Dead Space: Жизнь после

У тебя есть два варианта:

Контролировать свой разум

Или позволить своему разуму контролировать тебя.

Пауло Коэльо.

       Большинство магазинов на Рокстоне-2 закрылись в связи с кризисом или были разграблены бандами, уверовавшими в свою безнаказанность. Однако некоторые, такие, как магазин «У Джо», продолжали жить вполне обычной жизнью, предоставляя жителям колонии товары, если те были в состоянии заплатить. Разумеется, некоторые изменения в работе были. Специализированные ранее, магазины превратились в «лавки всякой всячины», продавая почти все, что можно было найти в колонии, от продуктов до стройматериалов, а некоторые предлагали покупателям наркотические и психотропные вещества и даже оружие. Понятие «в состоянии заплатить» также претерпело некоторые изменения. В условиях тотального дефицита, торговцы диктовали условия, воплощая с людьми свои самые извращенные фантазии.       Владелец этого магазина, Джордж Роздвокрак, более известный как Большой Джо, не был исключением. Официальных подтверждений не было, но по слухам, он часто требовал с покупателей, в случае, если они не могли заплатить, специфичные вещи, вроде оплаты товаров натурой или расписок об обязательстве выполнить несколько поручений. Люди, доведенные до отчаяния, все чаще и чаще соглашались на эти циничные условия.       Сейчас в магазине «У Джо» кипела жизнь. Пятнадцать выживших бегали туда-сюда по помещению, собирая с полок то, что требовалось немедленно. Больше всего исхудала полка с крепким спиртным. Джек Стокс занял позицию у входной двери, ожидая задержавшуюся часть группы. Юсуф Аль Сахэр поднялся на второй этаж и следил за тыльной стороной здания, выходившей на административную площадь. Клэр Фишер и Лили Брайсон забрали с полок кучу медикаментов и пытались хоть как-то оказать помощь раненым Гонсалес, Айронсайду и Макгаррету. Питер Флойд, мужчина со сломанной ногой, сидел рядом на полу и пил водку. Он был травмирован до вспышки, а потому его осмотр врачи решили отложить на потом. Чуть поодаль, на стульях сидели дети, в оценке возраста которых Стокс ошибся. Жошуа Фуэнтосу было девять лет, а Элеонор Стивенсон – шестнадцать. Они были в больнице со своими родителями. Бабушка Элеонор была той самой женщиной, которая пробивалась вперед, позабыв о своей внучке, и именно ее сбил с ног «ковбой». Мать Жошуа прикрыла его от догонявшего «мясника». Лили, педиатр и детский психолог, уже провела их беглый осмотр, удостоверившись, что дети не ранены, и пообещав заняться их психическим здоровьем. Сейчас дети сидели и ели мороженое под присмотром Сазака Атаева, сидевшего перед ними на корточках, и развлекавшего их дешевыми фокусами. Дети звонко смеялись, и казалось, что ничего страшного с ними не произошло.       Мойра Стэтмен, спортивная девушка в спортивной же одежде, сидела на тумбе, отдельно ото всех. Она жевала какой-то бутерброд, запивала его «кока-колой» из банки и злобно косилась на пожилую пару, которая что-то обсуждала у прилавка с сельскохозяйственными инструментами. Звали пару Анджей и София Вучич. Стоксу показалось, что семья обсуждала, чем удобнее рубить тварей. Беркисова стояла возле импровизированного медпункта и пила пиво.       Наконец, в магазин зашли Ребекка, О’Райли, Кристофер и Торн. Последний, задержался рядом с детьми. Заметив его, Сазак прекратил развлекать детей и поднялся.       - А я тебя знаю, – проговорил Торн, подходя к нему в упор. – Ты один из тех уродов из бара.       - Ты с ним знаком? – спросил О'Райли.       - Не лично. Лично с ним был знаком Куринич, – Майк продолжал сверлить взглядом Сазака. – Я был близко знаком с его братцем.       - Близко? – засмеялась Беркисова.       - Да. Он потом долго лечился, – ответил Торн, чем вызвал приступ ярости Ани.       - Вот глядя на тебя, я понимаю, почему во всей галактике люди ненавидят полицейских! – резко высказала она, влезая между Майком и Сазаком.        - А ты прямо такой правильный полицейский? – Торн сказал это в лицо Атаеву и лишь потом повернул голову к Беркисовой. – А может, ты расскажешь, как погиб Лоуренс?        - А то ты не знаешь! – фыркнула Анна. – Взорвали броневик и…        - Лучше расскажи, как так получилось, что юнитолог-камикадзе проскочил через ТВОЙ сектор обстрела ЖИВЫМ?       - Он не с моей стороны подбежал! – воскликнула Аня. – Взрыв был со стороны Гонсалес!       - Эй, – с нажимом произнес Торн. – Не заливай. Я детектив. Я видел много взорванных машин и зданий. Взрыв был справа.        - Ни хрена ты не разбираешься, умник! – раздраженно бросила Аня. – Если взрыв был справа, почему дверь сорвана с другой стороны, а не с этой? Тут же взрыв был сильнее.       - Ее, конечно, сорвало бы, – усмехнулся Торн. – Если бы этот урод вежливо закрыл за собой дверь. Но она была открыта. Об этом говорит нагар на частях кузова, которые обычно прикрыты этой дверью. Такого нагара никогда бы не было, если бы та была закрыта. А так, она была открыта, взрывная волна просто оттолкнула ее и вышла на улицу. Следы на броне это подтверждают. Но встретила преграду с другой стороны и вынесла ее. Эта преграда – дверь, которая улетела и снесла Сэм ногу. Тебе любой криминалист скажет то же самое, - высказав это, Торн секунду наблюдал за реакцией Беркисовой, а потом продолжил. – Что, нечем крыть? Тогда отвечай на вопрос офицера, рядовая.        - Вы что, играете в «верю-неверю»? – усмехнулся «ковбой», только что пришедший в магазин.        - Вставай рядом, – не оборачиваясь, ответил Майк. – Третьим будешь-небудешь, заодно придумай внятное объяснение причин твоих действий в толпе. Стокс, на прицел его.       Джек вынул пистолет из кобуры и направил в сторону сорвиголовы. Тот понял намек вполне серьезно, поднял руки и спокойно встал рядом с двумя «штрафниками»       - Так что, Аня, – продолжил Торн. – Может, объяснишь, что случилось? Или мне самому?        - Я не могла стрелять, – глаза Беркисовой налились слезами. – Юнитология – это вся моя жизнь. Узнай это в Церкви, меня бы изгнали. Я бы никогда не увидела Схождение.       - Поверь, ты скоро его увидишь, – проговорил Кристофер. – И это не то, что ты хочешь увидеть. Ваши юнитологи насочиняли про Схождение больше сказок, чем про Белоснежку.       - Ну, Беркисова, – Майк подал знак Стоксу перевести пистолет на нее. – Ещё оправдания будут?       - Юнитология не ошибается! – воскликнула Аня. – Если «Круг» сверг правительство, значит так нужно для высшей цели!       - Ваша Членотология – это чушь, – Торн достал сигареты и повернулся к Стоксу. - Мочи.       - Что? – опешил Джек.       - Ты слышал меня, – ответил лейтенант, подкуривая сигарету.       - Но нельзя же так, сэр!       - Она выбрала сторону! – резко произнес Торн. – Мочи!       - Стой! – Ребекка сделала шаг к Майку. – Она ведь не отказывается стрелять в этих тварей! А у нас каждый ствол на счету, разве нет?       - Плевать, – ответил ей Торн. – Справимся. Зато будет хоть какая-то вероятность не получить пулю в спину. Мочи ее.       Стокс помялся и сказал, опуская пистолет:        - Нет, я не буду убивать ее по твоему приказу.       - Что, так же, как она, веришь в великую цель? – нахмурился Майк.        - Ты не имеешь такого права, – ответил Стокс. – После того, что случилось с Рокси.        - Она мертва. Точка.       - Разве? – скривился Джек. – А может, ты проломил ей голову?       - Эй! – крикнул Макгаррет. – Это был несчастный случай!       - А откуда ты это знаешь? – нахмурился Торн.        - Неважно! – воскликнул Стокс. – Ты убил мою девушку!       - Твою девушку? – выгнул бровь Мак. – Теперь понятно, почему Рексу ничего не обломилось.        - Хочешь поговорить, Стокс? – рявкнул Торн. – Тогда поясни нам, где ты потерялся, когда какая-то хрень убивала Рекса?        - Я был занят другим!       - Ха-ха! – воскликнул лейтенант. – Он был занят другим! Шел бой! Вы работали в паре! Куда, нахрен ты пропал, когда был ему нужен? И чем же ты был занят? Кофе распивал? Да, я действительно сбросил Рокси и попал на этот сраный стол! Но, если бы я этого не сделал, «шавка» оторвала бы Маку голову! У меня не было времени думать!        - Тишина! – проревел сзади медвежий голос.       Все обернулись на крик и увидели Айронсайда, стоящего рядом со стойкой с презервативами.       - Стоило прилечь на пять минут, а вы тут уже поубивать друг друга готовы!       - Нет, сэр, проводим разбор полетов.       - Я вижу, - капитан подошел спорящим. – В двух словах. Беркисова, готовься к трибуналу, я такого не прощу, также к суду пусть готовятся любители потолкать людей в толпе. Стокс, разбирательства еще будут, но я уверен, что телеметрия ИКСов покажет, что смерть Кабалетти была случайностью, чего нельзя сказать о смерти Рекса. Вы должны были прикрывать друг друга. Это преступная халатность, готовься к трибуналу. И Торн, о чем ты, мать твою, думал? Ты устроил тут разборки, раскачивая и без того почти нулевую слаженность! Да проще было попросить всех выйти на площадь и станцевать джигу! Я бы сказал «готовься к трибуналу», но для тебя это как командировка. Все услышали?       Последние слова капитан буквально выкрикнул. Большая часть присутствующих стояли, опустив взгляды в пол. Некоторые из тех, кого взбучка не касалась, с интересом разглядывали происходящую картину. Отдельного внимания заслуживал Торн, который невозмутимо докуривал сигарету, несмотря на то, что наиболее гневные слова Айронсайда были адресованы именно ему. Капитан посмотрел на него и вздохнул:        - Черт подери, откуда ты только взялся. Ладно, поорали и хватит. Доклад.       - Наконец-то вы успокоили этого дебила, – проговорила Лили Брайсон. – Он детей перепугал своими воплями.       Торн покосился на нее, нахмурился и заговорил:        - Половина отряда выбыли из игры, сэр, в строю пятеро. Четверо, включая вас, ранены, один тяжелый. Плюс, у нас есть патрульный. Справляется вроде неплохо. Здесь тринадцать гражданских. Двое детей. Присутствуют двое врачей, что не может не радовать. Связи нет, патронов нет, транспорта нет, идей нет. Вернее, есть одна идея, но притянута за уши, мягко говоря.        - Полагаю, лучше мы сейчас ничего не найдем. Рассказывай.       Торн вкратце пересказал план, предложенный Ребеккой. Айронсайд слушал молча. После того, как рассказ был закончен, он спросил, обращаясь к О'Райли:       - Ты сможешь управлять этим челноком?        - Почему нет? Я знаю, что нужно сделать, чтобы запустить его и удержать в полете. Сейчас этого достаточно.       - Согласен. Так в чем проблема?       - Проблема, кэп, – ответил Торн. – Что мы здесь, а церковь через административную площадь, кишащую тварями.        - Мы называем их некроморфами, – сказал Кристофер.       - Вы изучали Обелиск? – обратился к ученому Айронсайд. – Полезное что-нибудь узнали?       - Только то, что чтобы убить некроморфов, нужно разорвать их на части. Все их органы мутировали в мышцы, а значит, уязвимых точек нет. Но распиливая, мы снижаем количество биоматериала в одном, отдельно взятом, некроморфе. Когда ее становится недостаточно для функционала, тварь умирает.        - Да, мы уже догадались. И это стоило жизни трех наших бойцов, - вздохнул капитан.       - Они не едят людей, – сказала Ребекка. – Что им нужно?        - Убить, – пожал плечами Кристофер.       - Так просто? – подал голос Торн. – Это выкидыш биооружия?       - Отнюдь не просто, – покачал головой ученый. – Но вы правы, это что-то вроде биооружия Обелиска. Этот вирус поражает только мертвые ткани. Главная задача некроморфов – добывать эту мертвую ткань, убивая людей. Получается извращенный аналог размножения.        - А они получают кайф от убийства? – хохотнул Майк и посмотрел на Ребекку. – Размножение ведь всегда приятно.        - Торн, сейчас не время, – одёрнул лейтенанта Айронсайд.       - А по-моему самое, что ни на есть, время, – пожал плечами Торн. – Вероятность выжить резко стремится к нулю.        - А ты поменьше голову забивай этими волшебными шансами, – ответил капитан. – Может и для мозгов место останется.       По магазину пробежала волна сдержанных смешков. Алек ткнул пальцем в Кристофера:       - Ну, размножатся они, что дальше?       - А дальше Схождение. Мы точно ничего не знаем. Никто никогда не видел Схождения, - пожал плечами ученый. – Никто, кроме Айзека Кларка.        - Это кто такой? – нахмурился Торн.        - Враг Юнитологии номер один, - ответила Ребекка. – Всем братьям и сестрам, при встрече с ним, предписывается убить его. Говорят, он способен уничтожать Обелиски силой мысли.       - Чушь, – фыркнул Стокс. – Придумали страшного врага, чтобы сплотить верующих, вот и все.       - Одно я знаю точно, – продолжал Кристофер. – На «Титане», перед его уничтожением, начиналось Схождение. Из последних донесений, поступивших оттуда, становится ясно, что некроморфы собираются вокруг Обелиска и пускаются в какой-то пляс. Можно сделать логичный вывод: первая фаза Схождения – переработка людей в некроморфов, а уж потом они приходят к Обелиску, и наступает вторая фаза.       - Что за вторая фаза? – спросил Айронсайд.        - Никто не знает, – пожал плечами ученый. – Вернее, никто не видел. Но все это, – он покрутил пальцем, указывая кругом, и посмотрел на Беркисову. – И есть Схождение.       - То есть, на «Титане» был Обелиск? – спросила Аня.       Кристофер прикусил язык. В порыве откровенности он зазевался и выболтал лишние детали. Ученый вздохнул. Отнекиваться было поздно       - Да, был. Официально это критический сбой в реакторе, но в реальности станцию разорвало из-за несостоявшегося Схождения.       - Почему оно не состоялось? – спросил Сазак.        - Кларк ему помешал, я полагаю. Он тоже был на «Титане».       - Если все это Схождение, то мы не должны противиться, - задумчиво произнесла Беркисова.        - Оглянись вокруг, красавица, – невесело усмехнулся Сазак. – разве это похоже на божий план? Не слишком ли… Кроваво?       - Никто не знает, как именно это произойдет, – настаивала Аня. – Может, для вознесения, нужно преодолеть страх?       - Ага, - неожиданно вставила Ребекка. – И дружно вскрыть себе вены. Это хрень собачья.       - Ты утратила веру? – Аня сделала страшные глаза.       - Веру во что? – нахмурилась Ребекка. – Не знаю, во что ты там веришь, но В ЭТО я верить не собираюсь. Я бы не пришла в Церковь, если бы знала, что нас ждет мясорубка.       - Но это же…       - Беркисова, закрой рот! – рявкнул Торн и повернулся к Айронсайду. - Кэп нужно от нее избавиться.       - Как вы можете так говорить? – воскликнула Лили. – Вы чудовище! Это ведь люди!       - И эти люди ставят под угрозу выживание всей группы! – парировал лейтенант. – Я напоминаю, что та девчонка без ноги пострадала из-за ее фанатизма!       - Я тоже считаю, что ее нужно убить, - произнесла Ребекка. – Даже я, будучи полной фанатичкой Юнитологии, увидев сегодняшнее, поняла, что я не права. Если она до сих пор считает, что это «божий замысел», она конченая.       - Тебя не спрашивали! – крикнула Беркисова.        - Тишина! – оборвал их Айронсайд. – Мы не будем никого убивать. Выберемся отсюда, и потом пусть суд решает, кто чего заслужил. Стокс, закрой эти ставни и будь у входа. Макгаррет, ты как?       - Жить буду, – ответил Мэтт.       - Значит, берешь Беркисову и осматриваете дальние помещения. Не должно быть ни одного лаза, через который некроморфы смогут пробраться сюда.        - Есть, сэр.        - Вы, – Айронсайд обратился к Брайсон.       - Лили, – представилась та.       - Поговорите с детьми и посмотрите, какие здесь есть медикаменты. Меня интересует, что можно взять с собой.       Доктор кивнула и отправилась исполнять поручение. Капитан нравился ей явно больше, чем лейтенант. Айронсайд осмотрелся:       - Здесь есть комнаты с видом на административную площадь?       - Да, сэр, – ответил Торн. – На втором этаже.       - Тогда идем туда. Присмотримся к плану, так сказать. ***       Когда все разошлись по своим делам, Стокс вышел в небольшой коридор магазина, подошел к входной двери и нажал несколько кнопок на панели управления. Стальные ставни опустились с металлическим скрежетом. Решетки оставляли обзор наружу на окнах, поэтому Джек не опасался, что хоть один некроморф подойдет незамеченным. Он подошел сначала к одному окну, потом ко второму, попутно осмотревшись в коридоре. В углу штабелем стояли какие-то ящики. Ничего интересного. Стокс развернулся к окну и уставился наружу, со скучающей физиономией. Он простоял так не меньше пятнадцати минут, когда услышал голос, который так сильно ждал:       - Не заснул еще?       Стокс обернулся и улыбнулся Рокси, сидевшей на ящиках. В своей форме, сшитой на заказ, она смотрелась просто сногсшибательно. Не удивительно, что количество подкатывавших к ней, как мужчин, так и женщин, просто зашкаливало.       - Что-то ты не спешила, – усмехнулся Стокс.       - Я уже давно здесь, – хихикнула Рокси. – Сижу и наблюдаю.       - И что увидела?       - Красивого и мужественного мужчину, – девушка перешла на свой фирменный, с придыханием, голосок, сводивший с ума всех, кто его слышал. – Которого никто не хочет оценить по достоинству.        - Ты это о чем? – спросил Стокс, подходя ближе.       - Я слышала, что сказал капитан на твой спор с Торном, – Рокси сделалась серьезной. – О том, как он бесцеремонно встал против тебя.        - Торн просто сволочь, не обращай внимания.       - И, тем не менее, он всегда впереди тебя, – не унималась Рокси. – Почему?        - Я не знаю, я никогда не пытался его опередить, – пожал плечами Джек и попытался обнять Рокси, но та вывернулась и соскочила с ящиков.        - Я скажу почему, – выпалила она. – Потому что ты сопляк! Я рассказала тебе, что он причинил мне боль, а что сделал ты? Покричал на него?        - Этот разговор еще не окончен, можешь быть уверена, – резко сказал Стокс.       - Для него он окончен, – покачала головой Рокси. – Он уже убедился, что ты ничего ему не сделаешь. Что у тебя кишка тонка. Так же, как была тонка прийти и спасти меня!        - Я даже не знал о том, что случилось! – воскликнул Джек. – Торн рассказал мне только…        - Да, именно! – не унималась девушка. – Он нашел в себе силы сказать тебе об этом. Не всю правду, но тем не менее. У него есть яйца, в отличие от тебя! Он лучше тебя! Даже он до последнего пытался меня спасти. Под обстрелом этой «шавки», в морге, где некроморфы ходили толпами уже тогда. Он не бросил меня.        - Я был в другом звене! Никто мне не сказал, что ты в беде, даже капитан!        - А ты попытался узнать? – улыбнулась Рокси. – Нет. Ты был занят своими делами. Тебе не было интересно, как дела той, которой ты говорил «люблю».       - Мы же были на боевом задании… – попытался оправдаться Джек и опустил голову.       - А что это меняет? – девушка сделала несколько шагов и снова села на ящики. – Я всегда думала, что Торн только в постели лучше тебя, но теперь вижу, что он и как мужчина лучше, и как боец.       - То… то есть вы… – Стокс побледнел.       - А ты думал, что я смогу устоять перед его обаянием? – рассмеялась Рокси. – Ничего подобного. Я даже не пыталась сопротивляться.       - И… Часто? – ноги не держали Джека и он сел на корточки.        - Очень, – она соскочила с ящиков и присела к нему. – Каждый раз, когда я не была с тобой, я была с ним. Я глотала его сперму и приходила к тебе. Снимала селфи, как целую тебя в губы и отправляла ему. А потом мы вместе смеялись над тобой. Отдыхая после бурного секса.       Стокс был поражен и полностью раздавлен. Он приложил огромное количество усилий, чтобы Рокси сказала ему «да» и считал, что ему невероятно повезло. Он никогда не мог и мечтать о такой девушке. Но сейчас выяснилось, что его предали. Дважды. Первой мыслью было пустить себе пулю в лоб. Но, секунду спустя, Джек передумал. Он решил пустить пулю в лоб Торну. При первой же встрече.       - Почему ты не обратил внимания, – продолжала Рокси. – Что Торн не удивился, когда ты назвал меня «своей девушкой»?       - Я не знаю… – ответил Стокс, чувствуя, как в нем закипает ярость.       - А должен был. Ты ведь никому не рассказывал о наших отношениях. А тебя не удивляет, что капитан так легко занял сторону Торна в споре и, что я так мало дежурила?        - Он… тоже?        - Да, – с кокетливой улыбочкой подтвердила Рокси. – Одновременно.       - Вдвоем?       - Не всегда. Иногда Рекс присоединялся. После этой фразы Стокс окончательно закипел. Он вскочил, скаля зубы и тяжело дыша. Схватив винтовку, он снял его с предохранителя и собрался уже идти на второй этаж, как Рокси его остановила.        - Вот это порыв, – она снова перешла на голосок с придыханием. – Вот такой настрой мне нравится. Теперь ты похож на настоящего мужчину. У меня от одного взгляда на тебя клюют. Скажи, а ты хочешь, чтобы все было, как прежде?       Именно этого больше всего на свете хотел Стокс. Он был готов пойти на что угодно, чтобы Рокси, после всего, выбрала именно его, а не Торна.       - Ддаа, – выдавил из себя Джек.       - Тогда выполни мое желание, – Рокси прижалась к нему и посмотрела прямо в глаза. – Покажи, что ты на все готов ради меня.        - Все, что угодно.       - Иди и убей Торна. И Айронсайда. Ты сделаешь это?       - Я убью их, – сквозь зубы процедил Стокс. – И Торна, и Айронсайда, и Рекса тоже убью!       - Вот это сила, – Рокси прижала свою голову к груди Джека. – Но сначала, – она оторвалась от него и подошла к ящикам. – Давай выпьем. За нового тебя.       Девушка открыла верхний ящик и достала оттуда двухсот пятидесяти граммовую бутылочку водки. Она открыла ее и спросила:        - Чего ты стоишь? – Рокси кивнула на ящик. – Бери!       - Конечно, – теперь Стокс сиял от счастья. Он был готов простить свою любимую, забыть все, что она сказала, снова быть с ней.       Теперь он понял, что должен стать таким, каким она хочет его видеть. Возможно, таким же крутым и ненормальным, как Торн. Возможно, таким же сильным духом, как Айронсайд. Или каким-нибудь еще. Но он это сделает. Джек взял из ящика бутылочку.       - А когда вернешься, – Рокси расстегнула форменную куртку и продемонстрировала отсутствие белья. – Тебя будут ждать они. До дна!       Они чокнулись бутылочками, и Стокс, зажмурившись, опрокинул содержимое в рот. Водка обожгла горло, как это обычно бывает.       «Нужно будет прихватить что-нибудь с полки, по пути наверх» – пронеслось в его голове.       Жжение стало почти невыносимым, но Джек не останавливался. Рокси сказала пить до дна, значит, этого она хочет, значит, это он и сделает. Он будет таким мужчиной, какого она хочет!       Но в этот момент жжение быстро переросло в нечто большее. Губы, рот, горло, грудь, все горело, будто Стокс глотнул горящего напалма. Глаза резко раскрылись, округлились и на них отразился животный ужас. Верхняя половина тела, начала мучительно болеть. Он оторвал бутылку, которая стала в разы больше, чем была, ото рта, но его губы остались на горлышке. Стокс услышал шипение. Боль усиливалась с каждой секундой. Зубы стали шершавыми и неровными. Джек попытался закричать от боли, но гортань отказывалась его слушаться. Бутылка выпала из его рук и разбилась о бетонный пол. Стокс упал на колени и опустил голову вниз, остатки его языка выпали изо рта вместе с огромным фонтаном крови. Стокс уже не мог дышать, боль сковала его, а боль в груди стала просто невыносимой. Из последних сил Джек нажал команду на руке и костюм раскрылся. Из всех отверстий полилась кровь, шел дым или пар. Стокс положил руку себе на грудь и почувствовал истерически бьющееся сердце прямо в ладони. В его груди была дыра, тело в буквальном смысле разваливалось на части. В следующую секунду, Стокс убрал руку от груди, а бьющаяся масса, которая теперь стала на порядок меньше, осталась в ладони. Уже не в силах удержаться на коленях, Джек рухнул лицом в пол, прямо в лужу субстанции, которая его и погубила.       Через несколько секунд на шум прибежала Клэр. Заглянув в коридор, она закричала и бросилась бежать. ***       Айронсайд начал издалека:       - Ты, – он указал пальцем на второго мужчину в костюме, который, вместе с Кристофером, тащил на себе Флойда у больницы.        - Я? – отозвался тот.        - Да. Ты ведь Ричард Боуман.        - Ээ, – мужчина замялся. – Ну да.       - Это тот, который, едой спекулировал? – усмехнулся О’Райли.       - Он самый, – ответил капитан. – Все запомнили его рожу? Потенциальных воров надо знать в лицо.       - Не думаю, что он многое выиграет от кражи сейчас, – усмехнулась Ребекка.        - Профессиональным ворам нужна не выгода, а процесс. Так что, дамы, – заметил Майк. – Если у вас пропадут трусики, вы знаете, у кого их искать.       - Твою мать, Торн! – Айронсайд закрыл ладонями лицо. – Почему у тебя вечно все через жопу?        - Потому что все улыбнулись! – в тон ему ответил лейтенант.       Алек оглядел всех. Действительно, люди, пережившие то, что в самом страшном кошмаре не приснится, сейчас стояли и хихикали над Боуманом, прикрыв рты ладошками. Будучи бывшим солдатом и ветераном боевых действий, Торн прекрасно знал цену простой улыбки в тяжелых ситуациях. Хотя и воплощал эту идею по-своему.        - Но у тебя все равно всегда все как-то экстремально, – проворчал капитан и подошел к окну. – Вон здание администрации, вон церковь. Челнок в церкви. Мысли?       - И как же нам пробраться в церковь, когда по площади разгуливают некроморфы? – спросил Торн. – Даже будь у нас патроны, а их нет, мы бы не смогли разом одолеть такое количество. Калибр не тот.        - Как насчет оборонительной системы администрации? – спросил Боуман.        - А ты замолкни, – оскалился Торн.       - Не, жулик дело говорит, – сказал Айронсайд. – Что там с пушками?        - Не получится, – покачал головой Сазак. – Я отвечал за обслуживание этих орудий. Пункт управления находится в администрации. Туда сейчас не добраться, да черт бы с этим! Но орудия накрылись сегодня. Меня отправили чинить. У восьми из двенадцати орудий были механические повреждения, остальные не работали из-за вируса в системе.        - Совпадение? – спросил Айронсайд.       - Что-то не сходится, - покачал головой Торн. – Как будто пушки специально кто-то убрал.        - А потом их начали повреждать механически, чтобы нельзя было вести огонь даже вручную, если вирус прекратит работать, - задумчиво произнес Айронсайд. – Ты успел починить их?       - Неа, - ответил Сазак. – У меня не было нужных запчастей с собой. Я их заказал, но тут началось все это.       - Но четыре орудия были исправны? – спросил Боуман.        - Механически, да, - кивнул Атаев.        - Значит, не все потеряно.       - Ты о чем? – спросил его Торн.       - В оборонительной системе есть приоритетная команда, - объяснил Ричард. – О ней мало кто знает. Даже я узнал случайно. Если на площади собирается толпа больше двадцати человек, орудия открывают огонь.        - Твою мать, - хором произнесли все присутствующие и посмотрели на Сазака.        - А что вы на меня уставились? – воскликнул тот. – Я отвечал за механику, а не за команды.        - И меня еще называют недемократичным копом, - усмехнулся Торн. - А они будут стрелять по некрам?       - Системе плевать, кто там, - ответил Боуман. – Даже если там будет двадцать свиней, пушки их пошинкуют.       - Значит, нужно заставить пушки заработать, - заключил капитан.       - Но как? – спросила Ребекка. – У меня в ИКСе найдется пара программ, так что, наверное, я смогу справиться с вирусом. Но как добраться до панели управления? Она локальная, к ней невозможно подключиться удаленно.        - А откуда у тебя такие программы? – нахмурился капитан.       - Я программист, – ответила девушка. – Айтишник. У всех айтишников есть что-то подобное.       - Есть резервная точка доступа, – сказал Ричард. – Она сделана на случай, если администрацию захватят. При активации, новая точка становится приоритетной. Но единственная команда, которую можно отдать с этой панели, это обстрел здания администрации. На поражение.       - Так вот зачем пушкам разрывные снаряды, – сказал Сазак. – А я все ломал голову, нахрен они.       - Разрывные? – спросил капитан. – И много их там?       - В каждой пушке короб на пять тысяч снарядов.        - Это неважно, – сказала Ребекка. – Некроморфы на площади, а обстреливать пушки будут лишь здание.        - Но с точки доступа можно войти во всю сеть, – возразил Боуман. – Ты сказала, что сможешь удалить вирус.        - Смогу, – уверенно заявила Ребекка.       - Значит, нам нужно до нее добраться, – заключил Торн. – Где она?        - В катакомбах под церковью.       - Под церковью? – удивленно вскинула брови Ребекка. – Там нет никаких катакомб!       - Я же говорил, все секретно, – улыбнулся Ричард и начал нажимать кнопки на мониторе ИКСа. – Это твой ИКС в сети называется «Конфетка»? Передаю тебе координаты того места, где расположен вход в катакомбы. А чей ИКС называется «Секс Машина»?       - Что? – спросил Торн сквозь приглушенные смешки, заметив направленные на него взгляды. – Это не я. Я «Король боли».       - Я «Секс Машина», – сказал подошедший «Ковбой». – Кто-то против?       - Ты? – рассмеялась Ребекка. – «Секс Машина»? Малыш, ты себя переоцениваешь. Опыт подсказывает, что чем меньше у мужика успехов в постели, тем громче он о них кричит.       - Ах ты, сука! Да я тебя! – начал было «ковбой».       - Заткнись! – оборвал его Айронсайд. – Иди отсюда. Ребекка, ты получила координаты?        - Да, - ответила та. – Это недалеко. Всего в квартале в сторону больницы. Ну что, мальчики, кто хочет составить мне компанию? Может «Секс Машина»?       - Пошла на хрен, – обиженно отозвался тот.        - А чего так? Там же переулок, никого нет, можно задержаться. Ну… На пару минут, я думаю, – слова Ребекки поддержали дружным хохотом.        - Какие две минуты? – возмутился «ковбой». – Там дня не хватит!       - Ой да ладно, – мило пропела Ребекка. – Я уверенна, что мне стоит взять твой стручок в руку и ты сразу кончишь.       - Хочешь попробовать? – резко обернулся. – Стив Кортез еще ни одну разочарованной не оставил! Давай, стерва, становись на колени!       - Я тебя умоляю. Я его даже в рот взять не успею, как ты взорвешься, – девушка провела ладонью по своей щеке. – Не хочу портить макияж.       - Ах ты, тварь, да как ты смеешь? – прорычал Кортез и рванул к девушке. Но ничего сделать «Секс Машина» не успел. На его пути вырос Торн, слегка согнул ноги и резко выстрелил головой вперед, встречая Кортеза. От удара тот завалился на спину, а из расплющенного носа пошла кровь. Лили бросилась к нему.       - Так, – объявил Майк. – Я уверен, что всем интересно еще послушать о Королевском минете в исполнении Блондиночки, но мы слегка отошли от темы, – увидев на полке шкафа бутылку бурбона, он взял ее, прошел к креслу у окна, и, плюхнувшись в него, стал читать этикетку.       - Вот почему ты, – Ребекка уперла руки в бока. – После каждого своего хорошего поступка, обязательно говоришь фразу, которая тут же нивелирует все твои заслуги?       - Не хочу, чтобы мои хорошие дела тебя обманули. Ничего личного, без тебя мы не починим пушки и не найдем челнок, – не поднимая голову ответил Торн. – Таким образом, "Секс Машина" ставит под угрозу всю группу. Помнишь, что я говорил ранее?       - Так! – Айронсайд сделал шаг вперед. – Хватит ржать, наконец! Нам нужно включить пушки и найти челнок.        - А когда пушки разберутся с некроморфами, – продолжил О'Райли. – Мы сможем пройти к церкви. Там я подниму челнок в воздух, и мы свалим отсюда.       - Звучит просто, – кивнул Сазак. – А куда мы потом?       - Давайте решать проблемы по мене их возникновения, – ответил Айронсайд. – Торн, пойдешь с Ребеккой.       - Есть, сэр, – ответил Торн и скривился, отхлебнув из бутылки. – Пивал я паршивый бурбон, но настолько…       - Двоих мало, – сказала Ребекка. – Нужен еще кто-то. Давайте возьмем «Секс Машину».       - Нет, – отозвалась Лили. – Он сейчас не боец. Совсем. Придурок, приложил его, будто хотел убить.       - Я и хотел, – сказал Майк. – Есть еще одна проблема. Чтобы отбиваться от некроморфов до того, как пушки заработают, нужны патроны.        - Они здесь есть, – сказал Боуман и подошел к большому шкафу у стены. – Помогай, американец!       - Я австралиец, – ответил Торн.       Вместе они отодвинули шкаф. За ним, в нише внутри стены, стоял сейф. Ричард, на удивление, знал шифр и сейф открылся. Увидев содержимое, Торн присвистнул. Пистолеты, винтовки, дробовики и патроны к ним. Этого хватило бы, чтобы до зубов вооружить отделение солдат.       - А откуда у Джо такие игрушки? – спросил Торн и повернулся к Боуману. – Тоже ты продавал?       - Нет, я с оружием дел не имел, – ответил Ричард. – Он сам опасался, что его пришьют.       - Это полицейские пушки, – заметил О’Райли. – Такие он мог раздобыть только у нас.        - Он и раздобыл у вас, – ответил Ричард. – К нему как-то пришла девушка из участка. Ей срочно нужны были дорогие антибиотики для ее матери. Денег у нее не было, и она пыталась предложить себя, но Джо решил извлечь из этого выгоду. Он получил пушки.       - Кто она, знаешь? – спросил капитан.        - Только имя, – сказал Боуман. – Ее звали Камилла.       В этот момент ИКС Айронсайда часто запищал, сигнализируя о потере жизнеспособности одного из бойцов отряда. Алек глянул на монитор и сказал:       - Стокс! Умирает!       Торн и О’Райли резко рванули вниз по лестнице. В этот момент с первого этажа донесся женский крик. ***       - Какого хрена? – произнес О’Райли.              На полу коридора, на животе, лежал труп. Определенно, это был Стокс. Никого больше здесь не должно было быть. Вокруг него были огромные лужи крови, в которых плавали кишки, почки и другие внутренние органы.       - Он что, гранату проглотил? – спросил Торн. – Почему все снаружи?       - Торн, Ребекка, – сказал Айронсайд. – Хватайте оружие и бегом к катакомбам. У нас мало времени. Мы пока здесь разберемся.       - Есть, сэр, – отозвался Майк, и они с блондинкой побежали на второй этаж.        - Что, черт возьми, с ним случилось? – произнес капитан. – Выглядит, будто его в кислоте искупали.       - Сэр, ящик открыт, – сказал Мэтт.       - Что внутри? Мэтт вытащил одну литровую бутылку и присвистнул:        - Я не силен в химии.       - Формула написана? – спросила Лили. Она боялась подходить ближе, поэтому говорила из самого прохода.       - Да, – ответил О’Райли. – C8HF15O2.        - Перфтороктановая кислота, – заключила Брайсон. – Самое едкое вещество на Земле.       - И что, кто-то вскрыл костюм и облил его кислотой? – с сомнением в голосе произнес Сазак.       - Почему нет? – ответил капитан. – Если люди хотят убить, они и не до такого додумаются. Кто кричал?       - Это Клэр, – ответила Лили.       - Где она?        - Блюет в туалете! – крикнул Мак из торгового зала.       - Беркисова, успокой ее и приведи сюда, – распорядился Айронсайд.       - Почему сразу Беркисова? – возмутилась та.        - Потому что я так сказал! – рявкнул Алек, отмечая, что Аня подчиняется все хуже и хуже, и это его беспокоит. Может быть, Торн был прав насчет ее опасности для всей группы.       Через пять минут Клэр привели в торговый зал и посадили на стул. Ей вручили рюмку бренди и бутылку минералки. Девушка долго отказывалась пить, но потом все же решилась. Еще через пять минут ее щеки порозовели, взгляд перестал напоминать пациента дурдома, а в речь вернулась ясность. Как только это произошло, Айронсайд спросил:       - Что ты видела перед тем, как увидела ЭТО?       - Я не знаю, – ответила Клэр. – Сначала, мне показалось, что он там поет. Но это нормально, всем же бывает скучно. Я тоже пою иногда. А потом я услышала шум и возню, будто он с кем-то дерется. Я забежала туда и увидела… это… Глаза девушки снова стали заполнять слезы. Она закрыла лицо руками и начала горько всхлипывать. Макгаррет, стоявший за ее спиной, положил руки Клэр на плечи и начал, как умел, массировать ей шею, приговаривая:       - Успокойся, девочка. Все будет хорошо.       Массаж получался не очень, но девушка все же немного успокоилась.       - Клэр, послушай меня, – произнес капитан. – Я хочу задать тебе еще один вопрос и все. Только сосредоточься, это очень важно, хорошо?       Врач кивнула, и Алек продолжил:       - За то время, пока нас не было, кто-нибудь входил в коридор? Выходил из него? На каждый вопрос Клэр просто мотала головой. Вполне возможно, что она просто не заметила, но проскочить в таком помещении незамеченным сможет только невидимка.        - Большое спасибо, Клэр, – Айронсайд кивнул головой, как можно более выразительно. – Мак, уведи ее наверх. Там есть кровать, пусть полежит, успокоится.       - Есть, сэр, – ответил Дэнзел и, взяв девушку под руку, повел ее наверх.       - Итак, – произнес капитан.       - Можете перевернуть тело на спину? – спросила Лили.       - Можем, но зачем?       - Хочу посмотреть.       Айронсайд и О’Райли осторожно перевернули труп на спину. Зрелище отвратительнее нужно было еще поискать. Череп с левой стороны был сожжен почти начисто. В туловище зияла огромная дыра. Все внутренние органы остались на полу, а сердце и вовсе было зажато в руке.       - Я не возьмусь утверждать точно, – произнесла Брайсон, с трудом сдерживая рвотный рефлекс. – Но, по-моему, он выпил кислоту.       - С чего вы взяли? – спросил капитан.       - Посмотрите на череп, – Лили показала пальцем. – Левая сторона сожжена начисто. Он на ней лежал. Правая более-менее цела. Но губ у него нет полностью. Если бы он просто лежал в кислоте, справа губы сохранились бы.       - А где его чертовы губы? – поднял бровь О’Райли.       - Вот они. Вернее то, что от них осталось, – Брайсон показала пальцем на пол. – Видите, на горлышке бутылки.        - Твою мать, – протянул Айронсайд. Он и вправду ее выпил.       - И много, – сказала девушка. – Одного глотка для такого мало. Он выпил почти всю бутылку. Или всю.       - Нет, не всю, – покачал головой О’Райли.       - Откуда вызнаете? – спросила Лили.        - Теперь мы у руля, – улыбнулся Мэтт. – Мы копы.       - Он же должен был во что-то мордой уткнуться, чтобы ее так расплавило, – произнес капитан. – Смешиваясь с кровью, кислота по определению становится менее едкой.       - Вы сказали кислота? – из дверного проема высунулась голова Кристофера. – О, Мать честная!       Ученый нырнул обратно в коридор, оттуда послышались характерные звуки отвращения. Через минуту он вернулся обратно и, стараясь не смотреть на труп, спросил:       - Что за кислота?       - Перфтороктановая, – ответила Лили, уверенная, что копы не смогут повторить это название.       - Твою мать, это наша кислота, – хлопнул себя по лбу Кристофер.       - В смысле, ваша? – нахмурился Айронсайд.       - Мы заказывали в лабораторию перфтороктановую кислоту. Но она так и не доехала. Видимо, здесь осела.        - Та-ак, – протянул капитан. – Интересно мне узнать, на кой она вам была нужна?       - Мы изучали, какими методами можно уничтожить Обелиск.        - Зачем? – спросила Брайсон. – Вы же явно хотели использовать его.       - На случай чего-то подобного, – ответил Кристофер. – Он почти нерушим. Его даже алмазный бур не сразу сверлит. Нужен был план Б, чтобы…        - Тревога! – послышался крик сверху. – Они идут сюда!       Крик принадлежал Аль Сахэру, дежурившему у окон на втором этаже. Капитан, О’Райли и Кристофер прибежали к патрульному за несколько секунд. Через окна было видно, что десяток некроморфов шли к магазину «У Джо», причем, было непохоже, что они прогуливаются.       - Некроморфы могут проломить ставни, как внизу? – Айронсайд обратился к ученому.       - Да, – кивнул тот. – Они сильные. Разламывают даже корабельные переборки.       - Разбирайте из сейфа оружие и патроны! – скомандовал капитан и вызвал Торна. – Сейчас будет жарко! ***       За весь путь от магазина до переулка, Торну пришлось убить лишь одного некроморфа. Вход в таинственные катакомбы выглядел, как дверь в трансформаторную будку, которая была защищена цифровым замком, с которым программа Ребекки справилась за несколько минут.       - Безопасность, однако, на уровне, – проговорила девушка.        - Им нельзя было допустить, чтобы именно в эту будку забрались, – сказал Торн. – Все остальные будки закрыты на обычные замки, как в двадцать первом веке.        - И часто в них залезают? – спросила Ребекка.       - Да каждый день. У бандитов, вроде «Красной бригады» есть такой метод рэкета: обесточить район и требовать выкуп за включение электричества.       - Да уж, – протянула девушка. – Готово. Дверь отъехала в сторону, и Торн, включив фонарик, заглянул внутрь. В небольшом помещении не было никакого электрооборудования, а подходящие провода были имитацией. Зато слева присутствовала лестница, ведущая куда-то вниз. Торн двинулся вперед, освещая себе путь, а Ребекка закрыла дверь изнутри и пошла следом.       В катакомбах пахло сыростью и плесенью. Очевидно, сюда очень редко спускались. Действительно, кому нужна была резервная панель управления орудиями, если пушки вполне могли самостоятельно стрелять, даже если пункт управления взорвут? Майк и Ребекка прошли по низкому широкому коридору метров пятьдесят, пока не вошли в маленькую, три метра на три два метра, комнату, оказавшуюся тупиком.       - И где? – протянула девушка.       - Внимательно осмотрись. Через пять минут внимательного обшаривания стен, полов и даже потолка, они обнаружили панель, заросшую сантиметровым слоем плесени. Панель располагалась у самого пола, поэтому Ребекке пришлось сесть на колени, чтобы покопаться в компьютере. При этом она непрерывно корчила гримасы отвращения, чем вызывала у Майка приступы хохота.       - Чего ты ржешь? – с шипением спросила девушка.        - Да ничего, – ответил Торн. – Просто, ты забавная. Нудная, но забавная.       Ответить Ребекка не успела: на рацию Майка пришел вызов.       - Торн, на магазин напали! – сообщил Айронсайд.       - Я понял, продержитесь? – спросил лейтенант.       - Я не знаю. Они ломают ставни. Вот-вот залезут внутрь. Как у вас успехи?       - Ребекка работает над удалением вируса. Еще несколько минут, – добавил Торн, увидев жесты девушки.       - Поторапливайтесь, – сказал капитан. – И, судя по сему, вам придется забирать челнок без нас. Потом прилетите. Сможешь?       - В целом, я могу управлять некоторыми посудинами, но я не пилот, – покачал головой Майк. – Я со времен службы в EarthGov за штурвалом не сидел.       - Придется вспомнить.        - А как нам попасть в церковь?       - Крис сказал, что из катакомб есть проход. Найдите его. Айронсайд, конец связи.       Торн оглядел небольшую комнату. Стены полностью были покрыты плесенью, и найти что-нибудь на стене было, мягко говоря, проблематично.        «Надеюсь, не придется осматривать весь тот коридор в поисках этой двери», – подумал Майк и начал обшаривать стену пальцами.       В какой-то момент, пальцы наткнулись на какую-то щель. Проведя рукой снизу вверх, Торн нашел место, где щель поворачивала влево. Похоже, это была та самая дверь. Майк уперся в нее плечом и с силой надавил. Нехотя, со скрипом дверь немного утонула в стене. Торн продолжал давить и, в конце концов, дверь сдалась.       - Ну вот, – вздохнул, произнес лейтенант и начал освещать новое помещение. – Осталось только понять, куда дальше.        - Я закончила, – подала голос Ребекка. – Что там?       - Там снег, – отозвался Торн.       Небольшая комната была еще меньше предыдущей: всего метр на метр, но очень высокой, и была похожа на колодец. Посередине стояла стальная лестница, ведущая наверх.        - Снег? – спросила девушка и посмотрела наверх. – Ой, точно. Наверное, эта лестница ведет в Усыпальницу.        - Там есть приведения? – усмехнулся Торн.        - Не думаю, что там есть что-то страшнее некроморфов, – мрачно ответила Ребекка.       Люк был замаскирован под одну из пластин пола и был подогнан настолько тщательно, что, не зная о нем, из Усыпальницы было невозможно его найти. Убедившись, что никто из мертвецов не попытается убить их, напарники выбрались наверх.        - Мне повезло, – с дрожью в голосе сказала Ребекка. – Люк возле самого выхода. Не успею замерзнуть.       - А Усыпальница большая? – спросил Торн, ставя люк на место, чтобы тот не мешал.       - Очень. Я бывала только в четырех залах, а там есть еще.       Ребекка подошла к двери и набрала пароль на панели. Дверь послушно открылась, впуская внутрь теплый воздух.        - Ритуальный зал, – объявила она.        - Где хранится челнок? – спросил Торн.       - Единственный вход в ангар находится в покоях пастора, – ответила Ребекка. – В архивах есть лифт, ведущий прямо туда. Я покажу.       Она двинулась вперед, но Майк остановил ее:       - Сначала я проверю. Если юнитологи считают все это вознесением, тут может быть опаснее, чем где бы то ни было в колонии. Мы не можем рисковать потерять тебя в шаге от успеха.        - А если тебя убьют, думаешь, мне будет легче туда попасть? – возмутилась Ребекка.       - Легче никому не будет, – проворчал       Торн. – Сиди здесь. Как попасть в архив?       - За дверью направо, – девушка показала пальцем. – Лифт в дальней стороне, увидишь. Будь осторожен.        - Ты тоже. ***       Оставшись одна, Ребекка начала осознавать, насколько ей страшно. Стены ритуального зала были украшены вычурными письменами в стиле Обелиска. Неведомые символы, странные рисунки и нечитаемые мантры поражали, но неясно было, поражают они своим величием или своей глупостью. По обе стороны от двери в Усыпальницу стояли статуи Альтмана, а фреска над ней изображала процесс Схождения. Кода-то эта обстановка нравилась Ребекке, вселяла в нее огромную гордость за свое дело и в то же время спокойствие. Спокойствие от осознания, что все будет хорошо, и их тела, после смерти, дождутся в этой самой Усыпальнице великого дня Схождения.       Когда-то. Но не сейчас. Сегодня, после жестокого, наполненного ужасами, мольбами, кровью и смертью утра и осознания того, что ВСЕ ЭТО СДЕЛАЛ ОБЕЛИСК, Ребекка поняла, что больше никогда не сможет верить так, как прежде. Теперь эта обстановка угнетала, эти письмена вселяли тревогу, эти стены давили, точно гроб, сделанный не по размеру. Каждая клеточка тела девушки вопила о том, что та ошиблась со своим жизненным путем, что она поклонялась чему-то ужасному, а религиозные татуировки жгли кожу больше, чем в первый день после нанесения. Никогда еще Ребекка не была такой подавленной. Осознание ужасов, которые произошли сегодня утром, заставляло ее задуматься о том, сколько ужасов принесет Схождение. И о том, как именно их тела должны “вознестись”.       Ребекка услышала тихий, навязчивый шепот. Она прислушалась. Он доносился из-за двери, ведущей к главному корпусу церкви. Девушка проходил здесь не одну сотню раз, и знала здесь буквально каждый уголок. За дверью было еще две: одна вела прямо, другая – направо. Налево вел длинный узкий коридор. В конце коридора располагался пост охраны Усыпальницы и лестница наверх. Дверь прямо вела к молитвенному залу, где проводилась финальная служба перед погребением. Дверь направо, за которой скрылся Торн, вела к архивам и серверной. Именно в серверной Ребекка проводила почти все время своей работы в церкви. Она отвечала за программирование систем охлаждения.       Ребекка на цыпочках прокралась к двери и прислушалась. Шепот продолжился, ничто не свидетельствовало о том, что девушка спугнула шептавшего. Она нажала на голографическую панель на двери, и та, порядком нашумев, уползла вверх. Ребекка сделала шаг вперед и снова прислушалась, поворачивая голову в разные стороны. Шепот доносился не из коридора и не из-за двери, за которой скрылся Торн. Значит, шептал кто-то в молитвенном зале. Девушка сделала два шага к двери зала, протянула руку к панели и замерла в нерешительности. Подумав пару секунд, Ребекка вынула пистолет и посмотрела на него, пытаясь вспомнить наставления Торна.       «Кажется, это предохранитель», – думала она. – «Что он говорил? Так ты убиваешь, а так нет? Щелкни и можно стрелять».       Девушка положила палец на флажок предохранителя и подняла его вверх. Никакой уверенности, о которой говорил Торн, Ребекка не почувствовала, но решилась открыть дверь. Та шумно уползла вверх и девушка, перехватив пистолет двумя руками, робко вошла внутрь. Ее сердце норовило выпрыгнуть из груди, спина покрылась потом, ноги начали предательски дрожать. Шепот зазвучал громче, но источника девушка все еще не видела. В тусклом освещении большого зала виднелись ряды стульев, пьедестал для размещения умерших и трибуну пастора. Почему то ей показалось, что шепот доносился именно из-за трибуны.       - Кто здесь? – тихо спросила девушка. Звук собственного голоса вернул ей часть уверенности, и Ребекка повторила громче. – Здесь кто-нибудь есть?       Ответом была тишина. Сглотнув, девушка осторожно пошла дальше. С каждым шагом шепот становился все громче. Ребекке показалось, что это шепот ребенка. Осторожно ступая по каменному полу, девушка подошла к трибуне и, глубоко вздохнув, зашла за нее, взяв трибуну на прицел. Никого не было. Ребекка снова вздохнула, на этот раз облегченно. Самое удивительное было то, что шепот куда-то пропал.       «Это от нервов. Утро было страшным», - подумала девушка.       Осмотревшись вокруг, Ребекка увидела, что на трибуне стоит стакан воды. Похоже, что пастор принес его, чтобы промочить горло во время прощальной службы вчера, и забыл унести. Вода была несвежая, но горло девушки так пересохло, что она была бы рада даже воде из бачка унитаза. Взяв пистолет в левую руку, Ребекка шагнула к трибуне. В этот момент дверь в молитвенный зал согнулась от страшного удара и вылетела плашмя. В дверном проеме, рыча, стоял некроморф. Прихрамывая, он зашел внутрь и остановился рядом с последним рядом стульев, как раз на островке, освещенном тусклым светом.       Ребекка содрогнулась от ужаса: внешне некроморф выглядел, как и все «мясники» и был очень страшным, но вот голова привела ее в настоящий животный ужас. Голову, словно скорлупа, венчал шлем с дырой на лбу и трещинами, через которые виднелись светящиеся глаза твари, а лицевая часть была украшена красной мордой волка, с огромными царапинами от когтей. Девушка издала истерический вопль, схватила пистолет двумя руками и начала быстро стрелять. Ребекка помнила, что нужно отстреливать конечности, поэтому старалась целиться в район колен. Однако тварь, также, как и ее живой прототип, оказалась очень быстрой и рванулся в сторону, избежав попаданий. «Бывший Торн» свалил несколько стульев и упал, но сделал еще один рывок и шмыгнул под защиту большой стальной тумбы. Ребекка нажала на спуск еще раз и, к своему ужасу, услышала только щелчок. Посмотрел на пистолет, она увидела, что верхняя часть заклинила в оттянутом положении: кончились патроны. Снова вспоминая наставления Торна, девушка полезла в карман за новым магазином и нажала на кнопку на рукояти.       Магазин выпал, глухо стукнув по полу. Некроморф, похоже, знал этот звук и быстро вылез из своего укрытия. Ребекка достала магазин из кармана и попыталась вставить его в пистолет, а тварь рванула навстречу, размахивая лезвиями и издавая непрерывные вопли. Ребекка тоже закричала. Она вбила магазин в гнездо и пыталась вспомнить, как вернуть затворную раму в исходное положение. Но, когда она, наконец, вспомнила, некроморф был уже рядом и прыгнул вперед, сбивая девушку с ног. Что удивительно, тварь не стола кромсать жертву на части, как некроморфы делали обычно, а придавила лапами ее руки и приблизила свою голову к девушке, будто пытаясь поцеловать, и непрерывно издавала жуткие возгласы. Неожиданно, остатки шлема с головы «мясника» отпали, оголив жуткую морду, истекающую кровью и черной слизью. Видимо, вдоволь наигравшись с жертвой, тварь подняла руку с лезвием и нанесла удар по голове девушки. Ребекка закричала криком сирены, способным разбивать стекла и зажмурилась.       К ее удивлению, боль, которую Ребекка почувствовала, не была острой болью от пореза. Это была глухая боль от удара. Руки больше никто не держал, и о случае с некроморфом напоминала лишь ноющая щека и груз, давящий на бедра. Девушка осторожно открыла глаза.       - Нихрена ты отрешь, – произнес Торн, держась за уши. – Банши хренова.        - Т-торн? – заикаясь, спросила Ребекка. – Это ты?       - Стреляла б ты получше, уже не я бы был, – Майк наклонил голову вбок и постучал ладонью по уху, пытаясь избавиться от воздушной пробки. – У тебя что, мозги в сиськи утекли?       - Я так испугалась! – Ребекка схватила Торна за шеи и крепко прижалась к нему.        - Эээ… Может, ты покажешь, где тут комната с кроватями? Раз уж ты так настроена.       Девушка отстранилась и посмотрела на него ненавидящим взглядом:        - Вот Торн, которого я помню и ненавижу. Может, ты слезешь с меня?       - А мне и здесь нравится, – ответил Майк, поднимая с ног девушки. – Какого ты на меня набросилась?        - Я думала, что ты некроморф.       - Думала она, – Торн сплюнул на пол. – Ты обкурилась? Почему не поделилась?        - Я серьезно! – воскликнула Ребекка, вскакивая с пола. – Я услышала какой-то шепот, зашла сюда, думала, что тут ребенок прячется. Никого не нашла, шепот пропал, и тут дверь выбили, и появился некроморф! Ты посмотри на дверь!       - Да нормальная дверь! – ответил Майк.        - Ничего не нор… – осеклась Ребекка. Дверь в зал действительно была в норме. Механизм автоматического закрывания опустил ее, и дверь снова красовалась на прежнем месте без единого намека на страшные удары. – Я… я не понимаю, что произошло, я видела...       - Тот факт, что ты молилась камешку, уже значит, что ты чокнутая, – произнес Торн. – Вот тебе подтверждение. И почему ты стреляла не по ногам? Я же тебя учил!        - Я стреляла по ногам.       - Ага, – усмехнулся Майк и показал пальцем на стену, в которой, на уровне груди, красовались несколько отметин, выбитых пулями. – Тебе не кажется, что мои ноги слегка ниже?       - Я не знаю. Я видела некроморфа и стреляла по ногам, – ответила девушка и вернулась к трибуне.       - Мы все скоро долбанемся, если не свалим отсюда. Таких картин я не видел даже на войне. Что это за место? – спросил Торн, рассматривая стены.       - Молитвенный зал, – сказала Ребекка, поднимая с пола пистолет и пустой магазин. – Здесь начинается последний путь умерших в Юнитологии. Хочешь воды?       - Нет, спасибо, – покачал головой Торн. – Я бы лучше пива выпил. Последний путь? Ты хотела сказать, путь замороженного полуфабриката к растрате бесценной для человечества энергии?        - Некоторые верят, что оно того стоит, – девушка подняла стакан с трибуны. – Пивом пастор не увлекался. Но мне повезло, что службы сейчас идут каждый день.       Она поднесла стакан ко рту, и в этот момент Торн страшным ударом выбил его из рук Ребекки. Стакан покрутился в воздухе и рухнул на пол, разбившись вдребезги. К удивлению Ребекки, расплескавшаяся вода вспыхнула ярки пламенем.        - В стакане… было горючее? – дрожащим голосом спросила девушка.       - Какой, нахрен, стакан? – воскликнул Торн. – Это лампада, дура!       - Но это же… – Ребекка замолчала. Действительно, в языках пламени лежали цветные осколки от лампады.       - Девочка моя, тебе точно пора к врачу лечиться, – проворчал Майк. Увидев, что девушку трясет, он вздохнул, подошел к ней и взял руками за плечи. – Слушай. Я не знаю, что происходит. Мы разберемся с этим, даже если мне придется отрубить кому-то пальцы ради этого, даю слово. Но сейчас ты нужна мне и всей группе. Без тебя я буду искать челнок целый год. А если я не успею притащить его к магазину, все погибнут. Пойдем.       Девушка посмотрела на него безнадежным взглядом и, вздохнув, кивнула. Торн провел пальцем по носику Ребекки и дал костюму команду собрать шлем. Проверив свое оружие, и проследив за тем, как девушка проверяет пистолет, Майк зашагал к двери.