Седрик – наш Король!..

Мандраж Кинга не проходил. Хотелось в уборную: и по-большому, и по-маленькому, и это несмотря на то, что он только вышел оттуда. Умом он понимал, что это нервное и вскоре должно пройти, однако легче не становилось. «Да успокойся ты. Всё в порядке… ну, подумаешь, должен встретиться с величайшим алхимиком тысячелетия и легендарным магом возрастом более шести сотен лет», — подумал Кинг. Так-то в прошлой жизни он дружил с сильнейшим человеком на планете и даже рубился с оным в видеоигры. И даже выигрывал. А здесь какой-то старик, который изобрёл философский камень. Подумаешь… «Кого я пытаюсь обмануть?» — закатил он глаза. Самовнушение нисколечки не помогало. Время тянулось как патока, и два часа превратились в грёбаную бесконечность. Вспоминая книги по азам менталистики, выданные Найджелом, он пытался войти в простейшую медитацию, концентрироваться на медленном дыхании и на разных частях тела. Нихера. Эти рекомендации писал какой-то олух, ну, либо Кинг слишком распереживался. Чтобы как-то отвлечься от волнительного ожидания, Кинг погрузился… нет, не в себя, а в чтение системного уведомления, полученного совсем недавно: [Внимание! Вам доступен основной квест!] [Встреча с легендарным алхимиком] [Ранг задания B+ (редкий)] [Тип задания: Одиночное] [Награда +3000 EXP] [Вас собираются познакомить c Николасом Фламелем — одним из величайших алхимиков за всю историю магического мира. Этот человек обладает знаниями и навыками, которые могут помочь вам справиться с последствиями повреждения энергией Нексус и системным откатом] [Внимание! От действий пользователя зависит возможность взятия дополнительных заданий или цепочки квестов более высокого ранга] [Штраф за провал/отказ: вариативно] «Наличие штрафа меня напрягает», — цыкнул зубом Кинг. Одно лишь знакомство со столь значимой фигурой уже может иметь далеко идущие последствия, и было бы очень желательно, если бы этот затворник согласился ему помочь. Но это ещё не всё. Ведь выскочило ещё одно системное уведомление. [Внимание! Доступно дополнительное задание!] [Произведите благоприятное впечатление на Николаса Фламеля. Убедите его помочь вам в восстановлении] [Ранг задания B+ (редкий)] [Тип задания: Одиночное (существует вероятность получения цепочки квестов)] [Награда: +4000 EXP; снятие всех дебаффов и возвращение возможности свободной прокачки] [Штраф за провал/отказ: вариативно] «И опять эта неопределённость со штрафом», — поморщился чемпион. Однако лично от него ведь ничего не зависит, верно? «Или всё же зависит?» — Кинг хорошенько задумался над тем, что может ему помочь произвести лучшее впечатление на Фламеля. В идеале — нужно настолько понравиться ему, чтобы тот проникся к юному чемпиону уважением и сочувствием… и, конечно же, взял в ученики. Ну, а что? Почему бы и не помечтать? По словам Дамблдора, старик является Грандмастером алхимии, а ещё затворником. То есть знаний и навыков у него больше, чем у Альбуса, да и времени должно быть свободного порядком, ибо, в отличие от того же Дамблдора, он не заседает в Визенгамоте, МКМ и не имеет целой кучи проблем из-за своих должностей. «А что для этого может помочь?» — нахмурился Кинг, размышляя, как ему получить крутого наставника. В Статусе его взгляд зацепился за одну строчку. [Харизма: 92] Повышение Выносливости до 100 дало ему возможность выбрать весьма вкусную плюшку. Только из-за дебаффа он не смог взять столь желаемое «Очищающее Исцеление» и активировать бесконечное долголетие. «Сотня единиц в Харизме должна дать что-то полезное, верно?» — нервно сглотнул Кинг. Ему не хотелось профукать возможность быстро восстановиться, но в то же время и тратить впустую восемь очков характеристик ему совсем не улыбалось. Раньше ему не особо помогала Харизма. По правде говоря, он вообще от неё толку не видел… ну, кроме того, что на него западают малолетки. Но это, скорее, минус, чем плюс. [Харизма — характеристика, определяющая способность пользователя влиять на окружающих, убеждать, вести переговоры и создавать то или иное впечатление. Влияет на взаимодействие с любыми разумными существами и шанс успеха в социальных ситуациях] Вот такую коротенькую справку он открыл, мысленно зажав пиктограмму этого стата. У него она изначально была выше пятидесяти, потому никаких плюшек не дала. То ли это особенность, доставшаяся от Седрика, то ли из-за определённого образа жизни в прошлом мире. Правда, несмотря на высокую цифру, Харизма всё равно ранее казалась бесполезной. Однако кап в сотню должен это изменить… наверное. «Придётся рискнуть», — сделал вывод Кинг. Он очень надеялся, что не пожалеет. [Внимание! Харизма достигла 100 единиц!] [Достигнут предел смертного организма в характеристике Харизма] [Пассивное очарование и убеждение эффективнее на 30%] [Устрашение врагов эффективнее на 30%] [Внимание! Вы производите впечатление невероятно харизматичного человека, которому хочется довериться. Получен навык «Великий Харизматик» (пассив)] [«Великий Харизматик»] [Вы способны хорошо налаживать эмоциональную связь с людьми и другими разумными существами, менять их мнение и поведение в угоду своим планам] [Ваши слова и действия вызывают сильные эмоции, что значительно усиливает эффективность ваших социальных взаимодействий] [Пассивный Эффект]: [Ваше присутствие вызывает у окружающих ощущение доверия, уверенности или даже влюблённости. Эффект случайно может распространяться даже на тех, кто изначально был настроен нейтрально или враждебно (1.5% шанс)] [Вы с большей легкостью можете манипулировать мнением окружающих] [Внимание! Если общий уровень цели выше, чем у вас, то эффект снижается!] — Не так уж и плохо, — пробормотал Кинг. — Но хотелось большего. Впрочем, как и с достижением сотки в Выносливости, система давала на выбор три активных навыка. [«Звёздное Очарование»] [Ваше присутствие становится магнетическим, а слова пробуждают в цели искренний интерес и глубокую симпатию. Данный навык позволяет вам буквально околдовывать оппонента, превращая его в преданного союзника или марионетку, если вы того пожелаете] [Эффект (максимальный множитель x3)]: [1) При первом применении навык заставляет проникнуться к вам искренним доверием и вызвать интерес. Первоначальные предубеждения цели или негативные эмоции могут минимизироваться или нивелироваться] [2) Второе применение (в течение 24 часов): цель начинает испытывать страсть или сильное восхищение. Эффект усиливается, вызывая стремление угождать вам и поддерживать ваши инициативы] [3) После третьего последовательного применения, когда наложенные эффекты суммируются, приводит к мощной эмоциональной привязанности и полному подчинению. В таком состоянии цель готова выполнять ваши просьбы, даже если они идут вразрез с её интересами или здравым смыслом] [Каст: вариативный (в зависимости от уровня цели)] [Время действия внушения на цели: 24 часа] [Перезарядка: 6 часов] [При полном подчинении цели в случае изначально нейтрального или благоприятного к вам отношения время действия может кратно увеличиться или стать неограниченным] [Навык может быть использован лишь на одной цели единовременно] [Для активации мана не требуется] [Внимание! Если общий уровень цели значительно выше, чем у вас, то эффект снижается или нивелируется!] Кинг замер, пытаясь осмыслить прочитанное. Самое смешное, что маны на этот навык не нужно. То есть даже если его посадят в Азкабан и закуют в кандалы-негаторы, он теоретически будет способен воздействовать на разумных существ. «Интересно, а на… демонов этот навык сработает?» — мелькнуло у него. Потом Кинг спохватился. Увидеть искреннее обожание или влюблённость от какого-нибудь демона-киллера Шекса или Бальтазара было, откровенно говоря, стрёмно. От попытки представить данную картину его пятая точка сжалась в нервном спазме. — Не-не-не… нахер! Штука хоть и мощная, но ему в прошлом мире Гомо-Гомо-Зека хватило. А пристающий и строящий глазки высший демон — как бы это забыть? [«Глас Короля»] [При активации навыка ваши слова и присутствие наделяются гипнотической силой, что способна вдохновлять, убеждать и вести за собой. Этот навык действует на всех разумных существ, которые видят и слышат вас, заставляя их воспринимать ваши идеи как единственно верные] [Эффект:] [Массовый. Для успешной активации необходимо как минимум две цели. Чем больше разумных существ вас видят и слышат, тем сильнее эффект подавления критического мышления и выше вероятность успешной манипуляции. Толпа чувствует вашу харизму и вдохновляется вашими словами, что позволяет вам убедить даже сомневающихся или враждебно настроенных] [Область воздействия: Все разумные существа, которые способны видеть и слышать вас] [Каст: вариативный (в зависимости от уровня и сопротивляемости целей)] [Длительность воздействия: 2 часа после окончания речи] [Перезарядка: 12 часов] [В случае нейтрального или благоприятного к вам отношения целей время действия может кратно увеличиться или стать неограниченным] [Для активации мана не требуется] [Внимание! Если общий уровень цели значительно выше, чем у вас, то эффект снижается или нивелируется!] Очень неплохой навык. Далеко не идеальный, однако теперь, если его вдруг захотят посадить в Азкабан, то на суде чисто гипотетически он сможет запудрить мозги окружающим и его оправдают. Да, это не панацея, и через время мозги у судей определённо встанут на место, однако и у него будет время сбежать или спрятаться. «Чёрт, я так размышляю, будто уже виновен и меня завтра собираются сажать в тюрьму. Где моё позитивное мышление?» — мысленно сетовал Кинг. К сожалению, с помощью «Гласа Короля» убедить Фламеля принять его в ученики вряд ли выйдет, у него наверняка слишком высокая сопротивляемость и уровень. Впрочем, Кинг и так получил пассивную плюшку в виде «Великого Харизматика», так что даже с этой пассивкой его шанс получить алхимический кристалл для восстановления увеличился. [«Тираническое Подавление»] [Ваше присутствие становится гнетущим, внушая страх и чувство неуверенности врагам. Вы излучаете непреклонную силу, которая парализует волю противников и заставляет их сомневаться в собственных силах] [Эффект:] [Устрашает всех противников в радиусе 300 метров, снижая их боевую эффективность и волю сражаться] [20% шанс, что враги, которые слабее вас, убегут] [5% шанс, что враги, которые слабее вас, потеряют сознание] [0.001% шанс, что враги, которые слабее вас, умрут от страха] [Длительность: 30 секунд] [Перезарядка: 12 часов] [Эффект распространяется на всех врагов, находящихся в зоне действия, независимо от наличия на них магической защиты или амулетов] [Внимание! Данный навык может сочетаться и синергетически усиливаться другими навыками подобного рода, увеличивая силу эффектов] [Внимание! Если общий уровень цели значительно выше, чем у вас, то эффект снижается или нивелируется!] Кинг вспомнил навык «Алчный Пожиратель», предложенный системой, вспомнил Концентратор Тёмного Короля, который даёт бонус к прокачке некромантии и менталистики. «Мне кажется, или судьба хочет толкнуть одного хикикомори на тёмную дорожку? Без шуток, такое впечатление, словно из меня кто-то наверху пытается слепить Тёмного Властелина». Последний навык хоть и грозный, но в его случае бесполезный. Против Хозяина или кого-то уровня высших демонов это не сработает, да и за счёт его ментального давления слабые волей люди и так испытывают нечто подобное. Ага, и монстры агрятся. В общем, «Тираническое Подавление» идёт мимо. «Значит, всё же второй навык?» — подумал Кинг. Или пока не стоит торопиться? А если не «Глас Короля», тогда что брать? «Звёздное Очарование»? Пф… И кого он будет им очаровывать — старика Фламеля? Или малышку Чанг, которая и без того, считай, хочет его изнасиловать? Так что выбора особо нет. [Навык «Глас Короля» успешно выучен!] — Седрик, — отвлёк его от размышлений Дамблдор, торопливо зайдя в помещение. — Выдвигаемся. — Да, директор, — кивнул Кинг и поднялся с насиженного в лаборатории места. — Хм… ты выглядишь более сияющим, чем раньше, — улыбнулся он, осматривая чемпиона с ног до головы. — Прямо король, не иначе. — Новость о скором восстановлении меня окрылила, — уклончиво ответил Кинг. — О возможном восстановлении, — поправил его Дамблдор. — Всё же мы пока не договорились о создании кристалла, а Фламель — довольно эксцентричная личность. Впрочем, я думаю, вероятность, что он поможет тебе, высока. — Это радует, — сказал Кинг и перевёл тему. — Полагаю, мы снова будем эксплуатировать Фоукса на сверхдальний перенос? — Не совсем, — качнул головой директор и вытащил из кармана странного вида компас с золотистыми стрелками и рунами вместо обозначений сторон света. — Это межконтинентальный портключ, который мне прислал Фламель. Кроме того, этот артефакт является и своеобразным пропуском в его обитель. «Портключ и пропуск для меня? Ещё и перемещает в обитель великого алхимика. Это ведь должен быть хороший знак, верно?» — думал Кинг. — Держись за меня, да покрепче, — протянул руку Дамблдор. Кинг обхватил холодную ладонь директора. Тот активировал портключ: — Philosophorum Apertura, — произнёс он на латыни. Компас в его руке вспыхнул золотым светом, стрелки начали вращаться с бешеной скоростью, и Кинг ощутил, как их тела подхватывает невидимая сила. Он ожидал, что мир вокруг закружится в бешеном танце, что их будет протаскивать сквозь узкую пространственную трубу, и Кинг потом выблюет свой ланч от перегрузок. Однако, к его удивлению, лаборатория Дамблдора подёрнулась золотистой дымкой и словно бы растворилась. Тело ощутило приятную лёгкость, невесомость. В следующую секунду его ноги мягко коснулись хрустнувшей поверхности, и мир вокруг обрёл новую форму. «Такой лёгкий переход?» — впрочем, мягкость телепортации длилась недолго. В лицо ударил порыв ледяного ветра со снежинками. — Где мы? — спросил Кинг, прищурив веки. Изо рта вырвался пар. — Мой учитель хотел бы сохранить место его нахождения в тайне. — Прошу прощения. — Впрочем, не думаю, что ты будешь об этом распространяться. Да и без его ведома сюда никто не сможет попасть. Мы в Альпах. Если быть точным, то на горе Монблан. — Ясно, — поморщился Кинг от очередного порыва ветра, что метнул в лицо кучу мерцающих в солнечном свете снежинок. — И что, мистер Фламель живёт где-то здесь? — он выставил барьер от ветра и хорошенько огляделся, силясь найти вход в обитель алхимика. Они оказались на каменном выступе посреди заснеженных гор. Ветер свистел, а перед глазами Кинга раскинулся захватывающий дух вид: синее бескрайнее небо, покрытое лёгким туманом облаков; Монблан и его соседние пики в свете солнца сияли, словно магические кристаллы. Ну и вишенкой было то, что их перенесло в каких-то нескольких метрах от обрыва. Кинг нервно сглотнул. От горного воздуха закружилась голова. Или последнее — было от страха? Всё же Кинг пиздец как боялся высоты. — Ну, — замялся Дамблдор, — вроде того. Пойдём, не стоит опаздывать на встречу с таким человеком. Дамблдор снова взял его за руку и повёл… прямо к краю обрыва. БУ-ДУМ-БУ-ДУМ… — Э-э-эм-м-м… — замычал Кинг, но послушно поплёлся следом. Снег проминался под его ботинками, оставляя отчётливые следы. Он ожидал, что они рухнут вниз, однако Дамблдор протянул руку с зажатым в ней компасом. Тот сменил золотое сияние на серебристое. Пространство впереди вытянулось в полупрозрачный и сверкающий, словно сотканный из осколков стекла тоннель, и они шли по нему, будто по хрустальному мосту. Снега уже не было. Ботинки ударялись о твёрдую поверхность, каждый шаг отдавался гулким эхом. Внизу была лишь сияющая белизной пропасть. Кинг на мгновение обернулся и увидел, что горная вершина осталась далеко позади. — Идём, здесь останавливаться нельзя. — Хорошо, — спокойно молвил Кинг, но внутри он напрягся. «Чё за фигня с пространством тут творится?» — каждый шаг удалял их от Монблана на десятки километров. А ещё он ощутил зуд по всему телу, словно по нему ползают маленькие невидимые мурашки. Ранее выставленная защита испарилась, и от этого стало не по себе. Будто этого было мало, они приближались к мощному источнику света, от которого слезились глаза. Не успел он испугаться, как пейзаж резко переменился. Ноги ступили на мягкую зелёную траву. Солнце уже не слепило глаза, потому что они оказались под раскидистым деревом, дающим много тени. Горы вдалеке маячили, но они словно были подёрнуты туманной дымкой. — Вот мы и пришли, — сказал Дамблдор и отпустил его руку. Кинг проморгался и увидел неподалёку от них клумбы с цветами, сад и домик с низкой деревянной оградой. «И здесь живёт Фламель?» Домик выглядел настолько обычным, что не вязался с образом великого алхимика, которого он ожидал встретить. Деревянная крыша, небольшие окна с занавесками, а перед крыльцом — скамейка с лежащей на ней корзиной, наполненной неизвестными травами. Пока Кинг осматривался, дверь с тихим скрипом отворилась, и на крыльцо вышла женщина в простеньком платье. Волосы её хоть и тронула седина, однако на лице практически не было морщин. Великий возраст выдавали лишь изумрудные глаза — чрезвычайно проницательные и мудрые. Ей однозначно минуло очень много веков, да и силой от неё веяло изрядно, даже с учётом практически нулевой сенсорики Кинга. — Здравствуй, Альбус. Снова рада тебя видеть, — с лёгким французским акцентом сказала она. — А я как рад. Вы всё так же очаровательны, мадам Фламель, — расплылся в улыбке Дамблдор и поцеловал воздух над её рукой. — Льстец. Но благодарю за комплимент, — кокетливо прикрыла ротик ладонью она. — Ты приходил вчера, но кажется, будто прошло мгновение. — Да, время летит, — развёл руками Дамблдор. — Причем чем старше становишься, тем оно кажется скоротечнее, не правда ли? — Воистину так, — по-доброму улыбнулась она и окинула Кинга оценивающим взглядом. На миг они даже вспыхнули магией, и от этого Кингу стало тяжело дышать. — Добрый день, — выдавил он. Несмотря на мандраж, его голос звучал достаточно уверенно и мягко. «Не понял… Фламель что — женщина?» — недоумевал Кинг. Нет, он не был сексистом, просто он думал, этого легендарного мага все зовут Николас, и что величайший алхимик является отшельником-одиночкой. Разве нет? — Николя — мой муж, — хохотнула дама. «Упс… я это вслух сказал? Неловко-то как». — Вы, пожалуй, первый, кто посчитал меня Magnus Alchemista. Но нет, все достижения и открытия мужа принадлежат только ему, хотя он и часто говорит, что я его вдохновляла. — Прошу прощения за сей конфуз, — сглотнул Кинг, изобразив лёгкий поклон. — Ничего страшного. Меня зовут Перенель. Однако вы, молодой человек, можете обращаться ко мне мадам Фламель. Или миссис Фламель, если вам так привычно. — Понял, спасибо. А я — Седрик. Очень рад знакомству, — кивнул Кинг, не решаясь по примеру Дамблдора брать её за руку и обозначать поцелуй. — Что же, Николя скоро освободится, а я пока могу заварить вам чай, — всплеснула руками она. — Проходите внутрь, не стойте столбами. — Благодарю, мадам Фламель, — отозвался Дамблдор, жестом приглашая Кинга следовать за ним. Они вошли в дом. Внутри он оказался несколько больше, чем снаружи, и даже имелась лестница на второй этаж, хотя Кинг точно помнил, что снаружи домик был одноэтажным. Что же до интерьера — всё выглядело скромно, но при более тщательном рассмотрении можно было заметить артефакты неизвестного назначения. На настенных полках громоздились потрёпанные фолианты, на специальной подставке возле входа стоял небольшой кристалл, мягко пульсирующий фиалковым светом, а в углу, над камином, висела иллюзия ночного звёздного неба, где звёзды и далекие планеты двигались, словно ленивые светлячки. — Присаживайтесь, прошу, — Перенель указала на чайный столик с уютными креслами, а сама прошла на кухню, оставив британцев наедине. Кинг сел, стараясь не думать о том, что кресло тоже может оказаться каким-нибудь магическим артефактом. Дамблдор же уселся с видом человека, которому здесь было знакомо всё, будто он захаживал в гости к Фламелям каждый день. — Седрик, — сказал директор шёпотом. — Мой наставник… ну, скажем так, человек настроения. И может показаться эксцентричным. — Эксцентричным? — переспросил Кинг, умело скрывая лёгкое беспокойство. — О, да, — вымученно улыбнулся Дамблдор. — Николас — человек, который пережил века. Это, знаешь ли, оставляет свой отпечаток. Его манеры и поведение могут показаться чересчур экстравагантными. А ещё у моего друга очень специфический юмор. Но ты не волнуйся, а главное, сохраняй спокойствие и ничему не удивляйся. Ничему, слышишь? — надавил Дамблдор, блеснув очками. Кинг молча кивнул: «После всего, что я пережил в последнее время, странные манеры старика — последнее, что меня волнует. Если Фламель сможет мне помочь — пусть он перед нами хоть оргию устраивает». Тем временем Перенель вернулась с чайником и подносом, на котором стояли фарфоровые чашки и тарелка с круассанами. Магию она отчего-то не использовала, да и домовиков Кинг не заметил. — Чай со столетней Mellisa Magicus, — сказала она, поставив поднос на стол. — Хорошо снимает усталость и успокаивает. И немного проясняет разум. — Благодарю за столь редкое угощение, — улыбнулся Дамблдор. Кингу стоило только вдохнуть приятный манящий аромат, как его мозги, казалось, начало прочищать. Он тут же отпил пару глотков. «Ох… это божественно», — мысленно застонал Кинг. Он, несмотря на все правила приличия, присосался к горячей парящей кружке. С каждым глотком его сердце билось ровнее, разум наполнялся силой и спокойствием. [Получен бафф, повышающий некоторые характеристики:] [Мудрость +1 Интеллект +1 Контроль +2 Выносливость +2] [Время действия: 30 минут] «Обалдеть», — мелькнуло у Кинга. Это просто чай из магических трав? И он даёт прибавки к характеристикам! Если обычный чай жены Фламеля даёт бонусы к статам, то… что тогда могут дать специализированные алхимические зелья, сваренные лично Грандмастером? Можно ли за счёт зелий встать на один уровень с Дамблдором? Существуют ли зелья, навсегда повышающие статы? Чёрт, ему однозначно нужно брать класс алхимика и сделать все возможное, чтобы Николас Фламель взял его в ученики. Или, по крайней мере, убедить Дамблдора в необходимости помочь постичь алхимию одному незадачливому чемпиону, а директор уже, в свою очередь, сможет повлиять на своего старого учителя и друга. «Только как это сделать?» — нахмурился Кинг, делая очередной глоток. Послышался шум бегущих ног по лестнице. Кинг увидел, что со второго этажа сбежал, словно молодой козлик, мужчина лет шестидесяти в светлых одеяниях. Он перепрыгнул через последние ступеньки и оказался на полу, а когда увидел Дамблдора, его лицо озарилось счастьем: — Альбус, мальчик мой! — бодро воскликнул он, раскинув руки для объятий. Кинг поперхнулся чаем и закашлялся от такого обращения к директору Хогвартса. «Теперь понятно, откуда у Дамблдора взялась эта фраза-паразит. Подцепил от учителя», — мелькнуло у него. «Мальчик» с длинной бородой поправил очки-полумесяцы и встал с кресла, чтобы обнять Фламеля. Объятия их были весьма продолжительными и крепкими, будто оба не виделись много лет. — Николас, я тоже рад тебя видеть, однако… мы же вчера с тобой разговаривали, — просипел Дамблдор. Видимо, хватка у старика Фламеля была крепкой. — Именно, друг мой, — отпрянул от директора Фламель и похлопал его по плечам. — Никогда не знаешь, что уготовано тебе судьбой завтра. Быть может, завтра не наступит, или кого-то из нас заберёт вечность. Потому я считаю, что следует здороваться и прощаться всегда так, как в последний раз. — Наверное, ты прав, — улыбнулся Дамблдор и повернулся к Кингу: — Знакомься, это Седрик Диггори. Именно о нём я тебе рассказывал. — О, наш юный чемпион турнира. Альбус немного поведал о твоём затруднении, однако я бы предпочёл услышать всё из первых уст. — Хорошо, как скажете. — Но перед тем, как мы начнём, — остановил его Фламель, — мне интересно узнать: о чём ты думал, бросая своё имя в Кубок Огня? — Эм… я не думал, — на автомате ответил Кинг. И это было абсолютной правдой, ведь имя бросал в Кубок не он, а Седрик Диггори. Будь его воля, он бы никогда не подписывался на участие в чёртовом турнире. Впрочем, зная его удачу, это всё равно бы не помогло. Фламель рассмеялся и сел за столик, потянув за собой Дамблдора. — Люблю честных людей. Волосы Фламеля были полностью белыми, средней длины, и ниспадали до плеч. Лицо было гладко выбрито, изборождено мелкими морщинами, но при этом старым его язык не поворачивался назвать. В нём было живости и бодрости больше, чем в Дамблдоре, да и выглядел он не в пример свежее директора. Они некоторое время болтали обо всём и ни о чём за чашечками волшебного чая Перенель. Жена его никак не вмешивалась в непринуждённый разговор и большую часть времени пребывала на кухне. Кинг в это время не отсвечивал, прямых вопросов ему пока не задавали, а он не решался перебивать Грандмастера, с ностальгией вспоминающего былые деньки. Затем Фламель резко оборвал разговор и хлопнул в ладоши: — Ладно, полагаю, с прелюдиями, которые так любят британцы, покончено, — Фламель встал и позвал их за собой на второй этаж. Кинг и Дамблдор последовали за алхимиком, и вскоре они очутились перед дверьми, покрытыми вязью рун золотистого цвета. Сердце Кинга часто забилось в груди. «Неужели мы сейчас войдём в лабораторию Фламеля? В святая святых!» — сглотнул он тугой ком в горле. Что же, когда они вошли, Кинга будто ударили под дых. Давление переменилось, а температура упала, хотя и не настолько, чтобы изо рта вырывался пар, как на Монблане. Помещение оказалось размером с огромный квиддичный стадион, а чёрный потолок терялся в вышине. Если у Дамблдора лаборатория напоминала сеть комнат с главным залом, то здесь она напоминала храм, разбитый на множество секций. Кинг ошеломлённо замер, оглядываясь. Пространство лаборатории казалось практически безграничным, нарушая законы физики. Ряды столов, уставленных ретортами, зельями и магическими инструментами, уходили далеко вглубь. То тут, то там виднелись массивные колонны, испещрённые неизвестными символами. Между столами на полу были выгравированы алхимические круги, мерцающие мягким пурпурным светом, а в воздухе витал запах трав, металлов и магических лекарств. «У Дамблдора такого масштаба не было», — мелькнуло у Кинга. — Добро пожаловать в мою скромную обитель, где я провожу большую часть времени. — Скромную? — вырвалось у Кинга. — Николас, твою лабораторию можно назвать какой угодно, но не скромной, — с улыбкой заметил Дамблдор. Видом этого титанического зала он удивлён не был, однако его глаза тоже лучились искренними любопытством и интересом. — Всё познаётся в сравнении, друг мой, — отмахнулся Фламель. — Идём. Они миновали ряды столов и очутились, по всей видимости, в центре зала. Кинг бросил взгляд под ноги. Он только сейчас заметил, что они идут по гигантскому руническому кругу такой сложности, что, даже имея Архив Воспоминаний, он не сможет повторить и десятой части этих символов. — Хорошо, — остановился Фламель и резко встал. — Пожалуй, приступим. — К чему? — поинтересовался Кинг. Неужели Фламель сразу согласится сделать для него кристалл восстановления? Это слишком здорово, чтобы быть правдой. — К твоему тщательному обследованию, Седрик. — Обследованию? — с подозрением прищурился Кинг. — Именно, — прежняя улыбка Фламеля вмиг стала ухмылкой вивисектора. В одной руке у него очутился огромный шприц, в другой скальпель, в третьей какой-то прибор, одновременно микроскоп и… стоп, у него что, три руки?! Рунный круг под ногами вспыхнул красным, а вокруг образовалась плёнка барьера. БУ-ДУМ-БУ-ДУМ-БУ-ДУМ-БУ-ДУМ… — Твоё тело скрывает множество тайн, и я раскрою их все, — шептал шелестящий голос Фламеля, который звучал теперь, как у демонов. — Иди ко мне, мальчик мой. Не бойся, ты не почувствуешь боли. Ну, почти… [Обнаружено ментальное воздействие!] [Ментальное воздействие нейтрализовано Защитой Разума] [Обнаружено ментальное воздействие!] [Ментальное воздействие нейтрализовано Защитой Разума] Пульс гулко застучал в ушах, а сам Кинг непроизвольно сделал шаг назад. «Какого хера здесь происходит?» [FEAR 85%] [Обнаружено ментальное воздействие!] [Ментальное воздействие нейтрализовано Защитой Разума] [Обнаружено ментальное воздействие!] [Ментальное воздействие нейтрализовано Защитой Разума] Ему что, магией долбятся в мозги? Это Фламель? Чёрт! Кинг глянул в глаза алхимика и обомлел. Вместо серо-голубых глаз теперь виднелись лишь чёрные провалы. Казалось, это были провалы в саму Бездну. Белые волосы выпали, открыв белёсый череп, покрытый мелкими чешуйками. Кинг попробовал аппарировать на улицу, но ничего не вышло. Навык попросту не сработал. Пробовал убежать к выходу, врубив «Форсаж», однако… [Внимание! На вас действует руническая формация подавления!] [90% текущей маны недоступно для использования!] [Регенерация маны снижена на 80%!] [На вас действует эффект Парализации!] [Ваш организм адаптируется к данному воздействию] [Адаптивность к данному воздействию повышена на 5%. Для полного игнорирования необходимо 19 итераций] — Мистер Фламель? — спокойно молвил Кинг. Парализация не была полной: его речевой аппарат и дыхательные пути, слава яйцам, работали. — Думаю, это не очень хорошая идея. — О нет, это прекрасная идея, — шипел Фламель. Его лицо ещё больше побледнело и вытянулось, кожа всё больше покрывалась белыми чешуйками. И он сделал шаг к охуевающему от происходящего Кингу. Несмотря на внешнее спокойствие, Кинг не понимал, какого чёрта старик устроил. Он не мог повернуть голову, чтобы посмотреть на Дамблдора, однако, судя по всему, директор знал обо всём изначально и целенаправленно вёл его в логово монстра. Впрочем, Альбус вскоре встал возле изменённого Фламеля. Вид у директора был виноватый. — Сожалею, Седрик, — покачал головой Дамблдор. Взгляд его был направлен куда угодно, но только не на чемпиона. — Однако ты и вправду скрываешь множество тайн, которые придётся нам раскрыть. Потому тщательнейшие обследования моего друга необходимы. [FEAR 90%] БУ-ДУМ-БУ-ДУМ-БУ-ДУМ… «Что они задумали? Они хотят меня препарировать, что ли?» — поплохело Кингу. Двигаться он не мог, аппарировать тоже, сражаться же под столь мощными дебаффами против двух мастодонтов, имеющих практику магических схваток в сотни лет, было самоубийством. Сбылся самый жуткий его кошмар — его собирались положить на стол вивисектору! Выхода нет. Сил тоже. Всё, что ему оставалось, так это… [«Глас Короля» — активация!] [Условия соблюдены. Количество целей — три!] — Думаю, с этим стоит повременить, — мягким голосом начал Кинг. «Три цели? То есть, Перенель тоже за ним наблюдает? Но в лаборатории я её не заметил», — мелькнуло у Кинга. Однако он тотчас отбросил ненужные размышления и продолжил каст навыка. Здесь главное говорить. — С чем именно? — спросил Дамблдор, прикрыв глаза. — С… обследованиями, — особо выделил это слово Кинг. Он не знал, какого хрена его завели в ловушку, но говорить придётся. Вот только в голове было пусто и идей, как выпутаться из данной ситуации, не имелось. Но говорить что-то надо, иначе ему пиздец. — Уверен, нужно всё как следует подготовить. — А всё уже подготовлено, — елейным голосом протянул Фламель. Его, теперь уже четыре, когтистые лапы внезапно оказались пусты, что радовало. Впрочем, поблёскивающие металлом когти сильно напрягали, как и внезапно вылезший из пасти длинный змеиный язык, что потянулся к чемпиону. От такого зрелища Кинг чуть не обосрался. [FEAR 93%] — Полагаю, перед тем как проводить… «обследования», меня целесообразнее исцелить. То есть полностью восстановить мой организм и энергетические оболочки. Потому предлагаю уговор: вы создаёте с моей помощью кристалл, внедряете его в меня, и только потом проводите необходимые обследования, — он тянул время. Если Фламеля удастся убедить, то Кинг вернёт силу. Он сможет вкинуть кучу очков в классовые статы и навыки, взять класс менталиста и воспользоваться палочкой Тёмного Короля. Возможно, это повысит его шанс на последующее выживание и бегство из западни. — Ведь в ослабленном состоянии моё тело может не выдержать ваших «обследований». А вы ведь хотите, чтобы всё прошло успешно. Вы великий волшебник, величайший алхимик и вам важно, чтобы все ваши эксперименты приносили пользу и были успешны. Фламель приблизился к нему. Длинный скользкий язык коснулся его щеки, а загнутые когти чешуйчатой лапы сверкнули в опасной близости от горла. «Да блять! Почему не работает? Неужели мне и вправду пришёл пиздец?» — мысленно орал Кинг. [FEAR 96%] БУ-ДУМ-БУ-ДУМ-БУ-ДУМ… — Подумайте хорошенько, сэр Фламель, профессор Дамблдор, — Кинг решил привлечь всё актерское мастерство, которое имел. Всю Харизму. — Особенно вы, директор. Вы ведь сами говорили, что у меня талант в менталистике. Его нужно развить. Мы можем после турнира заключить контракт. А ещё… Было бы хорошо, если бы мы после моей учёбы в Хогвартсе продолжили наше взаимовыгодное сотрудничество, — Кинг не особо задумывался над тем, какую дичь он несёт. Главное, что пока он болтает, это останавливает монстра Фламеля от его вивисекции. Дамблдор поморщился и опустил голову. Его глаза были прикрыты. Очевидно, старику нелегко далось это предательство. Неужели всему виной Фламель? Проклятие! «Может, стоит ещё закинуть очков в Харизму? Осталось 42 очка. А помогут ли мне 142 очка Харизмы? Может, если моя Харизма будет выше, то и манипуляция сработает?» — судорожно соображал Кинг. Нужно перетянуть Дамблдора на свою сторону. Вот только что директор сделает против шестисотлетнего монстра? Тем более в его логове? «Можно было бы применить Империус на одном из них. Однако стоит мне скастовать подчинение на одном маге, второй тут же отреагирует. Можно рискнуть взять подкласс менталиста, который усилит магию разума. Но у них могут быть амулеты защиты. Блять!» — захлестнула его паника. [FEAR 97%] «Не узнаю, пока не попробую», — мелькнуло у Кинга. Только он хотел вбросить все оставшиеся очки в Харизму и взять класс менталиста, как прозвучал сиплый голос Фламеля: — Ладно, хватит… Спи, мальчик мой. Кто-то будто выключил свет. Глаза Кинга закатились, он потерял контроль над телом. [На вас наложено заклинание усыпления!] [Внимание! Ваш организм адаптируется к данному воздействию] [Адаптивность к данному воздействию повышена на 10%. Для полного игнорирования необходимо 9 итераций] [Вы потеряете сознание через 3… 2… 1…] «Вот же ушлёпки», — была последняя мысль Кинга перед тем, как его окончательно вырубило.

***

Фламель телекинезом подхватил упавшее тело Седрика. Из чернеющей темноты потолка вылетела огромная золотистая сфера, словно сотканная из жидкого желе. Николас провёл манипуляции над сферой, в воздухе сформировав рунные кольца диагностики, заклинанием избавил хаффлпаффца от одежды, затем погрузил Диггори в эту странную полужидкую сферу, чья поверхность покрылась письменами арамейских рун. Стоило ему закончить запуск диагностики, как он разразился заливистым смехом. Облик змеиномордого демона с мощными когтистыми лапами поплыл. — Шутка удалась, ха-ха-ха… — не переставая смеяться, выдал Фламель. Спустя несколько секунд облик «монстра» окончательно исчез, снова открыв вид на крепкого старика с белыми волосами в светлых одеяниях. Метаморфизм, плюс искусство плотных иллюзий. В этом плане Фламелю равных не было, как и в алхимии. — До чего же уморительная картина… Дамблдору было совсем не смешно. Он платком утирал пот, выступивший на лбу, и не мог прийти в себя. Амулетов ментальной защиты он не надевал, как и Фламель. Правда, последний был настоящим чудовищем в плане сопротивления различного рода магии, потому легче перенёс спонтанную атаку Диггори. — Не, ну ты видел? Видел? — совсем по-детски ткнул пальцем в плавающего внутри золотистой сферы Седрика. — А чувствовал давление? Ментальной мощи такого размаха не было даже у Гриндевальда, а эти попытки исподволь продавить нашу волю! Хех, я много merde за свою жизнь повидал, но чтобы такое! Этот connard настоящий… — Николя, не выражайся при госте! — от неожиданного голоса позади Дамблдор вздрогнул. — Альбус — не гость, а дражайший ученик и мой хороший друг, — мягко пояснил Фламель. — Так что он знает мой лексикон. Особенно много он почерпнул, когда запорол свою первую алхимическую бомбу. Да, мальчик мой? Дамблдор сделал вид, что не услышал учителя. Перенель тем временем окончательно проявилась из невидимости и с интересом осматривала заключённого в сфере мальчика. К слову, все ожоги от драконьего пламени после оборота Седрика сошли на нет, да и телосложение его улучшилось. — Твои шутки и розыгрыши всё так же плохи, — заключила жена Фламеля. — Дорогая, благодаря этой шутке мы увидели, чего стоит этот мальчик. Да и рассказы Альбуса это одно, а увидеть всё собственными глазами — совсем другое. — А если бы он напал на вас? — Он бы нам не навредил, — пожал плечами Фламель. — О, я не за вас беспокоилась, — закатила глаза Перенель. — Йо-хо-хо… Милая моя, ваша разница в возрасте слишком велика, — хохотнул Фламель. — Он, конечно, красив, но… эй, куда ты смотришь, негодница? — На диагностическую печать, дорогой. — Перенель развернулась на пятках и пошла на выход: — Я колдомедик. Уж голых мужских тел я навидалась за свою жизнь изрядно. Orevoir… Двери в лабораторию закрылись, а улыбка Фламеля медленно потухла. Вид его стал очень задумчив. Дамблдор окунулся в воспоминания. Вчера наставник подговорил его устроить Седрику своеобразный тест-розыгрыш. Уж больно Фламель был скептичен по отношению к ментальному дару мальчика и его защите, а ещё сомневался в том, что Седрик — это всё еще… Седрик. Но теперь сомнения развеяны. Ментальный дар у Седрика действительно высок, проецируемая волна страха всё ещё липким покрывалом окутывала тело Дамблдора, отчего старое сердце работало с перебоями. — Ну что же, парень хорош, — серьёзно заключил Фламель. — Но дело не только в магии разума. Как он держался в столь опасной ситуации? С одной стороны, судя по мощи его атак, он явственно опасался нас и безотчётно давил ментальной силой. Даже боялся, не понимал, почему так вышло. Но как замечательно держал лицо, а? Так уверенно, но в то же время хитро пытался выгодно продать свою жизнь. Не выказывал ни малейшего намёка на отчаяние. Хех… нравится мне этот парень. Интересный засранец. А ты знаешь, что мне редко кто нравится, учитывая мою мизантропическую природу. — Ты уже не думаешь, что он одержим? — спросил Дамблдор. Это было главным подозрением Фламеля. Уж очень тот сомневался, что парень без памяти сможет за несколько месяцев вернуть хотя бы часть магических навыков. Седрик же, напротив, казалось, пробудил какой-то скрытый родовой дар. — Нет, все проверяющие артефакты не засекли ни демона, ни мага смерти. Однако… некоторые секреты у этого парня всё же есть. — Если ты о его защите, то, по его словам, она дана ему неким источником. — О, мальчик мой, тут дело не только в защите, да и не просто источником, — покачал головой Фламель. — О чём ты? — У него необычайная особенность — адаптироваться к проклятиям. Вдобавок строение тела хоть и напоминает человека, но в то же время он больше не человек. Он после обращения стал чем-то большим. Чем-то, что имеет куда больший потенциал, чем все гении в мире вместе взятые. Его потенциал, может статься, безграничен, причём в любой области. — И откуда это у него? — сипло прошептал Дамблдор. — По всей видимости, сила дана ему мутацией и… Нексус. Следы воздействия этого источника видны при более глубоком рассмотрении, — сказал Фламель, глядя на быстро бегущие по золотистой сфере символы. — Нексус? — повторил Дамблдор смутно знакомое слово. — Лет триста назад, узнай я, что кто-то был связан с Нексус и был его проводником… завидовал бы чёрной завистью. Либо нашёл бедолагу и сутками ставил бы на нём эксперименты и проводил исследования. Сейчас я лишь советую забыть нам об этом, — вглядывался он в новые символы, которые пробегали по золотистой жидкости. — Если хотим остаться в своём уме… Дамблдор вдруг вспомнил, что Седрик говорил о потере памяти его друзей в Сан-Франциско. — Эти знания настолько опасны? — спросил он у алхимика. — В древних писаниях говорится: тот, кто обладает Нексус, может стать богом. — Громкое заявление. — Не думаю. Получив такой источник, наверняка можно быстро возвыситься. — И ты бы хотел этого? — покосился на друга Альбус. — Конечно же, нет, — фыркнул Фламель. — Чрезмерно большая сила гарантирует очень большие проблемы, друг мой. В нашем мире существует фракция, которая не хочет восхождения новых богов и тщательно следит за этим. Но знаешь что? Меня больше смущает, почему именно Седрику была уготована такая участь. Участь стать проводником Нексус и принять его защиту. — Я расскажу то, что сам недавно узнал, — отозвался Дамблдор и начал свой рассказ о Седрике, с учётом новых данных о заказе в Гильдии и произошедшего в Сан-Франциско. А ещё он надеялся, что Фламель сможет пролить свет на некоторые тёмные пятна в рассказе и переданных воспоминаниях мальчика.

***

[Адаптация к усыплению завершена!] [На вас больше не действуют магические навыки, формации или зелья, имеющие данный эффект!] [Никто не сможет усыпить вас против вашей воли!] Кинг раскрыл глаза и вздрогнул. Он очутился… да он сразу и не понял, где очутился. Его тело будто окунули в какую-то золотистую жидкую субстанцию, напоминающую желатин, а на периферии зрения мелькали какие-то чёрные руны. Кинг попробовал вздохнуть, однако не смог. Как и пошевелиться: в дебаффах висела полная парализация. Только сердце учащённо билось. По крайней мере, пока что. БУ-ДУМ-БУ-ДУМ-БУ-ДУМ… «Так, спокойно!» — мысленно приказал себе он. Очевидно, Кинг сейчас находился в лаборатории Фламеля. Двигаться он по-прежнему не мог, однако подавления маны больше не было. Только он хотел глянуть Статус, как парализация исчезла. Вдохнуть стало можно, однако ничем хорошим это бы не кончилось. Часть желатина попала в дыхательные пути, он зажал нос и рот руками. Впрочем, жидкая среда вскоре выпустила его из своего плена. — Кхе-кха-кхех… — закашлялся Кинг, упав на рунный круг. — С добрым утром! — раздался над ним бодрый голос Фламеля, от которого Кинг позабыл, как дышать. Он поднял взгляд на алхимика и замер, боясь лишний раз шевельнуться. Он больше не обманывался его видом милого добродушного старичка с отеческой улыбкой. — Обследования завершены, и теперь мы можем приступить к лечению. — Кхем… Что? — хрипло переспросил он. Алхимик взмахом руки окатил его холодной водой. Затем высушил. А потом на нём снова оказались его вещи, в которых он пришёл к Фламелю. — Ты какой-то чересчур напряжённый, мальчик мой. Что, уже не хочешь восстановиться? Ты же сам предлагал уговор, чтобы я сделал алхимический кристалл. — Хватит, Николас, — строго сказал Дамблдор. Кинг только сейчас заметил, что директор смотрит на своего наставника с укором и качает головой. — Шутка затянулась. — Шутка? — переспросил Кинг. — Да, Седрик, — развёл руками Фламель, выдавив снисходительную усмешку. — Это была лишь шутка. Розыгрыш. Словно бы в подтверждение этому Фламель трансформировал свою руку в «демоническую» с когтями. Потом так же легко отменил метаморфозу и сложил руки за спиной. — Дерьмовый розыгрыш, — заключил Кинг, поднимаясь на ноги. — Так что, меня не будут препарировать? — А должны? — приподнял бровь Фламель. Кинг в ответ лишь побуравил старого тролля недовольным взглядом. Алхимик хмыкнул и указал кивком на другую секцию: — Пойдём. Все уже подготовлено. Кинг хотел набить алхимику морду, однако молча подчинился. Лёгкая опаска всё ещё оставалась. Правда, Кинг решил: если бы его хотели пытать или проводить эксперименты, как с лабораторной крысой, то уже давно бы сделали это. Фламель вёл их с Дамблдором за собой. Директор шепнул Кингу на ухо: — Я ведь предупреждал, чтобы ты ничему не удивлялся. И не волновался. В голове Кинга тотчас возникли сегодняшние слова Дамблдора: «У моего друга очень специфический юмор. Но ты не волнуйся. А главное, сохраняй спокойствие и ничему не удивляйся. Ничему, слышишь?» Кинг выпустил воздух сквозь плотно стиснутые зубы. Так вот что означало то странное предупреждение! Чёрт. Да он чуть не поседел от страха! «И на кой Фламелю это было нужно?» — мелькнуло у него. Проситься к нему в ученики? Ха! Нет, увольте. Учиться у такого мага уже не казалось удачным решением. Впрочем, ему никто ничего и не предлагал. Так что можно успокоиться. После внедрения кристалла, если всё пройдёт успешно и он сбросит дебаффы, лучше просто уйти отсюда и попроситься в ученики к Дамблдору. Его опыт в алхимии, может, и меньше, но к этому волшебнику Кинг хотя бы привык.