Заточённый в бункере

«Верните долг, а не то у вас будут крупные неприятности», - гласит смс на экране. Вот и пришло время платить по счетам за ту самую, по глупости разбитую машину, взятую покататься по посёлку. Чёрт, вляпались. Что же делать?.. Ответ нашёлся сразу. Вопрос только в том, что я не сразу его принял. Этой мысли в голове уже много лет, и вот теперь, только сейчас я решился явить её, девственную и обнажённую, небольшой части окружающего мира. Вечером, когда над нашим посёлком опускается мгла, я, преодолев свой страх, наконец рассказываю своей компании о том, что вертелось в моей голове последние несколько лет: - Итак, на похищении мы заработаем кучу бабла, - резюмирую я. - А если испугаемся - то.. Не заработаем. - Да ты с ума сошёл, товарищ! Ты знаешь, на сколько нас загребут после этого? УК РФ статья 126 - пятёрка светит, не меньше! - ох уж этот Женя, вечно он всё знает. Вскоре раздаётся голос вечно молчащего Сергея: - Евгений прав, мы ничего с этого не поимеем, кроме проблем - ты если хочешь, делай, а нас в это не втягивай. - А вот я, пожалуй, поучаствую,  - говорит Миша. - Мы за эту тачку в жизни не расплатимся. О, да, это было поистине гениально - взять на всех дорогую машину покататься у родителей Виталия и расфигачить об столб! Вы как хотите, а я готов любым способом выйти из состояния должника.  Мне всего четырнадцать - а на мне уже такие обязательства – за машину, блин. Так ещё и от прокурора откупаться за вождение может понадобиться. Отец Виталия требует с нас сто процентов от стоимости машины. И ему нет дела до того, что Виталий нам как брат уже. Кто знает, к чему он ещё прибегнет. - Я участвую, - без колебаний произносит Калинин. Максик, я в тебе и не сомневался - никогда не колеблется. – Есть у меня один чувак на примете. Местный. Любит один прогуливаться. Константин Лебедев. Ну что ж, Константин Лебедев, кажется, у вас сегодня несчастливый день. Я не имею понятия, кто вы такой, но заранее извиняюсь за будущие неудобства. Каждый из нас хочет денег. Но границы у каждого свои. Всем привет, меня зовут Олег, и я исповедую идеологию полной свободы действий. Многие меня не понимают, ну и похую. - Лес - одно из немногих мест, где нет камер. Скорее всего вывозить будем из леса. Только как его туда заманить? - размышляю я вслух - Он частенько любит прогуливаться один. Вот так и возьмём, - ухмыляется Макс. Уже втянулся, видать. - Давайте друг другу дадим клички, чтобы он не знал наших настоящих имён, - предлагает Михаил. - Вот ты, Максим – будешь Марихуаной. Я – Мигелем. А Олег – тут без вариантов Князем будет. Я польщён. - А куда посадим? – спрашивает Мишка. Мои щёки горят румянцем от осознания того, что мою совершенно безумную идею всё-таки поддержали. И да, я знаю ответ на вопрос Мишки уже много лет. Я улыбаюсь и свечусь азартом, словно поймавшая птичку кошка, и торжественно заявляю: - В бункер! *** Спустя неделю мы всё ещё праздно болтаем, но отбитая мысль уже вросла в наши головы, аки ядовитый плющ. А ещё через неделю нам с парнями остаётся решить лишь несколько организационных вопросов. - Пусть сидит на цепи, - предлагает Мишка. - Отличная идея, Олег. Как собака, гав! – неожиданно громко гавкает Макс - А то он жрать нормально не сможет. - Миша, у тебя есть наручники? – я очень беспокоюсь об этом вопросе, ведь это гвоздь программы. - Да. Ну слава Богу, всё идёт по плану, или как там поётся у Летова? - У меня есть старый матрац в сарае, - говорю я. – А чтобы тащить Костю, нужен наркоз, снотворное. Миша? - Имеется. Мать врач. Да и сама иногда его использует. В этих Мишкиных словах совершенно не слышно какой-либо опаски. Это радует. Это проявление смелости. Пускай и в специфических обстоятельствах. Не люблю трусов. А если быть точнее – презираю. С ними никогда не совершить чего-то по-настоящему масштабного. Но увы, большинство людей - трусы. – Итак, всё, что нужно, у нас есть. Осталось лишь одно, - подвожу я некоторый итог беседе. - Что? – недоуменно спрашивает Максим. Я лукаво улыбаюсь и вскидываю правую руку, словно небезызвестный нацистский вождь : - Решиться. *** И всё-таки мы решились… Да-да, мы в девятом классе решились на похищение человека, чёрт побери! Погода в начале мая стоит отличная. Сквозь кроны деревьев светит солнце. Мы караулим на краю леса, когда же наш Костя выйдет на прогулку. Терпения нам всем очень не хватает. Нас трое. Все в балаклавах. Мы должны справиться. Олег сказал - Олег сделал. Чего тянуть? И вот идёт уже второй час. - О, Господи, почему мы не взяли с собой воды? - ворчит Михаил. - Тихо ты. Задумайся, зачем мы это делаем. Сколько бабла будет! - шепчет Макс - Вот он, цыц! Мы очень удачно расположились возле его пролёта, который выходит прямиком в лес. Я не сразу разглядел его. Но потом понял, что это именно он. Макс описывал Константина так - кудрявое чёрное удлинённое каре, часто собранное в хвост, круглые широко расставленные светлые глаза с опущенными внешними уголками, обрамлённые ярко-чёрным веером ресниц, почти что навыкате, нос с маленькой горбинкой и губы грустным бантиком. Черты лица крупные. Не слишком высокий. Мальвина, ёпт. Или скорее Белоснежка. Но такая, на любителя. Не то что бы я находил сей облик прекрасным, но когда я увидел его поближе.. Мне захотелось взглянуть на него ещё раз и ещё. Красивый. И имя милое - Костя. Необычный какой-то. Я вдруг начинаю слышать стук своего сердца. Я чувствую, как моё тело начинает возбуждённо дрожать. Странно, редко замечаю за собой такое – обычно, когда девчонка какая-нибудь понравится. Я начинаю машинально приглаживать ладонью свою анимешную блондинистую чёлку длиной ниже подбородка. Я тоже голубоглазый, кстати. Но глаза у меня совсем не круглые. Скорее наоборот - узкие и длинные. И, если уж описывать тут мою внешность – я склонен к веснушкам и имею острый подбородок, дополняющий прямоугольное лицо. Макс тоже блондин с чёлкой по мочки ушей, чуть темнее меня, но у него мощная короткая челюсть и выступающие скулы и, хоть и небольшие, но очень выразительные широко расставленные слегка раскосые, однако всё же европеоидные глазёнки. У Сергея красивые, серые, близко посаженные глаза и вытянутое, тощее лицо, обрамлённое пепельным каре. А вот русоволосый Мишка может похвастаться благородным овалом лица, курносым носиком и большими мнимо непорочными тёмно-серыми глазками. Итак, кажется, он направляется в сторону леса. Что-то в руках. Ага, книжка какая-то. Ещё и в белой рубашке летом. Прям из девятнадцатого века парнишка вышел. Хотя это мы прогульщики, а он-то как раз в школе был, но, по-видимому, поленился переодеться. - Тишина, отходим назад, товарищи, - тихо говорю я. - Он идёт в нашу сторону. - Ап-чхи! Константин резко поворачивает голову. О боже, только бы не увидел нас! Вроде обошлось.. - Парни, он идёт к нам. Миша, готовься! Мы нападаем сзади и фиксируем. А потом черёд Мигеля. Мишка, не подведи! Костя начинает постепенно двигаться в нашу сторону. Нужно подождать, пока он сядет. Его большие выпуклые глаза рассеяно рассматривают окружающий лес. Он вынимает наушники из ушей и прислушивается. Кончики его губ расплываются в улыбке. Как-то даже жаль разрушать эту лиричную идиллию… Впрочем, какой-то демон внутри даже начинает злорадствовать. Это странное чувство власти над судьбой человека… Наверное, именно о нём в свое время говорил в интервью битцевский маньяк Александр Пичушкин. И вот, завидев какое-то трухлявое бревно, Лебедь (я его так уже успел окрестить), оглядевшись, неспешно опускается на него. Тонкие руки открывают книгу, и вечно удивлённые глаза погружаются в безмятежное чтение. Ветки под ногами предательски шуршат. Трое похитителей крадутся осторожно, но всё же с небольшими помарками. Не замечает. И хорошо. Пока нам везёт. Миша подкрадывается сзади. Из его кармана начинает играть мелодия. Проклятье! Константин оборачивается. Его лицо на мгновение сверкает выпученными глазами по семь копеек. Ах, пригодились таки балаклавы! Как только изумление сменяется страхом, он срывается с места. И тут Мишка совершает прыжок. Давай, Михаил, покажи класс! Наш товарищ протягивает крепкие руки и стремительно обхватывает мальчишку. Похититель и его жертва падают в первую весеннюю траву. Кажется, жёлтой футболке Михаила пришёл конец. Я безуспешно пытаюсь надеть мешок на голову отчаянно брыкающегося Лебедева, предварительно заклеив его вечно грустный ротик. Дёргается, падла. Ещё и встать как-то умудрился в таком положении. Впрочем, мы все отлично его понимаем. Я начинаю чувствовать, что слабею и ору громким шёпотом что есть мочи: - Мигель, давай! Тонкая игла опускается в ампулу со снотворным. Шприц медленно наполняется прозрачной жидкостью. Ну вот какого хрена он не мог это заранее сделать, только время теряем?! Мой друг снимает каплю и делает свое дело. Игла входит глубоко под кожу. Тело вздрагивает. Движения начинают слабеть. И вот, Константин бессильно падает в мои руки. Он поворачивается и смотрит на меня своими стеклянными кукольными глазами. Эх, не повезло тебе, бедолага. Видно, как блеск в глазах медленно тускнеет, а руки ослабляют хватку. Теперь уж точно не сбежит. Пока что все идёт как по маслу. Я кладу обездвиженное тело на траву и ненадолго отхожу назад. А затем возвращаюсь. Вместе с его заветной книженцией. «Русский язык. Львова С. И. » - гласит надпись на зелёном корпусе. Сильный автор, тоже по такому учимся в нашей школе. Пусть не скучает там. - Решил ему там систему «всё включено» устроить? Олег, ты вообще-то человека похитил. Макулатура не спасёт положения, - смеётся Михаил. Я осторожно беру неподвижного подростка на руки. О боже, как же сложно тащить человека через лес! Я всё сильнее прижимаю Лебедева к себе, чтобы опереть часть ноши на грудь. Хотя в общем-то он лёгкий. Лес у Ольховки огромный, не хуже тайги. Ещё с детства мы поняли, что он хранит в себе множество интересных мест. Этот бункер мы нашли случайно. Когда заблудились. Он настолько удачно спрятался между холмов, что никому из односельчан и в голову не пришло, что тут таится такое потрясающее место. Сначала мы каждый день носились в чащу леса, дабы почувствовать себя настоящими военными, но затем нам приелась эта игра, и бункер вновь превратился в пустое и тихое место. Правда, ещё с тех времен на нём остался висеть наш замок, который, однако, мы таки открыли для всех желающих. Меня переполняет ностальгия по милым и беззаботным временам, когда мы играли здесь в похищение Миши. Просто играли. И что из нас выросло… Эх, пропащие мы чуваки… Отбитые на всю голову. Впрочем, чёрт побери, так жить веселее! Дверь бункера со скрипом открывается. Впереди только полная темнота. О боже, наконец-то я избавлюсь от этой тяжести! Лебедь что-то мурлычет во сне и прижимается к моей груди своим худеньким телом. Я чувствую себя очень странно. Странно тепло и приятно. Но ведь я всю свою жизнь девочек любил! Что это за бред?! Впрочем, внутренний биологический радар поиска партнёра частенько даёт сбои, случайно находя желанные для него черты в людях, которые уж совершенно никак не подходят для создания пары. Спокойно, Олег, ну испытал ты разок эйфорию от представителя мужского пола, ну с кем не бывает! Хоть раз за жизнь да все грешны. Что-то ведь в Лебеде есть такое, обаятельное, даже не пойму, что. - Че лыбишься? Мишка, ну чего ты лезешь? - Сейчас тушу скину наконец, - быстро нахожусь я. - Наручники есть? Михаил?... -  Макс сдвигает чёрные брови. - Ну.. Э.. - О, боже... Вот и сиди теперь с ним, карауль! Миша - он единственный из нас, кто смог достать наручники. Батя мент. Мелкий, правда. Но наручники, якобы для плотских утех, сынок у него одолжил. Он у него товарищ понимающий. Рука Михаила судорожно потрошит синюю сумку: - Есть! Идём. Теплота снаружи сменяется ледяным холодом подземелья. Везде, куда ни попадает луч фонарика, глаза натыкаются лишь на непроглядную тьму. Под ногами что-то хрустит: какие-то осколки, бетонная крошка, деревянные щепки. Здесь мрачно, но приятно. Хоровод запахов врывается в нос и вызывает чувство ностальгии. Я обматываю цепь вокруг толстой трубы. Цепляю на неё замок, ключ от которого пропадает в недрах моего кармана. Щёлк! - Наручник закрепляется на тонком запястье. Другой его конец закрепляю на цепи. Получается своего рода поводок с ошейником на руку. - Отдай ключи, твой карман без молнии, - шёпотом произносит Макс. - Ты прав, будет смешно, если я его потеряю, - соглашаюсь я. Итак, Лебедь сможет совершать нужные ему передвижения, но только на небольшое расстояние. Мне жаль эти безмятежно закрытые глаза. Немного... Здесь холодно, влажно и тихо. Я присаживаюсь на колени. Кисти уже холодные под влиянием местного климата. Миша подталкивает к нам принесенную заранее импровизированную постель - матрац с подушкой и одеялом. Время уложить куклу спать. Баю-бай. Спи, солнце. Сегодня ты проснёшься и охренеешь от того, что с тобой происходит. Я усаживаюсь напротив Константина. Миша приземляется на край матраса и утыкается в телефон без интернета. Галерею пересматривает небось. Тут не ловит. Макс чихает: - Грёбанная аллергия на пыль! Костя открывает глаза : - Г-где я? Ах, это сон… Я усмехаюсь от его наивности: - Нет, это не сон. Держи бутерброд с колбасой. Это твой обед. На большее не рассчитывай, - по нашему кодексу похитители говорят при пленнике только шёпотом, чтобы он не запомнил голоса. - Кто вы такие? Что вам от меня нужно?! - Не от тебя, дорогуша, а от твоих родителей, - ласково приговариваю я. - Нам нужны деньги. - Вы пожалеете об этом! Обязательно пожалеете! - цепь на его руке резко звякает, но потом наступает тишина. Ты уже понял, сладкий, что тебе не выйти. - Ладно, давайте оставим его. Пусть тешится фантазиями о скором освобождении, - отрезает Макс. - Это, кажется, твоё, - я протягиваю Константину книжку в толстой обложке. - Надо же, и мой учебник здесь, спасибо Хоть к экзамену не перестану готовиться, - уголки Костиного рта на секунду устремляются вверх, а глаза зажмуриваются. - Вот фонарик, лови! - я специально выбрал самый яркий среди своих фонарей. Макс слегка раздражённо бросает: - Уходим, нам ещё с запиской колупаться. Она с собой? - С собой, говорю, - я. Щёлкает замок снаружи. Мы ушли Теперь, если вы войдёте в лес со стороны дома Константина, через некоторое время на ветке вы заметите проколотую распечатанную записку без малейших следов ДНК: "Пять миллионов рублей и Константин ваш. Обратитесь в полицию - узнаем и пришлём вашего сынулю по частям. Деньги закопаете возле большого дуба, рядом с которым найдёте записку" Логично, они ведь будут весь лес шерстить в поисках пропавшего сына.