Эффект незавершённого действия

— Как методичку заполнишь — отправь мне ее на электронную почту, я одобрю и передам дальше! — Хорошо, завтра — послезавтра будет готово. — Давай, учебный год на носу, и как студент не отставай тоже. — Я Вас понял, Валерий Львович. Я сидел в знакомом давно кабинете нашего завкафедры, по совместительству, моего научного руководителя, и уже в голове составлял план следующего месяца. До обеда — вести лекции и практические занятия у первокурсников, после — ходить самому на пары. Благо, в магистратуре их было около двух в день, максимум — три. Человек я вроде как ответственный, должен все успеть. — Максим, Юля, — обратился научрук к другим присутствующим: — К вам это тоже относится. Ты, — указал он на парня взглядом из — под очков, — относишь свою методичку потом на кафедру экологии. А ты — биохимии. Последнее относилось к Юле. Те молча кивнули. — Можете идти. Антон, задержись на несколько минут. Так и думал. Хотя, по фиг, мне бояться нечего. Ничего плохого я не сделал. Валерий Львович дождался, когда те двое выйдут, а потом выразительно посмотрел на меня. — Так полагаю, женился… И такой выразительный взгляд на мою правую руку. Вернее, на кольцо на безымянном пальце. Не знаю, зачем он спрашивает очевидное, тем более, он видел мою анкету на заполнение должности заместителя, где была графа о семейном положении, и я честно указал — женат. — Да. — У меня есть сведения, что твоя жена будет учиться у нас с этого года. Хотелось бы спросить, откуда сведения, но тут же вспомнил, как приходилось оставлять свой паспорт при оформлении бумаг в отделе кадров, где можно было легко прочесть инициалы Ляльки, более того — запомнить, имя редкое. А списки поступивших — они в любой момент перед глазами Валерия Львовича. Найти совпадение не так уж и сложно. Стоит ли говорить ко всему этому, что отделом кадров заправляет еще и его жена вдобавок? — Да, — повторил я. — Прими мои поздравления. — Спасибо. — Антон, — Тон голоса повышен. Сейчас будут нравоучения, но я готов и даже не ошибся: — Ты знаешь, что я вижу в тебе перспективного ученого. Мы многого добились за это время, но все еще находимся в начале пути. Все наши проекты запущены, а через два года, учась в аспирантуре — сможешь уже занимать полноценно должность младшего преподавателя. Ты же помнишь, к чему мы шли? — Я кивнул, амнезии у меня не было. — Не ожидал я, что ты женишься так рано. Молодежь… В общем, скажу один раз и больше не буду. Ты у меня на хорошем счету. Поэтому, прошу тебя, не подведи. Если пойдут слухи, что ты завышаешь оценки этой девушке или, чего хуже, какие — нибудь инциденты с закрытыми дверями в аудитории, где вы вдвоем, или даже поцелуи у всех на глазах… Тут уж, извини, защищать и покрывать я тебя не стану. Жена она тебе — за дверьми университета, здесь — обычная студентка. С одной стороны, хотелось начать возмущаться, мол, разве я давал повод так думать о себе, предполагать такое? С другой — я его понимал. Он беспокоится и не со зла это говорит. Нет никакого смысла изображать сейчас возмущение и хмурить брови в негодовании — мы люди взрослые, как никак. Взрослые и адекватные. — Валерий Львович, подобного не произойдет, я обещаю. Я способен здраво оценивать ситуацию. Он ждал подобного ответа. На лице его мелькнуло облегчение. Он даже чему — то кивнул. — Ладно, иди, Антон. Мы друг друга поняли. Я уверен, ты умный парень. Еще бы, на учебе все четыре года я пахал изо всех сил. Не потому что «ботан» или «так надо», а потому что нравилось. Здесь, наверное, единственное место, где я мог гордиться собой и наблюдать, что все у меня получается. Да не наверное, а точно. К сожалению. Я радушно попрощался со своим наставником и вышел из его кабинета. Естественно, Макс и Юлька стояли у двери и ждали меня. Их я знал с первого курса, учились вместе, общались, пока не пошло деление по профилям, где наши дороги разошлись. Не скажу, что мы были какими — то особенно друзьями, я просто со всеми общался, группа была дружная. Они — одни из немногих, кто остался дальше продолжать обучение, более того — не были раздолбаями и тоже собирались пробовать себя в преподавательстве, только немного в других для меня сферах. Но если Максу я был действительно рад, то Юля меня слегка напрягала. С первого, черт побери, курса и до четвертого — она всякими намеками и флиртом давала мне понять, что не против из просто однокурсницы превратится в нечто большее для меня. Я никогда не давал ей надежд так думать, но она не отставала. И при чем я ни за что бы не сказал, что она несимпатичная или что — то с ней не так. Довольно умная, для кого — то — и очень красивая. Но не для меня. В этом не было никакой загадки — просто мне не могли нравиться все девушки подряд, и желания поддерживать ее игру я не разделял, как и не находил причины заводить отношения с той, в которую я ни капли не был влюблен. Но я бы не удивился тому, что Юлька осталась в университете — из — за меня, раз уж за четыре года надежд не потеряла. Такое ее поведение почему — то приводило меня в грусть. — Чего Шеф тебя задержал? — спросил Макс, отрываясь от телефона. Шеф — так мы называли нашего завкафедрой. — Да так, о том о сем, — отмахнулся я, избегая преданного взгляда Юльки. Мы не виделись с ней почти все лето — и она сейчас прямыми взглядами будто пыталась наверстать упущенное. — Погнали в бар, втроем, отметим. Поболтаем, кто как лето провел. Юлька у нас в Японию ездила, прикинь. — Это такой ужас! — подхватила она. — Ни черта не понимаю их язык, зря только деньги на языковые курсы тратила. Думала, головой тронусь. Но зато там красиво. Столько фоток сделала! Антон, показать? — Давай в баре, — остановил ее Макс. — Там все и посмотрим, и послушаем. — Я пас. — Почему? Макс и Юля недоверчиво посмотрели на меня. Ну да, раньше я никогда не отказывался от любых компаний и тусовок, если находил на них время. Сейчас сам этого не хочу. И нужно сразу расставить точки над «и», чтоб в дальнейшем не было вопросов. Все равно узнают, да и не тайна это вовсе. — Да я женился просто. Не до посиделок особо. Минута изумленного молчания — и смех. Эти двое смеялись надо мной, будто я отморозил какую — то шутку. Я терпеливо ждал, когда они успокоятся. И понимал такую реакцию. Каких — нибудь полгода назад я и правда мог такое сказать только, чтоб вызвать смех. — Глупее отмазы не придумал? — продолжал ржать Максим. — Что, очередную новую горячую девочку подцепил? Мог бы прямо сказать, мы люди привыкшие. — Погоди, — резко посерьезнела Юля, хлопнув его по плечу. — Смотри, у него кольцо. Макс тоже уставился на него. Юля смотрела в священном ужасе, он же — с непониманием. — Так ты это серьезно? — Да. — Как так? Кто она? Кто — то из наших? — Нет. После практики познакомились. — Да ну на фиг! — не мог успокоится друг, пока Юлька молчала и переваривала новую информацию. — Не могу поверить! Из нашей группы только Ястребова вышла замуж, еще на втором курсе, и то только потому, что залетела. А, кажется, я понял причину… Я догадался, куда потекли его мысли. В самую примитивную причину, по которой, на взгляд большинства, я мог жениться. — У нас не так, ничего ты не понял. Ляля не беременна. На лице Максима так и застыл вопрос, мол, а на фига тогда? Куда мир катится? — Женился, потому что люблю. Вполне себе достойная причина. Он подумал и кивнул. — Необычное имя у нее. Ляля. Ну что, брат, дай поздравлю! — И похлопал меня по плечу. — Не ожидал от тебя. Только это тем более надо будет отметить. Не сегодня, так потом. — Обязательно. Обговорим еще это. — С женой — то познакомишь? Интересно все же. — Познакомлю. Это еще он не знает, что будет ей читать лекции по своей экологии. Или это на втором курсе? Не помню. — А что она такого сверхественного сделала — то, что так быстро ты ее замуж взял? — подала голос до сих пор молчавшая Юля. — Он же сказал, что полюбил ее, вот и взял! — пришел мне в поддержку Макс, уже знавший давно об отношении Юльки ко мне, и мое к ней — тоже. — Не докапывайся! Поздравь лучше! — Поздравляю, — кисло отозвалась та, даже не пытаясь изобразить радость. В этот момент раскрылась дверь кабинета, и оттуда показался Шеф. — Долго еще шуметь тут будете у меня под носом? Я же сказал вам — методички делать, а вы балаган тут устроили. — Мы уже уходим, Валерий Львович. Еще раз до свидания! — До свидания! Смотрите мне! Мы спешно пошли прочь, а выйдя с университета, я сразу же распрощался с ними обоими и сев в машину, поехал домой. В голове крутились зацикленные мысли. Ляля, Ляля, Ляля… Ну что мне еще сделать, чтоб ты меня полюбила? И ведь придраться, по сути, не к чему. Вроде все хорошо, и со мной — идеальная женщина. Никогда не ругается, никогда не ревнует, не устраивает истерик из — за мелочей, хороша в постели, в общении — всегда спокойна и вежлива. Но вся эта идеальность похожа на ту, которую бы могла исполнить хорошая актриса, играющая роль чьей — то жены. И то у актрисы, наверное, было бы больше эмоций. У Ляли их не было. Совсем. Когда я дарил ей розы, просто так, она всегда изображала улыбку, благодарила, а потом ставила их в вазу на кухне, в ту комнату, где почти никогда не появлялась. И через несколько дней я сам выкидывал увядшие ненужные букеты. Однажды, когда она читала какую — то книгу, я спросил, нравится ли ей она? Ляля равнодушно кивнула. Тогда я сказал, что читал уже сам эту книгу, и что она глупая. Просто хотел услышать, что она выскажет негатив, мол куда я суюсь, книги — это вообще вкусовщина. Тем более, я даже не видел обложки. Но Ляля вместо этого ответила, что я прав, закрыла ее и взяла другую. Мне стало стыдно, и больше таких экспериментов я не ставил. Ей и так досталось от Егора. Когда она мне рассказала, что он творил, я чуть с ума не сошел от ужаса. Да я попросту поверить не мог, что тот Егор, которого я знал, станет творить такое. Но и понимал, все, что Ляля говорит — правда. Еще просила никак не связываться с ним, прошлое — в прошлом. Но на тот момент я был в таком бешенстве, что не сдержал обещания. Поехать тайно от нее я не мог, но по телефону связался. Легко — как ни странно, у него был тот же номер с того момента, когда мы еще учились вместе. Человек привычки. Тогда я высказал ему все, что о нем думаю и запретил вообще хоть как — то впредь взаимодействовать с ней. — И что будет, если я не послушаюсь? — ответил Егор так спокойно, что я испытал очередной прилив ненависти к нему. — У нее есть я. Я защищу ее от тебя, чего бы этого не стоило. — Защитник, а ты понимаешь, что ты меня тоже бесишь? Ты живешь там сейчас с девочкой, которую я давно люблю. Спишь с ней, гуляешь с ней, разговариваешь с ней. С девочкой, которая для меня смысл жизни. И ты думаешь, мне от твоих оскорблений и угроз стало хуже сейчас? То, что вы вообще вместе — вот что для меня кошмар. — Попробуй только что — нибудь сделать ей! Егор, я серьезно сейчас. — Ты только сам ее не обижай давай, — неожиданно сказал он. — Пусть хоть она из нас двоих будет счастлива. В ином случае, я все твои угрозы тебе адресую и башку оторву. И сбросил звонок. Чувство ненависти к нему у меня осталось. Но к нему почему — то добавилось еще одно чувство. Я сам его не сознавал полностью. То ли мужская солидарность, то ли понимание. Просто представил, что, если б Ляля от меня ушла к другому — мне бы было тоже больно. Очень больно. Запирать в квартире, удерживать силой — я бы, конечно, не стал, но потеря ее меня бы подкосила точно. Такой вариант событий даже просто представлять в теории — неприятно и страшно. От всего и всех ее защищу, сам никогда не обижу, приму такой, какая есть, с ее эмоциональной холодностью, слова поперек не скажу. Я боюсь только одного на самом деле. Что вся эта нездоровая история с Егором не закончена. С его стороны — точно, он и не скрывает этого, что любит ее. А она его?