Вкус свободы дороже

В тишине коридоров раздаются тихие шаги. Тэхен нервно кусает губу, то и дело кидая осторожные взгляды на генерала, идущего впереди. Покоя не дают мысли, что их могут заметить, но даже это не пугает Тэхена настолько сильно, как тот факт, что у них был поцелуй. Самый настоящий, чувственный, такой, который Ким никогда не сможет забыть. Ибо все его мысли крепко забиты одним единственным генералом, который облегчённо вздыхает, стоит им добраться до покоев принца, и любезно приоткрывает тому дверь, пропуская его внутрь. И только-только он собирается уходить, дабы их не заметила стража, что вот-вот должна снова пройти, Тэхен хватается за его рукав, словно за спасительную соломинку. И, вероятно, так оно и есть, ведь с момента поцелуя принц просто грезит желанием получить честный ответ на один-единственный вопрос, что не даёт его сердцу покоя. — Чонгук... Я бы хотел кое-что спросить. — Ваше высочество, это не может подождать до завтра? Думаю, сейчас не самое подходящее время, — чуть грубовато произносит Чонгук, осматривая коридор и прислушиваясь к посторонним звукам. Тэхен все так же не отпускает его рукав, словно боясь, что Чонгук не прислушается к его просьбе и уйдет, оставив в одиночестве, однако тот покорно стоит на месте, наблюдая за метаниями принца. — Это правда важно. Я не смогу уснуть, если сейчас не узнаю ответ, — Чонгук устало вздыхает, проходя внутрь покоев и прикрывая за собой дверь. Тэхен опускает глаза вниз, и комнату накрывает напрягающая слух тишина: слышится только сбитое дыхание обоих парней, отчего-то нервничающих. Тэхен невольно прокручивает в голове то, что стало для них началом конца.

Flashback

Тэхен готов продать душу дьяволу, отказаться от престола, даже признаться родителям, что ему нравятся парни в обмен на то, чтобы иметь возможность целую вечность целовать эти губы. Чувствовать чуть суховатую кожу чонгуковых рук, придерживающих его за шею и талию; язык, который в буквальном смысле исследует его ротовую полость, не пропуская ни миллиметра. Тэхен никогда не мог подумать, что его первый поцелуй получится таким страстным, наполненным взаимным обожанием и притяжением, даже невзирая на всю неумелость принца в подобных делах. Чего лукавить, Ким вообще не был уверен, что подарит свой первый поцелуй человеку, к которому он будет испытывать самую настоящую если не влюбленность, то стопроцентную симпатию. Сердце предательски быстро стучит, а лёгкие уже горят от недостатка кислорода из-за столь длительного поцелуя, но это не мешает Тэхену вновь и вновь цепляться пальчиками за хлопковую ткань рубашки Чонгука, лишь бы продлить этот волшебный момент ещё хоть на несколько секунд. Но волшебство рано или поздно заканчивается, и это случается и с ними: Чонгук отстраняется первым, дыша настолько учащенно, что складывается впечатление, будто он очень-очень долго бежал и наконец-то остановился. И, если проводить некую аллегорию с их взаимоотношениями, то Чонгук тоже бежал от своих чувств к принцу, что с каждым днём только росли, однако все равно попался в нежные пальчики Кима, что все ещё покоятся на его плечах. Чон ловит тэхенов взгляд, поражаясь тому, как доверчиво и, можно сказать, любовно, тот на него смотрит. Сердце мгновенно начинает покалывать от осознания того, что они только что совершили, и какими последствиями это может обернуться для них обоих. И Чонгук сейчас волнуется не за свой статус, репутацию, даже тело, которое мгновенно исполосуют плетью, если хоть одна душа узнает, что они были за пределами дворца и чем там занимались. Чонгук переживает за возможно разбитое сердце Тэхена, ведь из их пары он единственный, кто здраво оценивает все происходящее. И увы, Чон понимает, что их чувствам во дворце не место, а за его пределами они находятся всего один день. Но он даже рта не успевает раскрыть, чтобы что-то вымолвить, как Ким приподнимает указательный палец: — Ничего не говори. Я не знаю, что случится после нашего возвращения во дворец, не знаю, как мы будем распутывать то, во что только что ввязались. Но все это будет потом. Сейчас, прошу тебя, позволь мне насладиться твоим теплом и ценностью момента, и подарить тебе тоже самое в ответ, — Чонгук замирает от этих слов, явно обдумывая сказанное. Но Тэхен совершенно прав: все, что будет после, произойдет после. Сейчас только они двое есть друг у друга, и Чонгук позволяет себе забыть обо всем происходящем в мире вокруг, совершенно ласково обнимая Тэхена за талию. Он замечает слезящиеся глаза Кима и его робкую улыбку, прежде чем тот осторожно обнимет его в ответ, прижимаясь мягкой щекой к сильной груди генерала. — Ну чего ты постоянно плачешь... — почти обречённо, без доли упрека в голосе, произносит Чонгук, ставя свой подбородок на чужую макушку и принимаясь нежно поглаживать шелковистые волосы. Тэхен роняет несколько соленых капель, по-детски смешно шмыгая носом: его, по непонятно какой причине, чёртовски тянет разрыдаться прямо в этих сильных руках, утопить в слезах не только себя и генерала, а и всю деревню, однако чужое размеренное сердцебиение действует как своего рода успокоительное. Ким делает пару глубоких вдохов, прежде чем признаться Чонгуку: — Я никогда в жизни не чувствовал себя таким живым и счастливым, как это происходит рядом с тобой. Я и правда не знаю, что будет завтра, через неделю, а уж про года и вовсе не может быть и речи. Но Чонгук, поверь: ты единственный, кто навсегда останется в моем сердце как самый дорогой и близкий мне человек. Не думаю, что хоть кто-то когда-либо сможет тебя заменить, да я и не хочу этого. — Тэхену правда сложно произносить все эти слова, но Чонгук все ещё ласково поглаживает его по волосам и держит прямо у сердца, и это зримо прибавляет принцу смелости, чтобы произнести заключащую речь просьбу. — Не оставляй меня, прошу... Рука Чона замирает, а ответом служит тишина, разрезаемая лишь пением сверчков. Тэхену следовало обратить на это внимание.

End of flashback

Ким поднимает глаза, натыкаясь на сосредоточенный взгляд генерала: былой нежности как и не бывало, сейчас от Чона так и веет волнами напряжения, что мешают принцу собраться с мыслями и наконец-то спросить о том, что его беспокоит. Проходит минута, вторая, прежде чем Тэхен начинает говорить, почти на грани слышимости: — Чонгук... Этот поцелуй... Он что-то значил для тебя? — совсем робко интересуется Тэхен, уже не такой уверенный, что хочет слышать ответ. Сердце бьётся непозволительно быстро, будто чует неладное, но вмиг замирает, стоит генералу произнести одно-единственное слово: — Прости. — Что?.. — глаза непроизвольно начинают слезиться, но Тэхен запрещает себе плакать, все ещё надеясь на лучший исход. Генерал правильно подметил, что он постоянно плачет, но Ким ничего не может с собой поделать: такой, какой есть. Слабый, мягкий, как тесто — лепи, не хочу. Именно эти его черты и раздражают большую часть дворцовых людей, но только рядом с Чонгуком он не ощущает себя неправильно. Если бы человек был местом, то Чонгук однозначно бы стал тэхеновым домом, где он смог бы укрыться от любых невзгод. — Прости, Тэхен. Этот поцелуй... Мы не должны были этого делать. — Но почему?.. Разве ты стал бы меня целовать, если бы не чувствовал ничего в ответ? — восклицает Тэхен, пытаясь заглянуть в глаза Чонгуку в попытках найти правду хотя бы там. Однако тот измученно вздыхает, чуть хмуря и без того густые брови. Он и сам понимает, что совершил глупость, когда позволил себя поцеловать. Совершил глупость, когда сам ответил на поцелуй. Совершил глупость, если позволил всему этому случиться. Позволил Тэхену хоть на секунду допустить мысль, что этот поцелуй и правда что-то значил. — Дело не в моих чувствах, Тэхен. Этого всего не должно было произойти. Мы провели целый день вместе, по-настоящему хороший день, и я видимо потерял рассудок, раз позволил себе поддаться и пойти на поводу у сердца, — Чонгук наконец-то ловит тэхенов взгляд, и ему больно видеть в этих глазах слезы, но он не может по-другому. Он не видит продолжения этих чувств, а потому считает нужным оттолкнуть, обрезать все на корню, лишь бы не погрузиться в воду ещё больше, чтобы в конечном итоге не утонуть обоим, — пойми, Тэхен. Что бы не испытывал ты, что бы не чувствовал я — все это не может стать чем-то большим. Ты — принц, и вскоре станешь королем. Твое место во дворце, и как бы ты не тянулся к свободе, тебе все равно придется занять трон, жениться, даже воспитать будущего наследника. Я же обычный генерал, и мне в твоей жизни не место. — Но Чонгук... — растерянно шепчет Тэхен, пока по его щеке катится одинокая слеза. Чонгук тяжело вздыхает, прежде чем обхватить щеку принца ладонью, стирая солёную каплю большим пальцем. — Как ты представляешь нашу жизнь, если мы позволим нашим чувствам и дальше расти? Прятаться по углам, пока нас никто не видит, и беспокоясь, чтобы нас никто не услышал? — Чонгук мягко качает головой, — я так не смогу, Тэхен. Я хочу быть счастлив со своим любимым человеком, не боясь того, что в любой момент нас могут словить. Я правда не думал, что смогу как-то тебя привлечь, ведь я человек грубый и резкий, я всегда скажу то, что будет у меня на уме. И правда не догадывался, что ты сможешь решиться на такой шаг, ведь сам бы я ни за что этого не сделал, какую симпатию бы к тебе не испытывал, ведь изначально понимал, что этот путь заведомо проигрышный. Я совершил большую ошибку, когда позволил себя поцеловать, и должен был сразу отдавать себе отчёт в том, как ты это воспримешь. Ты правда хороший человек, и я был рад, что не разочаровался в тебе, проведя целый день вдвоем, но это не отменяет того, что мы слишком разные, чтобы быть вместе. Мне правда жаль, — шепчет напоследок Чонгук, прежде чем выйти в коридор, лишь бы не видеть боль на этом лице. Боль, которую он сам причинил. Однако Тэхен вновь хватает его за рукав, отчаянно произнося последние за этот вечер слова: — Я что-нибудь придумаю, Чонгук. Я был слабым все эти восемнадцать лет, позволял родителям и обществу вертеть собой, как они того хотят. Но больше я так не желаю. Я правда найду выход, обещаю. Я буду за тебя бороться, — Чонгук слабо улыбается в ответ, прикрывая дверь в покои принца с обратной стороны. Впервые за двадцать шесть лет Чонгуку так отчаянно хочется кому-то верить.

***

Всю ночь Чонгук провел беспокойно, почти не сомкнув глаз. В голове то и дело всплывал образ плачущего принца, их разговор, и, конечно же, поцелуй у реки. Чонгук измученно стонет и прикрывает глаза, когда в очередной раз вспоминает мягкие губы Тэхена, целующие совсем неумело и робко, но так чувственно. Вспоминает, как впервые за несколько лет, проведенных в одиночестве, его сердцебиение ускорилось, а кончики пальцев начало приятно покалывать. И это его крайне пугает: Чонгук даже близко не хочет допускать мысль, что может испытывать симпатию к принцу. Ведь... Как так-то? Они и знакомы всего ничего, общались в два раза меньше, из них не ссорились — ещё убрать половину. И тем не менее, стоит Чонгуку представить перед собой Тэхена, его наивные и добрые глаза, его квадратную улыбку — сердце заходится бешеным ритмом, будто сообщая своему хозяину, что спустя столько лет, проведенных в одиночестве, он наконец-то нашел нужного человека. Что именно Тэхен сможет собрать его по кусочкам, после бережно храня, как самую большую ценность. В какой-то момент Чон даже ловит себя на мысли, что мог бы уговорить Тэхена сбежать, если их чувства и дальше будут расти. Осесть где-нибудь в неприметном поселке, вдали от дворца и городской стражи, проживая мирную спокойную жизнь. Однако Тэхен не просто ребенок, рождённый в королевской семье. Он — будущий наследник престола, и Чонгук уверен, что пропажу бы не оставили незамеченной: принца бы искали, даже не год и не второй, и о тихой и размеренной жизни можно было бы забыть навсегда. Крупицу надежды вселяют слова Тэхена. Я буду за тебя бороться, — то и дело мелькает в голове, и Чонгук осознает, что впервые в жизни за него готовы бороться. И это до жути непривычно, ведь Чон — человек сильный, всегда приходящий всем на помощь, подставляющий свое крепкое плечо. А тут на его пути появился самый необычный и добрый парень, который перевернул весь мир генерала с ног на голову. И Чонгука это, признаться, даже пугает. Страшен тот факт, что чувства к принцу стремительно растут, радуя больное сердце, вот только головой Чонгук понимает, что эти отношения обречены. А терять дорогих себе людей он больше не хочет. Не хочет испытывать то, что каждый раз ломало его изнутри, выедая все внутренности, после делая человеком чёрствым и грубым. Иронично, ведь Тэхена как раз привлекают люди с сильным характером и внутренним стержнем, а Чонгук стал именно таким после всей своей непростой жизни. Вот такой замкнутый круг. За своими мыслями Чонгук вовсе не заметил, как наступило утро. Солнечные лучи потихоньку врываются в его комнату сквозь ткань штор, тем самым сообщая, что пора вставать. Однако Чон впервые за несколько лет позволяет насладиться себе последними минутами спокойствия от душевных терзаний, прежде чем он снова пойдет сопровождать принца, наблюдая за его опустевшими глазами. И так и происходит: стоит ему встретиться с Кимом взглядами — он замечает, сколько в тех боли и разочарования от того, что он так легко от него отказался. Однако виднеется в них и маленькая искра, совсем незаметная, но генерал почему-то отчётливо ощущает, что эта искра в кимовых глазах — предвестник большого пожара, из которого они либо выберутся вдвоем, либо не выберутся вовсе. С Тэхеном они и двумя словами не обмениваются: просто молча направляются в тронный зал, куда принца попросила зайти королева. Чонгук прожигает чужой затылок настороженным взглядом, будто выжидая тот момент, когда Ким обернется, скажет что-то, да хоть ударит за то, что Чонгук, по сути, просто играл с его чувствами. Злил, доводил, извинялся, давал надежду, позволял себя целовать и ласково прижимал к груди, чтобы после бессовестно заявить, что вместе быть им не суждено. Однако не происходит ничего: Тэхен снова надел на себя уйму масок непоколебимого и холодного принца, напрочь игнорируя присутствие генерала позади себя. И Чонгука это, признаться, даже раздражает. Нет, он понимает, что у Тэхена есть полное право считать его пустым местом, но все же тот пообещал за него бороться, а такими словами даже Чон разбрасываться не стал бы. Внимания принца не хватает, и Чонгук делает мученический выдох, признавая, что скучает по их былому общению. Тэхен такие перепады настроения замечает, да и этот удрученный вздох он тоже слышал, однако никак на это не реагирует: лишь кидает кроткий взгляд, прежде чем войти в тронный зал, делая глубокий поклон. Чонгук тоже входит внутрь, оставаясь стоять у дверей, а взгляд его цепляется за незнакомого юношу, сидящего в начищенных доспехах перед небольшим столиком, на котором красуются различного рода угощения. — Тэхена, — усмехается этот парень, и Чонгук замечает, как принц напрягается всем телом, стоит ему перевести взгляд на... — ..брат? Чонгук удивлённо вскидывает брови, вовсе не ожидая такого поворота событий, и Тэхен, судя по всему, тоже пребывает в состоянии лёгкого шока. А Ёхан тем временем широко улыбается, совершенно спокойно подходя к старшему и заключая того в объятья, склоняясь к чужому уху. — Как вчера прогулялся со своим генералом? Понравилось? — шепчет Ёхан, похлопывая замершего в ступоре брата по спине, пока королева вовсю улыбается, любуясь сыновьями. Во дворе все знают об их сложных отношениях, даже взаимной ненависти, если так можно выразиться, а потому для каждого присутствующего в этом зале сейчас их объятия стали большим сюрпризом. — Что?.. — растерянно переспрашивает Тэхен, ловя взгляд Ёхана, стоит тому немного отстраниться. Младший ничего не отвечает, на его лице лишь красуется ехидная усмешка, и Тэхен со страхом понимает, что это конец. Конец их с Чоном отношениям, хотя у них ещё и начала толком-то не было. Ёхану известно, что он был за пределами дворца, и сейчас он расскажет об этом королеве, после чего Чонгука отведут на двор для ударов плетью, а его... — Матушка, я так давно не видел вас, отца, и любимого брата. Может быть, устроим в честь моего возвращения небольшое торжество? — широко улыбается парень, все ещё держа руку на плече Тэхена. — Ёхан, ты так поменялся после учебы за границей, я приятно удивлена. Где мой вечно бунтующий и возникающий сын? — хихикает королева, ведь Ёхан и правда был слишком дерзким для представителя королевской семьи, не поддавался указаниям родителей, имел слишком выраженное личное мнение, чего вовсе не скажешь о спокойном Тэхене. Именно вспыльчивый характер Хана и стал главной причиной, по которой родители, по сути, "избавились" от родного сына, отправив его на учебу за границу. Зато среди внутреннего двора Ёхан пользовался настоящей славой: вся прислуга любила младшего принца, его свободную и искреннюю натуру, в то время как Тэхен выглядел для них притворным и чёрствым. К тому же, младшего принца ценили ещё и за умение решать конфликты, легко и быстро находить выход из любого положения. Он был строг и даже в какой-то мере жесток, но справедлив, и всегда старался наказать виновных, что иногда не устраивало родителей, привыкших обыгрывать ситуацию в пользу королевства и своей репутации, и неважно, кто при этом страдал. Короля и королеву во дворце и за его пределами не жаловали, пускай об этом и не принято открыто говорить. Тэхена же, напротив, недолюбливали из-за чрезмерной мягкости и нерешительности, как для будущего правителя, и даже не стеснялись показывать свое недовольство: часто можно заметить, как придворные дамы в его присутствии шепчутся, тихонько посмеиваются, иногда даже в открытую демонстрируют мимикой, что слова или действия принца им неприятны. С королевой и королем такие выходки бы не остались безнаказанными — за такое каждую из служанок моментально бы выпороли, а после ещё несколько месяцев смотрели с презрением, как на последний мусор. Именно поэтому король и королева желали видеть на троне покорного Тэхена, которого не любил весь двор, но которым они и дальше бы смогли управлять; Ёхан желал занять это место сам, считая себя наиболее подходящей кандидатурой на роль наследника престола; Тэхен же просто хотел сбежать из этого ада вместе с Чонгуком, куда-нибудь в тихое и спокойное место, где они прожили бы долгую и счастливую жизнь без всяких дворцовых интриг. Он смотрит на Чонгука с долей грусти в глазах, понимая, что сегодняшний день может стать последним, когда они видятся. Что у их сказки даже может и не быть шанса на хороший конец, если Ёхану всё-таки взбредёт в голову проболтаться обо всем родителям. Пускай сейчас он и промолчал, неизвестно, что он попросит за свое молчание дальше, и сможет ли Тэхен ему это дать. Но ради Чонгука и его безопасности Тэхен готов отдать что угодно, даже всего себя, лишь бы генерал не пострадал от его прихоти отправиться за пределы дворца и провести целый день как самый обычный человек. Чонгук встречается глазами с принцем, подмечая, что тот о чем-то переживает, и робко ему улыбается, пытаясь мысленно передать, что все будет хорошо, что бы не случилось. Принц слабо улыбается в ответ. Мир Чонгука стремительно преображается яркими красками.