Быть лицом тоже сложно

Ветер шуршал в нежно-зелёных листьях деревьев, запевали далёкие птицы, неподалёку журчал небольшой ручей, в которых плескались цветастые рыбки кои. Через мостик, перекинутый через речушку, стояла просторная беседка, в которой за столом сидели два человека. Один из них был облачён в золотые одежды, расшитые парящими средь небес драконами. Волосы мужчины были собраны, а голову украшал головной убор Императора с занавесом из жемчуга. Сын Неба безмятежно прикрыл веки, делая глоток чая из фарфоровой пиалы. Его собеседник был одет в зелёные одежды, расшитые по краям листьями мяты. Светло-карие были полны уважения и доброты, вытянутое лицо с белоснежной кожей можно было смело назвать одним из прекраснейших. Чёрные волосы были заплетены в обычный высокий пучок, закреплённый нефритовой шпилькой. Это был недавно назначенный лично Императором на пост министра земледелия Люй Бохэ. — Северное рисовое поле? — невозмутимо спросил Император. Двое мужчин уже какое-то время вели разговор. — Ваше Величество имеет в виду то, что вблизи города Сятянь, или то, что идёт до самых гор? — сохраняя вежливый тон, отозвался Люй Бохэ. — То, что идёт до гор. — Зима была суровой, все засеянные семена помёрзли, что не случалось уже многие годы. Сейчас там до сих пор лежит снег, люди не знают, что им делать. Этот хотел сообщить Вашему Величеству об этом сегодня, — чуть нахмурившись, ответил министр. — Насколько часты там снегопады? — День через день чаще всего, сугробы иногда достигают колена. — Понятно, — также нахмурившись, кивнул Император. — А тот, что вблизи Сятянь? — Там дела обстоят лучше, посевы сохранились в большем количестве, чем прежде. Но холод всё не отступает, люди боятся, что растения помёрзнут. Глава округа уже взялся за эту проблему. — Глава округа Сятянь подаёт большие надежды. Мы не были уверены, что в столь юном возрасте он сможет хорошо служить Империи. К счастью, Наши надежды оправдались. Он очень изобретателен, если возьмётся за дело — любая проблема падает ниц перед ним, — Сын Неба довольно улыбнулся, вновь отпивая чай. — Что с Южными землями? — На Дальнем Юге снег уже полностью спал, простые люди поскидывали свои тёплые одежды, но земля исхудала, дождей всё ещё не было, — Люй Бохэ покачал головой. — Этот отправил туда своих подчинённых для решения проблемы. — Хорошо, очень хорошо, — Император одобрительно потёр свою бороду, добро взирая на юного министра. — Тогда на сегодня закончим. — Тогда этот ничтожный просит у Вашего Величества разрешения откланяться, — Люй Бохэ поднялся с места, обхватив правый кулак левой ладонью перед грудью в глубоком поклоне. — Мы позволяем. Молодой министр, не распрямляясь, сделал пару шагов назад, поравнявшись со слугами, стоящими у входа в беседку, и лишь тогда выпрямился и развернулся, направившись лебединой походкой к выходу. Совсем недавно грязный мальчишка Люй был лишь нищим попрошайкой на улицах, один одинёшенек вместе с мамой он скитался, выпрашивая милостыню. Его могли избить ногами, если он не понравился кому-то просто своим видом, не редко возвращался в их полуразрушенный домик весь в крови и синяках, случались даже случая домогательства которые заканчивались, к сожалению, успешно. Но вот теперь уже стоял на другими людьми, белый и чистый, стал министром и доверенным лицом Императора. Но что тогда люди были алчны, то и сейчас они не изменили своей натуры. Только тогда ты был для них мусором, не достойным внимания, а сейчас стал лишь «красивым лицом», не смыслящим ничего в своих обязанностях. Когда-то злые языки даже говорили, что Люй Бохэ совратил Императора, лишь таким образом выбившись в министры, но подобные слухи быстро пресекли. Тем не менее, молодой министр всё ещё слышал в свою сторону разные сплетни, оскорбления и даже угрозы. Но хоть от подобного ему и хотелось просто запереться дома, никуда не выходя, он не смел показать слабость. Люди словно дикие звери, а Люй Бохэ — загнанная в угол собака. Покажешь свою слабость — тебя разорвут на части, растащут на куски, выкажешь стойкость — и большинство склонят головы в уважении. Так и у людей — стоить тебе испугаться, как все оклевещут сверху ещё и трусом, а если оставаться спокойным — они потеряют к тебе интерес, а некоторые проникнуться его силой духа. Пусть все считают, что в нём есть только красивое лицо, он обязательно докажет, что лицом тоже быть не так уж и просто. — С Вами всё хорошо, Министр Люй? — один из слуг обеспокоенно заглянул в хмурое лицо задумавшегося молодого человека. — Нет, всё хорошо, — Люй Бохэ улыбнулся, кивнув.