Хороший клад, плохой стрелок, злой герой

      Холодная сталь громом влетела в поверхность, и кровь пролилась горячим потоком. Алые брызги полетели во все четыре стороны. Сложно описать весь ужас этой картины. Страшно представить её в голове. Невозможно свыкнуться с этим кошмаром. Данаэль услышал глухой удар — это было падение чего-то небольшого вниз. Эду и Отису было уже незачем держать ягуарца. Джейк отложил оружие в сторону, выпрямился, спокойно поправил пиджак, с высока посмотрел на тело, и вместе с братьями пошёл к окну — посмотреть, что издало этот звук.       Выглянув из окна, все трое чуть не проломили отвисшими челюстями подоконник: вся улица была заполнена людьми. Стоял адский гул. Сложно было совместить дневное безлюдие и это вечернее шествие. Как будто в город прибыло ещё столько же людей, а может и гораздо больше. Джейка насторожил тот факт, что у каждого первого в руках было либо ружье, либо револьвер, у кого же не было огнестрела, тот в руках сжимал вилы, тесаки, садовые ножницы, кочерги, а то и кувалды. И вся эта вооружённая толпа стояла слишком близко к дому, где пряталась их небольшая банда. Это не могло не настораживать. — Кто стрелял? Кто это сделал?! — кричал человек, вставший на деревянный ящик, дабы его лучше было видно. — Это я, извините! Боже, как мне больно…Я порезал бумагой сразу четыре пальца и от неожиданности случайно выстрелил! Мне нужен врач…и психолог. Мне больно и я боюсь крови! — Сейчас все уладим, ты пока продолжай! Говори, что собирался пока. — Наконец-то. Жители Голденхейта, мы собрались здесь сегодня для серьёзной миссии — найти Легендарных Данаэля и Грифа и спасти их от неизвестных похитителей! Перед нами стоит непростая задача… — Но мы её выполним! — выкрикнул голос из центра толпы, а все за ним вверх взмыла рука с ружьём. Толпа поддержала эти слова радостным выкриком. — Одного из них видели где-то в этом районе, несущим наших славных героев. Я доверяю Косой Маргарет, как Слепому Уилфреду, поэтому мы сейчас же перероем здесь каждую щель, каждый ящик, каждую нору, любое место, где эти упыри могут прятать наших героев, и плевать, кто эти трое, чем они вооружены и насколько опасны — мы вступим с ними в схватку и освободим Данаэля и Грифа! — Да я первый полезу под пули ради них! — рявкнул мужчина с битой, стоящий в первом ряду у говорящего. В толпе началась ссора по этому поводу, но все пришли к выводу, что одинаково готовы к сражению. -…теперь наша очередь помогать Легендарным! Мы никогда не забудем то, сколько они сделали для всей Алисии, для всех нас! Это просто напросто возвращение долга! Каждый из Легендарной пятерки для нас бесценен, но сегодня…мы будем готовы к оплате… — Головами трех похитителей на кольях!!! — взвыл кто-то с другого края толпы и послышался выстрел в небо. Бешеная толпа как сорвалась с цепи. Будто демоны рычали в адском пекле, готовые вырваться на поверхность и наказать грешников. — Ещё раз: что мы сегодня сделаем? — Перероем здесь все до последней щели! — Найдём Легендарных! — Спасём их от бандитов! — Жестоко накажем Бандитов! — Изобьем их! — Проткнем вилами! — Скормим койотам! — Скальпируем! — Четвертуем! — Сожжём их заживо!       После одобрительного кивка говорившего, люди, вооружённые ружьями, вилами, фермерскими и кузнецкими принадлежностями и дикими звериными лицами, разбежались кто-куда и принялись стучаться в двери, карабкаться на крыши домов, заполнили переулки, побежали осматривать амбар. И все это по периметру вокруг дома мистера Читти.       Сказать, что в доме все прекрасно слышали эти речи — ничего не сказать. — Эй, Данаэль, мы, кажется, докатились — теперь нас по всюду разыскивают люди с оружием, помнившие все наши деяния, и…кажется, они прям о-о-о-очень хотят нас найти! — произнёс Гриф, все ещё привязанный к кухонному столу, улыбающийся и облегчённо поглядывающий на брошенный топор. — Знаю, Гриф, знаю. Я тебя, наверное, разочарую, — ответил Данаэль из дугой комнаты с наигранной печалью, — я не знаю, что делать в такой ситуации. Мне никогда не доводилось попадать в подобное. Надо спросить Блодсаммеров — это точно по их части!       Блодсаммеры в этот момент не могли слышать оживленных переговоров пленников. Они были слишком заняты — они прятались под подоконником, плотно прижавшись друг к другу. У Отиса от страха тряслись коленки, Эд от ужаса стучал зубами, а сердце Джейка отбивало барабанные соло о его грудную клетку. И все втроём боялись, как бы их «оркестр» не был услышал маньяками с улицы. У самих музыкантов на лицах застыл небывалый ужас. — Д-д-джейк, с-слушай, — повернулся Эд к старшему брату, — помнишь, в начале нашего путешествия, ты говорил, что лидером будешь ты? Помнишь? Ну, я ещё тогда чуть не надорвался от смеха. Так вот, если тебе, вдруг невзначай, в голову придёт идея или даже план, как свинтить по-тихому отсюда, и ты решишь им поделиться с нами, то я заберу свой смех обратно! Обещаю! Жить под твоим руководством — не так уж и плохо… если ключевое слово — жить! — Это очень приятно слышать, но…вы тоже, если поймаете мысль за хвост, поделитесь ей как можно быстрее! — Слышал, Эд?! Поделись с нами своими идеями! Я не хочу умирать так рано! — жалостливо и на грани истерики пропищал Отис. — А я не хочу так бесчеловечно!!! — выкрикнул от паники Эд, — На костре, на клыках…на вилах-х-х… — он опять прижал шляпу к лицу и продолжил лихорадочно дышать в неё. — Стойте! Надо все как следует обдумать. Мы составим план побега, улизнем от обезумевших горожан и доберёмся до своего золота. Но для этого… — и тут Джейк со всей силы треснул обоих братьев по голове; Отису и Эду хотелось завопить от боли, но появились крохотные птички, почирикали, полетали вокруг их глаз и успокоили их, — …заткните свои грязные рты! Надо вести себя тихо, чтобы нас не обнаружили. Сейчас очень тихо, как мыши, заткните Легендарных и перетащите их в подвал, а я проверю все оружие и дом. Начинаем, братья, и очень тихо.        Данаэль вновь рванул с места и отлетел в сторону от Отиса, упав и издав оглушительный грохот на весь дом. Но Блодсаммеру удалось с молниеносной скоростью налететь на него и заткнуть рот тряпкой. Гриф хотел рассекать воздух своим самым громким рычанием, но Джейк с Эдом не вовремя обездвижили его; ягуарец чуть не отгрыз Джейку руку с тряпкой, но Эд схватил его за шевелюру и зафиксировал голову. Так пасть Грифа тоже заткнула тряпка.       Отис отнёс стул с Данаэлем обратно в тёмный подвал. С каждым стуком бандитский сапог о ступеньки, рыцарь все истошнее пытался кричать и вырываться. Хотя-бы заставить разбойника потерять равновесие и прокатиться по ступенькам с характерным звуком. Но к сожалению, его план провалился. — Ти-и-ише-е-е, Легендарный! — прошептал Отис, прикладывая палец к своим губам, — а не то нас услышат и вломятся суда с пушками и вилами. — Было бы так не кстати! — пытался выговорить Данаэль, но тряпка с трудом выходила изо рта.       Через пару минут странных звуков сверху, остальные двое спустили в подвал и связанного Грифа и буквально швырнули его лицом в низ на пол. От вида окровавленных волос на затылке мохнатого парня, Данаэль вспоминал про свой золотой меч, который от сильного потока злобы сиял ярче звезд. Будь он у рыцаря в эту минуту, подвал был таким же тёмным — сияющее лезвие было бы до самой гарды в Джейке или Эде, пока Отис и его голова валялись в разных частях помещения. — Кстати, если мы улизнем от жестокой и кровавой расправы, то это не значит, что и вы её не получите! Перед уходом, мы в этом доме подстроим самое невообразимое, многогранное и креативное самоубийство в истории! Муа-хахахахаххахахаххахахах!!! — и Эд закрыл дверь, но смех за нею продолжался. -…хахахаххаха… АУ! За что, Джейк?! — Заткни отверстие! Не смейся так громко! — Хрен с тобой, АУ! Отис? За что?! — Вообще никогда так не смейся! Это было пипец как страшно!       В кромешной тьме послышалось гневно рычание. — АПЧХИ! — Гхыф, шлафа бох… — едва ворочая языком, говорит Данаэль, а тряпка из его рта вылетает и падает на коленку, — Как ты себя чувствуешь? Сильно тебя приложили? — Я нхэ пофефал фофнание!.. — одна мощная харча и кусок ткани выпадает из пасти, — так, просто повёлся на птичку в окне, ничего не говорил… Я не потерял сознание! — Гриф, я знаю, как нам выбраться отсюда! — торжественным, гордым и праздничным тоном чуть ли не выкрикнул Данаэль. — Данаэль, я знаю, как нам хорошенько повеселиться! — голосом заводилы сказал Гриф, широко улыбаясь.

***

      Дверь резко отворилась, и яркий свет ослепил глаза Легендарных. — Джейк с Эдом уже придумали кое-что, а мне поручили закончить с вами, — произнёс Отис, спускаясь по ступенькам в направлении пленников. Гриф даже с пылью поверх зрачков увидел, что одна его рука длиннее другой. Данаэль только раскрывал глаза, как его слепил свет, отражающийся от длинного кухонного ножа. Игра началась! — Вот черт, Гриф…извини, что довёл нас до такого! — начал Данаэль, морщась от света, — теперь мы умрём, как крысы-клоуны! — Крысы…клоуны? — переспросил Отис и остановился прямо перед рыцарем. Тот тихо про себя ликовал, что глаза теперь отдохнут в тени. — Ты никогда не слышал про крыс-клоунов? — спросил Данаэль у Отиса. Молчание означало согласие, — Ну, это неудивительно: это очень редкий вид. Но они обитают в основном в этих местах. Мы с моей командой отказались купить дом здесь, потому что местные жалуются на постоянные проникновения этих крыс в подвалы. — А почему крысы-клоуны? — не выдержал Отис и спросил. — Их так называют, потому что они умеют дышать огнём, — сказал Гриф, перевалившись с живота на спину. Услышав такой ответ, Отис взорвался смехом, а через секунду заткнул себе рот кулаком. Это было слишком громко. — Огнедышащие крысы? Над вами, наверное, кто-то подшутил, хе-хе-хе… — не верил Блодсаммер и тихо хихикал. — Да он же сказал — это очень редкий вид крыс, который обитает только в этих местах, — продолжал ягуарец самым убедительным голосом в жизни, — знаешь, за что их называют клоунами? — Хочу. И за что же? — ответил бандит, скептически сложив руки на груди. Но внутри любопытство разрывало его его же ножом. — Они дышат не каким-то простым огнём, — интригующе сказал Гриф, сделав небольшую паузу, — они очень опасны. Когда они нападают на человека, а они о-о-очень любят это делать, они поражают его своим огненным дыханием. По-началу никаких проблем, даже боли нет. Но спустя считанные секунды, обожженная часть тела зеленеет - ты начинаешь чувствовать сильный зуд, аж готов рвать кожу когтями! Ну, или ногтями. Затем этот участок начинает желтеть - ты перестаёшь чувствовать его, как и ужаленную часть тела. Потом, ужаленная кожа, грудь и лицо начинают краснеть — и у тебя уже появляются сильные глюки, голова начинает дико болеть, как от удара сковородкой. И затем…в самом конце…ты весь становишься белым, как слоновая кость, твои глаза перестают видеть, во рту все пересыхает, зуд возвращается. Ты начинаешь думать, что ты серьёзно захворал, но на самом деле................твоя кожа черствеет, становится хрупкой, как песочный камень; глаза превращаются в кашу и текут по твоим щекам; а твой язык иссыхает и лопается! И под конец, твоя кожа идёт трещинами, раскалывается, а за ней и твои кости ломаются и ты РАССЫПАЕШЬСЯ, КАК КАРТОЧНЫЙ ДОМИК. Но ты ничего и не будешь чувствовать до тех пор, пока не умрёшь…       Отису надо было видеть себя со стороны. Теперь у него появился новый худший кошмар, который частично стал явью: он побледнел до белого цвета, улыбка испарилась, душа убежала в пятки, пятки почти выскочили из-под ног, коленки тряслись так, что бились друг об друга. Он очень глубоко сглотнул.       Грифу тоже было нелегко: не заржать в голос при виде объятого ужасом Блодсаммера было испытанием на жизнь. Отис как будто увидел призрака, оборотня, вампира, мертвеца и рассерженную мать разом в тёмном переулке. Ягуарец был вынужден перевернуться обратно, чтобы не умереть от смеха. Был бы здесь Рацио, он бы дал подзатыльник за придумывание несуществующих животных.       Данаэль трижды быстро топнул ногой, тихо прошептав: «Рататуй, твой выход!»       Отис принялся осторожно пятиться назад, как до его ушей дошёл некий тоненьких писк. Он в миг остановился, как и его сердце, и медленно-медленно опустил глаза вместе с головой вниз: бурый комочек с торчащим серым хвостом тёрся у его правого ботинка.

***

      Джейк на цыпочках шёл в другую комнату, откуда воняло мертвецом. Там он из окна хотел незаметно осмотреть задний двор — много ли там народу с ружьями. Его босые ноги чуть ли не лезли на стену, избегая скрипучих досок. Он даже ботинки держал в разных руках, и поглядывая на кухню, не шумит ли Эд. — Эд! Э-э-эд! Отойди от шкафа с посудой! — тихо-тихо шептал бандит в другую часть комнаты, — Почему ты не снял обувь?! Ты можешь нас выдать! Ведешь себя громче всех!       И тут из подвала крик неописуемой мощности. Стены задрожали, Джейка чуть не сдуло с места, стекла пошли трещинами, мебель пошла ходуном: кухонный шкаф подпрыгнул, покачнулся и полетел на Эда. Тот сам прикрикнул и в последний миг упёрся в него обеими руками. Однако его руки пробили стеклянные ставни, и сначала кружки, тарелки, бокалы и блюдца вместе со стеклом полетели вниз, жутко звеня, потом Эд, пронзительно визжа, а затем и шкаф с адским грохотом похоронил всех под собой. — Твою мать…просил же, не пытай как еретиков, просто горла вспори ножом. Нет, блядь… — бубнил Джейк, с трудом держась на ногах и шатаясь. В его ушах звенело, как будто он бил в церковный колокол лбом. Весь день. И тут из подвала выпрыгивает что-то визжащее и вцепляется в ошарашенного Джейка. Это был Отис, и кричал он с точно такой-же силой, карабкаясь по старшему брату как можно выше от пола. — ТАМ КРЫСА-КЛОУН! ТАМ КРЫСА-КЛОУН! ТАМ КРЫСА-КЛОУН! ТАМ КРЫСА-КЛОУН! ТАМ КРЫСА-КЛОУН! ТАМ КРЫСА-КЛОУН! ТАМ КРЫСА-КЛОУН! — и так на весь дом. В каждой комнате было слышно прозвище страшного зверя. Под чудовищно испуганные вопли надрывный смех двух Легендарных был совсем не слышен.

***

— Вы слышали это? — спросил один мужчина. Всё повернулись к нему, — какой-то грохот. А ещё крик. — Да, я тоже что-то слышала, — подхватила одна девушка, — это откуда-то из Дружного океана! — Давайте пойдём и проверим там все хорошенько, вдруг Легендарные… — начал мужчина, как прибежал парень в плаще с битой и завопил, — все быстро на юг! Кузнец что-то слышал в амбаре. Там кто-то прячется!       И большая часть людей с улицы побежала прочь от дома Мистера Читти.       Тем не менее, на улице ещё оставались люди. Прямо в доме по соседству собрались человек девять-десять, пять из которых у входа. Они проверяли подвал и чердак. В этом доме жил единственный человек во всем городе, не фанатевший от Легендарной пятерки. И это дало больши-и-и-ие подозрения…       Был уже поздний вечер, солнце близилось к линии горизонта. Джейк напрягал извилины сильнее и сильнее: скоро очередь дойдёт и до их укрытия, и надо было быстрее валить отсюда. Слава богу, Отис от страха потерял сознание и больше не кричал, а спокойно спал на диване. — Гриф, я, кажется, знаю, что ещё нам сделать… — Я, кажется, тоже… — Эд, какого ты сидишь без дела? — тихо-тихо прошептал Джейк, ошарашенный от того, что младший брат без дела сидит грустный на подушке дивана, — нам надо выбираться отсюда. У тебя есть идеи? — Отстань, старик, я грущу, — прошептал Эд, нудно глазея в стену и игнорируя брата. — А, что? — переспросил шёпотом Джейк. — Хм…походу мы уйдём отсюда налегке: я облазил весь дом, проверил тумбочки, шкафы, секритеры, смотрел под матрасом, под сиденья и стульев, под картинами, в картинах, в ванной, перерыл сундуки, разобрал сундуки, разломал четыре шкатулки, залез под пол, разобрал кладовку, распилил все столы и стулья в подвале и посмотрел во всех сахарницах — Нигде. Больше. Нет. Ничего. Ни сейфа, ни одного кешу, ни одного перстня, ничего… — Ого…я даже не заметил и не услышал, как ты все это сделал, — удивлённо сказал Джейк, смотря на брата, — да, с тобой драгоценности лучше держать при себе…но не время сидеть здесь, когда горожане рыщут во всю неподалёку. Пока я придумываю план, сделай то, чего пока не может Отис.

***

— Привет, Эд. Что, пила сломалась, но ты вспомнил про ещё пару стульев? Хе-хе, ножом ты будешь очень долго пилить… — говорил Гриф, пока босой Блодсаммер медленно и бесшумно спускался в подвал, тыкая пальцем острие кухонного лезвия. — Ты прав, Барсик. Мне действительно осталось проверить всего два стула. Но перед этим их надо освободить… — сказал Эд, вращая нож и улыбаясь. И вот его оружие наконец нашло место в правой руке, — Вышел — ножик — из — тумана — резал — рожки — у — барана -… — Гриф, перед смертью я хочу кое-в чем тебе признаться, — сказал Данаэль, изображая величайшую скорбь, — ещё давно, я хотел сказать Джедине, что…ну…признаться ей кое-в чём…ну, ты догадываешься. Я долго решался…но решил все-таки написать письмо, в котором изложу все. Я хотел его подложить ей…но в итоге спрятал в нашем доме до лучших времен… — Брат, не переживай так! Я давно хотел тебе сказать: бояться признаться любимой девушке в своих чувствах, это вовсе не стыдно. Это говорит о ранимости души, бережности и желании лучшего для своей половинки. Я пытался сказать тебе это каждый раз, когда в смеялся над тобой. Извини, что признался тебе так поздно, — сказал Гриф, плаксивым тоном; из него почти текли слезы, — не переживай: пройдёт время, и Джедина обязательно найдёт твоё письмо и узнает… — Не найдёт…увы, но чтобы ты его не нашёл и «по приколу» не предложил ей. Я думаю, в люстре ты не додумался бы искать… -… — все — равно — я — буду — бить -…стоп…в люстре? — спросил Эд, приподняв Грифа за волосы на груди и наставив нож и остановившись, — ты спрятал записку…в люстре? — Ну да, — ответил Данаэль. Он посмотрел на Эда, как на пещерного человека, — А ты не знал? Это общеизвестный способ спрятать что-то ценное. У меня в люстре поместился целый конверт с письмом, а ещё небольшой подарок — кольцо с нефритовым камнем… — В люстре, говоришь. Хм-м-м-м… — Эд почесал лоб кухонным ножом, вспоминая, как светло сейчас в в доме, сосчитал все лампочки. Ещё одна загорелась у него, и Блодсаммер широко улыбнулся, — а это идея!       Бандит спрятал нож за пояс и пулей выбежал из подвала, роняя слюни и поднимая столб пыли. Данаэль и Гриф посмотрели друг на друга и ехидно улыбнулись…       Эд как из воздуха очутился на кухне, схватил ящик с инструментами и со словами «Граждане, посылайте нахуй сберегательные кассы!» вонзил отвёртку в люстру, опустил, разобрал всю до болтиков, а затем метнулся в спальню, потом побежал в мастерскую, позже работал в зале, в гостиной, в ванне, в комнате с запиской «Мама, папа не входите с 20:00 до 21:00. Я читаю», где чуть не поскользнулся на каких-то журналах, потом побежал в кладовку, удивившись любовью хозяев к люстрам. Таким образом во всем доме не было ни лучика света. Всё люстры до единой были разобраны. Воцарила по истине ночная тьма. — Черт, было же 19:55, почему так темно, как ночью в пещере с завязанными глазами слепому? — чуть в полный голос не возмутился Джейк. Тьма помешала ему искать лопату в кладовке, чтобы сделать подкоп. Он начал вылезать из крохотной комнаты, но прямо у двери зацепился за старый дырявый плащ и грохнулся на пол и опять чуть не выкрикнул мысли в слух. Потирая больной локоть, Блодсаммер потянул голову к часам, но не смог их найти ни на одной стене. Было так темно, что он почувствовал себя слепым. — Э-э-э-э-эд! О-о-о-о-отис! — шептал Джейк, сложив руки пещеркой, — Де-еби-илы-ы-ы! Называете меня старым и глухим, а сами и после землетрясения не проснётесь! Где-е-е-е-е вы-ы-ы-ы-?! — но делать нечего. Джейк встал и очень медленно, вытянув руки вперёд, пошёл в поисках лестницы на второй этаж. Наверху, в спальне, послышался зевок и хруст — проснулся Отис. Его удивлению не было предела. Было темно, как ночью под одеялом. — Чёрт, долго же мы тут сидим! Уже ночь на дворе, — сказал в слух Отис, а затем ударил себя по лбу и продолжил шёпотом, — видимо братья до сих пор не придумали, как сбежать отсюда. Пойду, помогу им. Ничего без меня не могут придумать!       Сняв ботинки, он замахал руками и медленно потопал из спальни. С улицы были слышны переговоры и громкие обсуждения. По голосам парень понял, что те люди вернулись к их дому, и в амбаре они ничего не нашли. Блодсаммер ступал на самых носочках, почти без шума, как самая тихая мышь. — Мышь! КРЫСА! — чуть вслух не запищал Отис. Его коленки опять задрожали, да так сильно, что он подпрыгнул, а запрыгнул на стену, — а если она воспользовалась темнотой, чтобы сбежать из подвала и…вдруг она сейчас где-то рядом? Мама… — если бы ногти Отиса не были плотно вонжены в стену, он бы их погрыз от нервов, -…бежать надо отсюда. Сейчас же! Дже-е-е-е-ейк! Э-э-э-э-э-д! Где-е-е-е-е-е вы-ы-ы-ы-ы-ы?! — Бандит, я немного занят, не могу говорить! — послышалось далеко из тьмы голосом Эда. — Заткнитесь, балбесы! Вооружённые садисты прямо под окнами! Нельзя, чтобы они нас услышали! — шипел шёпотом Джейк из зала, — вы ведёте себя, как взбесившиеся псы! Не смейте издать хоть звук!       Сразу же после этих слов Джейк украдкой потопал в сторону криков, чтобы надавать братьям по ногам за шум, и тут же стукнулся коленкой об угол стола. Его глаза полезли на лоб, одна рука схватилась за больное место, а другая за орущее. Колено бывшего майора армии Алисии — 0, дубовый стол — 1. — У-у-у-х, су-у-у-у…я вас сейчас найду… — злобно прохрипел Джейк, прыгая на одной ноге к возможной лестнице наверх. Прыгнув в очередной раз, случился поцелуй его лба с дверным косяком. Джейк отскочил и рухнул на пятую точку, укусив себя за рукав. Жаль звезды, летающие перед его глазами, не могли осветить ему дорогу. Джейк вопил в рукав от боли целую минуту. Но теперь он знал, где находится лестница.       Через боль встав на твёрдые ноги и гордо выпрямившись, Блодсаммер приготовился подняться наверх. Он сделал первый же шаг и почувствовал твёрдую поверхность. На лице Джейка появилась торжественная ухмылка и он сделал мах второй ногой. В итоге его шляпа выскользнула из-под ступни, он потерял равновесие и впечатался лбом в ступеньки.       В этот момент Эд отчаянно рылся в потрохах очередной люстры. Но было так темно, что он боялся по ошибке вместе болта выкинуть какую-нибудь драгоценность. Гневно ворча и обзывая Легендарных, он рукой схватился за фонарь и принялся рыться в пиджаке в поисках спичек. — Мать твою, да вас искать сложнее, чем деньги в этих детальках, — пробурчал Эд, переходя на карманы штанов, потайных карманов, шляпы и трусов, — Стоп. Я видел коробок, кажется, в проходе…на комоде, — после этих слов он встал и вышел из комнаты.       Отис тем временем быстрыми и тихим и шагами бегал по дому в поисках хоть кого-нибудь из братьев. Он боялся, что крыса-клоун бегает где-то рядом, и ещё больше боялся, что она бегает за ним. Страх мешал ему кликать братьев, так он был напуган. — Сделай меня жизнь честным, где этот комод?! — недоумевал Эд, дергая руками во всех направлениях, и тут же ударился пальцами ноги о что-то деревянное. Комод был обнаружен. Сжимая больные пальцы на ноге, он отчаянно обыскивал его, но на нём ничего не было, — видимо, упали на пол.       Отис решил присесть куда-нибудь, чтобы отдышаться. Он подумал, что если ОН устал, то маленькая слабенькая крыса и подавно. Эд ползал по полу в поисках коробка со спичками, тянул руки и собирал пальцами пыль. И тут его глаза блеснули — в левой руке что-то было. Отис внезапно почувствовал, что его ногу что-то схватило. От неожиданности и страха он закричал, как днём. — Черт, обознался, — сказал Эд и собирался от греха отползти в сторону, как вдруг, — о, нашел! Спич… — не успел Эд договорить, как испуганным и дерганный Отис пнул его по лицу с размаха. Братья «разошлись» по разным углам: Отис с плачем убежал в сторону спальни, а Эд влетел в стену у кухни. — Это была крыса-клоун! Она заползла мне на ногу! Она меня укусила!!! — панике младшего Блодсаммера не было предела. Он вскарабкался на распахнутую дверь, одной ногой стоял на дверной ручке. Его сердце было готово пробить грудную клетку. Так ему ещё никогда не было страшно. В голове всплывал рассказ Легендарного ягуарца. Холодной пот тёк по лицу парня. Он триста раз проклял то, что он снял обувь и обеспечил крысе-клоуна такой лёгкой добычей.       Джейк, избитый, кряхтящий и хромающий, шёл вдоль стены и опирался о неё руками. За те три минуты, которые он пытался добраться до лестницы, его нещадно и жестоко избила ВСЯ мебель, какая только была в зале. Он в мыслях делал самые страшные вещи с хозяином дома, который понакупил всего этого, пока в реальности страшные вещи происходили с ним. Стол, стулья, диван, шкаф, стены, табуретка, дверной касяк, сама дверь, брошенное на пол лассо, угол ковра и банановая кожура ликовали в честь совместной победы, пока побежденный Джейк уползал прочь по ступенькам. Блодсаммер был рад только одному: Эд и Отис не видели его наипозорнейшего поражения, а Данаэль и Гриф — как унизительно он отступал…опять.       От страха Отису начало мерещится всякое странное и неестественное: «ужаленная» нога жутко чесалась. Стала ли она зелёной, Отис разглядеть не мог. — Надо найти Джейка! Он должен был слышать про крысу-клоуна, он и не такое повидал на войне! — подумал парень, постепенно успокаиваясь. Но лучше бы он обеими ногами прыгнул в лаву, чем хоть пальцем ступил на пол, по которому бегает адская тварь. Он решил ступать по мебели, стоящей у стены.       В этот момент Джейк, сам того не зная, шёл в направлении своего младшего брата. Опираясь о стену, медленно и также на цыпочках, без единого шороха, мужчина шёл к двери в спальню, на которой раскачивался Отис. Тот напряг каждую св извилину, чтобы вспомнить, где ближайшая «ступень». — Вспомнил! Тут у стены должен стоять комод, прямо рядом со мной, — радостно произнёс про себя Отис; он уже представлял, как старина Джейк находит решение этой проблемы, как находит антидот от огня крысы-клоуна; он буквально закрывал глаза и представлял своего старшего брата совсем рядом.       Отис уже «вспомнил», в какой стороне стоял комод, и собрался закинуть ногу в этом направлении, чтобы зацепиться за него. С этой стороны к нему подходил, без единого шороха, Джейк.       Размяв ногу парочкой взмахов, Отис приготовился перебираться на комод и отвёл ногу назад. Вот, когда его глаза более менее привыкли к кромешной тьме, он увидел очертания «комода». Ему даже показалось, что его цель приближается к нему. И вот, как самый мастерский футболист с мячом у ворот, он с бешеной скоростью взмахнул ногой. Раздался сильный грохот, затем крик, и возвращение ноги обратно. Отис матерился и выл, сжимая больные пальцы ног в руке; он должен был учесть, что небольшая возможность промаха все же есть. Ему было интересно, пострадал ли он больше, чем комод.       Джейк пролетел весь коридор и упал у первой ступеньки, затем скатился по лестнице вниз, разбил своей спиной стеклянный стол, упал на ковёр, прокатился по нему и завернулся в него, как мясо в блинчик, влетел в шкаф телом и точно лбом и ударился о тумбочку рядом мизинцами. Более того, шкаф от такого удара пошатнулся и качнулся прямо в сторону Джейка, закутанного в ковёр и обездвиженного. Но пронесло: шкаф качнулся обратно и встал, как раньше. — Я надеюсь, ни Эд с Отисом, ни Легендарные меня не видят… -сказал в слух оторопевший Джейк монотонным голосом. Воцарилась гробовая тишина. А затем он горько заплакал.

***

      На вернём этаже, на кухне сидел Эд и уже занимался поисками сокровищ: он снял люстры во всех комнатах, лишив света практически весь дом, и разобрал их на мельчайшие детали, что даже производитель бы не собрал назад. Он хватался за голову и копался в темно-рыжих волосах, безнадёжно разглядывая гору запчастей, а также новый браслет: — Ну не может такого быть, чтобы ты был один единственный, — с сожалением произнёс Блодсаммер, смотря на женский браслет на своей руке, — где-то должны быть ещё драгоценности, где-то должны быть…       Его взгляд упал на люстры ручной работы, с кучей необязательных добавлений, однако очень красивых и необычных. Эд развёл плечами, взял одну из них и положил на стол, а затем взял молоток и со всего размаху ударил по красному дереву. Ещё удар, и ещё, и ещё, потом Эд поставил её на пол и принялся лупить ногами, в грубой форме призывая её «поддаться». — Эй, ты слышал это? Там, в доме старика Читти какие-то странные звуки! — послышалось из окна. Бандит остановил свою руку, когда молоток был в сантиметре от люстры и нового оглушительно го звука. Эд затих в тот же миг, даже опасался дышать. — Может это его жёнушка? Обронила там что-то… — Несколько раз? Я, был у них дома — всегда чистота, порядок и аккуратность. Что-то тут не чисто…       Эдди медленно на цыпочках двигался к окну, чтобы украдкой посмотреть, не идут ли эти двое к двери их убежища. Вдруг его озарила идея, как предотвратить это: — Гав! Гав! Гав-Гав-ГАВ! — громко залаял Блодсаммер, как настоящий пёс, прямо из приоткрытого окошка. Эхо раздалось на всю улицу. — А, это Рудольф — их пёс! Ложная тревога, — послышалось опять с улицы, а затем общий говор.       Эд с улыбкой на все лицо и гордым видом возвращался к столу, довольный своей креативностью и блистательным умом, как он про себя думал. «Давайте продолжим» — сказал он схватился за молоток, — то есть «Гав»!       Он вставил отвёртку в некую линию на одной люстре и начал забивать её ударами молотка. В итоге инструмент застрял в дереве намертво. Эд вытряс из подставки для ножей ножи, и со всей силы ударил ею эту люстру. — Гав! Гав! — прикрикнул он, роясь в двух половинках светильника. Тот, увы, оказался пуст.       Тогда Блодсаммер перешёл к следующей потенциальной копилке, со светильниками в форме зайчиков. Но на этот раз он решил взять другой инструмент — топор. Хоть опыта в обращении с таким оружием у парня не было, энтузиазма ему было не занимать — он попал по деревянной люстре с четвёртой попытки, превратив её в щепки, а затем зычно крикнул: Гав, Гав, Гав!       Вытирая пот со лба рукавом, Эд достал из ящика с инструментами пилу, закинул на стол очередную жертву, и принялся пилить. — Игра ещё не окончена! — решительно твердил воришка, измельчая изготовление из дерева пилой, — Гав!       Люстра была превращена в горку трухи. Спустя минут десять упорного рытья в ней, Эд остановился. А затем схватился за стол и перевернул его, пнул пилу ногой, прогремев ей, и схватился за стопку тарелок и разом швырнул их на пол. — ГАВ! ГАВ! ГАВ! ГА-А-А-А-А-А-А-А-АВ!!! — выл во все горло Блодсаммер, тяжело дыша и плюясь слюнями как настоящий, злющий, больной бешенством пёс. И тут послышалось с улицы: — Твою мать, ты слышал это?! — Ещё бы не услышал! Эта дворняга такими темпами разрушит все в их доме! — Миссис Читти кажется не справляется с ним, давай постучимся и поможем ей! — Да ты что, не видел Рудольфа? Да мой бык меньше него в два раза! Побежали, поищем мистера Читти — уж хозяин точно успокоит этот слюнявый ураган…       Голоса затихли. Эда в миг охватила паника: он начал носиться по кухне, хватаясь за голову и думая, как быстрее отсюда свалить.

***

      Пальцами изучая узел и ногтями поддевая нити, Данаэль старался развязать Грифа. Ягуарец смог заползти к нему на коленки и лечь лицом вниз, чтобы его друг мог избавиться от узла. И сделать это в кромешной тьме было тем ещё испытанием. Гриф в это время вцепился зубами в верёвки, связывающие ноги Данаэля, и пытался перегрызть их. — Гриф, ты сползаешь. Не двигайся, иначе я не смогу тебя развязать! — шептал рыцарь, хватаясь за узел по-новой. — Фас! Фа пофти осфофофил тефя! — тихо ответил ягуарец, дергая головой ещё раз в попытке порвать плетеные оковы. — Успокойся, Гриф. Лучше смотри за выходом. Вдруг кто-то из них вернётся проведать нас? — указал Данаэль, движениями рук и колен возвращая товарища в исходное положение.       Только косматый оборотень хотел сказать, что никто не придёт и не стоит беспокоиться, как на лестнице тут же показался Эд и застал Легендарных в их положении. Он держал два ящика под мышками и фонарь в зубах. Грифу оставалось только негодовать: — Ферт, он фехнухся! — Конефно я фехнухся, а фы чехо фдал, бахан?! Фто мы пхо вас запухем?! — раздражённо промычал Эд, а затем выплюнул ручку фонаря и тот рухнул на пол, — блондин, твоя домашняя зверушка что-то много тупит. — Ты вообще-то с моим другом разговариваешь. Не называй его так! — немного грубо ответил Данаэль, злобно пялясь на нежданного гостя. Через секунду гнев сменился озадаченностью, для чего здесь два странных ящика.       Эда распирало желание спустить ягуарца с колен рыцаря, отвесив тому подзатыльник своим сапогом. Но, вспомнив, про обстоятельства, он просто обхватил Грифа за тело и спустил на пол, сильно грустя и кусая локти. — Так, у меня к вам деловое предложение, — сказал Блодсаммер, уперев руки в бока и тепло улыбнувшись. — И что же это за предложение? — наигранно спросил Данаэль, приподняв бровь. — Да, Шарик, как тебе помочь? От чего ты так лаял и стонал наверху? — поинтересовался Гриф, переворачиваясь с живота на бок. Сказав это, он не мог не улыбаться. — Да так: неприятности небольшие, — как ни в чем не бывало ответил Эд, будто не заметил колких слов ягуарца, и даже рассмеялся, — представляете: теперь из-за моих криков весь район думает, что соседская собака проникла в дом и гремит мебелью, пока никого из хозяев нет! Ха-ха-ха-ха-ха! Вот задача просто!       Данаэль и Гриф поняли, что с таким раскладом проверять этот дом никто ближайшее время не будет. По взгляду Блодсаммера было видно, что он так радостно и громко смеётся не надо ситуацией, а над ними двумя. Данаэль даже хотел сказать ему, чтобы он прекратил, а то горожане услышат его и вломятся в дом — Ха-ха-ха, боже…лошары…замесим вас обоих… Так! Кхм! Что я хотел у вас попросить: я дам вам вот эти ящики. Там детали люстр, светильники. Поройтесь в них и поищите деньги или драгоценности. И искать будете быстро! — Хм…ладно, но и ты кое-что сделаешь нам взамен, — деловым тоном сказал Данаэль, посматривая на свои связанные руки. — Чего? Взамен? Ты с горы рухнул? Вы два заложника, должны выполнять указы пленителей! Вы вообще слышали что-нибудь про кодекс заложников? — возмутился Эд, смотря на Легендарных как на дебилов, — может вы ещё потребуете не убивать вас? А?       Данаэль и Гриф ничего не ответили, а когда Эд начал перерезать верёвки, незаметно переглянулись. Рыцарю отвязали только руки, он все также был прикован к стулу. Грифа сначала полностью развязали, но через минуту на его запястьях и икрах были веревочные наручники. Они оба принялись рыться в ящиках. Эд вынул револьвер из кобуры и сел на ступеньки. — Быстрее ройтесь, даже не думайте тянуть время, — сказал Эд твёрдым голосом; радость и веселье испарилась в нем, теперь он был серьёзен и наблюдателен. Блодсаммер взвел крючок, и Легендарные ускорились.       Данаэль, пока копался в деталях, посматривал на пленителя — Эд не спускал глаз ни с одного, ни забывал про другого, держа огнестрел наготове. Язык жестов и чтение по губам было плохой идеей, но герой знал, что Гриф, быстро поймёт, что делать. — Эй, эй, балбес, куда ты выкидываешь все это?! Ты даже не рассмотрел этот осколок, а вдруг это дорогой камень или серёжка? — возмутился Эд, тыкая револьвером в Грифа. — Ты сам сказал: «Быстрее ройтесь», — ответил Гриф, останавливаясь и с поднятой бровью смотря на бандита. — Но это не значит, что надо горстями выбрасывать их оттуда. Ищи быстро, но внимательно! От этого зависит твоя жизнь, — сказал Блодсаммер и тыкнул ягуарца в лоб железным дулом. Гриф нахмурился и сжал кулаки, однако был вынужден выполнить требование. — Сам ищи свои камни и серьги, — злобно прохрипел он. — Умничать здесь будет мой патерсон, понял? Я вам может шанс даю почувствовать себя настоящими охотниками за сокровищами: в деревянных ящиках поищите потеряшки. Уровень для дошколят! — сказал Эд и хихикнул. Данаэль и Гриф посмотрели на него со злобой за эти слова. — Вы посмотрите-ка на него: нашего котёнка обидели, всех котят утопили, — издевался Блодсаммер над мохнатым бойцом, пока тот мучился от зуда в сжатых кулаках, — сидит, молчит, брови нахмурил, рычит тихонько, весь такой обиженный, злой и связанный…       Эд поставил Грифу фофан, стоило тому нагнуться к ящику. От неожиданной боли ягуарец звонко рыкнул и схватился за лоб, а бандит взорвался громким смехом. Эд схватился за живот и чуть не рухнул со ступенек вниз. Гриф же эту издевку не оцнил, выпустил когти и дернулся в его сторону. Блодсаммер наставил на него револьвер. — Эй… Эд, я правильно произнёс? Может ты лучше поможешь нам? В четыре руки и две лапы мы ещё быстрее проверим все эти детали, — предложил светловолосый парень. В ответ парень в чёрном пиджаке очень странно на него посмотрел. — И ещё… — Эд смотрел на Легендарного, улыбался и буквально выпытывал из него желанное, — закончи фразу… — Ты же в этом деле дольше нас, у тебя и глаз наметан, — вздохнув, сказал Данаэль, но Эд выкатил глаза в ожидании, — покажи нам, как правильно искать клад… — но бандит продолжал пялиться. Данаэль стиснул зубы и сдал кулаки, — …может мы — узколобые искатели-любители многому могут научиться у такого опытного, блистательного и неповторимого мастера, как ты…р-р-р-р…ты будешь нам помогать? — Дай-ка этот ящик сюда, ягуарец, — сказал оживленный и довольный Эд, хватаясь за деревянную коробку и тяня её к себе, — Вот теперь, блондин, ты правильно произнёс моё полное имя!       Втроём они копались в ящиках. — Эй, Гриф, возьми вот это и попробуй сломать, — сказал Данаэль и вынул их своего ящика половину деревянной люстры, — видишь вот эту линию, вот эту часть узора? Разломай здесь, тут должен быть тайник. — Ух ты, а на вид такая маленькая веточка, — полушепотом произнёс удивлённый Эд, смотря, как ягуарец ловит брошенную ему на лету деталь. — Это один из самых действенных древних способов спрятать бумажные кешу. Я прочитал его в книге одного бывшего мошенника, — сказал Данаэль, вернувшись взглядом к коробке, а затем резко поднял голову и исподлобья посмотрел на Блодсаммера, — а ты что, не догадывался о таком? Это, вроде, очень распространённый метод среди воров… — Я? Не слышал? Пф-ф-ф-! Нашёл идиота, называется, — ответил Эд, развалившись на ступеньках и состроив нелепую улыбку, — напомни, кто автор книги? Я припоминаю…много-много лет назад рассказал одному парню по секрету об этом, научил его, как запихнуть кешу в люстру. Как там зовут автора? На кого мне подавать в суд за нарушение авторских прав? — Фирг Ьчарех оп егон, — после этих слов рыцаря Гриф взглянул на него, потом на Блодсаммера, и злодейски улыбнулся. — Данте, дай-ка мне молоток, — с той же улыбкой сказал Гриф, потянув лапу, — так будет быстрее и проще, да и очень вмазать по чему-нибудь хочется!       Данаэль бросил ягуарцу молоток, тот сжал его в лапе и замахнулся. — Странное имя и…фамилия тоже чудная. Он что, из Ктулхвиля? — спросил Эд, сложив руки на груди и с интригой на лице уставившись на рыцаря. — Секунду, я плохо тебя вижу. Не против, если я увеличу яркость? — сказал блондин и потянулся к светильнику братьев. — Ты о чем? Его нельзя сделать ярче… — удивившись, ответил парень, как светильник погас, и в подвале воцарилась кромешная тьма. Послышалось чье-то зловещее хихиканье; Гриф сменил курс удара, и со всей дури долбанул Эда молотком по ноге.       Сначала стены и потолок сотряс звук молотка о кожаный сапог, а затем и демонически-громкий надрывный крик Эда; как будто Джедина увидела крысу с ящерицей на плече, или Рацио готовил блюдо и потерял адский перец, или Шайми, которая ударилась мизинцем о тумбочку во время его поисков, или Данаэль, нашедший этот перец и решивший его попробовать; как будто целая стая банши пробудилась и услышала, как подорожали цены на деревянную мебель. Эд голосил, как будто он летит в пропасть, в которой его ждал гигантский осьминог-людоед, а вместе с ним падал бешеный лев, укусивший его за причиндалы. На Данаэля просыпалась труха с потолка, прямо в причёску и глаза; Гриф зажал чувствительны уши, и тихо умирал от смеха; своим поступком он сам себе сделал весь день. — КУДА ТЫ БЬЁШЬ СВОЕЙ КУВАЛДОЙ, КРЕТИН?!!!?! КУДА ТЫ ТЫКАЕШЬ СВОИМИ ПАЛЬЦАМИ, ИДИО-О-О-О-О-ОТ!!!!!!???? — кричал бандит, качаясь и сжимая ступню в руках (орать он тоже не прекратил) — МАТЬ ТВОЮ НАСАДИТЬ НА КАК ЖЕ БОЛЬНО!!! МОЯ НОГА!!! МОЯ ГОЛОВА!!! ВСЕ ПЛЫВЕТ ПЕРЕД ГЛАЗАМИ!!! Я ГОРЮ!!! МОЯ НОГА В АДУ-У-У-У!!! ЧТОБ Я БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬЮ ЗАНЯЛСЯ-Я-Я-Я!!! ЧЕСТНОСТЬ МНЕ В ЗАД!!! КАК ЖЕ МНЕ БОЛЬНО-О-О-О-О!!!       И тут послышался крик Отиса из другой части дома: — Э-э-э-эд!!! Хватит крича-а-ать!!! Ты можешь выдать на-а-ас!!! — Бандит, я уверен, ты уже ловишь фейспалм!!! Прямо как я… — сказал Эд и ударил себя ладонью по лицу.       В кромешной тьме Гриф подполз к другу и радостно прошептал: — Тройной удар! — Это ещё не конец, готовься… — тихо-тихо сказал Данаэль, слушая стоны неприятеля, — вот, что мы сейчас сделаем… — О чем вы там шепчитесь?! — злобно отрезал Эд, сжимая сапог в руках, — довольны своей дебильной выходкой? Как вообще можно быть таким косым, ягуарец?! А будь у тебя ружьё и будь ты на войне? Ты бы первым же выстрелом застрелился?! — смеялся в голос Эд, пока нога не заболела ещё сильнее, и он прекратил, — я впервые вижу такого косого балбеса, как ты. Боже, да ТАК промахнуться молотком можно только специально! Ты, Ноль без меча, тоже хорош: «Я увеличу яркость!» Дебил, придурок, осел…у фонаря нет такой функции! Как диверсия какая-то. Вы ещё попробуйте воспользоваться моей безпомощностью и обезвредить, а затем бежать, балбесы! Ах, у котика боли, у пёсика боли, а у Эдди не…так, секундочку…       Эд схватился за револьвер и наставила его во тьму, как что-то прыгнуло на него, схватило за обе руки и прижало к ступенькам. Он упёрся ногой в нападающего, и послышалось рычание. — Давай, Гриф, бей его! — подбадривал Данаэль своего друга, параллельно ища узел на своих ногах, — сейчас я тебе помогу!       Эд пнул Грифа сапогом ещё раз в живот. Не будь у Грифа такой высокий болевой порог, он бы слез с бандита, но он пнул того в ответ. Блодсаммер пытался освободить руку с пушкой, чтобы выстрелить в источник рычания. Гриф чувствовал истощение — он потерял достаточно крови, чтобы ослабеть. В темноте не было видно его бледноты. Из-за этого схватка была равной: Эд не мог высвободить руку и покончить с противником, а Грифу не хватало сил, чтобы скрутить и вырубить врага.       Гриф решил сменить стратегию: он выпустил руки Блодсаммера, но затем схватил его и поднял над землёй. От такого неожиданного поворота, Эд не сразу вспомнил, что надо стрелять. И Гриф вместе с Блодсаммером упал на лестницу, придавив последнего к деревянным ступенькам. — А-А-А-А-А! Тык ты, да?! — крикнул Эд, корчать от боли. В глазах резко потемнело, голова затрешала, про спину нечего и говорить. Это было своего рода отомщение за то, как он истрезраз спину Грифа. — А ты с револьвером тоже не особо опасен, знаешь? — сказал Гриф, решив добить соперника словестно, — но все-таки брось его.       Легендарный наступил лежачему преступнику на ногу и нагнулся, чтобы взять револьвер, как вдруг Эд обвил его ногу и повалил на ступеньки. Только Гриф подумал, что есть возможность отдохнуть, как битва продолжилась. Теперь и Эд сменил стратегию: он просунул руку за спину Грифа и схватился за неё, царапал ногтями кровавую плоть, вырывал волосы. Легендарному было невероятно больно: — Ты тоже играешь нечестно, урод! — рычал Гриф, пытаясь вырубить соперника, но боль отвлекала его от этого. А между тем, Эд потянулся за своим ножом, собираясь закончить свой «шедевр» на спине ягуарца.       Данаэль слышал всю драку и понимал, что его помощь как никогда нужна Грифу. — Гриф, где он?! Сейчас я тебе помогу! — крикнул рыцарь в направлении звуков. — Прямо передо мной! — послышался знакомый голос и кряхтение.       Тут Данаэль хватает светильник и без колебания швыряет в сторону драчунов. Звучит звон и треск лампы, а затем падение. Наступила тишина. — Прямо в яблочко! — сказал Гриф, вставая со ступенек, тяжело кряхтя. Данаэль понял, что не промахнулся, — я специально позволил ему побороть меня, чтобы ТЫ лично вырубил его, братан. Не благодари. — Мне показалось, что в этом светильнике что-то лежит, и доверил его вскрытие «мастеру» — сказал связанный рыцарь и протянул руку в темноту. Через секунду по ней ударила лохматая ладонь и зазвучал синхронный смех. — Один есть, осталось двое, или лучше свалить отсюда? — спросил Гриф, садясь на одно колено, чтобы развязать ноги друга. — Честно, я не могу представить, как свалить отсюда, не избавившись от остальных Блодсаммеров. Развяжи меня для начала, и мы… — говорил Данаэль, как вдруг послышался щелчок крючка.       Эд навёл револьвер в сторону голосов, а затем тут же открыл огонь. Он выпустил в них все шесть пуль. Блодсаммер попытался подняться, но поскользнулся на жире и свалился опять на ступеньки. Он начал вытирать руки о пиджак, чтобы избавиться от склизкого содержимого фонаря. Дотронувшись до плеча, он скрючился — оно не только адски болело, но кажется в нем торчал осколок лампы. — Проклятые Легендарные, а-а-ах! Одно радует: я отжег чуть больше, чем вы, — произнёс Эд, злорадно смеясь, но решил проверить, не так ли он кос, как ягуарец. Он достал из кармана спичечный коробок, чтобы при свете посмотреть на трупы Легендарных.

***

      Джейк карабкался по ступенькам, покидая злосчастную гостиную. Как только он залез на самый верх и улегся на полу в проходе, ему повстречался Отис: — А-А-А-А-А-А-А-А!!! КРЫСА-КЛОУН!!! — Отис, это я, тебя трогаю! — Джейк? Ух, слава богу! — сказал парень, переводя дыхание и вытирая ледяной пот со лба, — я уж успугался, что ты тот монстр, который… — Подожди, Отис. Что нужно сделать, чтобы, ты замолчал? — спросил Джейк, уложившись на полу, — ты понимаешь, что если ты или Эд продолжите так кричать, нас найдут, и мы очень медленно и мучительно умрём! — Да, да, я понимаю, просто мне немного, буквально капельку страшно. Тут совсем неподалёку по полу бегает крыса-клоун — страшная и опасная тварь! Тут ещё света нет, и вдруг в темноте я наткнусь на неё?! — То есть, чтобы ты перестал кричать, в доме должно быть светлее, правильно? — на грани сарказма ответил Джейк. — А, ну, да. Мне было бы гораздо спокойнее.       Джейк в мыслях повторял обещание, данное матери, сжал кулаки, вдохнул и выдохнул: — На комоде должны быть спички, я припоминаю, что он в этом коридоре. Сейчас мы их найдём, и ты, ради всех богов, замолчишь…       Внезапно из какой-то комнаты посыпались яркие лучи света. В коридоре в миг стало светло, Отис и Джейк увидели друг друга. Этой комнатой, кажется, был подвал. Старший бандит подумал, что спички были у Эда. — Наконец-то. Теперь долгожданное молчание… — облегчённо выдохнул мужчина, устало развалившись на полу, — крики это не так уж и страшно: люди не сразу поймут, откуда они доносится.       И тут оглушительный визг на весь дом. Стены затряслись, стекла треснули, два брата подскочили. Из подвала выбежал орущий Эд; Джейк и Отис чуть не пробили отвисшими челюстями пол — их брат был охвачен пламенем с ног до головы. Ещё он невероятно громко кричал. — А ведь я даже ничего не говорил про Деву Марию!!! — воскликнул Эд и побежал куда глаза глядят, по коридору. — Отис, надо живо его остановить: он так спалит весь дом! — воскликнул Джейк, поднимаясь на ноги, пока Отис уже бежал за горящим братом.       Парень нехило оторвался и скрылся из виду. Отис свернул в спальню, откуда полыхал яркий свет. К его сожалению, Эда там не было. Свет исходил от горящего стула, столика, кровати, шкафа, секритера и занавесок. — Вот же дьявол!!! — воскликнул перепуганный бандит, увидев эту картину, — Эд, стой на месте! Ты так весь дом подожжешь! Сейчас я приду и помогу тебе! Где ты! — На кухне!!!!!!       Спотыкаясь и удерживая шляпу, Отис выбежал на кухню, где его брат валялся на полу, корчился и кричал: — ПОТУШИ МЕНЯ! ПОТУШИ МЕНЯ! ПОТУШИ МЕНЯ!       Отис снял с себя пиджак и начал бить им Эда. — Ну вот, брат, теперь ты горишь не так сильно, — обнадеживающе сказал парень, надевая пиджак обратно. Он начал искать хоть какую-нибудь жидкость, как почувствовал жар, его спина вдруг начала неприятно зудеть и жареной курицей запахло ещё сильнее. Отис обернулся и лицезрел пламя уже на своём пиджаке; он закричал точно также, как Эд, и выбежал куда-то в коридор.

***

— Гриф, ты видишь это? — произнёс Данаэль, развязывая последнюю петлю. В подвал повалил дым, облаком прислоняясь к потолку, — быстрее. Бежим! — Подожди, а как быть с теми двумя? Давай возьмём револьвер, — ответил ягуарец. — В нем нет патронов. Эти преступники сейчас должны быть заняты тушением пожара. Это идеальная возможность! — заявил рыцарь геройским тоном, как обычно он это делает, — ты можешь идти? — Нет, только бежать, — ответил Гриф, однако по нему было видно, как он измотан и истощен. Рыцарь тоже выглядел не лучше: избитый, согнутый и схватившийся за живот и еле стоящий на ногах. — Легендарные не могут умереть вот так! — сказали они вместе. Они медленно поднялись по лестнице, прижимая головы к низу. Было не ясно, кто кого поддерживал, но без помощи друг друга оба свалились бы на пол. — Ты не помнишь, в кокой стороне выход? — спросил Гриф, прижимая рот и нос рукой. С одной стороны коридора полыхало ярко-оранжевое пламя, а с другой стояла черная стена дыма. — Направо. Осторожнее, не споткнись, — как можно спокойнее ответил Данаэль. Он проворачивал в голове то, что если они выйдут в следующую комнату через дым, и там будет заблокирован выход, они выбьют окно и вылезут. Им играло на руку то, что они были на первом этаже.       Собравшись духом, парни ломанулись сквозь тёмное облако. Но по ту сторону их ожидала новая угроза — железное дуло прямо перед лбом. — Далеко собрались? — спросил Джейк, направляя револьвер прямо на голову Данаэля. Легендарные оглянули гостиную, которую мужчина успел почти полностью потушить. Правда, в другой его руке было ведро, а сам он был с ног до головы в саже. В его дьявольском взгляде теперь виделась усталость, он смотрел на Данаэля и Грифа как на паразитов, виновных во всех его бедах. Он спустил крючок. — Подожди! Ты не можешь так сразу нас убить, — возразил Данаэль, вставая вперёд своего друга, прикрывая того; Гриф в ответ оттолкнул его и сам встал спереди, добавив «Не можешь». — Правда? И почему же? — саркастично поинтересовался Джейк, пронзая врагов взором. — Ты просто убьёшь нас, так что-ли? — удивлённый тоном уточнил парень, исподлобья смотря на мужчину с оружием, — и это все? — А что ещё должно быть? — уточнил Джейк. — А где предсмертная речь? Слов о ненависти, расплате, торжестве над своими врагами, прочего хвастовства и «сношал я ваших матерей» не будет? — Нет, я вас просто убью, — ответил Джейк Данаэлю. — Ну не знаю…это как-то неправильно…даже, я бы сказал, нечестно, — сказал белобрысый парень, сложив руки на груди и смотря в окно, за спину Блодсаммера — не собираются ли горожане ворваться в здание или отвлечь внимание вооружённого бандита. Ведь горящее здание уж точно отвлечёт кого угодно от дел. Ради этого он был готов тянуть время сколько угодно. — Да. Это обязательный «ритуал», если ты не знал, — сказал Гриф наигранным поучающим тоном, — ну, или не ритуал…просто Ворожей всегда так делал, когда собирался убить нас…       Джейк удивленными глазами посмотрел на Легендарных. Воцарилась небольшое неловкое молчание под треск огня. — Наверное поэтому он вас и не убил, — сказал Джейк, в голове проанализировав весь бред такого поступка. Но внезапно раздался адски громкий треск дерева. Звук был такой, будто балки, державшие потолок, лопнули от огня. Затем столб дыма повалил в их сторону. Это произошло очень близко от них, и ситуация в горящем доме стала в десять раз напряжённее. — Как слышите, у меня нет времени на такую хрень, — торопливо сказал Джейк, целясь прямо в глаз рыцарю, но так, чтобы пуля задела и наглую морду ягуарца. В этот миг, Блодсаммера, неожиданно для него, наполнило то самое чувство, о котором говорил Данаэль. Его лицо искривила торжественная улыбка, и он приготовился покончить с двумя проблемами и выстрелить.       Внезапно из-за чёрного облака вылезла чья-то огромная рука и схватила дуло револьвера Джейка, помешав тому выстрелить. Тот сначала подумал, что его накрыли галлюцинации от дыма; так это или нет, как казалось ему, ужаса у него было хоть отбавляй, когда из дыма показалась высокая широкоплечая фигура — Рацио.       Легендарные тоже решили, что от дыма они потеряли сознание и увидели его, пока знакомый голос не пробудил их: — Друзья, как вы? Не время так шокированное смотреть, сейчас я вас вытащу, — решительно сказал силач, а затем обернулся к опешившему Блодсаммеру и отпустил его оружие. Джейк с ужасом посмотрел на стальное дуло, согнутое к низу, а затем с ещё большим ужасом посмотрел на Рацио, — к вам это тоже относится, сэр. Вы первый! — Вот дер… — не успел договорить Джейк, как огромный кулак с разамаху влетел ему в лицо. Блодсаммер выскочил из сапог и, пробив деревянную стену, вылетел на улицу, пролетел метров двадцать, ударился о пыльную землю, и пролетел ещё пятнадцать и таранил собой пожарный дилижанс.       Рацио схватил двух друзей в охапку, поднял над землёй и приготовился выносить их. Данаэль и Гриф очнулись от прилива радости и закряхтели от боли. Силач окликнул их, но те не ответили: видимо, потеряли сознание.       И тут из пламени выскакивают Эд и Отис, все в пепле, наперерез троим Легендарным: — Легендарный Колосс, помогите и нам тоже! Эти страшные, опасные и очень профессиональные разбойники похитили нас — законопослушных горожан тоже и держали здесь! О великий герой, вытащите нас из этой беды, пока мы не сгорели дотла! — взмолился Эд, театрально вставая на колени и взглядом приказав Отису сделать тоже самое. Увидев их, Рацио сразу вспомнил встречу в ущелье и рассердился. Он переложил Грифа на другое плечо к Данаэлю, чтобы освободить руку. — А ещё двоих разбойников в доме нет? Хочу, чтобы они ответили за то, что случилось с моими друзьями, — сказал Легендарный, просверливая обоих насквозь взглядом. — Эм…мне кажется, они давно сбежали. Теперь мы относительно в безопасности, но ТЕПЕРЬ ЗДЕСЬ ВСЕ ГОРИТ, а ещё из-за одного из них, самого умелого, профессионального, красивого, харизматичного и горячего, у нас развился стокгольмский синдром, и теперь не-е-е-много тоскливо… — Это из-за которого пожар случился, да? — спросил Отис. — Возможно…но вы же спасете нас, правда? — Да, и вот как я это сделаю… — обнадеживающе сказал Рацио, приятно улыбаясь.       Отис вылетел через крышу с напольным зеркалом на шее и огромным синяком под глазом. — Мы немножко не это имели ввиду, — сказал он, и приземлился в стену соседнего дома, проскользнуть по ней и разбил своим телом деревянные ящики на земле.       Эд смотрел на дыру в потолке и в крыше, и его ноги дрожали. Рацио размял руку и приблизился к нему. — Подожди, братан, — послышалось вдруг из-за его спины. Это был Гриф. Рацио выслушал то, что ему шепотом сказал ягуарец на плече, и вернулся к перепуганному бандиту. — Личные пожелания от заказчика, - произнёс колосс и прислонил свою широкую ладонь с двумя оттянутыми пальцами ко лбу Блодсаммера. Эд сглотнул.       Нечто пробило стену и пронеслось перед злобной толпой. Оно двигалось под землёй с невероятной скоростью. Был виден только гребень загадочного существа. Только когда оно замедлилось, а после и остановилось в ста метрах от горящего дома, стало понятно, что «гребнем» были ноги в чёрных брюках. Остальная часть тела под землей жалела, что ввязалась в это дело.       Рацио вынес на плечах Грифа и Данаэля из горящего дома. Теперь его друзьям ничего не угрожало.