Вечеринка в загородном доме

      В баре стоял душистый запах мяты вперемешку со спиртом и табаком. Мужчина уже очень давно не посещал такого рода заведения, поэтому, вдохнув всеми лёгкими этот ядовитый запах, он словно вернулся в прошлое. В молодые годы, когда у него была совершенно беззаботная жизнь и он так часто ходил по различным клубам и барам с друзьями. Тогда ему казалось, что его жизнь такая обычная, потому что каждый второй подросток проводил своё свободное время именно так. Арсений хотел быть особенным, не таким, как все.       Сейчас же он понимает, как он тогда ошибался. Ему хотелось хоть на денёк вернуться в прошлое и оторваться со своими старыми друзьями в каком-нибудь клубешнике.       После долгих флешбеков он вернулся в иллюзию реальность и уже сидя за барной стойкой, начал разговор с барменом:       — Здравствуйте. Можно мне, пожалуйста, два стакана виски «Glenlivet» безо льда, — немного хрипловатым голосом говорил Арсений, рассматривая узор на столешнице, не поднимая головы на человека, стоящего за баром.       — Здравствуйте. Конечно. — юноша взял с нижней полки два красивых стакана, достал с полки посередине виски, открыл его и разлил по двум стаканам.       Долго ждать не пришлось. Два сосуда с пряной карамельной жидкостью уже стояли перед мужчиной.       — Благодарю, — буркнул он в сторону юноши, все же осмелившись посмотреть на него и выразить на лице что-то похожее на улыбку.       Арсений с лёгкостью справился с первым стаканом, даже не заметив, как от напитка и след простыл.

«Зачем ты так отвратительно поступил со мной?»

      Мужчина продолжал горестно думать о ситуации с Антоном. Она не хотела вылезать из его головы, которая лежала на баре, рассматривая оранжевый напиток в стакане. Вокруг играла громкая разнообразная музыка, которая менялась каждые пять-семь минут, не давая гостям заскучать.       Кто-то танцевал, целовался, выпивал. А Арсений сидел и заглушал боль алкоголем, вытирая слезы с горячих щёк.       Через некоторое время рядом с Арсением села девушка примерно лет 25, которая с ходу заказала себе стакан водки и стакан коньяка. На её лице так и было написано, что что-то случилось. Глаза были красными, явно от слез, под ними была размазана тушь.       Попов заинтересовался в этой персоне, которая, видимо, была с ним в одной лодке. Он аккуратно подсел ближе, захватив с собой недопитый стакан с виски.       — Здравствуйте. — робко произнес Арс, смотря на нее. Мало ли на что способны девушки в таком состоянии.       Девушка резко обернулась на голос и уже хотела послать его, но заметила такие же красные глаза и поняла, что этот мужчина не собирается приставать к ней.       — Здравствуйте… Мы знакомы?       — Нет. Я увидел, что столь красивая девушка пришла с заплаканным лицом и подумал, что мы очень похожи. У вас что-то произошло? — Арсения уже укутывало пьяное одеяло, ведь только в таком состоянии он максимально разговорчив с незнакомыми людьми.       — Вам и правда нужна эта информация? Или спрашиваете из вежливости, чтобы потом предложить поехать к вам и переспать, как обычно это бывает? если да, мне не интересно это предложение. — она отвернулась от него.       Бармен тем временем уже принес напитки для девушки и поставил стаканы на стойку перед ней и, услышав слова благодарности, ушёл к другим посетителям.       — Что вы… я вовсе не собираюсь с вами спать. Просто вижу, что у нас, возможно, схожая проблема. Мы могли бы просто поговорить? Если нет, ничего страшного. — ему нужно было высказаться хоть кому-нибудь. Главное, чтобы этот человек был ему не знаком и с похожей проблемой. Впрочем, такой человек уже сидел перед ним. Далеко ходить и искать не пришлось.       — Поговорить? О чем мне с вами говорить? — намекает она на то, что он парень и скорее всего не поймёт её проблемы с отношениями.       — Я понимаю, мы совершенно не знакомы… Но если вы не хотите разговаривать, можете хотя бы выслушать меня, пожалуйста… Мне сейчас это очень необходимо. В ответ, могу послушать вашу проблему. Обещаю, я не буду вас осуждать, какая бы ситуация у вас ни была. — Арсений настаивал. Он был готов заплакать, встать на колени, только бы его выслушали.       Девушка, увидев грустные, зеркально-чистые голубые глаза, не смогла отказаться.       — Хорошо… Но давайте пройдём за столик. Не хочу, чтобы у нас были лишние уши. — девушка взяла с собой оба сосуда с алкоголем, встала из-за барной стойки и пошла за самый дальний столик. Арсений смотрел на её уходящий силуэт и поторопился за ней, немного шатаясь, также схватив с собой стакан.

«Находиться в одной комнате с тобой невозможно.»

      Они сели в самом дальнем углу за столик, около которого стоял небольшой чёрный кожаный диван.       Арсений начал изливать душу. Он рассказывал все детально и подробно, по какой причине он находится тут.       Арс всегда выделялся своей открытостью на сцене. Он никогда ничего не стеснялся. И этот разговор тоже не обошла стороной его раскрепощенность.       Из его рта так и летели маты, оскорбления в сторону Антона, которые он запивал уже заканчивающимся напитком.       Девушка внимательно его слушала. На её лице все больше и больше проявлялось удивление. Сидеть и понимать, что перед тобой сидит знаменитость, которая рассказывает тебе о своей жизни, так ещё и отношениях. Сначала она не подавала виду, не хотела говорить, что знает Попова, чтобы посмотреть на его реакцию, и вот к чему это привело.       Она старалась не пялиться на него, как собака на кусок мяса, но любопытство брало верх. Девушка совершенно случайно узнала об отношениях Арсения и Антона и это вызывало у неё непреодолимое чувство жадности. Она уже забыла, по какой причине сама пришла сюда. Сейчас её волновало уж точно не это.       Так как дама ещё не была пьяной, а если быть точнее, она так и не прикоснулась к алкоголю от слова совсем, в её голове нарисовался чёткий план. Ужасный. Чудовищно жестокий по отношению к артисту, который сидел перед ней, буквально захлёбываясь в собственных слезах, полностью погружённый в алкогольное опьянение и свою открытость.       Рано или поздно Арсений все же закончил свой столь продолжительный монолог, вытер рукавом рубашки слезы с лица и посмотрел на девушку, которая быстро сделала понимающее, огорченное лицо.       — Прости, я о..очень долго говорил, но спасибо, что выслушала и не ушла. Мне стало немного легче после выплеска эмо..ций. — чуть притормаживая от своего пьяно-депрессивного состояния, говорил Попов, стараясь улыбнуться ей.       — Ничего страшного. Это так ужасно… Даже не могу представить, как ты это сейчас переживаешь… — она старалась хоть как-то «поддержать» его.       — Спасибо… А у т..тебя то что произошло? — Арсений немного похлопал себя ладонями по щекам, стараясь прийти в нормальное состояние.       — Ой, да это уже неважно. Честно говоря я и не помню. Благодаря твоему монологу я теперь об этом не думаю, — она улыбнулась ему, чтобы как-то взбодрить. — Не так уж видимо там всё серьезно у меня было.       — Аа.. Ну, тогда хорошо, я рад… — он достал телефон из кармана и посмотрел на время. — Ох, уже так поздно, я пожалуй пой..ду, если ты не против.       Арс встал из-за стола и потеряв равновесие, чуть не упал. Девушка мигом подскочила и схватила его за руку, чтобы тот не шлепнулся на пол.       — Та-ак, ты далеко живёшь? — подтягивая его к себе, говорила она.       — Достато..чно.       — Давай тогда ты у меня сегодня переночуешь, а то, боюсь, ты не дойдешь до дома и где-нибудь упадешь, не дай Бог. — девушка строила из себя правильную спасительницу. А все для того, чтобы, когда они придут к ней домой, начался шантаж. Шантаж сексом.       Девушка хотела им воспользоваться. Она была настолько одержима Поповым в этот момент, что просто не понимала, какую ужасную вещь она сейчас делает. А может, ей было это не впервой, кто знает…       У Арсения не осталось выбора, потому что он и правда мог не дойти до дома, посему он согласился. Девушка взяла его руку, закинула себе на плечи и не торопясь пошла сначала за барную стойку, чтобы отдать деньги за напитки.       Когда и Арсений, и девушка расплатились, бармен вежливо попрощался с ними, а те, в свою очередь, уже были почти на выходе.       Выйдя на свежий ночной воздух, Арсений сразу почувствовал облегчение. Лёгкие быстро наполнялись приятным кислородом. Ему казалось, что он никогда не дышал таким вкусным воздухом.       Он снял руку девушки со своих плеч и бегающими глазами посмотрел на неё. В её глаза. Зелёные… Точь-в-точь как у Антона.       — Я..я уже могу стоять и идти сам. Спасибо за помощь, но я и правда вряд ли дойду до.. с..своего дома.       — Да, я вижу… Поэтому и предлагаю ко мне. Все равно одна живу, так что ты никому не будешь мешать. Тем более ты идёшь просто переночевать. — Она смотрела на него в ответ, задабривая своей крысиной красивой улыбкой. Арсений коротко кивнул и они вместе направились к её дому.       Спустя пятнадцать минут Арсений был уже в прихожей её квартиры. Сама девушка быстро упорхнула на кухню. Он разулся, снял уличную одежду и прошёл дальше вглубь незнакомого помещения. Осматривать квартиру давалось с трудом. В пьяном состоянии мало чего можно нормально разглядеть. Все, что он увидел из столь запоминающегося, это светлые обои с красивыми чёрными узорами. Да и сама по себе квартира была достаточно светлой и маленькой.       — Уютно, — пробормотал себе под нос Арсений, уже приметив местечко, где он будет видеть прекрасные сны. Спальня и волшебная двуспальная кровать. Она манила его. Он же, не проявляя сопротивления, пошёл к ней.       — Куда это ты? — удивлённо спросила девушка, выходя с кухни. — Уже покушаешься на мою кровать? Понятно.       Арсений помахал головой и остановился на полпути.       — Ох, извини, пожалуйста. Я даже не спросил, можно ли…       — Давай сначала поговорим, — проигнорировав его слова, произнесла девушка и подошла к нему, взяла за руку и довела до кровати. Посадив на неё Арсения, дама закрыла дверь спальни на защёлку и после села рядом с ним.       — Спасибо… А я ведь даже твоего имени не з..наю.       — Ангелина. Но сейчас это не имеет значения. В общем… — она ехидно посмотрела на него. — Закрой глаза, ляг спиной на кровать и не открывай, пока я не скажу «можно».       — Ааа… Ладно. — Арсений как послушная собачка, сделал то, что она сказала.

«Ты даже не будешь сопротивляться? Конченый идиот.»

      Ангелина подошла к своему рабочему столу, открыла один из ящиков и достала мягкие секс-наручники. Она подошла обратно к Арсению, нежно взяла его руку и торопливо просунула в неё одно колечко наручников, а другое зацепила за кровать. Вторую руку она специально оставила на свободе. Все равно в таком состоянии он не сможет сбежать, даже если захочет.       Арсений заподозрил неладное, когда его руку охватило что-то мягкое, одновременно твёрдое и холодное. Тогда он без команды открыл глаза, но уже был прикован.       — Ч..что ты делаешь? Анге… — Арсений не успел высказать свое недовольство в сторону девушки, как она тут же заткнула его своей рукой.       — Тш-ш… Я просто хочу заняться с тобой сексом, вот и все. Ничего сверхъестественного. Если ты будешь сопротивляться, я расскажу всем все про Антона… Про ваши отношения… И что ты гей. Не думаю, что вы хотели бы портить свою репутацию, раз вы так тщательно это скрываете, ведь так? Условия не жестокие, я могла бы попросить что-то более стоящее, но кроме секса мне ничего от тебя не нужно, — Ангелина говорила все это настолько алчным тоном, что у Арсения это вызывало рвотный рефлекс. — Ну так что?       Попов чувствовал себя будто на прицеле пистолетного дула. Словно если он сейчас не сдастся, прозвучит оглушительный выстрел, который убьёт его репутацию и карьеру. Но что ещё хуже - убьёт доверие Антона.       Но что ещё ему оставалось делать? Отказаться? Согласиться? Попов разрывался внутри себя. С одной стороны, она и правда могла потребовать от него что угодно, и он сам это прекрасно понимал. С другой стороны, нахуя он вообще все это ей рассказал? Алкоголь творит чудеса, порой не такие хорошие, как хотелось бы на самом деле.       Выбора, кроме как согласиться, у него всё-таки не было… Никто же не узнает, правильно? И все останутся целы и невредимы, кроме него самого. В него уже выстрелили и пуля совесть грызла его, пожирала изнутри, оставляя неприятные кровоподтёки во всём организме.       Ангелина почувствовала, что Арсений не собирается вырываться или сбегать, что он принял своё поражение. Довольная, она незамедлительно начала действовать.       — Не переживай, я сделаю все сама.       Во время всего процесса, начиная со снятия одежды и до окончания, Арсения гложило чувство отвращения, хотя рефлекторно, иногда он даже двигался или шевелил руками, издавал неконтролируемые стоны. И совершенно не от удовольствия, скорее от обиды.       Девушка добивала его словами: «Вот видишь, тело не обманешь, ты хочешь меня также сильно, как и я тебя». Казалось, что пьяным был вовсе не Арсений. Казалось, будто его насилуют. Отвратительное ощущение.       …Именно сейчас Арсений понимал, какую большую ошибку совершил…       Он просто пытался включить воображение и представить Антона, чтобы отвлечься, но это только усугубляло его внутреннее разложение. Это только делало хуже ему самому. Но а что ему ещё оставалось делать?       Алкоголь словно выветрился из его организма, как только девушка начала свой шантаж. Лучше бы он был бухой в дрова, чтобы не помнить об этом или просто вспоминать, как о страшном сне. Арсений не хотел признавать, что все, что сейчас с ним происходит, реально.(?)       Он не хотел участвовать в этом процессе мысленно. Ладно физически, но одна мысль об этом заставляла зацикливаться на нежелательном процессе все больше и больше. Арс сам себе рыл яму. Он уже сто раз пожалел о том, что вообще сунул свой нос в этот гребанный бар, что встретил эту мразь на своём пути. Лучше бы он просто держал все в себе, чем трахался с этой гнидой, которая использовала его, шантажировала. Он не знал, что будет говорить Антону и будет ли вообще заводить про это разговор.       Нет. Он. Никогда. Не узнает. Об этом.       Утро наступило мимолётно. Попов открыл глаза от яркого света из окна. Солнце вышло из-за туч, покрывавших все небо после ночного дождя. Он прикрыл рукой глаза и попытался сесть, но его голое тело обнимало другое такое же голое тело. Ангелина. Как мерзко чувствовать чужие прикосновения. Его рука все так же была прикована к кровати. Злость наполнила его вены, по которым растекалась мерзопакостная кровь, разгоняя чувство агрессии ещё сильнее. Арсений резко перевернул девушку на другой бок, чтобы та проснулась, приправляя все это стремительными возгласами.       — Проснись, мразь! Где ключ? — Арс старался держать себя в руках, но выходило, грубо говоря, никак.       Девушка от такого резкого толчка, разумеется, проснулась и не сразу поняла, что происходит, поэтому что-то мямлила себе в подушку:       — Мхм… Чего…?       — Где ключ от наручников, я тебя спрашиваю?! — он повысил тон раза в три, чтобы Ангелина точно услышала его.       Девушка потихоньку приходила в сознание. Она спустила одну руку на пол и начала шастать по нему, пытаясь нащупать этот злосчастный ключ. Через минуту мучений она все-таки смогла его найти и, не успев поднести руку к Арсению, почувствовала, как он резким движением выхватил у неё своё спасение и судорожно начал выбираться из плена.       — Ну что, понравилось? — сонным и игривым голосом произнесла девушка, дразня его ещё больше.       — Заткнись! Чушка. Если кто-нибудь узнает, я лично надеру тебе задницу.       — Ты и так прекрасно надрал ее этой ночью. Не переживай, своё слово я сдержу. Твоя одежда…       — Завались уже! Я сам в силах найти свою одежду.       Сейчас был тот самый редкий момент, когда Арс переходил свои личные рамки дозволенного. У него не было сил держать все внутри себя, там, где уже и так все истерзанно до крови. Мужчина нашёл свою одежду, оделся и вылетел из квартиры, убираясь от неё куда подальше. Прочь.       Ему хотелось спрятаться, укрыться в темном месте и не выходить. Он чувствовал себя погано. На глазах уже выступала солёная жидкость, которая стремительно направилась вниз по бледным щекам мужчины, обжигая и доставляя дискомфорт.       Выйдя из подъезда, он не знал, куда идти, что делать и как быть. Но он чётко решил, что Антон не должен об этом узнать. Пусть ему придётся пожертвовать самым дорогим, но Шастун не должен знать правду о том, где Арсений был в ночь с 17 на 18 марта.

«Все-таки ты хочешь убежать?»

«…Антон заподозрил что-то неладное, на телефон приходило одно уведомление за другим…»