Часть 3
5 июля 2022 г., 12:20
15 апреля, 2014 года.
Макото Такахаси — коренная японка, проживающая в Токио. Девушка с привлекательной внешностью и миловидными чертами лица: длинные и густые волосы темного цвета, обычно собраные в косу, аккуратный носик, небольшие бледно-розовые губы и открытый взгляд зелёных глаз. Она всегда была добра, умна, честна и трудолюбива. В девятнадцать поступила в университет на врача, шесть лет учебы не прошли даром для неё. Ведь после того как Макото отучилась, она ушла работать в больницу. Даже после учебы двадцатишестилетняя девушка ещё усерднее училась. В двадцать восемь стала отличным доктором. К тридцатилетию вышла замуж и родила! Эрнест Хэмлок — американский студент, приехавший по обмену в Японию. Парень с недлинными белокурыми волосами и грубыми чертами лица: острый подбородок, виднеющиеся очертание скул, прямой нос, на котором были очки, и небольшие голубые глаза. Учился он, как ни странно, на детектива. Окончил все на высшие баллы. Эрнест решил остаться в Токио навсегда. Местный колорит, богатая история и культура, уникальная природа — заворожили его. В университете встретил свою первую любовь, а после в свои тридцать женился на Макото Такахаси. В тридцать один стал отцом, и они вместе со своей женой стали воспитывать двух прекрасных дочерей, которых она ему родила. Семья Хэмлок подавала пример всем. Они были дружной и заботливой семьей как дома, так и вне его. Но у судьбы были другие планы. Второе горе постигло эту семью. Во вторник, 15 апреля 2014 года в 4:54. Нашли сорокачетырехлетнюю Макоту Хэмлок, которая повесилась на люстре в зале. Четырнадцатилетняя Каора нашла свою мать. По ее рассказам, Каора плохо спала той ночью, она пошла на кухню попить воды и, проходя мимо зала, обнаружила посередине комнаты тень. Включив свет, в этой тени она узнала свою мать. Никто не знал почему и зачем она совершила самоубийство. Такая новость ошарашила всех в округе. Она распространилась за пределы города, страны. Даже предсмертная записка не дала намеков на такой шаг. «Правда, которая сводит меня с ума. Я так любила жизнь и в один момент возненавидела её. Да простит меня Будда.» Горе длилось недолго. О случившемся забыли через месяц. Старший Хэмлок до сих пор не может смириться с утратой его первой любви. Ему до сих пор больно. Эрнест так и не нашел достойную женщину за все четыре года. К дочери он перестал относиться с теплотой, заботой и лаской. Отвечал сухо или мог не замечать присутствия Каоры. Была ли младшая Хэмлок огорчена таким поведением отца? Однозначно да. Каждый вечер девичьи глаза наполнялись горькими слезами. Ночью Каора после часовых рыданий любила вставать с постели и подходить к зеркалу в своей комнате, рассматривая свое отражение. Детская пухлость ушла. Щёк больше не было. Вместо их появились выразительные скулы, острые плечи, выпирающие ребра и тонкая шея, которую можно обхватить почти одной рукой. Все это сказалось после смерти матери. Запутанные белоснежные волосы были очень длинными, доходили до поясницы. Они всегда раздражали Каору. Остричь их девочка не решалась, так как до сих пор играет роль. Только теперь Хэмлок нужно было вжиться в новую роль в ее жизни.***
Знакомая мелодия, доходящая до ушей каждое утро с понедельника по пятницу, била по барабанным перепонкам. Ещё и ливень помогает. Неистово раздражает! Понедельник и правда был самым тяжёлым днём недели. После выходных никому не хочется на работу или в школу. Преодолев желание остаться в постели, я все же иду в сторону ванной. Вставая с постели, откидываю одеяло в сторону. Опуская ноги на пол, надеваю мягкие черные тапочки. Тихо иду в сторону ванной комнаты, прохожу комнату отца. Боковым зрением замечаю, что дверь приоткрыта. Отец всегда закрывал дверь спальни. Даже будучи в нетрезвом состоянии. Это привычка пришла к нему после того, как умерла Макото. Пытался ли он так защититься от всего мира? Постояв так ещё несколько секунд, рассматривая дверь, разворачиваюсь и прохожу пару метров. Поворачиваю налево, щелкаю выключателем, дёргаю за ручку и захожу внутрь ванной. Один шаг, поворот налево. И вот уже вижу свое отражение. Заспанное лицо, спутавшиеся волосы, длинна которых похожа на принцессу из мультфильма «Рапунцель». Только вместо золотого цвета волос у меня жемчужные. Какую же ошибку я совершила после вчерашней прогулки по ночному городу. По приходу домой я даже не заплела волосы в косу. Мамину любимую. Это была одна из постоянных её причёсок. В детстве она частенько мне заплетала одну косу или же два колоска. Утром слишком запарно их расчёсывать. Обстричь их, но пока рано это делать. Взяв расчёску с находящейся возле зеркала полки, быстрыми движениями прохожусь по длине. Кладу обратно, и теперь моя обычная утренняя рутина началась; зубная щётка в левой руке, а в правой паста. Пока выдавливала пасту на щётку, я снова перевела свой взгляд на отражение в зеркале. Рубиновые глаза стали ещё ярче. Приблизив лицо к зеркалу, замечаю, что от недосыпа склеры глаз покраснели, а в некоторых местах лопнули капилляры. Закатив глаза, возвращаюсь к своему делу.***
Через пятнадцать минут я уже в своей комнате надеваю школьную форму, состоявшую из блузки с матросским воротником и плиссированной юбки черного цвета. Также надеваю колготки. Извините конечно, но мёрзнуть я не хочу, мне ещё автобус ждать. Прежде чем выйти из комнаты, я вспоминаю, что ещё нужно надеть наручные часы и взять свою школьную сумку, чтобы оставить её возле прихожей. Делаю я это, чтобы не метаться по квартире в поисках вещи. Проходя мимо кухни, как вихрь, оставляю сумку возле обуви и иду быстрее, так как время уже 7:54, а начало в 8:30. Из-за автобуса могу не успеть. Почему-то сегодня хочется прийти раньше в школу. Но заходя на кухню, я, не побоюсь этого слова, ахуеваю от вида, что мне представился. — С черта, ты чего тут забыла? — вываливаю я то, что было первым у меня в мыслях. Кого я не ожидала увидеть в своем доме, так это преподавателя по социологии! Кэтсуми Фукуда сейчас, в данную минуту стоит перед плитой и смотрит на меня так, будто бы меня здесь и нет! — Каора! — стукнул отец по столу, смотря на меня озлобленным взглядом. — Прошу так не выражаться, — грубым и повышенным тоном говорил мне мой отец. Такое ощущение, что он вот-вот сорвется на крик. Я, конечно, уже привыкла к такому отношению к себе. Да и что греха таить. Мы часто с ним ругались: битая посуда, разорванные вещи, в клочья разгромленный дом — обычные вещи в нашей жизни. Меня было нелегко вывести из себя, да и мне больше нравилось смотреть на то, как он громил в дом. Я любила выводить папу на гнев. Это было всегда забавно. Эрнест тоже оказался с характером. Хоть мой характер был и труднее. Наши ссоры с отцом можно было описать как 2-ю мировую. Пока я смотрела на отца таким взглядом, что можно было его сжечь, как спичку, к моему отцу начала легкой походкой подходить Фукуда. Опустив свои руки с выедающим зелёным маникюром на плечи отца, начала расслаблять их от нервозности. Тем временем он положил свою руку поверх ее кисти. — Она ещё подросток и совсем юна, Эрн. Мне послышалось или она сказала сокращённое имя моего отца? Почесав пальцем ухо и убедившись, что я всё-таки не ослышалась, скрещиваю руки под грудью и смотрю на парочку прищуренным взглядом. — Ла-а-адно, — протягиваю гласную, подхожу ближе и сажусь за обеденный стол. Фукуда, улыбнувшись, быстро начала возвращаться к плите. — Дорогой отец, не хочешь ли мне ничего объяснить? — смотрю ему в глаза. Конечно я не тупая девочка и понимаю, что у них роман. Да и Эрнест уже в возрасте и имеет право найти себе женщину. Женщину, а не двадцатипятилетнюю девушку. Во-первых, она ему в дочери почти годится. Да он старше ее в два раза! Во-вторых, эта чертовка меня раздражает. В третьих, она мой преподаватель в школе. И в четвёртых, мы уже в прошлом году выяснили, что это не самый лучший человек мире. Отец лишь вздыхает, складывает руки в замок и начинает говорить: — Мы с Кэтсуми встречаемся уже полгода… Дальше его я не стала слушать, потому что услышала знакомую мелодию. — Поэтому она будет скоро жить с нами, — единственное дошло до моего слуха. Отодвигаю стул и иду в прихожую за телефоном. Нет, я не зависима от него. Просто меня достала мелодия и хочу поставить его на беззвучный режим. Сажусь на корточки и достаю с бокового кармана белой школьной сумки телефон. На экране высвечивается время 8:00. — Сука! — выругалась я, смотря на экран своего сенсорного телефона. Я опоздала на автобус и мне звонил неизвестный номер. Я никому никогда не давала свой номер телефона, ни при каких обстоятельствах. Смотря на потухший экран смартфона, до моего слуха доходит ещё противнее звон. Три стука донеслось от двери, позвонили в звонок. Возможно, это коллеги по работе отца. Положив гаджет обратно в сумку, быстро подхожу к двери и смотрю в глазок. Открываю дверь нараспашку и держу ручку двери. Сегодня день довести меня до бешенства? Сначала я увидела на кухне препода, которого не переношу на дух. Теперь возле моей двери стоит Мива. — Что ты здесь делаешь? — логически спрашиваю у Мивы. Ещё мне интересно то, откуда она узнала адрес моего дома. — Ты не отвечала на звонки. Вот и решила зайти! Мива заделалась в сталкеры? Теперь у меня ещё больше вопросов — Откуда ты… — меня внаглую перебивают. — Я потом все расскажу тебе, — улыбается мне она так тепло и нежно. И почему-то мне хочется тоже повторить за ней... Поворачиваю голову в сторону, где находится кухня. Несколько секунд обдумываю всё «за» и «против» этого момента. Не хочется оставаться в квартире, и в школу опаздывать сегодня не хочу. Поэтому решаю пойти за Хайтани. Быстро надеваю лакированные лоферы и подхватываю сумку. Почти выбегаю из дому, захлопываю дверь так, чтобы внутри дома услышали мои возмущения. Поправляю юбку и улыбаюсь Миве. Может я смогу использовать ее в корыстных целях? Явно в школе ей просто так не дали бы мой адрес и номер телефона. Вероятнее всего у нее есть связи и к тому же брат (который одевается как на показ мод). Да и не один, а два. Нужно узнать больше информации. И я уже знаю, у кого это можно узнать.***
Вроде комическая ситуация, а вроде и логическая. Неудивительно, конечно, то, что ее брат едет с нами. Он как-никак наш учитель. Но в тоже время я ещё не отошла от случая в своем доме. Сегодня утро слишком странное. А вспоминая день пятницы, сразу хочется задать себе трепку. Как-то неловко, но в тоже время и всё равно. Едем мы в тишине. На заднем фоне в колонках тихо играет песня. Интересно, а как ее братья отреагировали на нашу недодружбу? Новый вопрос в копилочку. Останавливаясь на светофоре, брат Мивы пальцами постукивает по рулю в такт музыке, изредка поглядывает на зеркало заднего вида. Получается так, что я всегда вижу, когда он смотрит на***
Кожаные сидения белого цвета, подвеска под сидениями. Теперь так не хочу выходить из машины. Только потому, что сидения очень мягкие. Расплываясь как лужица на мягком сиденье, наконец-то расслабляясь, прикрываю веки и откидываю голову назад. Как только я расслабилась, меня начали легонько трогать за плечо. Промычав на действие, поворачиваю голову в сторону, где сидит младшая-Хайтани. — Слушай, Каора, поможешь мне сегодня с домашней работой? — спрашивает и перебирает юбку своими тонкими пальцами блондинка. — Заодно узнаем друг друга лучше. Почему-то хочется съязвить в плане «ты и так знаешь, где я живу. Номер телефона тоже знаешь». Или же " Уверена, ты уже знаешь обо мне все». Обдумывая все, украдкой смотрю в сторону, где за рулём сидит ее брат, точнее на зеркало. Мужчинасмотрит через него на меня своим пронизывающим до мозга костей взглядом. Возвращаю свое внимание снова на одноклассницу и киваю ей в знак согласия. *** Приблизительно пять-восемь минут и мы на школьной парковке. Вот знаете, как в фильмах из крутых тачек пафосно выходят, с эффектной музыкой и замедленной съёмкой. Эх, жаль, мы не в кино. Да и выхожу я обычно. Отхожу чуть дальше, отодвигаю рукав блузы и смотрю на время 8:24. Приехали прям впритык Вздыхаю и иду своим обычным темпом. Ливень почти закончился. Хотя нет, он стал слабее, но не закончился. На улице свежо и с лужах отражаются серые тяжёлые облака. — Промокнешь ведь. Перевожу свой взгляд на девушку, которая держит зонт над нами. Я только сейчас заметила какой у неё рост. Её рост примерно метр шестьдесят один сантиметр. Ну, она ниже меня, потому что у меня метр семьдесят три. В классе среди девочек считаюсь высокой для японок. Хотя неудивительно. Хоть я и родилась в Японии, по национальности остаюсь американкой. Улыбаюсь коротышке и беру в руки её зонт так, чтобы и мне, и ей было удобно. Боковым зрением замечаю рядом стоящего брата Мивы. — Идём, — быстро и спокойно говорит учитель, далее продолжает: — Я буду на втором уроке у вас, а потом на пятом. Он энергично шагает в сторону школьных дверей. Мы же идём следом.***
Я и Хайтани пришли по звонку и расселись за свои парты. Первый урок — английский язык — прошел быстро и познавательно. Как-никак я хорошо владею этим языком. Это ещё один из моих любимых предметов. Да, я конечно запустила себя в учебе, но не в тех предметах, которые мне нравятся. Блондинка не отставала от меня, старалась как могла. Заметно, что ей даётся трудно, но упорство приведет к успеху. Также за нами поспевает и тихоня класса. Вот уже прозвенел звонок. Учитель задал домашнее задание и поспешил отправиться в другой класс. Складываю свои руки на парте и кладу свою голову на них. В мыслях ликую. Первый урок есть. Жаль, перемена маленькая, пять минут всего. Одним глазом замечаю, что Мива сидит и что-то пишет в тетради. Затем замечаю, что Акайо, сидящий на втором ряду за второй партой, также что-то пишет в тетради. Хмыкнув, слышу звонок на второй урок. Проходит несколько минут, когда в класс заходит он. Все встают в знак приветствия, делают поклон и садятся за свои места. Учитель подходит к своему столу и кладет какие-то бумаги с ноутбуком. Обходит стол, упирается об него и скрещивает руки под грудью. — Меня зовут Риндо Хайтани, — весь шепот, что был в классе, сразу затих, а мужчина продолжил. — Я ваш новый предметник по естественным наукам, но вести буду только два предмета: химию и биологию. Подпираю щеку рукой. Теперь хоть знаю его имя. — Так что мы будем видеться почти каждый день. Возможно, что даже два раза за день. Есть ещё вопросы? — осматривает Риндо класс и видит, как та самая брюнетка подняла руку. Он закатывает глаза и проговаривает. — Слушаю тебя. — Сколько вам лет? И будете ли вы проводить урок знакомства? Учитель обходит стол, попутно снимает свой пиджак и вешает его на спинку стула. — Запомните, отлынивать с моих уроков я никому не позволю. Кстати о возрасте. Мне двадцать девять лет. Я думала двадцать пять максимум! Кажется, не у меня одной такой маленький шок. Риндо тем временем усмехнулся от шума. — Тишина в классе, — строгим голосом сказал он. — Так уж и быть, давайте узнаем все друг друга лучше. Снова эта его ухмылка. Могу поспорить, его взгляд уставлен именно на меня.
