Яблочный вкус

Аллена не было уже две недели. Сэм оборвала все телефоны, пару раз плакала навзрыд в подсобке, прижимая к лицу грязный фартук, и даже позвонила недоумку-брату Алла. Джаспер, как обычно, был в принципе не в курсе, что там у его младшего брата в жизни происходит, — от чего Сэм расстроилась ещё больше. Единственное, что он смог сказать: «Он иногда так делает. Исчезает. Потом возвращается». Сэм хотелось закричать: «А меня предупредить слабо?!» Дэн не позволил Сэм пойти писать заявление о пропаже. Сказал только, что Алл уехал в Калифорнию, но сам он его не видел, не говорил с ним, и вообще — «детка, он взрослый мужчина, если захочет — объявится». Это прозвучало жестоко, и Сэм обиделась на брата впервые за долгое время. Том с Билли развлекали девчонок как могли. Они и на выставки ходили, где Крис скептически фыркала на абстракционистов, но Том поклялся, что видел, как она задержалась у одного полотна на целых три минуты, и в театр, где оба заснули на втором акте, даже устраивали в выходные вечеринки. Но девушки словно впали в какой-то ступор, хоть Крис и маскировала это под злость. Сэм же просто потухла — улыбалась, но глаза оставались пустыми. В конце концов, и так было понятно, что исчезновение Аллена связано с Кэтрин. Девчонка попала в аварию — кто-то опубликовал её анализы, где чёрным по белому всему миру описали, на какой наркоте и как долго сидит эта всеми любимая «фея». Родители блондинки тут же забили тревогу, убеждая общественность, что ничего не знали о поведении своей маленькой девочки, и после выхода из больницы немедленно направят её в рехаб. Ну ещё бы, «синдром отмены» сейчас на пике популярности — нужно делать всё, чтобы избежать плохой репутации. Причём, видимо, у этой семейки работал вполне себе профессиональный пиарщик, потому что на каждую разоблачительную статью о том, какие финты она вытворяла, выходила статья о её благотворительных выходах: детский дом, больница для больных раком, выходы в свет под эгидой ООН — и так далее, и тому подобное. Складывалось ощущение, что Кэтрин была не человеком, а брэндом, который нужно спасать любой ценой. Странно, что нигде не было ни единой фотографии Аллена рядом со своей благоверной — это ведь тоже хороший пиар. Но нет, его будто не существовало. Словно он был ошибкой, которую нужно скрыть. Крис успела сдать экзамены и теперь полностью посвятила себя работе в баре. И всё. Вся её жизнь теперь состояла из обслуживания клиентов, моря пива, смешивания коктейлей, подпития с Томом вискарём с ним наедине — чтобы Сэм не видела и не расстраивалась, местных поп-рок групп по выходным, чаевых и сна в пустом доме. Она даже питалась в баре, поэтому дома из еды, как говорится, «шаром покати». В холодильнике стояла начатая упаковка имбирного пива да сырная нарезка из ближайшего супермаркета, которая начала подсыхать по краям. И вот сейчас Крис сидела на диване, укутавшись в плед, смотрела какую-то муть по телеку: реалити-шоу про домохозяек, которое она ненавидела, но выключить было лень, пила своё любимое пиво и откровенно скучала. Одиночество давило на плечи, как бетонная плита. Пока не открылась дверь. Аллен зашёл в дом и бросил сумку на тумбу с глухим стуком. Крис сделала вид, что в телеке что-то невероятно интересное, не обращая внимания на идиота-соседа. Старалась не обращать внимания. Челюсть свело от напряжения. Он молча подошёл к холодильнику, открыл его — и Крис отчётливо услышала, как он хмыкнул. Потом открыл пиво. — Фу, бабская гадость, — сказал он, продолжая пить газировку. Голос был хриплым, уставшим. — Тогда поставь на место, — отрезала Крис, не поворачивая головы. — О, так ты разговариваешь со мной? — в его голосе прорезалась лёгкая усмешка. — Нет. Аллен сел рядом с Крис — тяжело, будто неся на плечах невидимый груз. Разбросал руки по обе стороны дивана, откинул голову на спинку. Выдохнул. Крис почувствовала запах дорожной пыли, самолётного воздуха и усталости. — Ты мудак, — сказала она, глядя в телевизор. — Я знаю, — ответил он тихо. — Нет, нихрена ты не знаешь! — Крис вскочила, скидывая плед. Только сейчас она осознала, что одета в одни трусики-шортики и короткий спортивный топ — но было уже поздно. — Ты кусок придурка! Мог бы хоть одну смс написать! Хоть строчку! Да хоть слово! — Не мог, — просто сказал Аллен. — Знаешь, даже знать тебя не хочу! Ладно я, ты меня ненавидишь, окей. Но Сэм! — голос Крис сорвался на крик. — Она плакала, Алл! Почти каждый вечер! Она весь интернет облазила, на работу тебе звонила, твоему идиоту-заказчику! Да чёрт тебя дери, она даже Джасперу позвонила! — Джасперу? — Аллен поморщился. — На хрена? — Потому что ты пропал и никому об этом не сказал, олух! — Крис стояла перед ним, дрожа от злости. — Чёрт возьми, Алл, ты просто подонок! Понятно, что ты со своей Кэтрин там себе уже все мозги профукал, но девчонка же не виновата, что любит тебя и переживает! Она же тебе как сестра! Гребаный ты урод! Знаешь что? Если ты не хочешь общаться — без проблем. Предоставляем тебе это право. Ни слова тебе больше не скажу. — Серьёзно? — Аллен поднял на неё глаза. В них была усталость и что-то ещё — что-то, чего Крис не могла прочитать. — Такой подарок. Наконец-то отдохну от твоих воплей. Будто мне проблем мало и без этого. — Ну было бы меньше на одну, если бы ты написал Сэм сообщение, — Крис скрестила руки на груди. — Но ты же дохрена занятой и весь такой несчастный. — А я думал, ты перестанешь со мной общаться, — Аллен похлопал по дивану рядом с собой. — Сядь уже. Я жутко устал. И вот в чём странность. Она так бесилась, так ненавидела его. Но так скучала. Поэтому села — и прижалась к нему, положив голову на плечо. Но Алла это не устроило: он притянул Кристину к себе рукой, уложил её голову себе на грудь, и глубоко вдохнул запах её волос. Как же он скучал по этой несносной малышке. За этот почти месяц, пока его не было, он многое переосмыслил. И даже чисто теоретически понял, почему она тогда взбесилась из-за той юбки. Да даже если и не понял — он всё равно по ней скучал. В его мыслях Крис была постоянно. Она становилась ему дорога — как щенок, которого сначала не хочешь брать, а потом не представляешь жизни без него. И с ней он чувствовал себя живым. Не деревянным. Не функциональным. А живым. Так они и просидели всю ночь, заснув в обнимку. Было тепло — и капец как уютно. Плед сполз на пол, телевизор давно выключился сам, и только тиканье часов на кухне нарушало тишину. Кристина проснулась первой. Спина затекла, шея болела, но было так хорошо, что она даже улыбнулась — в темноте, сама себе. И прежде чем сбежать в свою комнату, наклонилась и поцеловала Алла в щеку. Коротко, едва касаясь губами. Он даже не проснулся. Тёплая, почти горячая вода растекалась по телу Крис, спускаясь по спине, смывая остатки сна. Душ — это прекрасно. Горячий душ — это волшебно. Кристина настраивалась на рабочий день и на полное игнорирование Аллена О'Коннела. Позволила себе небольшую слабость ночью — и хватит. Отныне включаем режим полного игнорирования мудаков, расстраивающих лучшую подругу. Сестру практически. Алл всё ещё спал на диване, смешно свесив голову на грудь — поза была нелепой, шея вывернута под неестественным углом, но он улыбался во сне. Крис, в одном полотенце на теле, пританцовывая, прошла на кухню за кофе. Там она включила музыку на полную громкость — Дуа Липа, новый трек, который она слушала на повторе уже третий день, — и подпевала, пока кофеварка шипела и пыхтела. Аллен резко поднялся с дивана, потирая глаза, и Крис тихо захихикала. Кофе уже был готов, и она, как обычно, налила себе самую большую кружку — забрав всё, что было в колбе. — Я так понимаю, перемирие закончилось? — крикнул парень. В ответ — тишина. Точнее, Дуа Липа предлагала бунтовать всю ночь для физического сближения. Крис танцевала в своём полотенце с кофе в руках, не обращая на него внимания. Кофе... который она ему не оставила. Вот же сучка. Алл улыбнулся. Ничего, он выведет её на общение. Это даже будет весело. Девчонка умотала на работу в узких джинсах и обычной клетчатой рубашке — опять без нижнего белья. Ну конечно же. Она даже топ под рубашку не натянула, и ткань при каждом движении обрисовывала то, что не должна была. Но Аллену хватило сил промолчать. Крис действительно уже неделю с ним не разговаривала после возвращения. Сэм хватило дня на три — после она постучала его кулачками по груди, высказала всё, что думает о его поведении, потом они бухали, пока Крис работала и кидала в них гневные взгляды из-за стойки. Аллен перепробовал всё: шутки, ссоры, стёб, подхалимство, даже попытался однажды приготовить ей завтрак — сжёг яичницу, и Крис, войдя на кухню, молча выкинула содержимое сковороды в мусор и ушла. Эта зараза была непробиваема. Но он не сдавался. Его раззадоривал этот вызов. К концу июля Аллен стал разрабатывать глобальные планы по возвращению Крис в ряды друзей, которые с ним разговаривают. Правда, один раз она так устала, что уснула прямо на диване. До сих пор он не очень понимал, почему Крис после работы не идёт сразу спать, а садится за телек или свой лэптоп. Сам он уставал жутко — строительство шло не лучшим образом, заказчик ныл, поставщики врали, прораб на объекте то ли пил, то ли просто был идиотом, — но всё же шло. И домой он иногда приходил даже позже Крис. Например, как в тот раз, когда она, хмурясь во сне, спала на диване, сложив ладошки под щёку. Прямо как тогда, над баром. И он не смог устоять. Сам не знал зачем, но перенёс Крис к себе в спальню. Лег рядом с ней и обнял. Себе он сказал, что ему очень хочется посмотреть на её реакцию утром. И никак не из-за того, что с ней ему хорошо спалось. Потому что это было бы слишком. Утром ему, к сожалению, не удалось увидеть, как Кристина возмущается, — он проснулся слишком поздно и почти опоздал на работу. Она выключила его будильник — маленькая стерва. Парень, в отместку, вместо того чтобы позавтракать, спрятал всё её любимое ужасное имбирное пиво. В разные места. Одна банка нашлась в духовке, вторая — за книгами на полке, третью он вообще забыл, куда засунул. Утром следующего дня, когда собирался на встречу, Аллен обнаружил, что пропали все его трусы и носки. Вообще все. Даже те, в которых он ходил вчера — исчезли из корзины для белья. Поэтому, недолго думая, он замочил в ванной всю её одежду, что была в шкафу. В прямом смысле — открыл шкаф, выгреб всё на пол, отнёс в ванну и залил водой. На следующий день он обнаружил, что вся его музыка удалена из аккаунта. Только непонятно, как ей удалось вообще войти туда. Зараза. Но она всё ещё хранила молчание. Вечером после работы Аллен пошёл в бар. Настроение чуть сошло на «нет» — ничто не выводило эту девушку на разговор. Он перепробовал уже всё, кроме, наверное, публичного заявления в любви. Но до этого пока не дошло — слава богу. Аллен смирился с мыслью о том, что ему её не хватает. Как бы он ни старался, что бы ни делал, всё сводилось к одной простой и от этого пугающей мысли — она ему нужна. Не как соседка. Не как друг. А как... Он боялся додумывать эту фразу. А он правда поступил мудацки. И не в первый раз, кстати. Раньше он так много не косячил. Раньше он вообще был уравновешенным, спокойным, предсказуемым. Пока в его жизнь не ворвалась эта коротышка с острым языком и привычкой спать в его кровати. Правда, эту привычку он ей привязал сам, но кого это волнует, да? Поэтому он сидел за барной стойкой, выпивая уже третий, нет, четвёртый, бокал «Чиваса», и не отрывал взгляда от Кристины. Она двигалась за стойкой плавно, как кошка — наливала, смешивала, улыбалась клиентам, но улыбка не доходила до глаз. Сегодня Крис уже не так яростно смотрела на него — это прогресс. Но факт оставался фактом: её молчание раздражало его изнутри, охватывая всё тело, до мурашек. Ему необходимо было слышать её голос. Это стало наваждением. Будто он лишился чего-то крайне важного, как будто жил без лёгких — дышать не представлялось возможным. Он сидел в баре уже два часа, напился до состояния лёгкой эйфории и чувства «я всё могу». И ему бы эти качества сейчас в работу — но проект теперь жил своей жизнью, а появляться каждый день на стройке и орать на прораба ему уже осточертело. Вот подберут помещение под офис — тогда он начнёт на всех орать из своего кабинета. Это ему нравилось больше. Сзади началась какая-то потасовка. Один из посетителей стал приставать к официантке — Энни или Элли, он точно не помнил. Голос у девушки был визгливый и испуганный. И Аллен сам не знал, что его сподвигло за неё заступиться. Нет, не совсем так. Он не знал, что именно это было: желание помочь девушке в сложной ситуации или показать кое-кому маленькому и брюнетистому, что у него есть яйца. И что они не только для украшения. Слово за слово — началась драка. Как ожидаемо, Боже, и как по-плебейски. Удары, маты, звон посуды. Аллен раздавал удар за ударом и получал тумаки в ответ. Кто-то кричал, кто-то звал Рори. Пока их не разняли, Аллен успел схватить кулаком по скуле, разбить губу и получить рассечение над бровью — горячая жидкость потекла по лицу, смешиваясь с потом. Дебошира Рори вывел из бара вон, а Аллена повели наверх — в квартиру Сэм, чтобы обработать раны. — Ты просто идиот, — Крис говорила сквозь зубы, затаскивая его на диван. — Совсем с ума сошёл? Куда ты полез? Рори бы всё решил мирно! Захотелось пощеголять в синяках? Аллен только улыбнулся, стараясь не шипеть от боли — губа разбита, каждый движением отдаёт в ухо. Наконец-то он услышал её голос. Боже мой, как он скучал. Даже по её ругани. Парня усадили на диван, пока маленькая фурия бегала до ванной и обратно с аптечкой. Он смотрел на неё и не мог перестать улыбаться — идиотски, во все зубы, несмотря на боль. — Ты чего лыбишься, дурак несчастный? — спросила Крис, открывая перекись. — Ты со мной разговариваешь, — весело проговорил он, сверкая глазами. Крис закатила глаза — но уголки её губ дрогнули, и она улыбнулась в ответ. Вот же сучка, специально же довела. Кристина, несмотря на свой мерзкий характер, раны обрабатывала нежно, иногда складывала губки и дула, чтобы жжение было меньше. Аллен смотрел на её сосредоточенное лицо — складка между бровями, прикушенная губа — и чувствовал, как внутри разливается тепло. — Жить буду, доктор? — спросил он. — Тебя попробуй прибей, башка чугунная, — Крис отстранилась, оценивая свою работу. — Отделался парочкой синяков, разбитой губой и бровь немного рассекли. — Спасибо, что спасла меня, — сказал он, повернувшись к ней. Они оказались очень близко — он чувствовал запах её духов, ванили и чего-то цитрусового. Видел каждую ресницу. — Рот прикрой, герой, — тихо проговорила девушка. — Так поцеловать тебя хочется, — выдохнул Аллен. — Только попробуй — я тебе ещё тумаков надаю, — пригрозила Крис, но не отодвинулась. — Тебе не понравилось? — спросил он, глядя ей в глаза. — У тебя девушка в рехабе лежит, а ты развлекаться тут задумал? — Крис скрестила руки на груди. — Говно ты человек, О'Коннел. — Тебя беспокоит, что у меня есть девушка или моя беспринципность? — его голос стал ниже. — Хм... — Крис прищурилась. — Да ничего из этого, вообще-то. Она вдруг уселась к нему на колени, обхватив его бёдра своими ногами. Аллен замер. Она потянулась к его губам — и в этот момент дверь открылась. — Эм... — Сэм застыла на пороге, глядя на них округлившимися глазами. — Не хотела вам мешать. — Чёрт, — тихо засмеялся Аллен, утыкаясь лбом в плечо брюнетки. Вот ещё, губу раскатал... — Ничего, — Крис легко сползла с него, поправила топ. — Мне всё равно пора за бар. Не скучай, красавчик. Она пару раз похлопала его по щеке, насмешливо, и направилась к двери. — Пойдём, Сэм. Пусть парень отдохнёт. Уже внизу, за баром, Сэм не выдержала: — А если он домой поедет? Он же пьяный! — Да куда этот козёл похотливый без ключей уедет-то? — Крис рассмеялась и подбросила на ладони брелок от BMW. — Вы... — Сэм округлила глаза. — А вы... — Целовались? — Крис пожала плечами. — Ну, было разок. Мы были пьяные. — У него же девушка есть! — возмутилась блондинка, автоматически наливая клиенту пинту. — Я так тебя люблю за твою наивность, — Крис покачала головой. — Мне-то какое до этого дело? Он сам лезет целоваться — это его проблемы и Кэт. — Но это же... — Сэм запнулась. — Неправильно? Не этично? — Крис усмехнулась. — Задолбало поступать как нужно. Мне это ещё ни разу ничего хорошего не приносило. — Он тебе нравится? — спросила Сэм смущённо. Крис замерла на секунду — потом расхохоталась, но смех вышел неестественным. — Ревнуешь? — Да нет же! — Сэм топнула ногой. — Просто... не хочу, чтобы вам потом было больно. — Больно всё равно будет, — Крис пожала плечами, но голос дрогнул. — У него есть девушка, а я слишком неадекватная для отношений. — Значит, нравится, — тихо сказала Сэм. Кристина хотела было снова рассмеяться — но не получилось. Чёрт возьми, он ей нравится. Реально нравится. Вот это попадос... Ближе к вечеру пришли «попугайчики». Как бы Сэм ни хотелось наброситься на своего парня, она понимала, что в её квартире сейчас лежит пьяное избитое тело, которое она должна контролировать. Поэтому она ограничилась почти целомудренным поцелуем — пока Том и Крис не стали пошло комментировать их прощание. — Да, детка, целуй меня ещё, — пропел Том, изображая Сэм. — О, малыш, схвати меня за задницу и прижми к себе ближе... — подхватила Крис, и они заржали в голос. Сэм, красная как рак, оторвалась от Билли. — Придурки, — буркнул Билл, но тоже улыбнулся. Парни пошли за столик, пока девушки подготавливали для них заказ. Через двадцать минут после их прихода Аллен спустился вниз — всё ещё немного пьяный, побитый, чуть сонный. Крис немного залипла, глядя на него — такого милого, с пластырем на брови и припухшей губой. Он напоминал нашкодившего мальчишку. Аллен только улыбнулся ей и — что стало для всех неожиданностью — пошёл за стол к парням. Девушки переглянулись, напрягшись. Но через какое-то время оттуда донёсся смех. Парни, как ни в чём не бывало, общались. Общались! Время было позднее, почти до закрытия, когда ребята предложили девушкам посидеть с ними. Выпить. В итоге, вместо закрытия бара и подсчёта выручки, компания из пяти человек сидела за столом с виски и играла в «Я никогда не...» расширенной версии. Градус был уже повышен, поэтому все понимали: невинных вопросов не будет. Аллен, задумавшись, выдал: — Я никогда не встречался сразу с несколькими людьми. Том и Билл закатили глаза, вбрасывая в себя по шоту. По их правилам, они обязаны были рассказать, как это происходило — но тут всем и так всё было известно. Очередь перешла к Сэм. Она, видимо, в отместку Билли за прошлый шот, громко проговорила: — Я никогда специально не затягивала время, чтобы лишить кого-то девственности. Аллен закашлялся. Том загоготал, как вообще не подобает аристократу. Крис, хихикнув, похлопала Билла по плечу. Билл, краснея, влил в себя алкоголь. — Я просто слишком тебя уважаю, — сказал он, глядя на Сэм. — Тогда уважай мои желания, Кларк, — парировала она. После они поцеловались. Крис с Томом синхронно закатили глаза. Алл чуть в обморок не упал. Очередь Тома. Он обвёл всех взглядом, подмигнул Сэм и выдал: — Я никогда не занимался сексом с женщинами. Выпили все, кроме Сэм. Три пары глаз уставились на Кристину. — Что? — Крис пожала плечами. — А вы думали, шутки про то, что я могу трахнуть нашу Саманту, взялись на пустом месте? — Ну, рассказывай, коротышка! — Том облизнул губы, пьяно и непристойно. — Это был необычный опыт, — Крис сделала глоток виски, наслаждаясь всеобщим вниманием. — Её звали Виктория. Очень красивая девушка. С большой красивой грудью. Мы напились, стали целоваться. Она пригласила меня к себе. Мне было интересно. — Тебе понравилось? — спросил Аллен. Голос его звучал ровно — слишком ровно. — М... Да, — Крис задумалась. — Это было круто. Но... не моё. Очень не хватает горячего живого члена. Чтобы он прям... — Всё, мы поняли, Крис! — вспыхнувшая Сэм перебила её, и все рассмеялись. — Ты всегда знаешь, где найти член, коротышка, — сказал Том, поиграв бровями. Сэм в этот момент бросила взгляд на Аллена — и заметила, как он нахмурился, поджав губы. Она только вздохнула. Попахивает проблемами. — Свою трубочку оставь для шлюх, Уолтер, — отрезала Крис. — Я вполне справляюсь сама, и пока хватает только наблюдателей. Она специально не посмотрела на Алла. Но Сэм, которая сегодня была очень наблюдательна, и, возможно, выпила чуть меньше остальных, увидела, как у Алла покраснели скулы, а губы были в доле секунды от улыбки. Пока он не заметил её внимательный прищур. Следующим был Билли. — Я никогда не спал с человеком, сидящим за этим столом. Выпили все. После чего засмеялись. — Я же говорил — формулируй правильно вопросы, придурок! — Том чуть не поперхнулся виски. — «Спал» — это просто сон! Это даже не пошлый вопрос! Даже мы с тобой засыпали в одной кровати! — Да-да. Ты, я и Энди, — Билли специально упомянул это имя, чтобы чуть спесь сбить с друга. Но сейчас его интересовало другое. Он повернулся к Сэм и поднял бровь, выражая безмолвный вопрос. — Что? — тут же отреагировала она. — Я спала с Крис на одной кровати! Билл быстро в голове просчитал: если Крис и Сэм спали вместе, они с Томом тоже засыпали в одной постели в молодости, в пьяных компаниях. Остаётся Аллен. Том, видимо, пришёл к такому же выводу. Только Тома интересовали грязные подробности, а Билли слегка напрягся — в надежде, что это была не Сэм. Голос подала Крис. — Мы с Алленом однажды нажрались и уснули прямо за этим столом, — она кивнула на столик. — Пока утром бешеная фурия Сэм не выгнала нас взашей. Про то, что они ещё и дома часто засыпают вместе, она говорить не решилась. А этот ответ, кажется, удовлетворил всех. Хотя Том и пытался возмущаться, что это не считается, выдумывая признаки, по которым необходимо выделять спящих людей «вместе». Но все были уже настолько пьяны, что просто смеялись над ним, перебивая и не слушая. И пока все перебивали друг друга, Крис шёпотом спросила у Сэм: — Кто такой Энди? Сэм пожала плечами, удивляясь не меньше подруги. Через час блондинка начала «клевать» носом стол, поэтому Билли повёл её наверх. Том ушёл почти сразу после них, вспомнив, что завтра у него встреча с судьёй с утра — что-то по делу о клевете, вечные разборки с журналистами. Аллен и Крис переглянулись, засобиравшись. На улице, пока ловили машину, Аллен спросил: — Поспишь сегодня со мной? Крис ничего не ответила. Зайдя в дом, она направилась в свою комнату, и Аллен только грустно хмыкнул, пошёл к себе. Он решил принять быстрый душ перед сном — вода смыла остатки алкоголя и усталость. Поэтому, когда через десять минут он вышел из ванной в одних пижамных штанах, то замер. На его кровати лежала маленькая дьяволица — в трусиках-шортах и топике, мирно посапывая, подложив ладошку под щёку. Она выбрала его сторону кровати, его подушку. Аллен тихо опустился на кровать, залезая под одеяло. Крис, очнувшись от дрёмы, посмотрела на него мутным взглядом, на автомате чмокнула в губы — коротко, как привыкла, — и прижалась рядом. Уткнулась носом в его плечо и через несколько секунд снова заснула. Аллен же, крепко обняв девушку, уснул сразу после этого — с улыбкой на лице, впервые за много дней чувствуя, что всё правильно. Что он там, где должен быть.

***

— Это одноразовая работа, Крис. Я ничего не обещаю, — сказал Том, откинувшись на спинку стула. — Но если она понравится - могут взять в штат. — Ты с ума сошёл? — Крис уставилась на него, не веря своим ушам. — Я только первый курс закончила! Что ты несёшь вообще? — Я уже договорился о собеседовании, коротышка, — Том был спокоен, даже скучающ. — Не паникуй. — Да какого хрена... — Крис раздражённо пробормотала, яростно протирая бокал. Они сидели в баре после смены, и Том только что огорошил её новостью, что устроил ей собеседование в архитектурное бюро. — Твою мать, женщина! — уже без улыбки вспылил Том, теряя терпение. — Возьми себя в руки и завтра иди на собеседование со своими проектами! — Зачем ты вообще это сделал? — Крис отставила бокал и посмотрела на него в упор. — Потому что ты прекрасно справляешься, — Том пожал плечами. — И пашешь как папа Карло. Научись принимать помощь, идиотка. — Сам такой! — Крис повысила голос. — Я не просила тебя вмешиваться в мою жизнь! Я и сама прекрасно справилась бы с поиском работы! Том вздохнул. Спорить с ней было бессмысленно — в таком состоянии она могла и бокалом запустить. Поэтому он сменил тактику. — Ладно, — сказал он, поднимаясь. — Я отменю. Крис выдохнула с облегчением — но он добавил, не глядя на неё: — Никогда бы не подумал, что ты трусиха. Крис буквально задохнулась от возмущения. Её лицо перекосило. — Кто?! — взвизгнула она. — Да ни за что! Давай адрес и вводные, я тебе покажу, кто тут трусиха! Том едва заметно улыбнулся. Боже, как это было легко. Как ребёнка развести. Даже не интересно. Он скинул ей в телефон всю информацию, а Крис, вместо благодарности, рявкнула: — Всё равно ты козёл. Гей латентный. — Чего? — Том опешил. — Ничего! — Крис схватила бокал и убежала за стойку, даже не попрощавшись. Том смотрел ей вслед, качая головой. «Откуда она только берёт такие слова?» — подумал он, но спрашивать не стал. В конце концов, с Кристиной лучше не лезть, когда она в таком настроении. Особенно если она только что согласилась на то, чего сама хотела — просто из принципа.