broken vase.

В раздевалке команды Sendai Frogs после игры, как обычно, шумно и душно. Пахло потом, дешёвым дезодорантом и счастьем. Тсукишима, вечно недовольный рослый парень, не разделял всеобщего настроения. Его губа чуть подрагивала в косой ухмылке после очередной шутки Коганегавы, но казалась слишком вежливой и натянутой. Волейбол ещё со времён старшей школы стал большой отдушиной для блондина. В жизни мог твориться полный кавардак: нехватка денег, проблемы в университете, ссоры с родителями. Но на площадке Кей забывал обо всём. Он оставался один на один с мячом. Даже команда порой уходила на второй план. Тсукишима концентрировался до такой степени, что все чувства его обострялись, как у зверя, а мозг работал на все 100%. Пробить блок блондина в такие дни представлялось невозможным, и сопернику можно было лишь посочувствовать. Но не только проблемы и переживания вызывали в Кее такой прилив сил. Было ещё кое-что, что заставляло его сердце биться быстрее и работать усерднее, а вернее кое-кто. Его молодой человек — Ямагучи Тадаши. Он не пропускал ни одной игры блондина и иногда приходил на тренировки, если не работал в тот вечер. Кей недовольно ворчал, что Тадаши попросту зря тратит время, но невольно улыбался, заметив краем глаза знакомую макушку где-то сбоку. Тсукишиме казалось, что команда любит веснушчатого парня больше, чем его самого. Но он не обижался. Очаровательный и весёлый болельщик бесспорно был лучше угрюмого и язвительного блокирующего. Приход Тадаши всегда сопровождался радостными криками членов команды, расспросами и шутками. Зеленоволосый как будто стал неофициальным талисманом команды. Сам парень искренне не понимал такого внимания, даже думал, что над ним просто посмеиваются, не воспринимают всерьёз. Однако все замечали насколько положительно он влиял не только на настрой лягушек, но и на игру Тсукишимы в частности. Опозориться перед парнем ему просто не позволяла гордость. И каким бы слабым ни был соперник, Кей всегда выкладывался на максимум, лишь бы с волнением уловить этот восхищенный взгляд с трибуны. — Хей, Тсукишима! — на плечо упала тяжёлая ладонь, и блондину пришлось приложить усилие, чтобы не вздрогнуть. — Хорошая была тренировка. Мы собираемся всей командой поужинать в баре, не хочешь пойти с нами? Там готовят изумительные рёбрышки! Ты таких никогда в жизни не ел, руку на отсечение даю. — Оставь себе, Коганегава, она тебе ещё пригодится, — иронично усмехнулся Кей. — Я сегодня занят. — Ты всегда занят! — недовольно нахмурился связующий. — Я удивлён, что ты вообще находишь время на волейбол. Погоди-ка, кажется, я понял! Вы, голубки, сегодня идёте на свидание! Я ведь прав? Хоть бы раз с командой поужинал, а не с Ямагучи-саном… Тсукишима мысленно досчитал до десяти и стиснул зубы, чтобы не выдать в отместку что-нибудь очень колкое. — У Ямагучи сегодня подработка. Он устроился на новое место, поэтому работает теперь по вечерам почти каждый день. — Правда? — Коганегаву это почему-то заинтересовало. — Кем он теперь работает? — Продавцом в магазине керамики, — бесстрастно ответил Тсукишима. Он уже оделся и собирался уходить. — Неужели Ямагучи-сан больше не будет ходить на наши игры? Он же почти полноценный член команды, — наигранно расстроенно произнёс парень, хотя ему действительно стало обидно, что этого солнечного мальчика больше не будет на трибунах. — Я не могу перестать удивляться тому, сколько глупостей ты способен произносить за минуту, — поправил очки Кей и накинул на плечо спортивную сумку. — Он работает в будни, а играем мы чаще всего на выходных. Так что можешь быть спокоен, вы ещё не раз встретитесь. Хотя меня определённо напрягает, что мой парень постепенно становится общим достоянием команды. — Ну-ну! — рассмеялся Кандзи отчасти потому, что это была правда. — Кажется, ты торопился? Иди-иди. Но учти! В следующий раз не отвертишься. Парень-то никуда не денется, а когда ты ещё сможешь поесть вкусного мясца с командой — большой вопрос! — Всем пока, — кивнул Тсукишима, скрываясь за дверью раздевалки. За его спиной послышались ответы, но он уже натянул наушники. Вакуум обволок его голову. Секундная тишина, и в уши полилась спокойная, меланхоличная музыка. Кей вышел на улицу и вдохнул свежий морозный воздух. На выдохе изо рта повалил пар, и блондин с наслаждением пощурился. Всё-таки начало года — отличная пора, пора мечтаний, желаний и планов, на осуществление которых ещё так много времени. С неба одиноко начали падать хрупкие снежинки. Одна приземлилась прямо на нос Тсукишиме и тут же растаяла, превратившись в холодную капельку. Парень хотел было вытереть её, но перед ним остановился автобус. Дверцы распахнулись, и блондин поспешил внутрь. Стёкла в оправе моментально запотели. Тсукишиме пришлось искать свободное место почти на ощупь. Он опустился на кресло рядом с окном и терпеливо снял очки. Без них мир превратился в разноцветную кашицу, состоящую из безликих человечков, мерцающих фонариков и неразличимых пятен. Парень достал из кармана пальто перчатку — один из новогодних подарков Тадаши — и вытер ею линзы. Мир снова стал чётким и резким. От обилия контуров даже голова закружилась. Кей моргнул несколько раз и повернулся к окну. Ехать ещё пять или шесть остановок. Недолго, но в такую погоду сложно сказать наверняка. Поэтому блондин удобно опёрся об окно и стал изучать окружающие пейзажи, такие знакомые ему с детства. Это был не тот район, в котором он родился и вырос, один из соседних, но Кей тоже хорошо в нём ориентировался. Ехал же парень в ту часть города, где прежде бывал очень редко. — Ячи-чан, я подъезжаю, — Тсукишима набрал номер подруги. — Какая у тебя квартира? — Семнадцатая, — прозвучало в трубке. — Давай я выйду и встречу? Район довольно запутанный, я сама часто теряюсь в этих одинаковых новостройках. — Ничего, я дойду, — уверил девушку Кей. — Скоро буду. На этом он повесил трубку, чтобы подруга ни в коем случае не попыталась протестовать. Кондуктор объявил остановку, и Тсукишима вновь оказался на улице. Прошло всего 20-30 минут, но заметно похолодало. Морозец из приятного превратился в колющий, от которого хотелось поскорее спрятаться. Парень обогнул дом два раза, прежде чем нашёл нужную дверь. — Тсукишима? — удивлённо спросила Хитока, увидев парня на пороге. — Ты чего так долго? — Впустишь? — Кей не хотел признавать, что действительно не смог без посторонней помощи найти обычную дверь. — Заходи, — усмехнулась девушка. Она так давно знала Тсукишиму, что могла по одному лишь движению бровей понять, о чём тот думает. Ямагучи это всегда раздражало, потому что он, как ни старался, заглянуть в мысли своего парня не мог. Перед Кеем открылся вид на полутёмную комнату, заставленную коробками и сумками. — Где ты вообще спишь? — немного брезгливо поморщился блондин. — Тут же одни коробки. — На кухне. Её я уже более менее оборудовала. — Ладно, давай собирать тебе диван, бедная одинокая девочка, — удручённо ответил Кей, предвкушая, как сильно у него будут болеть спина и руки на следующий день. — И чья это вина? — Хитока рассмеялась. Ей доставляло неимоверное удовольствие подшучивать над тем, что друзья виноваты в её одиночестве. По мнению Ячи, всех хороших парней разобрали другие хорошие парни. Поэтому ей никого и не досталось. Тем не менее Хитока была рада тому, что они её друзья. Несмотря на сварливость Кея, он всегда был рядом, чтобы помочь, как сегодня. Ворчал, конечно, как старикашка, но всё равно помогал. Тадаши же был лучше любого психолога. В его собственной жизни постоянно творился какой-то кавардак, но советы он давал самые лучшие. Как говорится, тренеры не играют. К тому же, у парня были самые тёплые, успокаивающие объятия, и он готовил бесподобные данго. Друзья, что надо. Хитока принялась распаковывать огромные коробки с мебелью, пока Тсукишима читал инструкцию по сборке. — Как долго ты собираешься оставаться на этой квартире, Ячи-чан? — Хм, думаю, пока не найду вариант получше, — пожала плечами та. — Местечко здесь действительно не самое хорошее: далеко до университета, почти нет магазинчиков в округе, соседи вечно заняты ремонтом. Вот они — прелести новых районов. — Ямагучи говорил, что наши соседи собираются съезжать. Не хочешь посмотреть ту квартиру? — В ближайшее время у меня нет денег на ещё один переезд. Думаю, что смогу начать подыскивать новое жилище только к лету. Тсукишима достал из сумки небольшой ящик с инструментами и осмотрел детали шкафа, пока Хитока расчищала место вокруг. Собирая мебель, Кей несколько раз чуть не уронил полку себе на ноги, но девушка вовремя поспевала на помощь. Самым сложным оказалось сделать перестановку. Собранный шкаф и диван — это, конечно, хорошо, но им явно не место в дверном проходе. Хитока со старшей школы не выросла ни на дюйм, а Тсукишима, хоть и набрал массу, всё ещё оставался дрыщавым великаном. Целый час друзья убили на то, чтобы переставить всю мебель правильно. Это как тетрис — пытаешь впихнуть тумбочку к стене, и вот, шкафу уже некуда встать. — Кстати, как Ямагучи новая работа? Почему он на неё перешёл? — Кажется, ему нравится. В прошлом магазине было слишком шумно и нервно. Постоянно какие-то передряги случались. Иногда он просто приходил домой и плакал из-за того, что директор опять накричал на него или пьяный посетитель разбил алкоголь, стоящий на витрине, и отказывался платить. — Он мне не рассказывал об этом, — удивлённо обернулась Ячи, заканчивавшая расставлять книги по полкам. — Ямагучи упоминал, что ему не нравилась его работа, но не говорил, что настолько. Бедняга, зачем он только терпел? Давно бы уволился. — Иногда мне кажется, что ему просто нравится быть мучеником. После прошлого раза я сказал, чтобы он немедленно увольнялся. — А он что? Тсукишима нахмурился. — Ответил, что не может уволиться потому, что у нас итак немного денег, и он не хочет становиться обузой. — Хах, звучит очень по-Ямагучевски. — Да, с тех пор, как мы стали жить вместе, уровень его паранойи вырос просто до небес. Он почему-то решил, что это не мы живём вместе, а он висит на моей шее. И я уже устал повторять, что мир не рухнет, если я сам оплачу продукты или аренду. — Я его понимаю, — кивнула девушка. — Не хочется чувствовать себя слабым или бесполезным рядом с близкими людьми. Кей отрешённо выдохнул и встал с дивана. — Кажется, мы закончили? Ты справишься дальше сама? — Да, Тсукишима-кун, большое спасибо! Без тебя я бы целую вечность этим занималась. — Скорее всего тебя бы придавило шкафом уже через полчаса. — Грубо, но справедливо, — рассмеялась Хитока. — Я пойду. — Не хочешь поужинать? Ты наверняка не ел после тренировки. Я приготовила онигири. — Спасибо за приглашение, но меня ждёт Ямагучи, — уныло улыбнулся парень, предвкушая долгую дорогу домой. — Уверен, что этот придурок сидит голодный и ждёт, пока я вернусь. — Хэй, Тсукишима? — М? — Как ты себя чувствуешь? — стесняясь, спросила Ячи. Она боялась, что её вопрос покажется ему нетактичным. Но парень знал, что она видит его насквозь и нет смысла скрывать что-либо. Он выдохнул и ссутулил плечи. — В последнее время я даже просыпаюсь уже уставшим. Не понимаю, с чем это связано. Даже не знаю, как описать… — Может это из-за Ямагучи? — Что? — Кей вскинул золотистые глаза, горящие праведной яростью. В тот момент, он был подобен хищнику, готовому наброситься на обидчика своего ребёнка. — Вы ведь с ним не так давно съехались, всего 3 месяца прошло. Это очень ответственный шаг. Дополнительные волнения, обязанности. Я думаю, нужно время, чтобы принять эти изменения и подстроиться под жизнь вдвоём. Запал Тсукишимы моментально остыл, и он устало кивнул. — Да, наверное ты, как всегда, права, Яч-чан. — Знаешь, когда я только поступила в университет, мне было очень нелегко. И справиться с этим помогло ведение дневника. Я просто купила блокнот и каждый вечер писала в него всё, что со мной произошло, что волновало или расстраивало меня. И не поверишь, но мне стало легче. — Звучит как плацебо, — скептически повёл бровью блондин. — Это на самом деле работает! Ты просто выплёскиваешь на бумагу мысли, мешающиеся в твоей голове. И всё! Ни лишних мыслей, ни напряжения. Просто попробуй. Не получится — выкинешь блокнот, и никто не узнает, что ты в нём писал. — Хоть мне и кажется это бредом, обычно твои идеи работают. Но теперь я действительно пойду. Уже почти 9, Ямагучи, наверное, умирает от голода. — Да, до встречи! И обязательно попробуй делать записи, мистер Я-сам-всё-смогу! Девушка закрыла дверь за другом и удручённо оглядела оставшиеся коробки. Мебель-то они собрали, но теперь нужно расставить по местам оставшееся барахло… Автобус Тсукишима прождал почти 20 минут. На остановке кроме него только замёрзшая кошка, свернувшаяся в клубок, и одинокий фонарь. Снег под жёлтым светом переливался и искрился. Блондин невольно сравнил его со смехом Ямагучи. Ему действительно нравилось, как зеленоглазый смеялся. Так ярко, весело и искренне, даже когда Кей произносил полную глупость. В такие моменты Тсукишима и сам невольно улыбался, таким заразительным был этот смех. Наконец подъехал полупустой автобус. Свет в нём едва горел. Тсукишима уснул, но кондуктор вовремя попросил оплатить проезд. Вся обратная дорога показалась парню сущим адом: холод и темнота, на улице лёгкие снежинки превратились в настоящий снегопад, в котором с трудом можно было видеть собственные руки. Тсукишиму это удивляло. Совсем не характерная для Мияги погода. Выйдя на остановке, Кей остановил взгляд на круглосуточном магазине. Поколебавшись с минуту, он всё же зашёл туда и, заплатив всего 400 йен, купил первый попавшийся блокнот — синий, без рисунков, с обычной линовкой. Когда Тсукишима наконец вошёл в квартиру, было уже почти 10. Сонный Ямагучи, смотревший телевизор, даже не сразу услышал звук шагов. Кей глянул на него через открытую дверь и, улыбнувшись, прошёл на кухню. Настроение его сразу улучшилось. По всему дому витало множество вкусных запахов, но самым вкусным из них был запах Тадаши. Тсукишима мог поклясться, что узнал бы его из тысячи. Шампунь, которым веснушчатый парень пользовался, имел сильную отдушку, поэтому его волосы всегда, особенно после душа, пахли ромашкой. — Ты наконец вернулся? — сзади послышался усталый зевок и поступь босых ног. — Прости, что так долго. Оказалось, что собирать шкаф — непростая задача. Так что предлагаю при следующем переезде выкинуть всю одежду, оставить только носки, чтобы вешать их на спинку стула, — усмехнулся Кей, запуская Тадаши в свои объятия. Руки устало заныли. Парень, как довольный кот, повис на шее и почти что уснул. — А ты почему не спишь? Я же говорил, что не обязательно меня ждать, если я задерживаюсь. — Я не хотел без тебя есть, — стыдливо признался парень. — Поэтому решил умереть голодной смертью? — Тсукишима отпустил молодого человека и подошёл к плите, где в сковородке давно остыл рис с мясом и овощами. — Ты преувеличиваешь! — запротестовал Ямагучи, садясь за стол. — И что плохого в том, что я люблю тебя? — Ничего, — покачал головой Кей, — но не обязательно мучить себя, чтобы показать это. — Бу-бу-бу, вечно ты всем недоволен. — Я думал, ты меня за это и любишь. — А я думал, что буду встречаться с парнем, а не с ворчливым стариком. Тсукишима поставил на стол две тарелки и сел напротив зеленоволосого. Усталость сняло как рукой, и Ямагучи принялся с упоением запихивать в рот мясо и немного слипшийся рис. — Жуй хотя бы, а то подавишься, — насмешливо упрекнул Кей. Ямагучи хотел было что-то возразить, но в тот же самый момент поперхнулся и закашлялся. — Язык у тебя недобрый, — хрипя, ответил Тадаши на смех парня. После ужина Ямагучи почти мгновенно переместился в лежачее положение. Для него не было ничего желаннее сна. Когда Тсукишима, домыв посуду, вошёл в спальню, Тадаши уже давно спал. Кей только улыбнулся тому, в каких смешных позах этот парень вечно лежал, и хотел было упасть рядом, но вспомнил про блокнот. Немного подумав, блондин решил всё же попробовать. Будет, что будет. Он открыл первую чистую страницу и надолго задумался. Что же ему написать? Хитока посоветовала описать весь свой день. Нужно попробовать. Уже клюя носом, Тсукишима записал дату. «15 января 2019 года. Хитока сегодня посоветовала начать вести блокнот, чтобы чувствовать себя менее усталым. Я думаю, что для этого нужно бросить университет, но попробую воспользоваться её методом. К слову об университете, сегодня я чуть не умер от скуки. Пары были ужасно нудными и тянулись целую вечность. Преподаватель не сказал буквально ни одного слова, которого я не знал. Ещё и задал столько, будто это до конца года, но на самом деле всего лишь до следующей пары. Вот ведь старый заносчивый индюк! Вечером я был на тренировке. Капитан похвалил меня за отличные блоки. Я действительно неплохо постарался и заблокировал несколько опасных мячей. Но вместо того, чтобы набраться сил от игры, я только больше устал, поэтому ехал к Ячи полумёртвый. Это определённо было плохое решение, но она целую неделю просила помочь, так что я не мог отказаться в последний момент. Ячи переехала две недели назад в новую квартиру в ужасном районе. Я надеюсь, она скоро уедет оттуда. Но если она снова попросит передвинуть диван, я, кажется, сломаюсь. Ещё и проторчал у неё до самой ночи. А этот дурак Ямагучи сидел и ждал меня. И как я только умудрился в него влюбиться? На самом деле я счастлив. По моему лицу не скажешь, но это так. Я счастлив, что мы вместе. И, о Боже, я надеюсь, он никогда не найдёт этот дурацкий блокнот и не прочтёт это! Я рад, что теперь мы живём вдвоём. Хоть Ячи и сказала, что моя усталость может быть из-за этого переезда, но мне стало намного спокойнее от того, что я вижу его каждое утро, уходя из дома, и каждый вечер, возвращаясь обратно. Когда я перехожу порог квартиры, всё остальное кажется таким неважным. Иногда Тадаши напоминает мне большую и добрую собаку, вроде самоеда. Он так сильно ждёт меня дома и так безумно радуется, когда я прихожу. Нет более замечательного чувства на свете, чем чувство, что тебя где-то ждут. Квартира у нас хорошая. Пусть однокомнатная, но мне этого хватает. Здесь уютно. В большинстве своём это заслуга Тадаши, конечно. Он перевёз сюда со старой квартиры кучу растений и других безделушек. Иногда мне кажется, что мой парень мог бы стать отличным флористом или ботаником. Хотя и готовит он отлично. Я ни разу не видел, чтобы Тадаши пережаривал яйцо или у него сгорало мясо. Когда он только всему научился? Сегодня Ямагучи снова готовил ужин. Вообще-то он готовит нам его почти всегда. Но ради справедливости, я стараюсь отнимать у него сковородку хотя бы по выходным, чтобы отдыхал. Хотя не похоже, что он вообще устаёт от этого. Мне кажется, ему приносит сплошное удовольствие всё, что он делает по дому. Кроме, может быть, стирки. Тадаши постоянно забывает, как включать стиральную машину, хотя на ней нужно нажать всего три кнопки. Я думаю, это забавно, что он пытается быть идеальным в нашей совместной жизни (а я уверен, что он старается, именно чтобы впечатлить меня, потому что его прежняя квартира была похожа на комнату подростка в пубертате), но не может постирать носки. Хоть я и поругал его за то, что он ждал меня и не ел, мне приятно его внимание и забота… Глупо, наверное, звучит, но знаете что? Это мой блокнот. Я могу писать всё, что захочу. Могу хоть десять страниц исписать о том, как сильно и почему я люблю Ямагучи. Кроме меня этого всё равно никто не увидит. Значит оправдываться мне незачем. Тадаши замечательный. Давно хотел это сказать, но как-то некому было, да и не к месту. Самому Тадаши об этом знать необязательно, Ячи-чан сейчас слишком занята своими делами, а брату я скорее в лицо плюну, чем расскажу о своих чувствах. Больше на данный момент мне поговорить не с кем. Но меня это не сильно волнует. Интересный факт, Ямагучи часто улыбается, когда спит. Такая обворожительная улыбка. Если бы я не любил его сейчас, то непременно влюбился бы, увидев её. Звучит ужасно сентиментально. Кажется, это старость. Не знаю, что ему снится, но надеюсь, я. Ещё он ужасно красивый. Раньше я никогда о таком не думал, но недавно мама сделала Ямагучи комплимент по поводу внешности, и я понял, что это так. Со старшей школы Тадаши отращивает волосы и сейчас уже собирает их в хвостик. Это выглядит мило, но на улице его часто путают с девушкой, и он из-за этого переживает. Хотя мне кажется, что на девчонку он точно не похож. Если честно, я уже сильно устал и начал писать различного рода бред. Слова заплетаются у меня в голове, и приходится вечно исправлять ошибки. Пожалуй, пойду спать. Не уверен, стало ли мне легче от того, что я написал всё это, но завтра я точно проснусь невыспавшимся. А ещё я люблю Ямагучи. Просто захотелось написать напоследок…» Блондин устало потёр глаза и закрыл блокнот. В комнате было темно, и только бледная лампа освещала стол. Кей обернулся и посмотрел на спящего Тадаши. Во сне он казался невинным младенцем. Хотелось обнять его и защитить. Тсукишима выключил свет и осторожно лёг рядом, боясь разбудить, но Ямагучи всё равно приоткрыл глаза. — Спи, — сказал Тсукишима, обнимая его за плечи. — Да, спокойной ночи… — он потянулся, чтобы чмокнуть Кея в лоб, но так и остался лежать в этом положении, — Не знаю почему, но мне кажется, что это будет замечательный год. — Неужели тебе приснился вещий сон о том, что мы станем очень богатыми? — Нет, мне приснилось, что мы очень счастливы. — Да, это определенно вещий сон. Ямагучи прижался ближе, отдавая своё тепло Тсукишиме, который ещё не успел согреться под одеялом. — Спокойной ночи. — Спокойной.