It's All in Your Head//Это всё в твоей голове

       Во снах Гермиона не чувствовала перепадов температуры. Она не чувствовала ни жары, ни холода. Но когда её пальцы обхватили его ладонь, она с удивлением ощутила тепло его кожи. Её глаза взметнулись, чтобы встретить его взгляд. Он сжал её ладонь, и тёмный лес вместе с океаном исчезли, сменяясь тёплыми и тёмными, но безопасными стенами библиотеки.        Глубоко вздохнув, она позволила своей руке медленно выскользнуть из его ладони. Кончики пальцев покусывало холодное чувство утраты.        — Как ты это сделал? — прошептала она. — Как ты перенёс нас сюда? — она сделала небольшой шаг назад, едва продолжая шевелить губами. — Ты не настоящий. Ты не можешь этого сделать.        — Ты думала… — он вздохнул, сунув руки в карманы. — Всё это время, пока мы встречались здесь, ты думала, что я — твоя выдумка?        — Конечно, — ответила она, чувствуя, как глаза вновь наполняются слезами. — Конечно, ты…        Без предупреждения, он приблизился к ней и легонько сжал её плечи. Его руки были твёрдыми, но нежными и очень тёплыми. Он чуть наклонился, оставляя считанные сантиметры между их лицами. Она чувствовала его дыхание, опаляющее её губы и лицо, и мурашки, бегущие по рукам: — Я такой же реальный, как и ты.        Гермионе показалось, что земля под её ногами задрожала. Она отступила, но хватка его уверенных рук вернула её обратно, усаживая на стул.        — Дыши, — напомнил он. Малфой отстранился, Гермиона почувствовала, что ее кожа сразу же начала тосковать по его прикосновениям.        — Ты не можешь быть настоящим, — проговорила она, глядя в серые глаза. Она до сих пор видела её Драко. Того, кто жил в её снах, а не Драко, швырявшегося в неё оскорблениями крови. Не того, кто был намеренно груб. — Ты…        — Я тот, кем был всё это время, — выдохнул он. — Но, судя по всему, ты думала, что я — не тот самый я, которого ты знаешь, — фыркнул он, отстраняясь. — На самом деле, это многое объясняет, — он задумчиво бубнил себе под нос.        — Это неправда, — сказала Гермиона, чувствуя, как панический смех бурлит и пузырится внутри. Сейчас, когда она оказалась вдали от леса, вдали от воспоминаний о страхе и боли, сейчас она испытывала ужасное давление самых разных эмоций, навалившихся на неё в один момент.        — Мы во сне, — сказал он. — Но это не значит, что всё не взаправду.        Неожиданный удар воспоминания о разговоре с Гарри после войны обрушился на неё: «— Конечно, всё происходит в твоей голове, — она повторила слова Дамблдора. — Но с какой стати ты решил, что это всё нереально?»        Бурлящий смех всё-таки вырвался наружу, и она прикрыла рот ладонью. Глядя на него поверх кончиков пальцев, она пыталась взять себя в руки. — То есть ты хочешь сказать, что ты настоящий Драко Малфой, а не порождение моего воображения?        — Да, это именно то, что я пытался до тебя донести, — он поджал губы.        — Этого просто не может быть, — проговорила она. — Я думала, — её щёки яростно полыхнули, он подался вперёд, неожиданно заинтересовавшись происходящим.        — Почему, по-твоему, из всех людей, ты призвала меня, Грейнджер? — спросил он, натягивая дьявольскую улыбку. Улыбку, которую она сильно полюбила за последние несколько месяцев. Улыбку, которую она никогда не видела в реальности. Улыбку, которая немного её отрезвила.        — Ну, — произнесла она, выпрямляясь и краснея ещё больше. — Я думала, так моё подсознание даёт мне возможность узнать тебя и немного… немного забыться.        — Ладно, — он снова сел, а его улыбка едва ослабла.        — Несмотря на это, — сказала она, расправляя плечи. — Ты говоришь мне, что ты реальный.        — Да, — ответил он. — Но, кажется, у меня нет возможности доказать тебе это, пока мы здесь, — он обвёл пространство вокруг них головой и вздохнул.        — Да. Кажется, так и есть, — она отвернулась от Драко и позволила взгляду расплыться, блуждая по рядам книг. Зазвучав вновь, его голос заставил её подпрыгнуть.        — Подожди, — сказал он возбуждённо. — А как ты объяснишь все те книги, о которых я говорил? Те, что я прочитал, — спросил он, подаваясь вперёд. Его глаза сверкнули.        — Я уже прочитала все эти книги, — она пожала плечами и немного расслабилась.        — Все эти книги? — его глаза расширились.        — Я много читаю, — произнесла она невозмутимо, он вздёрнул бровь, глядя на нее.        — И правда, — сказал он. — Поэтому я подумал, что это, — он подошёл к книжному шкафу. — Может тебя успокоить.        Она взглянула на него. Он всё еще звучал как Драко из её сновидений. Его голос всё еще был добрым, смешным и чарующим. Может быть, её сны просто решили загадать ей странную головоломку. Может быть…        — Грейнджер, — позвал он. Она снова подпрыгнула от неожиданности, потому что опять отвлеклась. — Почему мы были в лесу?        — Я не знаю, — раздражённо ответила она, откидываясь назад.        — За ужином ты, кажется, была взволнована, — произнес он. — Что-то случилось?        — Ты знаешь, что слу… — она осеклась и залилась краской под его взглядом, он снова повёл бровь. Она негодующе выдохнула. — Ничего такого, правда. Я просто… — она подумала о лесе, о страданиях Гарри в то время, о злости Рона. Рон. Вот почему она была там. — Я просто получила письмо от Рона, — сказала она, стараясь звучать беззаботно и проваливая попытку.        — Уизли, да? — ей показалось, что она увидела, как его взгляд ожесточился, но она не была уверена. — Почему это заставило тебя перенестись в лес из тех времён? — он нахмурился.        Она посмотрела на него. Действительно посмотрела. В любую другую ночь она бы без сомнений поделилась с ним своими мыслями, но если он был настоящим, то это всё меняло.        — Конечно, ты можешь мне не рассказывать, — его лицо потемнело. — Как я понимаю, всё, чем ты со мной поделилась, на самом деле, не было предназначено для меня, не так ли? — он сжал свою переносицу и тяжело выдохнул. — Но, прежде чем ты придёшь к каким-либо выводам, я думал, что ты знала, что разговариваешь со мной. Я бы не стал задавать вопросов или совать нос в твою жизнь, если бы знал…        — Я верю тебе, — её слова удивили даже её саму. — Если ты и правда реальный, и если ты бы хотел использовать против меня то, что я рассказала тебе, ты бы уже сделал это, — она покраснела, осознав, сколько всего наговорила ему за эти месяцы. Про одноклассников, секреты о себе, вообще всё, что угодно.        — Я бы не стал, ты знаешь, — произнес он, прочищая горло.        Она кивнула, её непослушные волосы выбились. Она раздражённо заправила их за ухо.        — Итак, Уизли написал тебе, — подсказал он. — И это привело тебя в лес, — он изогнул бровь и вздохнул, расслабляясь в новой реальности. Ничего не изменилось. Не совсем всё.        — Он хочет, чтобы мы встречались, — сказала она. Слова будто повисли в воздухе. — А я, что ж, я не уверена.        Драко кивнул, хоть его взгляд вновь стал жёстче: — Тогда, ты перенесла нас туда, потому что это негативное воспоминание ассоциируется у тебя с ним.        Она кивнула. Её сны не должны были быть такими. Они должны были быть светлыми, свободными и…        — Если всё это время ты знал, что всё по-настоящему, почему ты ничего не сказал? — спросила она, садясь вполоборота к нему. Она скинула туфли и подобрала ноги под себя, разворачиваясь в его сторону полностью, то ли злясь, то ли разрываясь от любопытства.        Он тяжело вздохнул и вновь сел, переплетая пальцы на затылке: — Ну, когда я впервые увидел тебя в школе после сна, я не был уверен, было ли всё правдой.        — Я помню, — сказала она. — Ты покосился на меня и нахмурился.        — Я не хмурился, — возразил он, снова хмурясь. — Ты просто застала меня врасплох, вот и всё.        — Ты даже сейчас это делаешь, — произнесла она, чуть улыбнувшись. Морщина между его бровей стала глубже.        — Ты застала меня врасплох, — сказал он. — По-хорошему, если бы мы встретились в коридоре, ты бы закатила глаза, или высмеяла меня, или ещё чего, но вместо этого твои глаза расширились, щёки покраснели и ты убежала, сломя голову.        — Так почему ты не сказал мне? — снова спросила она.        Он пожал плечами: — Ну, судя по твоей реакции, я предположил, что ты знала, что всё было настоящим. Потом начала активно меня избегать, даже сидела спиной ко мне в Большом зале. Я подумал, что ты хочешь сохранить дистанцию в реальном мире.        — Всё это время ты знал, и всё равно приходил, — она встретила его пристальный взгляд и удивилась тому, что его щёки покрылись бледно-розовым цветом.        — Я думал, что мы начали становиться друзьями, — он выглядел довольно мило с лёгким румянцем на щеках, но она никогда не признала бы это вслух.        — Мы друзья, — этими словами она удивила саму себя и улыбнулась, встретив его взгляд. — К тому же, я всё еще не уверена что ты действительно реален.        Он фыркнул, подобно тому, как делал это в жизни. Её желудок перевернулся: — Завтра я покажу тебе.        — А? — её сердце забилось быстрее. — И как ты это сделаешь? — дрожь в голосе не вызвала у неё восторга, а его ухмылка трансформировалась в полноценную улыбку.        — Тебе придётся подождать, Грейнджер. Узнаешь.

***

       За завтраком следующим утром Гермиона чувствовала себя сплошным комком нервов. Она сидела спиной к Слизерину, как обычно. Она всё еще не была уверена в том, что произошедшее во сне было взаправду. Её сознание сфокусировалось на том чтобы удерживать её на ногах, после того как она получила письмо от Рона, установившее некую материальную связь между её разумом и реальностью. Если всё было правдой, что ж, это всё меняло. Это означало…        Она подпрыгнула, когда коричневая школьная сова скромно присела напротив неё и вытянула ногу. Она дрожащими руками сняла послание с маленькой лапки и предложила сове кусочек яйца, та клацнула клювом, будто пытаясь сказать спасибо, прежде чем забрать яйцо и вернуться обратно в школьную совятню.        — Это от кого-то из учеников? — спросила Джинни, с интересом глядя на скрученный пергамент.        — Наверное от преподавателя, — ответила Гермиона, удивлённая тем, как твёрдо звучал её голос, несмотря на быстро колотящееся в груди сердце. Надеясь на то, что её щёки не покраснели, она развернула кусок пергамента.        Гермиона прочитала слова, написанные аккуратными завитками, которые она смутно припоминала с занятий. «Грейнджер, Знаешь, было бы лучше, если бы ты сидела ко мне лицом. Немного пищи для размышления от мистера Эрнеста Хемингуэйя: «Чтобы заставить людей доверять тебе — следует довериться им самому.» Парень из Твоих Снов»        Её щеки горели, пока она читала, а затем перечитывала послание. Джинни смотрела на неё с любопытством, и Гермиона выдавила раздражение:        — Видимо, мне придётся заниматься с первокурсниками на следующей неделе, — она осторожно засунула записку в карман мантии. — Я хотела посвятить это время подготовке к ЖАБА.        При упоминании экзамена заинтересованность Джинни улетучилась. Она закатила глаза, поняв, что румянец на щеках Гермионы вызван раздражением.        — Я уверена, ты найдёшь время для учёбы, — Джинни отмахнулась от неё вилкой.        — Что ж, я… Мне следует пойти и начать подготовку сейчас, — Гермиона быстро встала и подхватила свою сумку, оставляя завтрак забытым. Джинни снова махнула, увлечённая разговором со своим однокурсником о том, какая команда по квиддичу на Чемпионате мира была его любимой.        Гермиона взволнованно выбежала из Большого зала. Она старалась сдержать свой взгляд, но в последнюю секунду глаза метнулись к столу Слизерина. Её щеки полыхали при встрече глазами с Драко, он подарил ей хитрую улыбку и кивнул. Она выскочила из помещения и не увидела, как его улыбка спала, стоило двери закрыться за ней.

***

       Остаток дня Гермиона избегала всех, кого могла. У неё был один совместный урок со Слизерином — Зелья — и она сделала всё, чтобы войти в класс последней, сесть в самом конце и уйти первой, что было чем-то неслыханным для неё. На протяжении всего занятия она смотрела либо на доску, либо на свой конспект, лишь бы не искать блондинистую макушку где-то перед собой.        Она пропустила ужин, преисполненная сомнениями о том, что Драко Малфой из её снов, парень, которого она строго отделяла от «настоящего» Малфоя, тот, кого, по её мнению, она ненавидела, был тем, с кем она могла поговорить, до кого могла дотронуться в жизни. Всё было очень запутано.        Вместо ужина она отправилась в библиотеку и опробовала новый каталог, который мадам Пинс представила им в начале учебного года. Он работал как портал , в котором можно было запросить книгу, которой нет в наличии — например, магическую литературу или, в некоторых случаях, маггловскую фантастику. В ответ на запрос присоединённая библиотека высылала нужную книгу. Через несколько минут пребывания в библиотеке Гермиона покинула её с копией книги «Эрнест Хемингуэй: Избранные письма 1917-1961 гг.» под редакцией Карлоса Бейкера, в своей сумке.        Когда Гермиона вернулась в комнату, настенные часы оповестили её о том, что до конца ужина оставалось ещё полтора часа, а до отбоя было и вовсе три или четыре часа. Раздражённо, но бережно она достала книгу из сумки. Она листала её до тех пор, пока не нашла цитату, упомянутую им в записке, которая сейчас надежно покоилась в её крошечной расшитой бисером сумочке.        «Чтобы заставить людей доверять себе — стоит довериться им самому.»        Она перечитывала её снова и снова, обдумывая в голове. Он хотел, что бы она доверилась ему. И она это сделала. Во снах, по крайней мере, но она не была уверена в том, что доверяла ему в реальном мире.        Очередной взгляд на часы показал, что перед сном у неё оставалось ещё несколько часов. И, пока она не собиралась идти спать и лично с ним встречаться — по крайней мере не сейчас — поэтому она быстро переоделась в пижаму и уютно устроилась под одеялом с Письмами Хемингуэйя, надеясь, что его слова как-нибудь помогут ей понять, что происходит.        Тем не менее, когда она вышла на воздух несколькими часами позже, она всё ещё не знала, что ей делать.        Вернувшиеся в спальню соседки спросили у Гермионы, где она была. Она отшутилась, сказав что попалась в лапы очень интересной книге. Они безоговорочно ей поверили. Когда пришло время сна, она обнаружила, что всё ещё ждёт встречи с ним, как это было каждую ночь несколько месяцев, и уже лишь этот факт говорил о том, что, глубоко внутри, она знала, что ей нужно сделать.        Чуть ли не с благоговением она запахнула шторы, наложила защиту на кровать, и закрыла глаза, чтобы уснуть.        Она шла по пустому белому пространству, пока вновь не очутилась в цветочном саду, который, как она знала, был в сознании Драко. Она была уверена, что это был сад у поместья Малфоев, и до сих пор ей не удалось увидеть усадебный дом. Ей было интересно, не скрывал ли он его специально, что бы уберечь её от переживания того ужасного дня, когда шрамы появились на её руке и сознании, или же он сам делал это, потому что он сам не хотел туда.        Когда сад полностью принял свои очертания, она вздохнула. Она знала, где его найти, и ей требовалось знать, что, когда она его увидит, она найдет что сказать.        Гермиона вошла на полянку с фонтаном, чувствуя, как энергия нервно гонится по её телу. Он сидел на лавочке, уставившись на звёзды, но, стоило ей войти, встал, широко распахнув глаза в ожидании.        Она сделала шаг вперёд, осознавая, насколько сильно была рада его видеть, и сказала: — Я верю тебе.        Его лицо засветилось улыбкой, а она поймала себя на том, что испытывает чувство, которое не описывалось ничем, кроме слова радость.