Вода, кровь и золото

      Когда Гарри появился, он был всего лишь призраком. Как все порядочные призраки, он ждал своей участи. Его соседи по очереди были довольно-таки забавными: высокий широкоплечий атлет, который ещё в Древней Греции стал олимпийским чемпионом, но умер от сердечного приступа через два дня после своей победы, и низенькая смуглая девочка, которая была когда-то королевой какого-то островного племени.       Пообщавшись с ними Гарри узнал, что стоящие здесь — либо те, кто умер не достигнув возраста трёх лет, либо верят в перерождение души, хотя бывали и исключения, как, например, Кастор, тот самый атлет, который должен был попасть в Элизиум, но не хотел из-за одного обещания.       Очередь была длинная и, по словам некоторых призраков, стоять в ней можно почти вечность. Не хотелось Гарри провести всю вечность здесь, пусть можно узнать много нового, впрочем в новой жизни он всё это забудет, как вдруг ровный гул голосов, стоявший до этого, стих в одно мгновение. Прозвучал голос, словно бы отдаваясь в голове бесконечным эхом: — КТО ЗДЕСЬ ГАРРИ ПОТТЕР? — Это я, — поднял руку Гарри, удивившись, что его тихий голос раздаётся так далеко и громко. — ПРЕКРАСНО, ИДИ СЮДА.       Гарри вышел из очереди и под изумлённым взглядом всех стоящих пошёл в сторону голоса. И в следующее мгновение он увидел его. Он был очень знакомым, таким родным. — Кто вы? — спросил Гарри. — Друг, — ответил тот. — А кто это был? — Смерть, — откликнулся собеседник. — Понятно. А что я тут делаю? — спросил Гарри того. — Ждёшь. — А кого? — Судьбу, — голос замолк.       Гарри замолк тоже. Он смотрел по сторонам и удивлялся: ни пола, ни стен, ни потолка. Лишь он. — Я вас знаю? — спросил Гарри. — Да. — А как вас зовут? — Ты знаешь, Гарри. — Но я не… — он внимательнее всмотрелся в того и… — Я? — осенила его неожиданная догадка. — Не совсем, но ответ правильный, — сказал Эрхисс, а это был именно он. — Я так понимаю, вы уже познакомились? Тогда перейдём к делу. Верно, Смерть? — ДА. — Итак. Ты, Эрхисс Альдезимос, заявляешь свои права на Гарри Поттера и обязуешься дать ему новую жизнь, идущую в согласии с моим Планом? — Да. — Клянёшься? — Да. — Смерть, заверь клятву жизни. — ХОРОШО. — Ты же, Гарри Поттер, готов получить новую жизнь, как Избранный, в соответствии с волей Эрхисса Альдезимоса?       Немного подумав, Гарри произнёс: — Да. — Ты делаешь это добровольно и осознанно? — Да, — уже более уверенно ответил Гарри. — А это — слово чести, Смерть. — ЗАВЕРЯЮ. — Хорошо, осталось получить одобрение Айнирд. — Одобряю, — не было сказано.       Эрхисс отвесил поклон, взял Гарри за руку, их что-то дёрнуло и они провалились в темноту.

***

      Проснулся Гарри в холодном поту. Ему было тяжело это признавать, но он боялся. Боялся однажды проснуться и увидеть, что всё это было иллюзией. Он привык к такому родному и близкому Эрхиссу, заботливому и весёлому Сириусу, ворчливому, но доброму Северусу, даже к Хешсе он уже относился, как к части своей семьи. А ещё он познакомился с Драко. Драко… Он был единственным ребёнком его возраста на этом празднике взрослых, которого знал Гарри. И Гарри был рад, что Драко стал его другом.       Первый друг — это очень важно, именно поэтому Гарри решил пригласить Драко погостить, хотя бы на несколько дней, а лучше недель, но вряд ли родители его оставят так надолго. Люциус и Нарцисса согласились на четыре дня отпустить любимое чадо и вот, семнадцатого июля девяностого года, Драко Малфой прибыл вместе с личным домовиком в дом Снейпа. Его подселили к Гарри, так как места было не особенно много, и так уже много народу. «Это уже не мой дом, а проходной двор!» — возмутился один раз Северус, но Эрхисс его успокоил, сказав, что это и к лучшему, ведь всегда есть готовый материал для пробы новых модификаций зелий, после чего Снейп долго ещё мучал всех своими новыми разработками.       Драко в гостях понравилось. Там был Гарри, его первый настоящий друг, а до этого были только Винсент Крэбб, Грегори Гойл — вассалы и Теодор Нотт, крайне нелюдимый субъект. А когда Гарри подарил ему собственноручно сделанный блокнот с аналогом Протеевых чар, наведённых Эрхиссом, Драко пообещал себе, что Гарри навсегда останется его самым близким другом.       Ещё год пролетел почти незаметно. За это время успело много чего произойти, но самое важное было впереди. В день получения Гарри письма в гостиной дома в Паучьем тупике состоялся разговор. Первым слово взял Эрхисс: — У нас осталось мало времени. — А чего мы собственно боимся? — слегка недоумевал Сириус. — Ну, поедет в Хогвартс и пусть. Какие проблемы-то? Не Дамблдор же его съест. — Съесть не съест, а использовать как-нибудь вполне может, и если это случится, то ты Блэк первым же побежишь его закапывать, — объяснил Северус. — А можно ещё раз и помедленнее? Я записываю, — и ловко увернулся от заклинания Снейпа. — Севви, я понимаю всю глубину твоих чувств ко мне, но не мог бы ты оставить свои неуёмные фантазии, хотя бы до ночи? — Убить тебя мало, — прорычал Снейп. — Да, Эрхисс? Эрхисс? — того нигде не было. — Куда он пропал? — Мне надоело выслушивать вашу ругань, и я решил обратить на себя внимание. Может продолжим? — сказал голос из пустоты. Затем Эрхисс, по-прежнему сидящий в кресле, стал видимым. — Спасибо. Так вот, Гарри, давай ещё раз повторим, чего тебе делать в Хогвартсе не следует, даже если мы будем за тобой присматривать. — Не ходить в одиночестве по коридорам, не спускаться в подземелья без надобности, не гулять по ночам, не общаться тесно с директором, дружить только с теми, кому можно верить, не пытаться разведать пустые классы самостоятельно, не маяться дурью и по возможности учиться с помощью библиотеки. — Молодец, а теперь ты, Сириус. — А я что? Я же здесь остаюсь, вы так решили, — обиженно ответствовал Сириус. — Именно, поэтому ещё раз предупреждаю тебя, чтобы ты не пытался даже носа показать в Хогвартс. Будешь видеться с Гарри на каникулах. Понял? — Ладно, хорошо, я понял. — Если всё, то тогда завтра встаём в девять, нам надо проводить Гарри на Косую аллею, — сказал Северус. — А почему мы раньше этого не сделали? — Завтра с нами будет сопровождающий, который обо всё доложит Дамблдору. Тот настоял. — Понятно. — Тогда объявляю наше маленькое заседание закрытым! — торжественно объявил Эрхисс и погладил Хешсу. Та в ответ обвила его плечи и прошептала мысленно: — Пойдём, поспим перед завтрашним днём. — Ты же знаешь, я не сплю. — Ну и что? Зато я люблю.       Эрхисс поднялся в облюбованную им комнату и растянулся на диване. Хешса уснула, а он погрузился в мысли.