Зло во благо

Постепенно школа отошла на второй план даже для Итана, но вот она забывать ни о ком не планировала, поэтому в один прекрасный ужасный день у них состоялась общая большая проверочная работа, и если Итан написал её на процентов семьдесят правильно, то Вик с Томасом полностью её завалили и получили приглашение в кабинет директора. Явились они туда не в лучшем виде, Раджи, успевший с кем-то подраться, — с фингалом под глазом, Виктория — с жвачкой во рту и в слишком вызывающей одежде. Томас никогда не говорил ей об этом ни слова, так как через подобные наряды Виктория самовыражалась, а она нравилась ему любой, что касалось внимания со стороны других парней, Раджи готов был вмазать любому, кто что-то скажет о её внешнем виде или начнёт с ней флиртовать, да, в принципе, Вик и сама это прекрасно могла сделать. Их связь строилась в первую очередь на крепкой дружбе, и уже потом они встречались, как говорили остальным. Ребята, не сказать, что даже целовались часто, о сексе вообще речи не шло, они не могли привыкнуть друг к другу в таком ключе. Точнее Томас был влюблён в Вик, а девушке он как партнёр был симпатичен, но нормально поговорить об их отношениях у ребят не получалось, кроме разве что самого первого раза после того, когда они узнали, кем друг другу приходятся. — К сожалению, мы вынуждены поднять вопрос о вашем отчислении, так как поведение у вас неприемлемое, а, как показала проверочная, знаний совершенно нет. — строго сказал директор, — Мы даём вам испытательный срок: две недели, и если такое продолжится, то вы больше не будете здесь учиться. Вик с Томасом переглянулись. Подобную речь они слышали далеко не в первый раз. Повлияла бы она на них как-то? Определённо нет, потому что что Вик, что Томасу было откровенно насрать на школу. Они не считали, что им нужно это образование, со своими профессиями они и так уже давно всё решили: Раджи был гитаристом, Виктория — басисткой, мнение остальных их не волновало. Родители Томаса были не против его увлечения, понимали, что переубедить его не получится, поэтому и молчали, а у Виктории ситуация была сложнее, её мать умерла несколько лет назад, и с тех пор отец практически не занимался воспитанием дочери, только обеспечивал её финансово. — Не вижу в ваших словах смысла, — лениво протянула Виктория, от чего у директора глаза на лоб полезли. — Извините, что? — мужчина не понимал, почему эти двое так с ним разговаривают. Раньше никто себе не позволял такого. — Извиняю, что непонятного? Всё, что вы сказали про исправительный срок, — полная чушь, как будто вы реально думаете, что мы будем исправляться ради того, чтобы учиться в этой… — начал Томас. Мужчина поднял руку, заставляя его замолчать, кажется, их судьба уже полностью была решена, и, честно, поступать в какое-то другое учебное заведение они не видели смысла, поэтому, выслушав ещё одну длительную нотацию про манеры и уважение, отправились прочь из школы. Итан, наблюдающий за этой картиной, немного огорчился, потому что впервые за все одиннадцать лет у него появились здесь друзья, а теперь они опять уходили, зато Торкио всё равно бы продолжил видеться с ними на репетициях. Это успокаивало. Итан в последнее время почему-то чувствовал себя очень одиноким, да, у него была группа, был парень, но первое он воспринимал больше как работу, а вот Дамиано — казался ему слишком далёким. Торкио читал его сообщения во всплывающих уведомлениях, не заходя на сайт, чтобы не показывать, что он в сети. Итан иногда порывался ответить, но что бы он там написал?! Рассказывать кто он в данный момент было категорически нельзя. Торкио решил использовать старый, уже испытанный способ, возможно, физическая близость могла исправить ситуацию, видимо, печальный прошлый опыт Итана ничему не научил, хотя какие-то же результаты тот раз дал? Торкио начал дольше целовать Дамиано, он теперь задерживался в чужих объятьях, искал больше прикосновений, и постепенно Давид тоже шёл на этот физический контакт и, кажется, даже наслаждался им. Что касается его, то он часто не понимал этого парня, вроде бы Итан только недавно сказал, что против быстрого сближения, а сейчас начинал провоцировать или как это ещё можно было воспринимать по-другому? Дамиано нравилось, но он боялся опять неправильно что-то понять и всё испортить, слишком уж часто он что-то разрушал и обижал кого-то. С соулмейтом он решил закончить общаться, точнее писать ему что-то и безрезультатно ждать ответа. Он сосредоточился полностью на Итане, желая сделать его счастливым, ну, или хотя бы создать для себя иллюзию счастливых отношений. В своих чувствах к этому парню он был уверен, в стопроцентной взаимности — нет, и навряд ли бы когда-нибудь узнал ответ на мучающий его вопрос. Торкио был очень неразговорчив и скрытен, и Дамиано постепенно уже с этим смирился, зато Итан и в его жизнь тоже особо не лез, чему Давид был благодарен, так как ужасно не хотел рассказывать о соулмейте и их последних взаимоотношениях, наверное, Торкио и не хотел этого знать, а ещё более вероятно ему было противно от того, что Дамиано так поступил со своей родственной душой. Слова Давида начали в какой-то момент быть двусмысленными, раньше он каждую ночь соблазнял кого-то, а сейчас сам поддавался явному соблазну со стороны Торкио. И все это рвение поставить Итана в неловкое положение своими словами было всего лишь механизмом защиты.

***

На сегодняшнюю репетицию Вик и Томас шли особенно счастливые, потому что они наконец избавились от такой гигантской обузы под названием школа. Дамиано их поздравил, а Итан высказал своё огорчение по поводу того, что они оставили его одного. Виктория и Томас решили свалить с репетиции пораньше, так как хотели немного расписать планы на будущее, Раджи собирался устроиться на подработку, пока что музыкой у него не получалось нормально зарабатывать на жизнь, а Вик решила найти конкурсы, в которых они могли бы поучаствовать, и не как прошлый, с подставным жюри и воплощением какого-то своего плана, сейчас всё должно было быть по-настоящему. Томас остался у Вик, просматривая на сайте объявления о работе, Виктория тоже сидела с телефоном, внимательно читая условия мероприятий. Это достаточно быстро наскучило, и ребята решили отметить их избавление от учебного заведения. Всё началось достаточно безобидно, с припрятанной у Вик бутылки вина, потом они начали играть в правду или действие на выпивку по инициативе Томаса, а следом и на раздевание — по инициативе Виктории, причём она предложила это в шутку, но пьяный мозг зачастую выкидывал какие-то странные мысли, и, когда Томас разделся практически до гола, Виктория решила его поцеловать, ну а что, они встречались, так что она имела полное право, дальше раздевание пошло даже и без игры. Де Анджелис никогда не думала, что её сближение с соулмейтом произойдёт именно так, в слишком простой обстановке, совершенно банально, но сейчас она совсем не была против, Раджи слегка стеснялся поначалу, а потом, поняв куда всё идёт, не мог остановить свои руки и пьяный шёпот каких-то глупостей на ухо Вик. Та быстро собрала свои волосы в пучок, чтобы не мешались, и открыла доступ к своей шее, в это время блуждая руками по телу Раджи. Виктория немного выпала из реальности и пришла в себя только когда лежала на Томасе прижимаясь к нему и смотря прямо в глаза. — Охренеть, мы напились, конечно, — с усмешкой проговорила Виктория, немного ёрзая на чужом теле. — А что в нормальном состоянии ты не предполагала, что так будет? — нахмурился Томас, кажется, он воспринимал всё слишком серьёзно, — Мы соулмейты, нас тянет друг к другу. — Думаю, мы бы и без всего этого когда-нибудь оказались бы в таком положении, — проговорила Вик, ещё раз двигаясь, заставляя Томаса немного напрячься и закусить губу, чтобы не издавать лишних звуков, ему хотелось услышать, что скажет Виктория. — Ты мне пиздец как нравишься, я даже люблю тебя, — последовало признание в стиле Вик, и Раджи полностью успокоился, накрывая губы девушки своими.

***

Итан задержался в квартире Дамиано после репетиции и делал вид, что тренирует свою партию, на самом же деле он внимательно смотрел на Давида, придумывая, как ему более понятным языком намекнуть, что он уже готов к сближению. В итоге действовать пришлось в лоб, и Торкио подобрал идеальный вопрос, заданный не просто из чистого любопытства. — Ты актив или пассив? — Дамиано офигевшим взглядом посмотрел на него и понял, что совсем ещё не знает этого парня. В квартире повисло молчание.