что могло бы тебя убить. *Твою ж мать, крайне удручает* Схватив за кисть, он притянул меня к себе, облекая прикосновениями, что медленно спускались от лопаток. Стремясь оставить хоть какое-то расстояние между нами, я упёрлась ладонью в его грудную мышцу. Голову постепенно отягощал притягательный дурман, наряду с расширяющимися зрачками и участившимся дыханием. Мои пальцы скользнули по рубцу, что покрывали его от головы до ног. От испуга я отшатнулась назад. — Воу, приятель, откуда у тебя эти шрамы? — Пффф, глянь, вот же срань, ты будто из мясорубки вышел. — ххаха, они ещё и форму меняют, не повезло тебе. — Знаешь, говорят, шрамы дополняют мужчину, но тебя они явно переполняют, ВХАХХАХАХ *Чего это я?* *Мир такой яркий* Я вновь приблизилась, упёршись в него указательным пальцем, с укором смотря в расплывающиеся блики, что недавно были глазами. — Эй, чем ты меня накормил, А? — Я задала тебе вопрос, идиота кусок. — Мм...я бы не отказалась сейчас от куска мороженного с шоколадной крошкой, Эмери просто чудесно его готовит. — Хах, если бы он делал для меня пару рожков в день, то я бы согласилась пойти с ним на свидание. А ты любишь мороженное? Или жрёшь исключительно спиртное? Пхахахах. — Сейчас я хочу съесть только тебя. — Чего? — Ой! Его зубы сомкнулись на моём надплечье, оставляя накрапывающую красную росу, что он тут же слизал. — Сладко… — Ты больной? Зачем так делать? Я ведь не похожа на рожок. — Э? Почему я голая? Здесь же холодно, где моя одежда? Отвернись! Я уже было потянулась за штанами, как тот перехватил мои движения, перевалив через плечо. — Отпусти, я собиралась одеться, постыдился бы! — Будь тише. Шлёпнув по заду, он скинул меня на кровать, принявшись снимать брюки. — Мистер, ты оглох? Избавившись от лишнего, он вернулся ко мне, накрыв сверху. На этот раз мне захотелось прислонить к нему обе руки, а затем и вовсе обвить всеми конечностями. — Тепло. Не уходи от меня, иначе я умру от холода. Он вынул блестящую упаковку, что была у него во рту, видимо достав её из кармана, пока раздевался. — Как скажешь, я сделаю ещё теплее, если ослабишь хватку. — Зачем? Тебе не нравятся обнимашки? — Не то чтобы я был любителем. — Я жду. — Неа, хахахах — А обещала быть послушной. — Ты тут никто. — Вот как. Он покрепче взял меня за талию, после чего перевернулся так, что я оказалась сверху. — Хочешь быть главной? Отлично. Ухватив меня за волосы, он потянул назад, заставив киской сесть на основание прижатого колом к его телу члена. — А-ау, ты мне голову оторвать собрался? Между прочим, она мне ещё нужна, чтобы закончить дело. — Дело? — С тем маньяком, я хочу принести пользу своему городу… Воспользовавшись тем, что меня понесло на разговор, он, с помощью свободной руки и зубов, вскрыл обёртку и, растирая, вылил липкое содержимое себе на ствол. — Ты слушаешь? — Да, расскажи мне ещё про того маньяка. — В результате исчезли дети, их было пятеро. — И что же он с ними сделал? Отпустив волосы и разместив длинные худощавые пальцы на моих бёдрах, он то приближал их к себе, то вновь отдалял, что сопровождалось трением наших гениталий. — Охх… Никто этого не знает, пока что, но я добьюсь истины. Кстати, стоит отдать должное, он продумал каждый шаг, напрочь сбив полицию с толку. — Этот парень так хорош? — Видимо, но лучше бы он был хорош в вязании. — ХАХАХАХ Особый гель, наркотики и алкоголь делали своё дело. С каждым влажным движением внизу становилось горячее, а естество покладистей, искореняя все моральные принципы, сменяя их вихрем пошлых наслаждений. — Ух…б-быстрее. Головокружение постепенно отбирало мой навык координации, из-за чего я начала спадать. Уловив это, он вернул прежнюю позу, поджимая под себя. Перед тем, как вставить, он остановился. — Хочешь продолжить? — Да… — Тогда умоляй об этом. — Я хочу продолжить. — Больше. — Прошу, я сейчас взорвусь. — Хорошая… Он легко вошёл. Я не чувствовала ничего, кроме «кайфа». Происходящее зигзагами обходило моё понимание, поглощённое галлюцинациями, создающими сводящий с ума спектр многообразных эмоций, красок, цветов. Искажающая реальность пелена покрывала мозг, не позволяя заглянуть за барьер. Я словно была Алисой, бесконечно падающей в нору белого кролика. Одновременно выворачиваясь наружу, распадаясь на части и собираясь воедино, как по волшебству, пространство заводило меня в тупик, откуда следовал поворот к новой западне и т.д. Потеряв счёт времени, я закрыла глаза, погружаясь в царство Морфея.