Эффект незавершённого действия

Спустя неделю…я знала о нем почти все. Егор Зарецкий. Кличка Страж. Восемнадцать лет. Имеет большой авторитет в районе. Живет, кстати, не очень далеко от меня. А еще он, конечно же, нравится многим девушкам. И они ему нравились. Особенно яркие, красивые, заметные… — Ляль, я тебе как друг советую — забудь его! — говорил Паша, нервно покусывая губы. — Но он мне нравится. — Внешность не главное. Ляль, он плохой. — А сам дружишь с ним! — Он к девушкам плохо относится. — Мне наоборот кажется, что они ему нравятся. — Вот именно — все! Все! Многие! Он никогда не будет с какой — нибудь одной девушкой. Он пользуется ими, а потом отпускает их на все четыре стороны за ненадобностью. — Давай ты не будешь больше так о нем говорить! — Дура ты, Ляль. Потом жалеть будешь. — Пускай!.. Этот разговор состоялся вчера вечером. И сейчас я, проснувшись, в точности вспомнила эти слова… Устремив взгляд в потолок, я думала о том, как еще буквально на днях думала, что любви не существует. А сейчас…. Сейчас все мысли были о Егоре, этом безумно красивом парне. С того раза я его больше не видела. Я каждый день вытаскивала Пашку во двор, но Егор больше не приходил. Я сходила с ума… Я постоянно спрашивала о нем Пашку, а если в чужих разговорах слышала его имя, то по телу сразу пробегала предательская дрожь, а уши сами собой ловили каждое слово. Не удивительно, что вскоре о моем неприкрытом интересе стали догадываться почти все. — Ляль, тебе Егор нравится? — с таким вопросом однажды подошла ко мне девушка из этой компании Аня, закуривая мне в лицо тонкую сигарету с ментолом. Она и две ее подружки отвели меня чуть в сторону от всех. Не столь и неожиданно это было. Мои чувства к Егору были слишком очевидны. Я прямо посмотрела в ее глаза, и решив, что отнекиваться глупо, ответила: — Да. — Ууууу, — протянула Анька, стряхивая пепел. В ее глазах отражались легкие смешинки. — Это плохо. — Почему? — Ты можешь заинтересовать его на один день, но не более этого. — Почему? — еще раз спросила я. Мне не нравился этот разговор. Они все сговорились будто бы против меня. — Потому что, если он и будет когда — нибудь с девушкой, то это будет королева. Яркая, красивая, не как все. Извини… — Да ладно, — мне ничего не оставалось как грустно улыбнуться. — Я знаю, что я не такая. Но тем не менее он мне все равно нужен. — Ты упрямая, — тоже улыбнулась мне Аня. А она неплохая. — Пробуй, глядишь и зацепишь местного красавца. Только учти, каждая вторая девушка в районе мечтает о нем. Я и так понимала это, но когда это заявляют так открыто в лицо, стало как — то горько. «Была бы я как моя мать, — с сожалением подумала я. — Он бы точно не прошел мимо…» — Да ладно, — подмигнула мне Аня. Наверно, на моем лице было все написано. — Может, еще не все потеряно. Для начала привлеки хотя бы его внимание, а как его удержать — будем думать позже. Будем? Она сказала будем? Неужели она хочет мне помочь? Если честно, это было бы здорово. — А с чего начать? — беспомощно произнесла я. — А это уже не твои проблемы! — решительно сказала Аня. — Деньги найдешь? «О чем вопрос?» — с бешено колотящимся сердцем подумала я. — Найду! — Ну вот и всё, заметано! Завтра идем менять твой имидж! Делать из тебя красотку! Плюс держи себя увереннее. Считай, что ты королева, а остальные — твои слуги…. И будет все тип — топ. Я невольно улыбнулась. Такая политика не для меня. Я не могу ставить себя выше других людей. Все люди хороши по-своему. И в споре с другими я всегда предпочитаю уступить, чем противиться. Такой вот я человек, миролюбивый. Черт побери, кот Леопольд в чистом виде! На следующий день, когда в квартире раздался звонок, я еще лежала в постели и ленилась раскрыть глаза. «Кто бы это мог быть?» — пронеслась в голове раздраженная мысль, а потом я вскочила как ужаленная. — Девчонки! — вспомнила я, вскакивая. — Ко мне должны были прийти девчонки! Я наспех накинула халат, и даже не расчесав волосы, кинулась открывать дверь. — Приветик! — поздоровалась Аня и стоящие рядом с ней Ирина и Маша. — Ой, извините, я только встала, — смутилась я, пропуская их в квартиру. Несмотря на ранний час, подруги были в полной боевой готовности, то есть при макияже, прическе и красивой одежде, и я, несобранная и неприбранная, почувствовала себя просто уродом. «Я хочу быть как они, — впервые пронеслась в моей голове подобная мысль. — Я хочу быть красивой и эффектной.» Я никогда не думала, что захочу стать такой. — Можно пройти? — улыбаясь голливудской улыбкой, спросила Маша. — Конечно. Вот моя комната. — Ты недавно только переехала сюда? — поинтересовалась Аня, глядя на скудно обставленную комнату. — Недели где — то две назад, — сказала я, пытаясь судорожно заправить постель. — А вы с Пашей из одного города? — вмешалась в беседу красноволосая Ирина. — Из одного. — Ляль, а какие у вас с ним отношения? — настороженно спросила Ира. — Он так заботится о тебе… — Он мне как старший брат, — я улыбнулась ей. — Я его очень люблю. — Погоди, — тряхнула головой Ира. — Так у вас любовь? Вы встречаетесь? — Да нет же! Не встречаемся! Мы с ним просто друзья. С самого моего рождения дружим. Я его люблю, но не как парня, а просто, как человека. — Разве бывает дружба между мужчиной и женщиной? — сомнительно протянула светловолосая Маша. — Бывает! Еще как бывает! — Никогда такого не встречала. Обычно такая дружба перерастает в любовь. — Мы и так с ним любим друг друга, только не как женщина и мужчина, а как….мммм….человек и человек. — Но все же…- начала было Маша, но Аня перебила ее. — Так, девчонки, мы сюда трепаться пришли или дело делать?! — Дело делать, — согласились с ней Маша и Ира. — Лялька, у тебя есть какая — нибудь косметика? Я на секунду задумалась. — Да я особо не пользуюсь. Блеск для губ только есть, да мама тоналку зачем — то купила. Аня оценивающе посмотрела на меня. — Тоналка тебе и так не нужна. Кожа у тебя тьфу — тьфу — тьфу гладкая, чистая. У тебя глаза красивые, губы. Надо выделять это! Тащи косметику матери! Я, повинуясь, кинулась в соседнюю комнату и, благо матери дома не было, забрала всю ее косметику. Ее было много. Очень много. — Ого! — расширились глаза подруг, когда они перебирали все эти флакончики и коробки. — Твоя мать знает толк в совершенстве! — Ирка, ты у нас лучше всех умеешь красить. Тебе и карты в руки. Лялька, а ты садись перед зеркалом, — приказала властная Аня. И тут началось! Ирина то красила, то стирала, подбирая нужный тон. С губами все было предельно просто, с глазами пришлось повозиться. Ира говорила: «Не мигай!», но мои ресницы предательски дрожали. Между тем я прислушивалась к разговору девчонок. — К ее серым глазам больше подойдут темные тени — либо тоже серые, либо черные, — вещала Ира. — Не много ли темного? — не согласилась Аня. — У нее волосы темные плюс еще глаза будут. Не то. — Слушай, Ляль, а может тебе перекраситься в блондинку? — В блондинку? — испугалась я. Такие кардинальные перемены меня пугали. — Точно! — загорелись глаза Аньки. — Самое то! Шикарная блондинка с длинными волосами, темными глазами и ярко — красной помадой! Ммм! То что надо! Вообще просто супер будешь! — Да она и так супер! — как — то даже удивляясь своим словам, заметила Ира. — Ляль, ты красивая! У нее лицо породистое, девчонки! Я осторожно посмотрела в зеркало. Там отразилась симпатичная девушка с большими, просто огромными, серо — зелеными глазами в обрамлении длиннющих черных ресниц, и с чувственными пухлыми губами, накрашенными темно — бордовой помадой. Это было красиво. Это было и мое лицо, и в то же время будто не мое. Какое — то взрослое, и… действительно красивое. Это не я, нет, это не я…. — Так, Ляльчик, — прервала мое любование собой Аня. — Иди одевайся, бери денежки и идем в путь… Через час мы уже были на какой — то незнакомой улице, кишащей разнокалиберными магазинами. Вначале меня отвели в какой — то салон красоты, где в течение часа из брюнетки меня превращали в блондинку (хочу заметить, что от волнения я прокусила себе даже губу), а потом делали умелый макияж. Когда после всего этого, я взглянула на себя полностью в зеркало, я клянусь, моя голова пошла кругом. Еще сегодня утром я была серой, неприметной девчонкой, а сейчас я непонятно каким образом стала красивой девушкой. Очень красивой. Просто неприлично красивой! Я даже не подозревала, что могу быть такой… Но времени хорошо подумать об этом мне не дали… Пройдя по магазинам одежды, подруги под конец выбрали мне красный легкий летний сарафан, туфли на 9 — сантиметровом каблуке, кружевной топик с открытым декольте, который подчеркивал грудь, и кожаные шорты. Неся эти обновки в сумке, я переживала: смогу ли я выйти на улицу в этом? Подобная одежда мне уже сейчас казалась слишком вызывающей. Я не привыкла так одеваться. Девушки в такой одежде всегда и везде притягивают взгляды прохожих. А я никогда не любила всеобщее внимание. А может и любила. Но я просто никогда и не привлекала к себе ничье внимание. «Но зато я буду красивой и яркой, — успокаивала я себя, даже улыбаясь. — И я понравлюсь Егору. Моему самому любимому. Я все сделаю, чтобы понравиться ему!»