Никтеро. Часть первая. Вороненок

Никки проснулась от того, что по ней прыгала кошка. Не то, чтобы она была слишком тяжелой, но все же… - Вредина, отстань, я спать хочу… Никки натянула на голову одеяло, а потом вдруг поняла, что не помнит, как она здесь оказалась. Помнила, как забралась в карету, как госпожа махнула руками, отсылая в разные стороны поисковые заклинания, а потом… а потом она проснулась здесь. Никки высунула нос из-под одеяла. Она была в своей комнате и в своей кровати, но только вот как она здесь оказалась? Кошка сунула свой пушистый хвост прямо ей в лицо, и только Никки откинула край одеяла, чтобы избавиться от кошки, как та сразу перепрыгнула на стол и замерла статуэткой. - Ладно, встаю, все равно хочется пить и писать, да и я бы поела чего-нибудь… - в окно падали солнечные лучи, а значит было утро, - я что, вчера в карете заснула? Ого! Это ведь было утро… На стол спланировал лист бумаги и чернильница с пером, которое вывело красивым почерком «Это утро следующего дня. Ты проспала почти двое суток и тебе надо поесть, а потом ляжешь спать дальше» - Ладно, - Никки попыталась сесть, но тело спросонья было вялым. Ее поддержали, помогли спуститься с кровати, а потом стали выпихивать из комнаты, - эй, подожди, а одеться? Но ее стали выпихивать намного энергичнее. Никки бурчала, пока спускалась по лестнице. Ноги почему-то еле двигались, вот что значит много спать, проснуться никак не получается. Ее затолкнули в туалетную комнату, а потом помогли умыться и, вытерев полотенцем лицо, потащили в комнату едва ли не за шиворот. А Никки не упиралась даже, просто с силой было что-то не очень… Стол был уже накрыт, на части тарелок стояли такие выпуклые крышки со знаками стазиса. А еще там стояли коробки со сладостями из кондитерской, совсем как в тот раз, когда госпожа ее «утешала» сладким. Стоило сесть за стол, как крышки с тарелок поднялись, и Никки увидела все свои любимые блюда: тушеное мясо со сладким бататом и репой, жареную рыбу с маринованными овощами, кусочки курицы с лапшой, фасолью и сладким перцем. Глаза прямо разбежались, а руки задрожали – хотелось всего и сразу! Хорошо, что госпожи за столом не было, а из столовых приборов были только ложка с вилкой! Никки так торопилась и, кажется, даже чавкала, но все было так вкусно! Кошка сидела на подоконнике и смотрела на все стеклянными пуговками глаз. Когда Никки доедала одно блюдо, ей подсовывали следующее, и если вначале казалось, что внутри у нее пусто, как в кладовке бедняка, то, расправившись с горячими блюдами, она с тоской поняла, что в животе места для сладостей уже не осталось. Но Никки, как уличная кошка, не могла оставить еду и, придвинув к себе тарелку с пироженками, решила немного подождать. Вот сейчас рыба с курицей протолкнут друг друга, и местечко появится, а пока можно с восторгом полюбоваться на красивые кремовые цветочки… Проснулась она опять в своей кровати из-за того, что очень хотелось в туалет… За окном было темно. Никки выглянула во двор и не увидев кареты с лошадьми, поняла, что госпожи нет дома. Она опять спустилась вниз и, сделав все дела, заглянула в комнату. Сладости так и остались на столе, к ним еще добавились ее любимые пирожки с яблоками и большой чайник под стазисом. Никки начала с пирожков, потому что поняла, что опять голодна, а кондитерские сладости стоит оставить на потом, чтобы насладиться достаточно редким угощением. Она опять ела, пила тонизирующий чай с какими-то дополнительными и незнакомыми для нее травками… Может они были сонными, потому что Никки поняла, что опять засыпает прямо за столом, но на этот раз она сама вскарабкалась по лестнице и упала на кроватку, натянув на плечи одеяло. - Как ты себя чувствуешь? – госпожа Джесс погладила ее по голове и тем разбудила, - аура, смотрю, восстановилась, а вот резерв пока пустоват. Вставай, позавтракаешь и ляжешь отдыхать дальше. Я заехала переодеться и скоро уеду опять. Лич опять выглядела привычно сморщенной старушкой и Никки довольно улыбнулась, значит, действительно все возвращается в норму. Госпожа вышла из комнаты, а Дом помог переодеться. Никки спустилась вниз, ноги уже не заплетались, она чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. Она посетила маленькую комнатку, а потом отправилась в комнату к хозяйке. Госпожа Джесс сидела за столом перед своей шкатулкой с настойками, а напротив нее стол был сервирован для завтрака. Четыре тарелки, два ножа, две ложки, вилка, кружевная салфетка, которую надо было положить на колени, а в конце еды промокнуть ею рот, даже если он был чистым. Тонкий фарфор, вышитая шелком скатерть, укрывшая половину стола, креманки с медом и вареньем, масленка, молочник, чайная пара и большой чайник под стазисом и поэтому даже не паривший из носика. Зато на тарелке уже дожидался любимый пышный омлет, на хлебной тарелочке - булочка, а на отдельном блюде лежали любимые пирожки, их разрешалось есть руками! А вот во фруктовой вазе вместо привычных яблок и зимних толстокорых груш, лежали персики и виноград. Госпожа Джесс, перехватив удивленный взгляд воспитанницы, решила пояснить: - У тебя было магическое истощение, вплоть до разрыва ауры, - госпожа Джесс, недовольно поджав губы, покачала головой, - это очень плохо и опасно. Теперь тебе придется восстанавливаться. Ешь больше сладкого и мяса. Каждые маги восстанавливаются по-своему – земля и огонь едят мясо, воздух и вода предпочитают сладости, а ты у нас универсал и поэтому тебе стоит есть и то, и другое. По-хорошему тебя стоило бы отправить в имение недели на две, но на побережье сейчас ветрено. Зимой там только штормовые ветра и при той влажности даже ноль ощущается, как минус двадцать. Там сейчас неуютно. На доме стоит защита от непогоды, но в дымоходах ветер завывает, как хор злобных духов, да и брызги от волн, стекающие по защите не добавляют красоты. И мне сейчас не стоит уезжать из столицы, после всего произошедшего лучше не спускать глаз с недругов, чтобы в их головешках даже мысли не возникло объединиться и строить каверзы. - Простите, - Никки виновато засопела носом, - я виновата, сорвалась. Они сказали плохо про маму, а я рассердилась. - Хочешь с ней поговорить? – уточнила лич, но заметив, как девочка отрицательно помахала головой, пожала плечами, - ты еще слишком молода и плохо знаешь людей. Они хотели тебя разозлить, чтобы ты перестала себя контролировать, и надо сказать, у них это получилось. У тебя был всплеск сил. Хорошо, что видели только два пика, но их размер вызвал ажиотаж. Не переживай, я доказала ищейке, что это из-за твоего нестабильного источника. Он не взялся со мной спорить по этому поводу, там и без этого было много странного. Не подумай, что я ругаюсь, но мне и самой интересно, как ты сделала пиктограмму, а главное, как потом ее убрала? - Ну, - задумалась Никки, а потом свела вместе ладони, желая показать, но ее прервали. - Нет, нет, - лич погрозила ей пальцем, - не вздумай сейчас трогать силу, она только-только собирается, а если напряжешься, то аура опять может порваться, и тогда восстановиться будет еще сложнее. Объясняй словами. И потом, я видела остаточные плетения и по ним восстановила полностью картину всего, как это выглядело со стороны, но меня интересует, КАК ты это сделала? - Как магического вестника, - Никки пожала плечами и опять взялась за вилку, чтобы доесть, - я помню схему пиктограммы и знаю, как ей пользоваться. Я представила пиктограмму, как обычно поступаю с магическими вестниками. Раз! И она висит, но только маленькая. Я вспомнила, как вы говорили, что размер зависит от количества влитой силы и добавила в нее силу, а потом опустила на землю, где лежала вещь. А когда решила убрать, то вначале вытянула из нее свою силу, пиктограмма опять стала маленькой, а потом распустила ее по нитям и все… - Поразительно, - госпожа Джесс подперла сухонькой ручкой лицо и задумалась, глядя на Никки, - понимаешь, обычно пиктограммы ставят так, - лич щелкнула пальцами, и маленькая пиктограмма воздушного поиска повисла между ними. Пиктограмма была не активна, просто схема, и лич решила пояснить. – Потом в схему вливается сила и начинается работа с ней, а убирают ее, просто сворачивая. Вложенная в нее сила рассеивается, и маг может подобрать ее обратно, если успеет. Часть силы растает однозначно. Их часто привязывают шаблонами к артефактам, порой до десятка на каждый артефакт. Но ты сформировала уже активную схему, потом увеличила ее в размере, чего обычно не делают, а чтобы распустить пиктограмму на нити силы и собрать эти силы обратно, вообще никому в голову не приходило. - Это плохо? - Это уникально, - лич посмотрела на схему пиктограммы, так и висящей в воздухе, и вдруг ее будто изнутри порвали на несколько кусков, - хм. Наверное, все дело в том, что ты УЖЕ видишь нити силы. Когда меня учили работать с пиктограммами, то я не видела нитей и вычерчивала схемы, потом наполняла их силой и работала с ними. Потом пришло понимание, как пиктограммы привязывать к артефактам, и это стало нормой. Я намного позже стала видеть линии сил, но ты из-за того, что квадро, видишь нити и воспринимаешь их иначе. Скорее визуально, чем опираясь на опыт. - Это плохо? - Нет, это хорошо, - лич задумалась. - На войне или при магической дуэли это добавит тебе лишнее мгновенье, чтобы выжить, но вот если такое увидят в Академии, то ты не сможешь это объяснить, не рассказав, что ты квадро и видишь нити сил, а этого, как ты понимаешь, делать категорически нельзя. - А я помню, как вы сделали однажды пиктограмму больше, - Никки доела омлет и вцепилась в пирожки, - помните, когда у нас был тот важный маг земли, который еще реторты в корзине принес в подарок? - Я увеличила не пиктограмму, а схему, чтобы она стала видимой и более понятной. Это специальная техника для преподавания, но опять-таки я увеличила не саму пиктограмму, а схему. Это как сделать дублирующий контур одной стихией, а потом подсветить ее по типу люминос. Ты ведь тогда не видела нитей сил, так же, как и тот маг. В самой пиктограмме использовалось две силы, а моя схема была только с воздухом, и вся сложность заключалась в том, чтобы схема сохранила свою суть. Без магов разума она не смогла бы стать донорской, и призвать смогла бы только порыв ветра. - А как… - хотела еще спросить Никки, но ее прервали жестом. - Все остальные вопросы по мере обучения, когда до этого дойдет время, но вначале ответь, как ты вытянула призрак из пиктограммы призыва? В каждой из них заложено удержание. - А что, нельзя было? – насторожилась Никки и посмотрела на госпожу, но та смотрела как кошка, даже жестом, не подавая знака - да или нет. Никки поморщилась и вздохнула, вспоминая свои ощущения. - Ну, … пиктограмма ведь была моя? И потом, там уже инквизитор запустил свою удавку, я попыталась убрать пиктограмму, но из-за того, что там была петля инквизитора, ничего не получалось. И я подумала, что если он свою силу запустил в мою пиктограмму, то я и подавно могу воздействовать на нее извне. Поэтому сунула туда руку и представила, как за шиворот тяну человека. Она выскочила, как личинка из кокона, аж чпокнула! Поэтому, когда второй раз засунула руку в уже чужую пиктограмму, то я забрала вложенную силу, что делала призрак видимым внутри пиктограммы, и сделала призрак блесточкой, а их поймать пиктограммой почти невозможно. - Ха-ха-ха, - мелко рассмеялась лич, - ты - это нечто! Твоя сила и незнание основ - это иллюстрация того, почему сильных магов надо обязательно учить в академии. Всегда считалось, что невозможно вытащить призрак, не разрушив пиктограмму, у тебя получилось сразу два варианта! - лич закончила смеяться и посмотрела сурово, сдвинув брови. - Хорошо, что все закончилось так. Ты могла погибнуть, исчерпав свой резерв окончательно. Хорошо, что рядом был Ивейн. Хорошо, что инквизиторы занялись друг другом, а не объединились против тебя. И в следующий раз, когда увидишь, как один инквизитор душит другого, то не вмешивайся. Там нет добрых и честных. Там клубок змей. С живыми поделать ничего нельзя, но вот стоит им стать умертвиями, то можно их упокоить, так сказать на законных основаниях. Поскольку они сами объявили все умертвия вне закона и поэтому подлежащие уничтожению. - А как же вы? - А я слишком сильна для них, - усмехнулась лич, - и потом, у меня с Конрадом Марбургским заключен пакт о ненападении. Дело в том, что он тоже лич, – госпожа Джесс задумалась, - лет уже сто… Он носит заклинание шапочка, как и ты. Но только он его никогда не снимает. Заклинание у него нанесено в виде татуировки под волосами. Оно выдает ауру живого человека, но меня не обмануть иллюзией, я сама в них мастер. Поэтому я с ним договорилась, он не трогает меня, а я - его. Разница лишь в том, что ему надо созвать круг магов, чтобы упокоить меня, а вот я могу упокоить его в одиночку, без посторонней помощи. И не делай такое лицо. Маги разума и некроманты - это два полюса одной силы никтеро. Поэтому они, так же, как и мы, становятся личами после смерти, но маги разума об этом помалкивают, а если замечают, что один из них стал личем, то сами упокаивают его. Так сказать, по-тихому, в почти семейном клубке ядовитых гадин. И Конрад не первый лич на высоком посту в инквизиции, тем более, что он сам возглавил заговор и упокоил своего предшественника. Считается, что он сильный маг, поэтому его внешность не стареет, а многие ловушки не срабатывают. Но ловушки ставят на живых, а он уже умертвие. - И он так долго скрывает, что он лич? – удивилась Никки. - Он делает это виртуозно, - усмехнулась госпожа Джесс. - У него была одна жена, а сейчас второй брак. Он ведет себя как примерный семьянин. Прямо оплот добродетели. Честный муж, верный жене, и прекрасный отец. Его жена мудрая женщина и свои шашни крутит тихо, а когда собралась беременеть, то выбрала любовника, похожего на мужа статью и магией. У Конрада от последнего брака два сына-погодки, оба похожи на официального отца и несут магию огня. Я помню их биологического отца – красивый мальчик из нищего, безземельного дворянского рода, но с хорошим потенциалом. Погиб при невыясненных для всех (кроме меня, конечно) обстоятельствах сразу же, как только жена Конрада забеременела во второй раз. И кроме этого, Конрад ест прилюдно на официальных пирах и застольях. По легенде у него больной желудок, якобы последствие сильного отравления, и поэтому он ест только протертую еду. Но ест, в отличие от умертвий. Но это еще один трюк. Просто надо в горло вставить мешочек с распоркой, и еда будет скатываться туда, а после пира достаешь мешочек и все. Все видят, что Конрад ест, аура у него тоже на месте, так что для всех он живой человек. Кроме работы он занимается благотворительностью и поэтому очень популярен в народе. Муниципальная магическая школа, как ты понимаешь, создана и находится под его патронажем. Там проще всего искать юных магов с большим потенциалом и сразу забирать в свои пансионы мальчиков с магией никтеро, чтобы растить из них магов разума. А еще есть несколько бесплатных больниц для бедных при монастырях ордена Светлого пути в разных городах, там много людей с магией, как правило не обученных магии женщин, на которых надевают артефакт с донорской привязкой. Такие, как мама Милочки, когда каналы малы, а резерв большой, не смогли бы выжить без такого донорства. Так подло – вместо того, чтобы учить женщин и растить полноценных магесс, из них делают идеальных доноров. - Мешочек в горле? – скривилась Никки и отложила надкушенный пирожок, - бе… - Ко всему можно привыкнуть, если в этом есть нужда, - пожала плечами баронесса, - он не единственный лич, который вынужден прятаться. Можно еще сделать разрез ниже по пищеводу и пропустить мешочек насквозь. Засовываешь еду в рот, а она стекает по пищеводу и оказывается под одеждой, где большой мешок. Можно пить сколько угодно и есть, что предложат, не боясь, что излишек еды из мешочка пойдет носом. - Фу! Никки с отвращением передернула плечами, а лич рассмеялась. - Ничего, ничего, вот восстановишься, и займемся поднятием зомби, тогда сразу перестанешь фукать и бекать. Заказать тебе в кондитерской пирожных? Каких? На обед опять будет много мяса, постарайся сейчас больше кушать, чтобы твоему организму было что перерабатывать для восстановления резерва. Я сейчас тебе даже не могу предложить осушить накопитель – у тебя будет магическое отравление. Лучше восстанавливаться медленно, зато без последствий вроде слома ауры или надорванного резерва. Спи и ешь, и запомни это время, как напоминание на будущее – всегда следи за собственным резервом. И не переживай, если после еды будешь засыпать, это твой организм заботится о тебе. Такая слабость будет еще дня три, а потом начнешь тренироваться с Ивейном. Тело надо развивать физически – это важно. Тело - это сосуд для магии, и он должен быть крепким и надежным. А еще займешься теорией с Домом, а вот от практики воздерживайся, даже если начнет казаться, что все уже в порядке. Я сама скажу, когда можно будет продолжить пользоваться магией. Карета на улице стала разворачиваться, а госпожа Джесс отправила вестника с заказом в кондитерскую и встала из-за стола. Проходя мимо, погладила Никки по волосам. - Все, я уехала, а ты доешь, что хотела и отправляйся в кровать. Маги не болеют, как люди соплями и простудой, зато магическое истощение укладывает их в койку надежнее любой людской болячки. Никки кивнула и подняла пирожок обратно. Чайник налил в чашку какой-то настой, а потом добавил туда молока и меда. Никки попробовала и скривилась, хоть и с молоком, но все равно не вкусно. Кошка запрыгнула на пустую половину стола, и чашка придвинулась ближе к Никки, как приказ допить и не кривиться. Никки показала кошке язык и опять взялась за чашку. Если пить по маленькому глоточку, то вроде бы и ничего…