Полюби меня, прежде чем я убью себя

Где бы я не была, эти взгляды всегда будут меня преследовать. Презрение, осуждение, жалость. Каждый смотрит по своему. Но у всех взгляды одинаковые. Смотря на свои ноги, я видела, как пенится вода возле них. А вода утаскивает за собой крупицы песка. Сестра сидела недалеко и строила замок из песка. Улыбаясь во все зубы, что у меня есть, я подбегаю к девочке с похожей внешностью, заваливаясь на неё всем телом. — Эй, сестрёнка, ты так меня задушишь! — хихикая, она поднялась вместе со мной и, взявшись за мою руку, она сплела их пальцы в замок так, что никто не мог нас разорвать. Так мы и побежали к воде. Мама вслед что-то кричала, но мы не слышали ее. Специально или нет. Никто из нас двоих не знал. Забегая в воду, мы улыбались так, как никогда. Только с ней я могла чувствовать себя в безопасности. Сестра моя опора — защита. Но в моей голове был черт, который переключил рычаг. — Быстрее! Ребенок тонет! — Все, что я услышала в тот момент. Я и не подозревала, что чуть бы не утопила того, кто мне так дорог. Я была словно не в себе. Держала ее голову в воде, вцепилась в ее белоснежные волосы, не давая всплыть. Она барахталась, цеплялась и царапала мою руку. Я же смотрела пустым взглядом на нее. Пока меня не подняли на руки и не унесли на берег. Это был папа. Я лишь видела то, как он шевелит губами, но звука я не слышала. Все, что я слышала — это глушительный шум в ушах. Шум моря. Проснись — послышался знакомый голос. — Кику, ты в порядке? Просыпайся! — Я не Кику. Проснулась, сейчас же! Поднимая со полулежачего положения, я осматриваюсь по сторонам. Слышу хихиканье в классе. Точно, я уснула на уроке. Ещё и на уроке Риндо. Повернув свою голову, я посмотрела на учителя. И криво улыбнулась ему. — Что за сон снился? — спрашивает Риндо, из-за интереса. — На весь класс сказать? Думаю, мой рассказ сильнее наскучит ребятам, нежели ваш предмет, — саркастическим тоном отвечаю я. — Они пишут лекцию. Повезло ли мне сегодня, что первая парта сводная или же нет. Он отодвигает стул, садится на него. Складывая руки на мою парту и смотрит на меня пристально. Завидуйте, сучки, которые сидят на задних партах. — Надеюсь, тебе снилась таблица Менделеева, — улыбался мне Риндо своей фирменной улыбкой, которой он одаривал старшеклассниц. Нарцисс. Улыбнувшись ему в ответ, подвигаю тетрадь к себе. — К сожалению, Риндо-сан, нет. Прошло три с половиной недели с того дня, как Риндо стал нашим учителем. И, честно сказать, с его приходом мне стала больше нравится биология с химией. Да и не виновата, что хочу спать. Не изменяя своей традиции, я гуляла ночью, ходила в башню Мори в Роппонги. Ох, и сколько же денег отдала за музей! Но меня больше привлекла смотровая площадка. Виду ночному Токио было сравнение с вратами рая. И вот жаль, что именно в ту ночь там очень много людей. И, к сожалению, я не долго там простояла. Потом, конечно, я прошлась пешочком по улицам Роппонги. А в четвертом часу ночи уже лежала в постели. Риндо оттягивает рукав белой водолазки и смотрит на наручные часы, возвращая свой взгляд на меня. Хмыкает и встаёт со стула. Обходит стол, подходя ближе к доске, и записывает формулы. И, честно сказать, подчерк у Риндо размашистый, но аккуратный, даже красивый? Очень интересный факт, что у Мивы, что у Риндо одинаковый почерк. За эти три недели я мало чего узнала о их семейке Хайтани. А ещё заметила, что с нами стал часто ходить рядом Акайо. Хотя я даже и не против его компании. Он тихий и неназойливый. Мива, конечно много болтает, но в меру. В принципе мне нравится их компания, но всегда есть это чёртово но. Мне выгодно с ними быть. Сато умный парень. Сблизиться с ним равноценно хорошим отметкам на экзаменах. Вот только с Мивой намного сложнее. Хоть и по моим наблюдениям я поняла, что она добрая и отзывчивая девочка, в меру стеснительная. Она проводник к цели. Риндо Хайтани — вот это моя цель. Не замечаю, как звенит звонок с урока и Риндо уходит. Настолько была погружена в свои мысли, что и не заметила, как меня в наглую потащили в неизвестном мне направлении. — Предлагаю сегодня посидеть у меня дома! — восторженно говорит Мива. Братьев не будет, — утверждает коротышка. Сзади меня слышится тихий голос Акайо. — Я не против, — поддерживает разговор Сато и идёт следом за нами. О, так мы идём в столовую. Отлично! Я как раз хотела поесть. Чувствую, как у меня слюнки потекли от представления вкусной еды. Но мои фантазии отрываться из-за повторно заданного вопроса Мивы. — Ну, раз вы настаиваете на то, чтобы я пошла, я не против. Конечно, огорчает факт того, что не будет Риндо, но может хоть так смогу что-то узнать. — О, у меня есть несколько вариантом: мы можем посмотреть фильмы, поиграть в настольные игры, можно ещё в плейстейшен с играть, — предлогала нам с Акайо что-то на выбор. Но мне то все равно. У меня одна цель. Мне кажется, мы подеремся из-за выбора фильма, — заходя в столовую, говорит Акайо. — Я буду смотреть всё, даже ужастик! —улыбается Мива и берёт поднос в руки. Мне тоже, наверное, нужно вставить свои пять копеек в беседу. — Только не романтическую комедию. Повторяю действия Мивы и иду выбирать. — Тогда ужастик. Это же классика. Уже отдаляясь от нас, говорит Акайо, садясь в самый конец, там, где всегда сижу я. Честно, удивительно, что он не выбрал место по середине. Хотя, если вспомнить те моменты, когда они и правда садились там, то я просто проходила мимо, садясь на мое законное место. Не изменяя своим привычкам. Только гнетущая аура появилась над нашим столом. А напротив меня садится Риндо. Что-то есть перехотелось. — Надеюсь, не помешал. Остальные столики заняты. Оборачиваюсь и понимаю: либо он врёт, либо не хочет садиться возле других, так как тут сидит его сестра. Я больше верю второму варианту. Повернувшись обратно, сталкиваюсь со взглядом Риндо. И чуйка подсказывает мне, что он не в настроении. Я думала, как только Риндо сел сюда, то мы все будем молчать, но я ошиблась. Учитель спокойно вел беседу между Мивой и Акайо. Мой принцип — сидеть в стороне и наблюдать за происходящим. Ведь так проще на первый взгляд. Я просто стою и впитываю информацию, как губка воду. Когда я посчитаю нужным что-то сказать, я это сделаю. А так сейчас лишь помешаю этой атмосфере. Есть и одновременно слушать для меня легко. Кстати говоря, прежде чем пойти на маленькую вечеринку к Миве, нужно зайти к Такаши Мицуи. Кружок по вышиваю даёт свои плоды в моей хобби. А Мицуя-сан спокойный и вежливый учитель. Довольно часто слышу похвалу с его стороны. Как же мне это льстит! Отодвигаю рукав блузы, смотрю на часы. Осталось 30 минут до звонка. А после будет урок, который я терпеть не могу. Социология. Кэтсуми Фукуда. Как бы я рада была не идти на ее урок. Как вспомню, что она с отцом обнимается и целуется, так сразу переклинивает. Встав, я унесла поднос с едой. Не ставя в известность своих «друзей» ухожу из столовой. Миновав лестницы и коридоры. Подхожу к двери, что ведёт к крыше. Она открыта. Своими наблюдениями я смогла узнать, у кого таится ключ от крыши. Затем подменила его на похожий ключ. Настоящий ключ передала одному человеку что славится популярностью в торговле нелегальных веществ для школьников. А благодаря авторитету отца смогла подмять под себя пол школы. Да, вот такая я плохая. Сегодня среда, а значит, день закладки. Пройдя пару шагов, подхожу к вентиляции. Порыскав там руками, нахожу то, что искала. Свёрток. Раскрыв его, достаю два полиэтиленовых пакетика. Один с бело-красными пилюлями, второй с табаком. Бело-красные пилюлями, распространены как наркотики. Поговаривают, так легче перевозить товар. Второй пакетик с табаком. Но не тот табак что в сигаретах, а настоящий. Знаю лишь то что он лучше. Кладу пакетики в разные карманы юбки. Всю ночь сидела и вшивала в юбку карманы. Так как в школьной форме их изначально нет. Оглядываюсь по сторонам, никого не замечая, иду обратно в класс. За минуту до звонка захожу в кабинет. Ещё по дороге, проходя мимо автомата с напитками, взяла излюбленный виноградный сок. Буквально со звонком заходит и Кэтсуми. Все синхронно поднимаются, здороваются и садятся на места. И на протяжении всего урока у меня и у Кэтсуми идут ожесточенные переглядки. В которых я выхожу победителем. Зря ты связалась с семьёй Хемлок, Кэтси… По истечению всех уроков каждый из нашей тройки отправился восвояси. Зная, что встретимся мы вечером. Пока Мива и Акайо уходили из школы. Я в ней ещё остаюсь на несколько часов. Кружок.

***

— Добрый день, Такаши-сэнсэй! Главное — улыбнуться так, как и всегда — вежливо и мило. Обернувшись на мой голос, учитель улыбается мне искренне, не так, как это делаю я. Но почему-то он быстро грустнеет. — Рад тебя видеть, Каора-сан, — отходит от коробок, в которых, скорее всего, лежат ткани. Ты вроде как почти закончила свое пальто. Сейчас поищу его. Проходит чуть дальше и начинает искать в шкафах мою коробку. Улыбнувшись, иду к столу и ставлю там сумку. Быстро преодолеваю расстояние и сажусь за швейную машинку. В это же время учитель приносит коробку. И только сейчас осматриваю кабинет. Замечаю, что сегодня как-то тихо. Нет ещё 3-х девочек болтушек. Что как и я входят в этот кружок. — Вы загрустили из-за того, что больше никто не пришел? — возвращаю свой взгляд на учителя. Говоря то, что приходит мне на ум. Его взгляд снова грустнеет, но, видимо, не из-за этого. Что-то другое тревожит Такаши. — Слушай, Каора, — садится он рядом со мной, — в последнее время на улицах не безопасно, — берет он в руку игольницу, вынимая оттуда булавки. — Я решил на некоторое время закрыть клуб, но, видимо, тебя не предупредили девочки. Небезопасно на улицах. Что за смех. Мне даже и пальцем не один не смеет. Все знают, кто мой отец. В эту же минуту я хочу сказать ему, но не успеваю. — Три с половиной недели назад на мою сестру напали, — Такаши тяжело даётся это. Я решаю узнать подробности. Оказывается город терроризирует некая Белая Смерть. Что появляется из неоткуда и убивает жертв изощрённым способом. И пропадает без следа. Так как будто чтобы жертва сама с собой это сделала. Наглоталась наркотиков, вскрыла вены и пока не умерла вырезает на левой груди две буквы «БС». Полиция пока не разглашает ничего об серийном убийце. Но скоро информация прольётся наружу. Такаши рассказал, что на сестру напали и искалечили. Убийца не убил ее, но оставил шрам на левой груди. Те самые буквы. Только Такаши до сих пор в недоумение. Он очень рад, что сестра осталась жива. Но потом Мицуя понял, что оставил он ее в живих для одной цели — чтобы все узнали про него. Я не знаю, какое у меня лицо перед учителем, но точно не то, что он должен видеть. — У тебя интересная задумка. Вещи, которые ты шьёшь, двусторонние, — оглядываеться, он на не дошитую вещь. — Это для экономии места хранения. Очень умно. Я даже не успеваю ничего сказать, обдумывая и переваривая все то, что сказал мне ранее Учитель. Нужно что-то делать. Отвечая короткое: Да. Я забираю сумку и говорю, что потом дошью. Как все устаканится. Выбегаю на улицу и радуюсь, что сегодня солнечно и насыщенный день. Некоторые новости меня как обрадовали, так и огорчили. Но мне нужно спешить домой, чтобы успеть собраться к вечеру.

***

Акасаки.

Спокойным шагом хожу ко комнате. Не торопясь собираю портфель. Потому что Мива предложила остаться мне с ночёвкой. Это не может меня не радовать. Проверяю наличие каждой вещи. От резинки для волос до футболки, в которой буду спать. Собрав все, собираюсь одеваться. Но в дверь легко постукивают. — Входи, папа, — говорю и попутно снимаю с вешалки белую джинсовку. — Ты в первые идёшь на ночёвку, и если бы тебе предложили, ты бы никогда не пошла, — константирует факт отец. И ведь правда, сама вольно. Я бы не пошла, если бы не скелеты в шкафу семьи Хайтани. Которые так и хочется раскрыть, посмотреть, повертеть. Вкусить вкус, запретный плод. Кидая небрежно ветровку на кровать, достаю следующую вещь. Продолжая молчать. — Как зовут твоих друзей? Тяжело выдыхает отец, упираясь плечи о косяк двери. Посмотрев на него, киваю в сторону кресла, которое стоит возле окна. Давая немой намек, чтобы отец сел. Что он, собственно, и делает. — Мива Хайтани, верно? Зачем отец спрашивает это мне ясно. Также, как и спрашивает это у меня. Подтвердить его слова. Да и узнать легко, как отец узнал о ней. Скорее всего запомнил номер машины, пробил по базе данных, а затем наткнулся на Риндо. Оттуда он и узнал, что его сестра учиться в моей школе. Легко. как и головоломки, которые решает отец. — Так и будешь молчать? Снимаю домашнюю майку, взамен одеваю красного цвета футболку. Стоя спиной к отцу, поворачиваю голову, но не смотря на него. — Мива хорошая девчонка. Как идут поиски с Белой Смертью? — говорю я, заодно уклоняю вопрос о семье Хайтани. Естественно, Такаши Мицуя не первый меня предупредил о убийце. Отец был самым первым. — После покушения на Луну Мицую Белая Смерть затих на три с половиной недели. — Как и всегда. Сажусь на кровать и стягиваю с себя шорты. Надеваю белые джинсы клёш, более широкие в бедрах. Теперь смотрю на отца. — Снова никаких зацепок? — для приличия интересуюсь я. На что отец качает головой из стороны в сторону. Хмыкнув, разворачиваюсь к портфелю, закрывая его. — А есть предположения? Беру в руки джинсовку, попутно надеваю на одно плече портфель. Выхожу из комнаты, слыша, как отец идёт следом. Уже преодолев расстояние, остаётся пару шагов до двери. — Я знаю, что ты ходишь гулять ночью, — останавливает меня отец. Знать то знает, папа, но вот что я делаю и где я гуляю — нет. Ты думаешь, что знаешь меня, Но как ты ошибаешься. Достоин ли ты зваться лучшим детективом Токио? Мне кажется, пап, что ты уже не тот, что прежде. — А разве тебе это не в пользу, — приподнимаю одну бровь. Затем, хмыкнув, сажусь на пуфик и достаю кеды. Пока обуваю их, решаю, что сегодня тот момент. — Мы всегда видим кончик носа, а то, что под ним нет, — зашнуровываю туго первый кед. — Ты говорил, что убийства не связаны между собой. А так ли это, — зашнуровываю второй кед, чуть слабее, поднимаясь с пуфика. Отряхивая себя от невидимой пыли. Смотря в упор, улыбаясь отцу. — Да и магии не существует. Убийца же не может появляться из не откуда и пропадать в никуда, — поднимаю портфель и тянусь к ручке двери, но замираю. — Я уверена, скоро он совершит ошибку. Как и остальные ему подобные. — У тебя шнурок развязался, — предупреждает меня отец. —Вот видишь ты все же внимательнее, пап. Опускаюсь на корточки, перевязываю шнурок потуже. Выпрямляюсь. Оборачиваюсь к отцу. Впервые за долгое время улыбаюсь ему искренне. Так, как будто то бы мы всегда были счастливой семьёй.

***

Жилой комплекс Роппонги, Сакуразака.

Несколько минут назад написала Миве, что подхожу к ее дому. Но ответа я не увидела. Лишь галочка о прочитанном сообщение. Зайдя в здание, прохожу мимо толпы. Не сливаясь с ней в одно целое. Привычка. Иду в направлении, где стоит лифт. Заходя в него спокой выдыхаю, облокачиваясь о перила. Смотрю на таблицу, в которой высвечиваются цифры на каком этаже в данную секунду нахожусь. Мне нужно 20, сейчас я на 7 этаже. Выхожу из лифта и подхожу к двери с номер, который мне говорила Мива. Нажимаю на дверной звонок и жду. 30 секунд. 1 минута. 3 минуты. И вот, наконец, с другой стороны щелкает замок, и дверь открывают на распашку. — Ещё раз привет, Каора, — облокачивается об косяк двери Риндо.