Сладкий Шуга

Юнги заканчивает свою смену в кафе поздно вечером и за двадцать минут до закрытия, будучи уверенным, что уже никто из посетителей не придет, идёт в комнату для стаффа, чтобы, наконец, сменить приталенный фартук на что-то более удобное. Парень достает из кармана брюк телефон, опускается на диванчик и в сотый за день раз проверяет уведомления и мессенджер. Хосок взял контакты Юнги, но Юнги был так растерян и взволнован, что забыл попросить контакты взаимно, и теперь ему остаётся лишь ждать сообщение от Чона, который мог вовсе забыть про парня (Юнги старается думать, что Хосок не пишет, именно потому, что забыл, а не потому, что не хочет писать). Мин буквально не выпускает целый день телефон из рук, несмотря на специфику работы официанта. Даже получив подзатыльник и наказание, связанное с разбором пришедшего недавно инвентаря, от директора кафе за нарушение правил, в любую свободную секунду рабочего дня он тянется в карман, чтобы увидеть красный кружок возле приложения мессенджера. Но, к сожалению, там всё ещё пусто. Почему-то Намджун тоже совсем ничего не пишет. И хотя Мин помнит, что у друга сегодня какая-то супер-важная репетиция на весь день с его командой по скейтбордингу, тоска преследует парня на протяжении всего дня. Юнги снимает узкие брюки и меняет их на цветные широкие шорты, в которых ещё в школьные годы гонял в баскетбол. Он коротко переписывается с хозяином квартиры по поводу оплаты коммуналки, скидывает необходимые фотографии чеков, которые сделал заранее утром, и решает сходить за бар, чтобы приготовить себе вечерний кофе. В кафе осталось ещё пара человек из персонала: бухгалтер, который заканчивает делать отчёт за май, и уборщица, что только начала мыть пол и провозится здесь до глубокой ночи. На часах 22:50. Юнги, уже одетый в свою обычную одежду, идёт в зал, зевая на ходу и решая больше не принимать ночные видеоигровые челленджи от Намджуна. Он только подхватывает бумажный стакан и переворачивает не хуже бармена бутылку с карамельным сиропом, как дверь кафе раскрывается и внутрь входит миловидный парень с растрепанными волосами, круглыми забавными глазами и большим носом. — Черт, мне так жаль! — запыхавшись, вскрикивает гость, — Я знаю, что вы через десять минут закрываетесь, но я правда сейчас умру, если не поем! — Юнги прыскает, убирая бутылку и стакан вбок. — Не смейтесь, я серьезно! Я готов заплатить двойные чаевые! Юнги качает головой и идет к парню, чтобы взять заказ. В любом случае, он пришел до закрытия, а они работают до последнего клиента. Да и вообще Юнги необходимо задержаться на полчаса, чтобы разобраться с инвентарем по поручению, а, точнее, наказанию от директора. Он решает, что вполне может собрать лишних купюр за это время, так что молча готовится принимать заказ, имея на руках стоп-лист огромного размера, что свойственно обычной обстановке в конце рабочего дня. — Черт, просто принесите, пожалуйста, что-нибудь съестное. Я правда не ел целый день и как в девять утра зашёл в офис, так десять минут назад вышел из него. Даже ничего не пил, представляете? Юнги смеётся, прекрасно понимая парня, и обещает принести самое вкусное и сытное, что найдет на кухне. Он наспех готовит сэндвич с тунцом по технологической карте, что закреплена специально для таких случаев на стене, и, пока радостный и почти ревущий от удовольствия гость поедает перекус, занимается картошкой «фри» и куриными биточками, что уже доведены до состояния полуфабриката. Накормив посетителя, Юнги садится разбираться с коробками инвентаря прямо в зале, чтобы проследить за гостем, который вполне может всё съесть и свалить в закат, если Мин куда-то отлучится. Он зачем-то сортирует тряпки для протирания пыли по цветам и то же самое проделывает с губками, а потом нюхает жидкое мыло и средство для мытья посуды, морща нос. Проходит около пятнадцати минут, как гость издает блаженный стон и откидывается назад. Он осматривается и, заметив официанта, направляется к нему. — Из-за меня вы задержались, да? Я подвезу вас до дома. Или куда вам надо. Мужчина машет бумажником перед собой, а потом достает несколько купюр, сумма которых оказывается почти в три раза больше реальной стоимости блюд, и вручает их официанту. Юнги только открыл рот, чтобы сказать про слишком высокую, даже с чаевыми, оплату, как посетитель его перебивает: — На чай. Я же сказал, что заплачу в два раза больше. Юнги пожимает плечами, разумеется, не отказывается от врученных денег, и отправляет необходимую часть из них в кассу. Он быстро собирается, уносит с помощью приставучего любезного гостя инвентарь обратно в подсобку и идёт к нему в машину. Разговор завязывается сам собой. Буквально с обсуждения погоды, предсказанной по радио на ближайшие выходные, парни дошли за десять минут до состава семьи и детства каждого. Юнги усмехается, думая о том, что этот парень правда прикольный. — А как вас зовут? И это… Давай на «ты»? А то как старики. — улыбается Мин. — Согласен. Я Чонгук. Приятно познакомиться. Юнги скуривает сигарету за компанию с Чонгуком, пока они обсуждают американский фильм, и искренне смеётся от его анекдотов. В шумной компании парни быстро доезжают до района Юнги и ещё несколько минут сидят в машине возле подъезда и продолжают болтать. — Если хочешь, можем прогуляться в парке рядом. — предлагает Мин. — Отличная идея. — поддерживает Чонгук. Они наяривают почти до двух ночи круги возле дома Юнги, и каждый отказывается уходить раньше другого, потому что беседы правда интересные. В круглосуточном они покупают по бутылке темного пива, чтобы смочить горло, что уже першило от интенсивных разговоров, и усаживаются на лавочку. — Смахиваем на алкашей. — прыскает Мин и забирает бутылку у Чонгука, чтобы открыть ее своим брелоком, — Не дай бог нас сейчас какие-нибудь бабки увидят. — Все нормальные бабки давным-давно спят. — смеётся Чонгук и чокается с новым знакомым. — За бессонные и веселые ночи. Чонгук рассказывает про свою работу. Признается, что раньше сам подрабатывал в том кафе официантом, поэтому наведался именно туда после рабочего дня. — Почему ты не пошел домой после работы? Далеко живёшь? — поинтересовался Юнги, откидываясь на спинку лавочки, блаженно потягивая мятные сигареты Чона. — Не, моя квартира находится в том же районе, — отмахнулся парень, — Просто живу один. И готовлю плохо. По крайней мере мне нужно время, чтобы разобраться с рецептом на Ютубе. Обычно либо у друга питаюсь, который поваром работает, либо в кафе. Ну на крайняк пиццу заказываю. Так что у меня холодильник пустой. Юнги быстро отбирает телефон старшего и добавляется к нему в мессенджере, обещая утром скинуть простые рецепты и побыть личным куратором на первое время, если у Чонгука продолжит всё подгорать. — А чего это твой повар-друг за всё это время не мог тебя научить готовить? — цокнул Мин, будучи не в восторге от того, что парень ведёт такой образ жизни. — Ой, да это уже пройденная тема. Я его послал пару раз, в конце концов он сдался. — усмехнулся Чонгук, вспоминая это огромное количество ссор с другом в прошлом. — Ну, слушай. Я и сам кого хочешь могу послать, так что от меня ты так просто не отделаешься, Чонгук-а. — угрожающе заявил Юнги, а Чонгук посмеялся, кинув короткое «Это мы ещё посмотрим». Чонгук спрашивает о медицинских перчатках на руках Юнги, но тот лишь пожимает плечами. — Кожа просто очень чувствительная на химию и раздражители. — А, да? А я уже подумал, что ты просто забыл после работы снять их, — задумчиво чешет затылок старший и больше лишних вопросов не задает, заметив, что парню эта тема неприятна. Юнги встаёт на скейт, когда они уже идут обратно домой, и медленно едет рядом с Чоном, с грустью обнаруживая тот факт, что телефон разряжен. Парень смеётся на попытки Чонгука встать на доску, обзывает его деревянным неумёхой, что даже согнуть колени не может достаточно хорошо, и получает пару раз по плечу. Под руку Мин докатывает старшего до своего подъезда и продолжает долго смеяться над ним. — Между прочим, я боксер! — обиженно бурчит Чон, рассматривая скейт, — Просто этой штуке не доверяю. Ой как не доверяю! Юнги улыбается, следя за парнем. — Да я тоже не сразу поехал. Научишься, если вдруг приспичит. Они сидят на лавочке у подъезда ещё десяток минут. Чонгук случайно проговаривается про предстоящий бой, и Юнги обещает прийти и поддержать его. Парни прощаются рукопожатием и договариваются не теряться и не забывать друг про друга; Юнги вновь напоминает про рецепты, а на первый этап посылания от Чонгука лишь вскидывает руку с оттопыренным средним пальцем. Наконец, добравшись до кровати уже к четырем утра, Юнги лёжа сушит полотенцем мокрые после душа волосы и ожидает, пока телефон загрузится после включения. Он почти подскакивает на кровати, когда видит во входящих сообщениях помимо Чонгука и Намджуна ещё и диалог с Хосоком и, прикусив губу, сразу открывает чат с ним, решая другие сообщения отставить на утро. Hoseok: «У меня вылетело из головы написать тебе, прости. Что насчёт того, чтобы завтра встретиться? Я приготовлю твой вариант эклеров и кое-что ещё, а ты оценишь». Юнги отправляет короткое «Договорились», глубоко зевает до хруста челюсти и, так и не переставая улыбаться и в последний раз проверив статус отправки сообщения, укладывается спать, уже воображая такую долгожданную встречу с шефом. *** Утром Юнги получает сообщение от университета, в который подавал заявку на подготовительные к вступительным экзаменам курсы, и меняется сменой с коллегой, решая первую половину дня посвятить посещению университета. После успешного собеседования Мин планирует зайти ещё в парочку мест, чтобы подать документы на поступление, и отправляет отцу сообщение с просьбой одолжить деньги на время отпуска, чтобы успеть подготовиться к экзаменам. Думая о том, что он сможет поступить на будущий учебный год в университет, счастливый парень идёт к школе Намджуна, в которой у того в летнее время проходят дополнительные занятия. Они встречаются на спортплощадке во дворе школы, где Юнги уже отжал у какого-то старшеклассника баскетбольный мяч и показывал мастер-класс по броскам в кольцо. Юнги быстро приняли в команду, и баскетболистам даже удалось сыграть в стритбол на одну половину поля. Намджун сидел на скейте на газоне, наблюдая за хёном, и снимал сторис, восхищаясь крутостью Мина и комментируя, подобно матчам НБА, его действия закадровым голосом. Когда, наконец, Ким отрывает старшего от игры и уводит из школы прочь, Юнги рассказывает о походе в ВУЗ, о встрече с Чонгуком, а потом и о сообщении Хосока. Он ругается на свою неусидчивость и собирает сладкие капельки пота на своем теле с помощью футболки, чувствуя, что он чертовски липкий, и абсолютно разделяя раздражение своих бывших по этому поводу. С Намджуном на прощание они даже не обнимаются, а Юнги забирает его доску, чтобы поскорее доехать домой и успеть привести себя в порядок перед свиданием дегустацией с кондитером. Он наспех принимает горячий, а затем холодный душ, врубает кондиционер в спальне на максимум, а затем начинает выбирать идеальный образ. Он отправляет Намджуну около десяти фотографий разных комбинаций одежды и, получив «Хён, ты всегда красивый», посылает его к чёрту на кулички. В конце концов он надевает широкие джинсы с кучей дырок, а сверху накидывает белоснежную рубашку, растегивая ее почти до груди. Решив для себя, что это всё же свидание, Мин делает лёгкий макияж, подчёркивая лисий взгляд черным карандашом, а потом меняет серьги «Конго» на тонкие цепочки. Хосок делает комплимент внешнему виду парня сразу после «Привет», но, к разочарованию Юнги, взглядом скользит слишком быстро и недостаточно заинтересованно. Хосока очаровали милые черты в лице и фигуре Мина, и он сразу подумал о том, что Юнги пришел к нему после свидания. — Ты был занят до того, как приехать сюда? — аккуратно поинтересовался Чон, пока младший продолжал не замечать подвоха. — Ну, вроде того. С Намджуном встретились. Это тот парень, с которым я приходил в прошлый раз сюда. В хосоковской голове всё стройненько встаёт на свои места. Юнги выглядит очень красивым и влюбленным, словно только пришел со свидания, и, как оказывается, он был с Намджуном. Точно встречаются. Чон улыбается, думая о том, что эта парочка выглядит действительно весьма мило, и проходит с младшим на кухню. — У тебя там гости, да? Я точно не буду мешать? — беспокоится Юнги, увидев несколько чеков на столе раздачи. — Не волнуйся, ими займётся Сокджин. — Хосок кивает на насвистывающего себе под нос брата, и Мин улыбается. — Мы с ним заранее договорились. Кондитер приглашает Юнги к столу, где уже расставлены эклеры на пробу. Пока он пробует каждое пирожное с различными начинками, Хосок рассказывает о рецепте: что нового сделал, что исправил, что добавил. Юнги всё комментирует, что-то одобряет, а что-то бракует, но Хосоку много слов не надо: он ставит автоматический плюсик на тех десертах, где Мин мычит от удовольствия, и становится абсолютно счастливым, наблюдая за гримасой наслаждения на лице парня. — Кстати, я хотел спросить, а почему ты в перчатках? Какие-то проблемы с кожей? — опомнился Хосок. — Да, она слишком чувствительна. Так что лучше не касайся меня, ладно? — неловко улыбнулся Мин. — Хорошо. Они обсуждают другие десерты ещё несколько минут, пока Юнги вытирает руки бумажными полотенцами. Хосок объявляет брату о том, что с завтрашнего дня у них будет новинка — вишнёвые эклеры — и Сокджин уходит к официантке, чтобы доложить ей об этом и внести правки в электронное меню. Хосок и Сокджин двоюродные братья, которые все детство и юность жили в соседних квартирах. Они очень дружны: учились в одной школе, затем и в одном университете, постоянно разделяли на двоих все увлечения и мечты, и даже открыли бизнес тоже вместе, питая особую страсть к сладостям. Учились печь эти двое, в основном, по интернету, и, уже только занимаясь обустройством кафе, стали посещать кондитерские курсы. Обе пары родители парней перебрались из Сеула в деревню в районе Пусана, откуда до моря пешком минут двадцать. Там тихо, чистый воздух, теплые дни и пахнет морем постоянно. Раз в два месяца братья обязательно приезжают к родителям, привозят с собой всё семейство Сокджина, а Хосок иногда берёт и Чонгука, которого матери братьев просто обожают. Внезапно Хосок вспоминает про семью и легонько улыбается, уже с нетерпением ожидая ближайшие выходные, чтобы поехать к родителям вновь. Юнги замечает задумчивость на красивом лице парня и беспокойно спрашивает, не сделал ли он что-то не так. — Нет, ты что. Всё в порядке. Просто замечтался о своем, — отмахивается Хосок. — Юнги-я, слушай, а тебе нравятся парни? — вдруг внезапно решает узнать Хосок, а Мин внутренне радуется, что до старшего, наконец, дошла его симпатия. — Ну, вообще, да. Нравятся, — чуть покраснев, ответил младший, уже ожидая следующего вопроса, после которого они смогут назначить дату первого официального свидания, но Хосок молчит. — Хэй, хён, а тебе нравятся парни? Хосок замер на несколько секунд, и Юнги уже успел пожалеть, что так сильно поторопился. Чон отложил кондитерский мешок, который разбирал после готовки, и посмотрел на Мина. — Честно? Я не знаю. До вчерашнего дня не задумывался об этом. И больше они об этом не говорят, чувствуя ужасающе сильную неловкость, которой раньше не было. Юнги сообщает о том, что ему следует возвращаться домой, и Хосок вызывается его подвезти. Недолго споря, Мин всё же садится к Чону в машину и, поставив скейт между своих ног, молча считает столбы, пока они едут по трассе. Хосок тишину нарушает не сразу. Аккуратно интересуется жизнью нового знакомого, а в ответ рассказывает о себе. Таким образом Юнги узнает, что Хосок был женат и сейчас не состоит в отношениях, а Хосок узнает, что Мин уже давно «по мальчикам» и ни о чем не жалеет. Ближе к дому разговор становится более оживленным. Дежавю трогает сознание Мина, ссылаясь на прошлую ночь, половину из которой он провел в компании Чонгука, и Юнги, всё же осмелившись, предлагает прогуляться на полчасика в парке. Хосок извиняется, объясняя, что сильно устал после утреннего и дневного наплыва посетителей, а Юнги не настаивает. Машина Хосока скрывается в свете ночных улиц, а Юнги идёт в ближайший продуктовый, покупает бутылочку соджу и только с ее помощью, немного расстроенный, засыпает слишком рано для своего обыденного режима — до полуночи.