la mia salvezza.

1999.

Тепло. В гостиной пахнет свежеиспечённым хлебом и любимыми мамиными ландышами. Папа каждое утро приезжает с работы с этим небольшим букетиком аккуратных, нежно упакованных цветов, и привычно вручает их маме. Та, каждый раз искренне улыбаясь, как младенец, целует папу в колючую, но такую родную щёку с чуть заметной дорожкой морщин, пробегающих рядком от складки у губ. А у мамы вообще всегда всё было слишком. Слишком по-родному тепло, когда приходишь домой с занятий уставший и даже раздражённый, а она своим чистым взглядом и невесомым прикосновением мокрых ладоней к лицу безжалостно устраняет весь принесённый за порог негатив. И он улетучивается, будто снег раздувается по ветру в морозец. Когда с папой в снежки играешь - и набираешь вот такую горку ещё рыхлого снега в ладони, он точно так же причудливо разносится дуновением, как и негатив при виде мамы. Слишком радостно с мамой ехать в зоопарк, смотреть на слонов с их странной длинной штукой вместо носа, на жирафов, похожих на длинные разноцветные деревья, на львов, совсем не таких, как про них пишут в книжках, а с добрыми глазами и задорно торчащей гривой во все стороны. И совсем неважно становится, в какой раз ты уже видишь одну и ту же картину каждое полугодие - важно то, что мамочка всё идет и искренне улыбается, рассказывая о том, как ей повезло с таким любознательным и жизнерадостным сыном, и о том, что они обязательно должны съездить в дельфинарий после зоопарка, и даже о том, что её любимый сыночек сможет покататься на большом и гладком дельфине, да прямо на его спине! Но ведь каждая книга, каждая история имеет какой-то логический конец? И ведь конец предопределяет всю суть истории? Иначе, зачем же тогда такая книжка, где нет радостной концовки, где главные герои не приезжают обратно домой и понимают, что ничего дороже на свете нет, чем любовь и поддержка? Зачем вообще писать столь глупые книги, если всё рассказанное и описанное в них - наглая ложь и самообман?

2022. The beginning.

В который раз затянувшись чёрным кислым дымом какой-то дешёвой самокрутки он вскочил, словно бледное костлявое тело ошпарили кислотой. Чудак неловко кинул растерянный взгляд на темнобрового дилера, уголки губ пака расплылись в до ужаса нелепой гримасе. - Чон Чонгук, вы такой красивый. - Чимин чувствовал приятную волну, раскатами пульсирующую по всему телу. драгдилер прищурил пустые лисьи глаза. - Я без понятия, что ты имеешь в виду под этой "красотой". Я знаю, что такое дутый, где взять фен. Тебе мало? Учителя по литературе говорят, что противопоставления - это контраст, это живость. Самый верный способ усилить значение, смысл чего-либо. а если смысла нет и быть боле не может? лучше бы этого противопоставления никогда не существовало. не существовало бы и боли, и смерти душевной. "Я часто думал о том, почему люди склонны всё вечно драматизировать. Людская натура склонна часто употреблять слово "слишком". Нелепо. Слишком плохо, слишком хорошо, слишком люблю, слишком, слишком, слишком. Я думал об этом, и вспоминал свою мать. Единственное лицо, о котором вспоминая, хочется сказать одно единственное слово - это до дыр заезженное "слишком". Осознание того, что я такой же, как и все другие серые массы? Нет, определённо. Просто слово "слишком", да и другие слова, что могут описать эмоции, чувства, они испарились из нынешней жизни. Когда эмоции завладевают - это зло. полюбишь человека, а он по щелчку пальца исчезнет. Пустые слёзы потекут - а чем это спасёт ситуацию? Спасти может человека только сам человек, и не какой-то другой. Я думаю, что в этой жизни нужно полагаться только на себя, забыть про всё остальное, выбросить, словно ненужную вещь, переживания о других, и всё вытекающее отсюда. Просто жить, ради себя самого, и только. Ведь люди - хуже всего существующего на этом свете. Отвратительнее вещи не бывает." //////////////// Тот человек, что с невозмутимым лицом едет под неприлично оглушающие басы в салоне своего очередного авто - Чон Чонгук. Вообще, для него это всё - игра. И новый автомобиль, что стоит целое состояние, возможно, и сигарета, медленно тающая меж захвата тонких пальцев, и музыка.

И...

мир, невообразимо большой, полный эмоций, наверное. Это всё тоже - игра. Какая игра? Игра разума, лживых чувств, надежд, несуществующих эмоций. Игра погорелого театра. А этот маленький мальчик с сияющими глазами? Его иссиня-чёрные пряди волос развеваются по ветру, он бежит, не жалея ног, хохочет во всё горло. Но ведь это тоже - Чон Чонгук. Только лет так 15 назад, не меньше. Всю идиллию искреннего мира нарушила лицемерность отца и люди, прогнившие до глубины костей. Отец Чонгука был лидером большого контрабандного движения. Они занимались поставкой, перевозкой, закупом и сбытом наркотических веществ практически любых сортов. Всё произошло во мгновение ока - местная полиция узнала о месте проживания лидера контрабанды, сразу же направилась туда, но первыми в квартиру вошли люди отца Чонгука и сам он. Боясь собственного наказания, они застрелили мать Чонгука - единственную потенциальную свидетельницу, однако, невинную душу. Забрали все свои сбережения, документы и стафф. После проделанного на первом попавшемся рейсе улетели в неизвестном направлении с трупом женщины. И ныне Чон Чонгук - безжизненный манекен, занимающийся нелегальным распространением наркотиков. Буквально лучший в своём деле, известный в своих кругах. Он не сошёл с ума, и не пошёл по отцовским стопам. Он лишь живёт ради мести. Ради момента мучительной смерти отца. И он уже с ним сотрудничает под псевдонимом контрабандного движения "Revenge". Контрабандного движения, состоящего из одного человека - лидера, члена, и основного руководителя. Имя ему, как ни странно - Чон Чонгук. И что будет завтра, что было вчера, что происходит сейчас - предопределяет судьбу. Истинное настоящее - это мимолётное движение вперёд прошлого, которое порождает будущее.

И будущее наступило за одно импульсивное решение.

Сегодняшний день выдаётся на удивление более обыденным, чем вчерашний. А вчерашний был более обыденный, чем позавчерашний. Кажется, юношу затягивает та самая воспетая "депрессия большого города". Растекается утро - и скользящий холодный отблеск ранних лучей еле доходит до его квартиры, расположенной на двадцатом этаже. Даже частицы громадины - Солнца предпочитают юркнуть где-то в низменности, непременно доставить эфемерную радость затхлым городским жителям, и тут же раствориться где-то в бесконечности. До мерзости иронично. Чонгук наверняка хотел бы просыпаться, окутанный мягкими солнечными бликами, лениво потягиваться в простынях, не думая ни о чём. Быть может, так оно и было годы назад? Наверняка. Однако, каждое утро драгдилера проходит до отвращения одинаково - он, по хотению своих биологических часов, встаёт в одиннадцать, полураздетый, но уже в полном сознании отправляется через широкие серые коридоры прямо по курсу к кухне. Приходит, и тут же ставит чайник, после извлекает долгожданную сигарету marlboro из полупустой пачки, распахивает окно, и, садясь на широкий подоконник, окончательно пробуждается. Каждое утро его крепкий силуэт, окутанный табачным дымом и облепленный прохладным ранним ветром, виден у окна. В подобной обстановке юноша в обязательном порядке просидит порядка десяти минут, строя планы на грядущий обыденный день. Чонгук вообще каждый день называет этим паршивым словом, каждый, кроме обведённого чёрным в календаре "дня X". Этот день вычерчен, будто иероглифами, на скате у окна потушенной сигаретой, написан на зеркале в прихожей, чернилами набит на костяшках правой руки. Чонгук преследует этот день, нет, его мысли преследуют этот день. Весь его внутренний мир преследует этот день. Без особого энтузиазма парень снимает с раскалённой плиты только что засвистевший чайник, и заливает водой молотый кофе. Даже не дожидается его заваривания, не снимает осевшие крупицы с поверхности, просто устраивается на то же место и потягивает не самый приятный напиток. Чонгук помнит, как в детстве мать запрещала ему употреблять кофеин, объясняя это нелепым "ты ещё слишком маленький. зачем тебе пить эту гадость, если у тебя и так энергии хоть отбавляй?". Конечно, Чона это не устраивало, и он благополучно тащил с верхней полки крупно-молотый кофе, заливал его водой, и без капли недовольства давился этими мерзко плавающими зернами на поверхности. Тогда это манило, потому что было под запретом. Сейчас же Чон делает подобный напиток не из нелепых воспоминаний, ему просто по душе именно такой вкус, похожий на мерзкий вкус бессмысленности бытия. Перевалило за полдень. закончилась очередная переборка тонны бесполезных бумаг, и юноша растянулся на кожаном диване, без особой цели включая первый попавшийся канал. Тут в принципе не могло повезти, однако, на удивление, включилось даже меньшее из того, что могло интересовать Чонгука. Очередные новости столицы. Последний решил, что оставит канал, в качестве "белого шума", и приступит к разбору потенциальных клиентов на сегодняшнюю ночь. Смотрит в дисплей планшета, пробивает по системному блоку, предварительно зайдя через прокси-сервер, и пишет данные в таблицу, выделяя жирным шрифтом координаты и инициалы адресата. Не успевает пройти и часа монотонной деятельности, как по всей округе пронзительным раскатом разносится глухой удар чего-то тяжелого и массивного, а, спустя миллисекунды, скрежет и звон разбитого стекла. В дело вступает назойливый писк, и, конечно же, вскрики мимо проходящих горожан. У юноши всё устроено весьма продуманно, дабы лишний раз не светить своим лицом - он расположил камеры на каждом уголке балкона, по всем траекториям - даже по направлению в небо, мало ли, отправят по его душу какой самолёт-истребитель, он ведь конченный драгдилер, но ему ещё рановато умирать, день X не настал. Парень бросает короткий взгляд в левый верхний угол комнаты, скользит по массивному экрану взором, и лицезреет порядком подзаебавшую картину. Очередная авария в центре города. У разнесённого вдребезги капота расположился окровавленный рубленый труп. Вероятно, труп. По крайней мере, Чон сомневается, что за жизнь этого тела местные врачи будут усердно бороться, они просто скажут "не успели", и дело с концом. Одно интересно - судя по нанесённым повреждениям легковушке, фура неслась в не подобающей центру города скорости, да и скрывается эта махина так же быстро, как и всё успело произойти. Натворил пиздеца? - по-быстрому скройся, и дело с концами. Что ж, знакомая картина, не так ли? Парень со странной усмешкой провожает взглядом фуру, что спешно скрывается в линии дорог, и возвращается к своей деятельности. У него в голове лишь проскальзывает - "Блять, сейчас прикатят эти недополицейские со своими назойливыми звуками, и будут выяснять причинно-следственные связи ещё как минимум до вечера. Надо же было сдохнуть прямо у моей жилплощади. Браво." Как пить дать, было очевидно, что наступившая суета ( и как она горожанам ещё не надоела? ) не стихла до начала вечера. А юноша этой ночью выезжал из города с ещё более опустошённым разумом, чем когда-либо. Что-то происходит в этом проклятом дьяволом мире.

Night. Jungkook's side.

Монотонные, размеренные шаги юноши практически не слышны среди гробовой тишины, окутывающей кладбищенскую территорию во все века. Парень уверенно, с несколько скучающим видом ступает по сухой грунтовой тропке между серыми надгробиями. На вид все такие одинаковые, а ведь когда-то был живой человек, со своими мыслями, со своей свободой и своим "Я". Странно осознавать, что, когда ступаешь по очередной меже, под твоими ногами дремлют мнимым сном миллионы разлагающихся тел. Сквозь сон они всматриваются через тонны земли, вслушиваются в твоё размеренное дыхание, будто тысячи глаз вылупляются и незаметно наблюдают за каждым нелепым шагом человека на территории мертвецов. Чонгук на территории мертвецов чувствовал себя своим. Конечно, судя по физической комплектующей - обычный человечишка, из плоти и крови слепленный, однако душа и мысли его уже давным-давно где-то в загробном мире затаились вместе с этими миллионами разлагающихся трупов. Чувство, будто его душа и сама посмеивалась над своим телом, над его минимальным набором возможностей и нелепостью бытия. Проще говоря, ничто иное, как самоирония психопата. Юноша вглядывается в заполонившую округу тьму, скользит взглядом по стволам редких деревьев, со стороны это выглядит весьма жутко - стоит какой-то идиот посреди кладбища и будто сканирует местность. Похоже на религиозного фанатика, пришедшего принести в жертву какую-нибудь баранью голову. Однако, Чонгук на корню пресекает любые религиозные идеологии - он вообще ни во что не верит, да и не надеется. Эдакий нигилист современности? Темноволосый, предварительно оценив обстановку, ловким движением рук извлекает из кармана бесформенного длинного пальто пухлый пакет, и, предварительно найдя у одного из основания деревьев белую метку, неглубоко зарывает пакет в землю. После притаптывает землю, стягивает с кистей рук перчатки, помещает их в отдельный пакет и сжигает его уже где-то на окраине кладбища. Так же привычно возвращается к иссиня-чёрному авто. Спустя несколько секунд юноши будто и не было, кладбище вновь погружается в свою непроглядную тьму, смешанную с густой тишиной. Лишь неспокойные души, наверняка, доселе всматриваются сквозь толщи земли, в попытках заприметить наглого чужака, что проник по своему хотению посреди глубокой ночи в царство мертвых. ---------------------------------------------------------------------------------------------------— - В следствие произошедшей аварии, удалось выжить лишь одному несовершеннолетнему парню семнадцати лет. По причине того, что подросток остался без родственников и потенциальных опекунов, принято решение отправить пострадавшего под опеку детского дома. Выжившему несказанно повезло - от аварии он, в отличие от своих родителей, отделался лишь ушибами черепа и некоторых конечностей. По словам врачей, дополнительная госпитализация не потребуется. Чонгук пару-тройку часов назад приехал со своей ночной вылазки, как обычно обнаружив за собой, что потребности во сне не возникнет как минимум до вечера. Всё также расположившись в чёрном кресле с кожаной обивкой, он медленно потягивает кофе и скользит взглядом по очередной книге в жанре психоделики. Начальные фразы о недавно случившейся аварии до него дошли обрывками, однако, как только его слух уловил высказывания телеведущей о дальнейшей судьбе выжившего, юноша невольно для себя поднял одну бровь, и, отвлекшись от толстой книги взглянул на экран плазменного телевизора. ---------------------------------------------------------------------------------------------------— Чонгук, что выезжал ночью на неприметном авто к месту заклада, в очередной раз словил себя на до ужаса назойливой, однако, неизбежной мысли. Подобные мысли градацией всплывали в его разуме вот уже как год упорного приближения к цели его бытия. К пункту назначения, или ко "дню X", как выразился бы сам юноша, если бы у него кто осмелился спросить. Изначально парень пресекал на корню подобные мысли, но, после, они облеклись в форму очевидного факта. Голого факта о том, что ему нужно второе действующее лицо. Человек, кому можно доверить свою шаткую конструкцию карты к точке назначения. Проще говоря, ему требуется помощник, с которым необходимо поделиться планом действий и разделить с ним его осуществление. "Абсурд, блять, люди, что разбираются в подобных деяниях - обычные меркантильные шавки. Кинут, и попытаются устранить в своё благо при первой же возможности." - осуждал его разумную мозговую деятельность социопатичный разум юноши. И в этот миг сознание парня заполнило недостающую деталь конструкции. Былая, шаткая "карта к точке назначения" приобрела целостный вид. Чонгук ещё будучи рано повзрослевшим сопляком жил ва-банк, в нынешнем же возрасте чёткие решения в его голове если и принимались, то принимались определённо безвозвратно. Каждый шаг - на вес золота. А свои шаги парень попусту не тратит. Решение, что окончательно приведёт его к пункту назначения, принято. Казалось бы, только что произошло с миллиард мыслительных процессов в голове Чона, однако уже спустя пару минут он медленно поднялся с кресла, поставил кружку на столик, и вышел из квартиры. ---------------------------------------------------------------------------------------------------— Всё того же иссиня-черного цвета авто рассекает нагромождённые такими же навороченными автомобилями, и, до ужаса иронично деловитыми людьми улицу. Правда, уже не обычная неприглядная машина, а спортивная "Пагани зонда". Очередная безделушка в руках Чонгука, которая мнимо даёт почувствовать себя... Живым? Затхлое кирпичное здание, облупленные беспощадным временем серые стены, равнодушно-скучающие лица персонала, запах пресного супа, лука и застиранных простыней, атмосфера детского одиночества. Как только юноша ступает на порог воспитательного учреждения, его взор упирается в будто бы насмехающийся одинокий постер на облупленной стене. На картинке изображены два мальчика и одна девочка, совершенно босые и бегущие по молодой траве. Девочка держит в руке шарик, а сверху белыми буквами по синему небосводу вычерчено :"Ещё один день в раю". Парень неспеша (осторожно пытается строить из себя неравнодушного к детскому горю молодого человека) подходит к весьма молодой девушке, что сидит за стойкой персонала. С губ сами собой срываются первоначальные фразы, что встают вместо учтивого приветствия. - Весьма признателен за подобный информативный, а главное, культурно обогащающий постер. Доселе я не знал, как выглядит рай, вот теперь картинка неумолимо сложилась в голове. - Стоило бы Чонгуку, вероятно, прикусить язык и быть хотя бы лживо-вежливым, ведь он явился забирать ребёнка без подписания усыновления, и прочей официальной составляющей. Однако, ощущение во внутреннем кармане пиджака (право, Чонгук, дабы выглядеть вполне серьёзным и состоятельным человеком, не пренебрёг деловым стилем одежды) толстой пачки новых купюр говорила об обратном. Выждав и перетерпев непонятливый взгляд девушки, парень подошёл к стойке ближе, укладывая руку на деревянный корпус столика. Второй рукой он практически профессионально извлёк толстую пачку свежих денег, и, зажав их меж тонких пальцев, демонстративно показал работнице. - Здесь находится ровно пятнадцать тысяч долларов. Если вам мало - мне не составит труда помножить данную сумму на два, а то и три любых натуральных числа. - Юноша с лёгкой усмешкой окинул порядком шокированную девушку, а после озарил её успокаивающей улыбкой. - Меня интересует подросток. В моих интересах - взять его под опеку в этот же час, однако без официальных документов об усыновлении или же опекунстве, быстро и оперативно. Понимаете, что требуется? - Заприметив нерешимость и сомнение в лице девушки, Чонгук с непринуждённым выражением лица извлёк из кармана брюк такую же пачку денег, а после - ещё такую же. Девушка, не смея медлить хоть секунду, затащила деньги через пластмассовую отгородку, коротко оглядываясь по сторонам. Парень невольно рассыпался до жути странным и неестественным смехом. - Я приятно удивлён, что в подобном заведении работают столь остро мыслящие люди. Имя подростка - Ким Тэхён. Поступил к вам недавно, поэтому особых проблем возникнуть не должно. С начальством договоритесь уж сами, да и к тому же, это, - Юноша многозначительно взглянул на то место, где буквально пару секунд назад лежало целое состояние. - Уж точно поможет вам в осуществлении нашего общего интереса. Так за пару минут решилась судьба двух юношей. После очередного шокированного кивка девушки Чонгук, дабы её и себя не задерживать глупыми разговорами, отошёл к дальнему углу коридора, где располагался также потрёпанный временем и обстоятельствами небольшой диван. Парень садиться не стал, лишь бросил в знак девушке короткий взгляд в противоположную сторону коридора, и стал ждать, изредка посматривая на наручные часы. Удивительно - никаких расспросов, даже ведь деньги проверять на подлинность не стала. Насколько же прогнившие существа в погоне за бумажками готовы даже продать невесть кому невинную душу? У-ди-ви-тель-но.

Day. Taehyung's side.

Неблагодарная сука, ирод, щенок, бесполезный идиот, мразь, малолетка, ошибка. Прекрасные слова, не так ли? Вышеперечисленное - меньшее из тех зол, которое Ким Тэхён слышал в свой адрес каждый божий день. Они дали тебе все, а ты им - ничего. Непослушание, собственное мнение, персональные желания - абсурд. Пресекается на корню. Раз ты из высшего общества, вырос в достатке - на тебя возлагают огромные надежды. Поэтому воспитывают под стать кому-то, безусловно, важному. Воспитывают так, как им хочется. Воспитывают марионетку. Лишнее слово, сказанное вне стен "царского" ложа? Прижгут язык, покажут, как не подобает себя вести сыну предпринимателя. Слово против главы семьи? Впечатают в стену лбом вперёд, и будут оставлять уродливые кровавые следы до потери сознания. Пока кровь не потечёт с пальцев ног по дорогому паркету. Недостаточная успеваемость? Возьмут за волосы, и будут требовать решения примера высшей математики в уме. За каждый неверный ответ - отцовский удар по животу, ногам, рукам. Только не по лицу. ведь: "Люди увидят". И в очередной день горе-семья отправляется на регулярно проводимый съезд акционеров. Присутствие Тэхёна неоспоримо на нём, потому что "Отец так велел". Отцу вообще никогда нельзя сказать слова против. Но, видимо, не сегодня. Сегодня вообще день особенный. В одно мгновение решается судьба двух страдальцев. Какой благодетель постарался? Наверняка, парни сами по себе - убийцы и благодетели. Вскользь произнесённый очередной упрёк отца о некомпетентном поведении неблагодарного сына вызывает фурор у демонов, что живут внутри кима. - Да никогда в жизни, ясно вам, ублюдки? - Срывается мысль с уст Тэхёна. Желание послать всех нахуй, высказать всё, что он чувствует каждую секунду своей отвратительной жизни с родителями оказывается сильнее его сдерживающего фактора - разума. - Я никогда не стану таким, каким вы хотите меня видеть! Что ты возомнил о себе, плешивый безмозглый старик?! Ты не отец, ты не человек, ты - даже не существо! Ошибка природы, лишняя переменная, лицемерная скотина, хуже любого серийного убийцы, хуже всех твоих жирных офисных ублюдков, хуже лишенного разума скота! Я заебался плясать под вашу дудку, твои блядские руки уже давно в крови, и я искренне надеюсь, что через мгновение ты попадёшь в ад вместе со своей шизанутой супругой, ублюдки! Целый мир, невообразимо прогнивший, не сравнится с вашей убогостью! Я жалею лишь о том, что не сделал этого собственными руками, суки! - Истерика сопутствовала граду слёз, что мигом хлынула из Тэхёна. Как давно он мечтал высказать всё, что на его изуродованной страданиями душе, как давно он мечтал избавиться от бесконечного потока страданий, как давно он мечтал убить двух ублюдков, что превратили его жизнь в сущий ад. Уж лучше он подохнет именно так - вместе с ними, но по собственной инициативе, чем будет дальше мнимо потакать своим родителям. Именно они воспитали в нём латентного садиста, будущего убийцу, проклинающего самого себя и весь мир. Проклинающего бога, дьявола, небо, землю. Скрежет шин и пронзительный вопль отца раскатисто проносится по округе. Тэхён, завидев знакомую махину-фуру, несущуюся прямиком на легковушку, выбивает стекло предварительно подготовленным молотком, что скрывался в длинном рукаве его пиджака. В последнюю секунду перед столкновением парень пулей вылетает из окна автомобиля, что есть мочи отталкивается ногами о внешний корпус двери. Не думая ни о чём, старается сгруппироваться, и, с невыносимой болью, тело его падает на асфальт. Юноша катится кубарем по дороге, но сознание не теряет, хотя пелена перед глазами предательски проявляется. Лишь почувствовав практически удачное приземление, Ким слышит звук битого стекла, грохот легковушки и крики прохожих. Парень приоткрывает глаза, и, впервые в своей несчастной жизни, искренне, заливисто смеётся.

Хорошо смеётся тот, кто смеётся последний.

Фура скрылась из поля зрения зевак также незаметно, как и появилась. а Тэхён с того дня помнит лишь изуродованный труп отца, нескончаемый звук сирен, и неподдельное счастье. Глоток свободы, и ощущение новых возможностей.