Старые узы

Назвать работу в «Нэко-но-Аши» полноценным средством заработка Мейджи не могла. Скорее, просто волонтерство, для души. «Нэко...» – приют для бездомных животных, расположенный на одной из торговых улиц Конохи. Втиснутый между двумя ресторанами, с которыми он неоднократно судился, с только-только обновлёнными стеклянными дверьми в пол и пластиковой вывеской, вырезанной под кошачью лапу. Вообще, Мейджи устроилась туда несколько лет назад, по предложению родителей. Они заключили договор – ей разрешают завести кошку, если та покажет, что сможет о нём позаботиться. Так и получилось: поработала, а потом осталась. Помогает отвлечься, как-то. Работала Мейджи в большинстве своем с кошками, но сейчас подкармливала ещё и более мелкую живность. Кроликов там, крыс, белок. В западном отделении как раз был отведен уголок. Предварительно убрав из маленькой клетки трёх домашних мышей, девушка чистила и меняла им наполнитель, в то время как сами зверьки игрались в небольшой коробке. Рядом с ней, над тазом с водой, склонилась другая девочка – Онгаку. Коллектив «Нэко...», насчитывающий около десяти человек, особо не отличался разнообразием. Всем сотрудникам было от восемнадцати до двадцати пяти лет, и лишь Онгаку было меньше семнадцати: она являлась племянницей владельцев приюта. Вот они и устроили её на работу. В отличие от остальных Инузука, у Онгаку были бордовые, а не каштановые волосы. Полосы на лице есть, клыки и зрачки – как у всех, а волосы другие. Сейчас Онгаку занималась тем, что промывала мышиные миски, поилки и другие мелкие вещи, меняя воду после каждой. – Соврем ополоумили, – бурчала она, глядя на разгрызенную розовую поилку. – Сколько раз им говорила, что это для воды, а не для игр. Пятую за неделю поели, бомжи хвостатые. Пятую, мать! Мейджи, скривившись, коснулась покореженных прутьев клетки, также попорченой мелкими негодниками. – По крайней мере, они не разбежались, как котята на прошлой неделе. Онгаку, оторвавшись от своего таза, просмотрела на клетку перед Мейджи и тяжело вздохнула. Протянув руку к коробке с мышами, она за шкирку выудила из неё одну серую тушку. – Тори-чан говорит, что скоро всех мышей распродаст и закроет отдел, – она пощекотала зверька за ушком, грустно улыбнувшись. – Не так уж их и много у нас. Мейджи посмотрела на неё секунду, а затем продолжила мыть клетку. Онгаку часто возилась с животными. Оно и понятно – Инузука, что с них взять. Иногда, конечно, это выходило за грань, – например, когда та начала грызть собачьи лакомства, стоя у прилавка с дополнительным товаром, или носилась вместе со стадом сбежавших кроликов заместо того, чтобы ловить их, но такие случаи были редки. Около часа они ещё занимались мышками, пока, наконец, не смогли вернуть их обратно в вольер. Онгаку, конечно, ещё хотела бы поиграть с малышками, но Мейджи настояла на том, чтобы быстрее закончить работу: у неё на вечер ещё были планы. Посадив всех мышей обратно, Онгаку, сняв передник, без церемоний вытерла им лицо, махнув незанятой рукой в сторону дальнего стола. Там стояла большая картонная коробка. – Поможешь отнести игрушки? Девушка согласно хмыкнула и вытерла руки и штаны. Онгаку удовлетворённо кивнула и направилась к выходу. Как оказалось, «поможешь отнести» – означало, что все вещи Мейджи понесёт сама. С полминуты они шли молча, а потом Онгаку начала рассказывать что-то о своих тренировках, разговорах с собаками, и даже будущий экзамен на чунина зачем-то пригребла. Их маршрут пролегал по обычному коридору, с деревянными полом и дверями-сетками, ведущими в разные большие вольеры. И кто же мог подумать, что из одного из них резко выбежит, и также резко на неё налетит какое-то существо. От знакомого мятного запаха Мейджи передёрнуло. Она подняла взгляд на сбившее её существо, знакомая прическа которого была видна издалека: голубые волосы, зачесанные на правую сторону, выбритая левая часть головы. Однако не это притягивало взгляд. Чёрная футболка, имеющая крайне странный вырез, открывала выпирающие ключицы существа, а в них, как будто вшитые бусинки в одежду, были вставлены ракушки. Прямо в кости. Это пугало всех ещё в Академии. Он неожиданности встречи девушка выронила коробку с игрушками. Онгаку скрипнула клыками. – П-привет, – существо всё сжалось, улыбаясь. Из его уст слово прозвучало как «прыввет». Мейджи кинулась собирать упавшие предметы. Ну как так можно! – Смотри, куда идёшь, Юкимару, – Онгаку смерила его недовольными взглядом, опускаясь и помогая Мейджи сгребать тканевых рыбок. Парень так и стоял, прижимая к животу руки и всё также глупо улыбаясь. Словно и не понимал, что что-то произошло. Да и злиться на него бесполезно. Юкимару склонил голову в бок, осматривая Мейджи, уже подобравшую большую часть вещей. – У тебя очень нездоровый вид, – сказал он, покачиваясь на носках ботинок. «У самого-то!» – мысленно цокнула Мейджи, бросая взгляд на ключицы парня. Но от следующего его вольного сравнения, они с Онгаку поперхнулись воздухом. – Так выглядят туберкулезники. Юкимару перестал качаться, вместо этого просто внимательно изучая растерянную Мейджи и с каждой секундой багровеющую Онгаку. – У них обычно высокая температура. У тебя есть высокая температура? Мейджи вдохнула и выдохнула. Нельзя ругаться, нельзя. – Ты уронила вещи, а это похоже на общую слабость. Ты можешь начать резко терять вес... А то, что это он их напугал, ему в голову, очевидно, не пришло. – И кровью можно начать плевать... Онгаку рядом стремительно поднялась, оказываясь с идиотом почти глаза к глазам. Почти, потому что юноша был выше неё на голову. – Юкимару, вот честно, иди куда шёл. – она ткнула в его грудь пальцем, брезгливо сморщив лицо. – Никаких болезней у нас нет! Юкимару удивлённо попятился от неё. Его руки вцепились в собственную футболку, а тонкие губы задрожали. – Простите... Ну вот, опять! Мейджи захотелось ударить себя по лбу. Обидели Юкимару, гениально. Тори-чан им за это надает. Да и банально жалко его было. Мейджи поднялась на ноги и посмотрела на юношу как можно мягче. – В кошачьем блоке сейчас кормешка, – куноичи махнула рукой в сторону одной из дверей-сеток. – Займись ими, пожалуйста. Юкимару тут же заулыбался и вскинул руки вверх. – Спасибо, Ито-сама. Он бодро направился к отделу с котами, сияя, как начищенный медный таз. Конечно, мысли о том, что он покормит котов, а не сожрёт по дурости всё сам, проскальзывали, однако даже для Юкимару подобное было бы слишком. Девушки проводили его взглядом. – Бомж припадочный, – буркнула Онгаку, хватая Мейджи за предплечье и уводя дальше по коридору. Хорошее настроение теперь было подпорчено. Юкимару, как вампир, забирал с собой всё тепло. А злиться нельзя – больной всё-таки. Контуженный. – Какого черта он всё ещё с нами? Мейджи оглянулась сначала назад, а потом и на напарницу. – Его нужно пожалеть, – сказала она заученную мысль, одну из самых частых фраз своего сенсея. Онгаку выдохнула, собирая самообладание в кулак. Всё-таки, ничего действительно страшного не случилось. Увидев, что девушка расслабилась, Мейджи поспешила увести тему в сторону. – Ладно, потопали быстрее. Мы с Касики идём на пикник, а потом у меня тренировка с Юкияме – буду учить его таскать сюрикены. *** *flashback* Академия шиноби, 3 сентября. В классной комнате стоял шум. Поток молодых людей стремительно затекал в класс, в то время как Мейджи, пришедшая чуть раньше, чем остальные, уже сидела за первой партой. За учительским столом кипятился классный руководитель, Иро Хидари. От него волнами расходилось напряжение, как никак, выпускает первых учеников. – Похож на хомяка в шаре, – зевнула сзади сидящая девушка, обращаясь к Мейджи. – По крайней мере, носится также. Куноичи клана Ито улыбнулась. Вот уж выпуску её подруги сенсей будет радоваться особенно. Столько проблем, как от Мотаны Сакурэ, у Академии не было давно. – Не говори так. А это уже другая подруга Мейджи – Юми. – Хомяк – это безобидно, – Мотана завела руки за голову, облокачиваясь на стоящую сзади парту и прикрывая глаза. – Ты, помнится, его сильно костерила, когда он несколько раз подряд тебе два ставил по физподготовке! Юми открыла рот, но возражать особо было нечего. Повернувшись обратно, куноичи что-то принялась чирикать в блокноте, который таскала за собой везде последний год. – Оценишь? – легонько пихнув Мейджи локтем в бок, спросила та. Мейджи посмотрела в блокнот, на листе которого была изображен, судя по причёске и глазам, Хиаши Хьюга – глава этого самого клана. Рисунок был стилистическим, несколько мультяшным. Порассмотрев его немного, Мейджи показала большой палец. – У меня проблемы с пропорциями, – Юми провела карандашом по рукам, локти которых действительно были расположены чуток не так, как нужно. – Благо изгибы тела не пришлось рисовать – он вечно в кимоно ходит. – Всё равно лучше, чем было в начале года! – сказала Мотана, уже открывшая глаза и вернувшаяся в нормальное положение. – Не переживай. Юми начала пролистывать блокнот, показывая все свои рисунки. – Хочу нарисовать вас в этом стиле, – она ткнула пальцем в недавний портрет Хиаши, а после снова переворачивая листок. – Эй, Мотана! Я эту фигню с твоей мягкой игрушки рисовала, ну, помнишь, бирюзовую... Не услышав ответа, Юми обернулась к куноичи и увидела, что та смотрит вообще куда-то в район двери, поджав губы. Взгляд подруги насторожил её. Какой-то яростный, слишком. – Что такое? Мотана недобро улыбнулась, из-за чего резцы, и так немного выпирающие, оказались и вовсе похожи на клыки. – Паскуда пришла. Куноичи повернули головы в сторону двери. Рядом с их партой стоял светловолосый одноклассник – Коджи. Очевидно, не заметив за их спинами Мотану, он думал пройти через их ряд, однако встретившись с её серыми глазами, замер. О, этот парень попал. Мотана встала из-за парты, твёрдой походкой направляясь к нему. Коджи сделал шаг назад и споткнулся бы, но Сакурэ ухватила его за запястье, не давая не упасть, ни сбежать. – Выздоровел, что ли? Сейчас опять сляжешь. Не успел он и пикнуть, как Мотана рывком подняла его и уперла в стену спинкой. – Сколько времени ты уже должен мне? Месяц? Три? Который раз обманываешь, отчебученный! Юми и Мейджи переглянулись. Эти двое практически всегда дрались между собой – причём иногда инициатива исходила именно от Коджи, но сейчас тот был в совсем не выгодном положении. Мальчик, конечно, не подарок – «крыса», как называют за глаза, но всё же бить его сейчас не стоит. Юми протягивает руку к Мотане, дотрагиваясь до плеча. – Ну ладно тебе. Прости ты ему этот долг. Мотана на секунду перевела на неё взгляд, а потом снова вернулась к блондину, бросив жёсткое: – Иди нахрен. В отличие от тебя, мне деньги считать надо. И Мейджи, и Юми одновременно вздохнули. Свои средства Мотана ценила превыше всего, и если кто-то, вроде Коджи, занимал и не возвращал больше двух месяцев – приходила выбивать силой. Касалось это, конечно, не только денег, но с ними проблемы были чаще всего. Чтобы перевести тему, Мейджи повернулась обратно к Юми. – Так что ты думаешь про мою идею? Разговор не дал начать звук летящего тела – Мотана выбила должником дверь. Бедный мальчик распластался по деревянному полу, в то время как Мотана, выпрыгнув из аудитории следом, прижимала его к твёрдой поверхности. Занеся одну руку над головой, а другой придерживая его за футболку, когда чужие шаги привлекли её внимание, заставляя повернуть голову. Перед ней стоял высокий чунин, перекатывающий в зубах соломинку-сенбон, а по бокам от него: два парня примерно одного с ней возраста. Переведя взгляд на лицо одного из них, девочка сразу встретилась с двумя чёрными глазами. Высокий мальчик с растрёпанными волосами смотрел на неё в упор. Брови удивлённо приподняты, губы растянуты в странную полуулыбку. Мотана прищурилась. Внутри что-то ёкнуло, а в голову полезла нежелательная мысль. Как будто свой собственный взгляд на себе словила. – Чего пялишься? – она опустила должника на пол, поворачиваясь корпусом к незнакомцу. – Тоже хочешь? Не дождавшись ответа, она двинулась к нему, однако путь преградил Иро-сенсей, выскочивший в коридор. – Мотана! – выражение панического недовольства на лице учителя было знакомым и хорошо заученным. – Вернись в класс! Мотана злобно цыкнула, и, не разрывая зрительного контакта с незнакомцем, пошлепала обратно в кабинет, волоча за шкирку должника. Двое мальчиков проводили парочку взглядом. Один слегка ухмылялся. Другой стоял с каменной миной. – Я так понимаю, нам сюда? – спросил тот, когда Мотана угрожала побить вместе с должником. Чунин утвердительно хмыкнул, и оба генина прошли в класс. Иро-сенсей устало потирал лоб, предвкушая скорый и заслуженный отдых от бешеных детей, вроде Мотаны, и махнул рукой чунину. – Спасибо, Генма. Генма кивнул и удалился, а Иро-сенсей, с видом великомученика, вошёл в класс. Кроме двух только пришедших мальчиков, все остальные уже расселись: Мотана сидела рядом с приятельницами, волком поглядывая на Коджи, спрятавшегося от неё за высоким одноклассником; мальчишка Каторо прихорашивался, перебирая свои темно-русые волосы, а остальные просто сидели, разговаривая между собой. Иро-сенсей привлек внимание учеников стуком куная. Всё перевели взгляд на него, кто-то с интересом разглядывал новичков. Сенсей прокашлялся и начал: – Итак. Во-первых, поздравляю вас. Все вы успешно сдали экзамены, получив звание генина. И доказали, что готовы двигаться дальше по обучению. Но перед этим, хочу представить двоих ваших новых одноклассников. По рядам пробежал шумок. Учитель невозмутимо продолжил. – Я уверен, вы знаете о программе экстернов*, которую наша Академия проводит каждый год. Мы устраиваем экзамены, и кто их сдаёт, имеет право зачислиться в любой класс и попасть в любую команду. – А я и не знала про такую программу... – удивлённо сказала Юми, отложив карандаш. – Здрасьте, нам три недели назад говорили. – подала голос Мотана с задней парты. – Высыпаться по ночам надо. – Ну, и сегодня к вам присоединяются... – Иро-сенсей оглядел новичков. – Амито Абураме и Шикамичи Чия. Они будут распределены в команды наравне с вами. Новички держались спокойно. Черноволосый Шикамичи заинтересованно оглядывал класс, встречаясь взглядом с Мейджи и останавливая взор на их парте, одно из мест которой было свободно. Когда учитель приказал садиться, он направился прямиком к ней, поднимаясь и садясь рядом с Юми. Та нахмурилась, подозрительно оглядывая его и поворачиваясь к Мейджи. Шикамичи постукивал пальцем по столу, слушая учителя, а сам осторожно оглядел сидящих рядом куноичи. Юми, очевидно, была из клана Хьюга – такие глаза ни с чем не спутаешь. Тёмные волосы, заколотые сзади в пучок и тонкие очки в голубой оправе. На шее повязан протектор. Тут сзади него раздался знакомый голос. Шикамичи повернул голову, встречаясь взглядом с Мотаной. Куноичи подняла брови, оценивающе оглядывая генина. «Похож на придурка, – недовольно подумала Мотана. – Ты тут что, самый умный, жопа?» От гляделок их отвлек сенсей, громко хлопнувший ящиком стола. – Я буду говорить номер команды, начиная с девятой, и трёх человек, входящих в её состав. После того, как я назову всех, вы по очереди будете подходить к моему столу, и узнавать имена своих будущих учителей. Итак... Мейджи поерзала на скамейке. Сейчас будет решаться их дальнейшая судьба. – Девятая команда: Курито Сарутоби, Кецуки Хьюга и Амито Абураме... После того, как члены названной группы переглянулись, Иро-сенсей быстро назвал ещё две команды. Шикамичи потеребил свой протектор, скучающе оглядывая класс. Мейджи посмотрела в его сторону: новенький не вызывал у неё каких-то положительных эмоций. Да и вся программа экстернов...не правильно это. Они все знали друг друга с малых лет, доверяют друг другу. А новенькие приходят в самом конце, они не успеют ни с кем познакомиться. С ними никто не захочет быть в команде. Ито скосила глаза на соседний ряд, выискав взглядом фигурку, равнодушно катающую по парте карандаш. Вот и живое доказательство: Юкимару Котарума. Пришёл в школу два года назад, сдавал экзамены. Совершенно не умел работать ни в группе, ни в паре; от него все шарахались, как от чумной крысы. Такого нелюдимца Мейджи не видела никогда, даже Юми в начале их знакомства поживее была. От дальнейших размышлений её отвлек голос Иро-сенсея, продолжающего называть имена. Шестую команду составили Тосузен Каторо, который всё ещё возился со своей дайвер-прической, тот самый Юкимару и рыжеволосая девочка Нику, с двумя хвостиками на макушке. Осталось всего шесть человек и ровно две команды. Мейджи напряглась, поглядывая то на Мотану, то на Юми, скрещивая пальцы. — Команда номер пять: Харуки Рёто, Мотана Сакурэ... По классу разнеслось горькое «Ну ёпрст!», а следом короткий звук удара: возмущающаяся Мотана получила по шапке от нового сокомандника. Мейджи грустно вздохнула, смотря на потирающую голову подругу, и Юми похлопала её по плечу: понятное дело, всем трём хотелось оказаться в одном отряде. Осталась последняя группа. – Итак, команда номер четыре... – Иро-сенсей перевернул лист, хотя в оглашении уже не было смысла: Мейджи поняла, в какой команде она будет. – Шикамичи Чия, Юми Хьюга, Мейджи Ито! *flashback the end