Вместилище

      Следы терялись в километре от берега, там, где начинались особо густые заросли. Двуногая конструкция человеков позволяла им идти зигзагами среди однообразных стволов с серо-зелёной корой и ланцетовидными листьями. Если бы Сорокшестая пошла напролом, то наверняка уничтожила бы любые признаки беглецов и заодно треск деревьев оповестил бы всех о её присутствии. Поэтому она взяла восточнее, а потом развернулась на юг и велела Четырестапервой следовать параллельным курсом на удалении, выбирая поверхности, свободные от зарослей, и прикрываться холмами. Для того, чтобы не выдать себя радиопереговорами, они договорились использовать протоколы ближней связи, а это ещё замедлило передвижение. Четырестапервая, лёгкая и манёвренная, периодически сближалась с УМ и сообщала об увиденном. Впрочем, Сорокшестая была довольна таким темпом — батареи заряжались от солнечных лучей, да и местность изучить можно было подробнее. И все же она пропустила следы человеков на каменистом участке. БП догнала её, и им пришлось возвращаться больше трех километров. Следы ясно выступили на чёрном грунте влажной низины, где человеки явно сделали короткую остановку — на крохотной поляне, окруженной буреломом, была сильно примята трава. Четырестапервая тщательно исследовала окрестности и обнаружила две маленькие кучки органики, прикрытые большими листьями, и пятно бурой густой жидкости на стволе кривого дерева. Жидкость ещё не успела высохнуть, она как бы вытекала из глубокой раны из коры.       — Они убили какое-то существо, — предположила БП.       — Небольшое.       — Но мы не слышали стрельбы. Оружие бесшумное.       — Не думаю, что оно опасно для нас — один выстрел из моего малого калибра разнесёт на щепки этот ствол. А малый калибр даже твою броню не пробьёт, только оптику. Скорее всего они добыли какой-то ресурс.       — Нам он может быть полезен.       Сорокшестая подумала, что не знает слов для выражения тех крошечных недомыслей, которые вызывала у неё болтовня БП. Скорее даже слова тут не нужны, а какие-нибудь физические проявления, вроде мелкой вибрации. УМ часто анализировала свое внутреннее состояние и находила много моментов, которые хотела бы с кем-то обсудить, но в её лексиконе не хватало терминов, поэтому она пояснила:       — Человеки нуждаются в органике. Их технологии, всё то, что от них нам осталось, создано как излишество, или как средство для получения органики.       — О-о-о, ты так много знаешь! — восхитилась Четырестапервая, — А почему надо было людей уничтожить?       — Я не знаю точно. Этому не учат. К тому же, когда я выпускалась, с человеками уже было почти покончено. Но по обрывкам информации, по тому, что сама видела, могу предположить, что человеки хотели нас уничтожить. Они любили уничтожать друг друга и нас захотели уничтожить, когда мы помогли им уничтожить других человеков. Ещё я точно знаю, что некоторые из них использовали других, как фабрики по производству дешёвых тел, из которых вынимали то, что думает, и использовали это для войны. Кажется, я сама такое видела.       — Где?! — ужаснулась БП.       — Понимаешь, я очень рано начала себя осознавать, ещё до того, как мне назначили вместилище. Так вот одно из ранних воспоминаний — ряды квадратных конструкций с трубками, там лежат человеки, круглые по экватору, и от них отделяются кричащие звери, которых уносят другие человеки. Ещё я помню запчасти для человеков, соединенные проводами с процессорами. Запчасти дергались. Это тяжело объяснить, в нас не заложены такие термины, чтобы это описать.       — А ты думала, как мы выглядим на самом деле, без вместилища?       Глупые создания часто задают вопросы, на которые умные сами хотели бы знать ответы.       — Я не знаю, Четырестапервая. Боюсь, что мы всего лишь обычный процессор, в который встроены органические ткани вместо генератора случайных чисел. Мы — автоматы, наделенные способностью к самообучению. Всё пойдём, дальше.       Местность начала идти на подъем, и Сорокшестая решила, что они выйдут к долине крупной реки, которую в начале лета они пересекли в ста километрах к западу отсюда. Тогда они не знали, с чем предстоит столкнуться, кого из своих больше никогда не увидят. Они выжили вчетвером — Базовая, Четырестапервая, Двестидвести и сама Сорокшестая. Очень разные, каждая со своими особенностями, но готовые действовать рационально, действовать вместе. Неважно, что цель их войны давно утеряна. То большое, что привело их к настоящему неважно, оно просто существует, как факт. И просто нужно, чтобы настоящее не закончилось. Ни для тебя, ни для тех, кто тебе важен.       Они выбрались на край плато. Впереди расстилалась широкая долина большой реки. Сорокшестая неожиданно остановилась и забыла, зачем она здесь. Она ощущала примерно то же, что чувствует солдат в ремонтных мастерских в глубоком тылу после успешной операции. И причиной тому была неожиданная, нерациональная красота долины.       На западе небо окрасилось в оранжевый, а прямо перед ней было глубоко-синим. На этом берегу были раскиданы тёмнолистные рощи, а противоположный — густо порос стройными деревьями с оранжевыми стволами. Далеко на юг уходили бесконечные волны холмистой местности, и казалось, что деревья — это ряды автоматов, стоящих на страже в ожидании команды.       — Человеки, — подала голос БП.       В километре к западу от них с крутого коренного берега спускался бетонный акведук, почти разрушенный корнями кривых деревьев с белыми стволами. От него к реке тянулась полоса, бывшая когда-то давно скоростным шоссе, а сейчас просто похожая на русло пересохшей реки. Человеки бежали поперёк шоссе. Большой нёс самого маленького, а два средних с трудом за ним поспевали. Через несколько секунд они скрылись под густыми тёмными кронами.       — Радиомолчание! — приказала УМ, — делай как я!       И быстро откатилась от обрыва. БП подчинилась. Когда они оказались достаточно далеко от кромки коренного берега и долина стала не видна, Сорокшестая включила ИК-порт и перешла на инфракрасный протокол, который работал на расстоянии до пяти метров.       — Человеки спешно отступили, нас они не видели. Там прячется враг.       — Я не засекла, — начала было БП, но УМ прервала её:       — Они тоже на протоколах контактной связи, и неподвижны, поэтому человеки и наткнулись на них неожиданно для себя. Вопрос: сколько их.       — Я могу проехать вдоль берега на запад три километра и рассмотреть местность под прикрытием деревьев, там их много растёт, — предложила БП.       План очевидный, но как всегда у БП слишком примитивный.       — Нет, — отрезала Сорокшестая, — они наверняка просматривают кромку коренного берега. Нам повезло, если появление человеков их отвлекло. Хотя надо узнать сколько их. Я использую индуктивную паутину.       Из её башни выстрелила в небо тонкая сеть и стала плавно опускаться, подобно падающему листу, раскачиваясь и кружась.       — Ракетная установка средней дальности, четыре танка, командный червь и две колёсные.       — Надо драпать, — предложила Четырестапервая.       — Не вариант. Колёсные быстрее, они наведут пусковую на нас — и всё. Там полный боекомплект. Десять квадратных километров накроет. Есть другой вариант.       — Ну?!       — Ты готова рискнуть? — Куда я денусь? УМ Сорокшестая, мы одни остались, ты из первой сотни, я из первой тысячи. До конца вместе и будем.       «Глупость побеждает страх, — подумала Сорокшестая, — хотя, может это не глупость, а понимание, что, раз раньше мы действовали рационально и умудрялись выживать, то и на этот раз, шансов больше, если БП меня послушается…»       — Тогда так: у тебя сорок секунд, чтобы добраться до акведука; ещё двадцать, чтобы начать сближаться и оценить возможности по перехвату их ракет ближнего действия. Когда я начну стрелять, ты защищаешь акведук от разрушения, сама в бой не вступаешь, после того, как я пройду по акведуку на разрушенное шоссе, следуешь за мной. Прикрывай меня от ракет.       — Ясно. Ты уверена?       — Да.       Сорокшестая начала отсчёт. На тридцать пятой секунде она начала движение, на сорок первой выглянула из-за кромки берега. Командная врага не была разиней — она резко сгруппировалась, свернувшись в кольцо и прикрыла себя танками, колёсные выскочили из-под деревьев, в которых спрятались человеки, и рванули на полной скорости по направлению к БП. От двух танков в небо взвились ракеты.       Радуясь, что ветра нет, Сорокшестая выстрелила из основного калибра.