Дарённый бладжер все зубы пересчитает

Добравшись до имения, друзья заводят лошадей в стойла и направляются внутрь. К счастью, к приходу Хана слуги успели привести дом в божеский, ну, или, по крайней мере, человеческий вид. — В Лайтенсити сейчас рано темнеет, к полудню я вынужден буду отлучиться, — начинает Хан. — Вернусь в вечернее время, а до тех пор успею показать, кому и как приказывать. — Приказывать? — Приказывать. А ты думал, что на птичьих правах тут находишься, дружище? Сам король знает о твоём визите. Феликс в непонимании расширяет глаза. Как сам король? О нём? — Обо мне? Я же... — Он ещё помнит того длинноволосого плаксивого мальчишку, который не хотел отпускать лучшего друга на съедение химерам, — пожимает плечами Джисон. — В общем, про сумерки: постарайся вернуться к заходу солнца, что-то странное происходит, смеркается уже тогда, когда солнечные часы находятся во второй четверти. — В Ностеркрате же все нормально со временем, что не так? — Сейчас мы это расследуем, Феликс. Есть вероятность, что в окрестностях завёлся могущественный маг, зачем-то путающий время. В прошлом месяце в столице начался снег, представляешь? В общем, не гуляй долго, вот, — Хан протягивает карту, — это карта столицы. Я отметил на ней точки, в которых ты мог бы что-то узнать. Чаще всего информация и ее знатоки водятся в тавернах — все любят отдохнуть, выпить и сорвать куш. Если увидишь кого подозрительного, даже не думай помогать, слушать и тем более идти за ним. Так, что же ещё... Айер слушал, внимая каждому сказанному слову и активно кивая головой. После езды на прекрасной и игривой Ирис прядки волос из его причёски повыбивались из общей картины и теперь спадали эльфу на лоб, создавая лёгкий творческий беспорядок. — Ах да! Никогда, слышишь? Никогда не говори с людьми, у которых на шее висит кулон с красным рубином. — Почему? — Они опасны. — И всё? Даже не скажешь, по какой причине? — Нет, Феликс. Все, что тебе нужно знать, — это то, что люди с рубинами — могущественные потомственные тёмные маги. Это собрание «Самоцветов». — Самоцветов? Ты про магические банки? — Да. Как ты уже наверняка знаешь, в нашем мире существуют предметы, олицетворяющие ту или иную магию. Раньше самоцветы были просто красивыми камушками. Испокон веков все так и было, пока тёмные маги не решили объединиться. Они назвали себя «Самоцветами» в честь магических символов. — Они уже как-нибудь проявляли себя? — А ты все такой же любознательный, — подмечает Дэ Фэй. — Да, однажды сожгли деревню, а точнее, ведьму. Она была рубином. Носила этот камень у себя на шее и ослушалась главу; если не ошибаюсь, он был сапфиром. Они сожгли ее на виду у всех жителей, осушив перед этим все реки в округе, чтобы уж точно никто не потушил. Она сгорела в адских мучениях... И деревня тоже. Говорят, ее душа до сих пор разгуливает по окрестностям, чтобы отыскать того, кому даровала огненный камень. — Даровала? То есть, отдала кому-то свой кулон? Хм... Может, возлюбленному? — Ходят слухи, что у ведьмы был сын, — сделал паузу. — А может и возлюбленный, этого нам знать не суждено. Ну-с, пойдём, накормлю тебя чем-нибудь вкусным. Отправившись в трапезную, Феликс краем уха слышал лепет поданных Джисона и его грубые приказы, а сам погрузился в раздумья, не в силах забыть о только что рассказанной истории. Наполнив желудок рыбной тушкой и тушенными овощами, эльф принялся разглядывать карту и по наставлению Джисона решил идти в таверну. Зайдя в свою комнату, Ли был очень признателен своему другу за предоставленный комфорт. Его покои были идеальными для светлого эльфа. Кремовые занавески на резных окнах, кровать с персиковым бельём, деревянный стол, полностью оформленный под учебу, стул с такой же персиковой подушечкой, а на пол брошена шкура бурого медведя. Проводив Джисона до двери, Ли вернулся к себе и, распаковав все свои вещи, принялся выбирать одежду. Выбор молодой эльф остановил на атласной молочной рубашке с рюшами в области шеи, рукавами-фонариками и корсетом, классических смольных брюках и белоснежной накидке с капюшоном. Свои уши все ещё нежелательно показывать. Взяв с собой походную сумку и запихнув туда карту, деньги и силу воли, молодой эльф направился к пункту назначения.

ᙏ̤̫

Таверна «Латунный валет» — заведение, ничем не отличающиеся от десятка других. Помещение совсем небольшое. Здесь довольно чисто, и садиться за стол можно без боязни испачкать одежду или подцепить болячку. Хозяин на первый взгляд довольно услужливый и учтивый, в разговоре с ним слышится иностранный акцент. Качество выпивки, еды и комнат, как уже успел выяснить эльф, весьма и весьма. Кажется, повар здесь тоже иностранец, запахи довольно экзотичны. Комнаты имеют вполне пристойное убранство. Некоторые из них заняты, об этом говорят красные флажки над дверями, но мест хватает. Народу много, но и тут свободных мест достаточно. Большинство посетителей трезвые либо только собираются уйти в небытие. Здесь очень громко и весело. За одним из столов сидит группа вооруженных людей с одинаковыми татуировками и решает какие-то свои дела. В глаза бросается небольшая пьяная потасовка местных мужиков. Внимательно присматриваясь, Феликс замечает, что при его приближении оживлённые разговоры резко смолкают. Охрана не вооружена — сидят, играют в кости. Усевшись за один из столов чуть левее центра, Ли поправляет свой капюшон, дабы его прелестные ушки никто не заприметил. К эльфу подходит милая девушка низкого роста, стройная, с густыми короткими прямыми волосами каштанового цвета и большими задумчивыми глазами с растерянным взглядом. Широкое овальное лицо украшает вздёрнутый нос и маленькие, тонкие губы. — Доброго полудня, господин. Чего желаете? — Паче, красивая, паче, — отвечает эльф. — Я тут у вас впервые, не подскажете ль мне? — Вам выпить иль чего посъестнее? — Выпить. — Что же, молодой господин, могу посоветовать «шип розы» — розовый напиток с кусочками фруктов и льдом. Имеет очень приятный запах и вкус с примесью орехов, — она замолкает и приставляет руку к лицу и шепчет. — Вызывает у пьющего сильные приступы ревности, — хихикает девушка. — Это только слухи, не робейте. Феликс лучезарно улыбается, явно оценив безобидную шутку. — Мне ревновать некого, красивая, подавай. Девушка легко поклонилась и попорхала в сторону кухни. А Айер, оставшись наедине с самим с собой, навострил ушки и прислушался к разговорам в зале. К сожалению, пока он не услышал ничего полезного: только бессмысленные разговоры о юных девицах и юношах или споры о ужасном короле. И чего в нем такого плохого, раз такие легенды слагают? Через минуты три к столу, все так же мило улыбаясь, подошла официантка, протянув розовый напиток эльфу, как вдруг откуда-то сзади раздалось грубое: — Эй, блондиночка. Да-да, ты, в капюшоне, не гоже в помещении с головным убором находиться. Ли изо всех сил старается сохранять спокойствие, учитывая его излишнюю вспыльчивость. Даже пригубить не успел, вот досада. — Чего молчишь, золотая? — голос становится громче, а после и капюшон Феликса западает за спину, открывая сокровенное. Глаза достающего мужчины увеличиваются на три акаины. — Она эльфийка! — завопил тот. — Эльфийка! Внимание посетителей тут же переключилось на парня, и только растерявшаяся официантка была ничуть не удивлены вытянутым ушам. Пытаясь избежать неприятностей, девушка встала между столом Феликса и этим мужиком, задирая голову. — Извините, попрошу не доставлять моим посетителям неприятности. Почти сразу же девушку бьют в живот, она падает на пол, проливая «шип розы» и обхватывая себя руками. На ее глазах образовываются капельки соленой жидкости. — Эй ты! — басит Феликс. На секунду в глазах Амбала проскакивает непонимание, ведь изначально он думал, что перед ним эльфийка. Краем глаза Ли замечает сидящего в углу парня, над которым, кажется, скоро тёмная туча нависнет. Пугающаяся атмосфера, однако он лишь незаинтересованно наблюдает за происходящим в зале. — Так ты парень? Ничего, так даже лучше, не залетишь, — плюет он, ужасно противно смеясь. — Сгинь. — Что ты сказал? — Сги... — не успел договорить Феликс, как почувствовал боль в области головы. Его резко схватили за косу, и, будто виноградную лозу, накрутили ее на руку. Потеряв концентрацию, эльф не успел проговорить заклинание, но и его мучения длились недолго. Как только его схватили, тот самый тёмный парень с крайнего столика подорвался с места, все так же незаинтересованно, но с явной яростью заломав руку амбалу. Освободившись от противных рук, Феликс поднимает с пола зареванную девушку. Та встаёт, уткнувшись ему в плечо. Свободную руку он наставляет на своего обидчика. — Hwin, — шепчет Айер, и его враг моментально вскрикивает от боли. Под жалкое «Маг!» он и его спутники выбегают из таверны. Успокоив официантку, он отправляет ее к хозяину и усаживается за свой стол, за которым размещается и таинственный незнакомец. — Вам что-то нужно? — изгибает бровь уже не скрывающийся эльф. — Мне? Нет. Вам — определённо да. Феликс усмехнулся. — А вы, собственно, кто? — Такую информацию не разглашаю. — Сидели в углу, отреченные, незаинтересованные, а теперь суётесь к эльфу? Незнакомец снимает свой капюшон, не придав никакого внимания внешности парня, Феликс замечает кулон, который был скрыт под мантией все это время. Рубин. — Грешу, а кто нет? — Говорите загадками, таинственный. Ли Мелиссу знаете? — А вы что, принц на белом коне? — По делу, господин. — Какая честь, уважили. Это та, что пропала? Феликс моментально изменился в лице. Он кивнул. — Знаю, она в этой таверне задание и выкрала. Сам собирался на него, не успел, лисица проворная. — Попрошу так не выражаться. — А то что? Возлюбленный? — Нет, сын кровный. Незнакомец побледнел. Столько всего парню высказал сейчас, а это ее сын... Типун тебе на язык, грешник. — И чего ты жаждешь, эльф? — Отыскать. — Помощи ищешь? — Так точно. — Что же... Могу отказать услугу. По бартеру, конечно. — Что угодно. Пройдемте. Феликс и его маленькая надежда в виде таинственного парня вышли на улицу и направились в сторону охотничьего домика. — Могу я поинтересоваться? Феликс кивнул. — Можно уши потрогать? Айер резко остановился, явно не готовый к такому вопросу. — Извините? — Никогда раньше эльфов не видел. Не сочтите за оскорбление, они у вас очень интересные. Так можно? Не получив чёткого ответа, а лишь слабое кивание, таинственный чуть приблизился и протянул руку, предварительно стягивая кожаную перчатку. Незнакомец сначала аккуратно тыкнул на заострённый кончик, а затем и вовсе пальцами погладил чувствительную кожу, отчего у эльфа пробежал табун мурашек, будто тысяча маленьких астероидов врезаются в него и безжалостно протыкают. Парень в темном увлекся настолько, что, кажется, счёт времени потерял. Наконец, придя в себя, раскрасневшийся эльф часто заморгал, потёр щеки, надеясь на то, что его румянец остался незамеченным. — Хватит, — почти завопил Ли, отпрыгивая назад. Признательно поклонившись, загадочный представляется. — Со Чанбин Сибвилл. — Вы совсем не скрытный. Ли Феликс Айер. — Будем знакомы. — У вас красивая фамилия, маг? — уточняет Феликс, каждый раз обращая внимание на сверкающий на солнце кулон. — Никак нет. Смертный, обычный человек. — Серьезно? — удивился эльф, совершенно игнорируя свой дурной тон. — Уже на «ты»? — усмехается. — Да, серьезно. А что вас так удивило? — Нет, извините, первое впечатление и все такое... — Понимаю, ничего страшного. Время стремительно летело. Казалось, что в таверне эльф провёл всего ничего, а оказалось, что на улице уже вечерело и заход солнца не за горами. Джисон уже должен быть дома. По пути говорил в основном Феликс, рассказывал о своей маме, немного о себе, о жизни в родном городе, название которого он не разглашал. Зайдя в домик, эльф заметил, как насторожились все слуги. А что такого? Ему не ставили запрет на гостей. И, вообще-то, он ценный кадр! Постучав в кабинет лучшего друга, под тихое «проходите» Ли прошёл вглубь, здороваясь. — Как успехи? — Ты только не ругайся.. — Чт... — в кабинет входит тот самый «важный кадр». Глаза Джисона расширяются до размера червонца. — Сибвилл!? Черт тебя дери, Феликс, кого ты притащил в мой дом?! — Подожди, вы знакомы? — Знакомы ли мы? Да это же самая главная затычка в заднице! Сам Со Чанбин Сибвилл! Я целыми днями его конское дерьмо разгребаю! Меня от него уже воротит! Да от одного его имени я готов вешаться! — Очень тебе за это признателен, дружище. — Никакой я тебе не дружище! Ты работаешь на короля, а за его спиной гадишь его репутацию, недоделанный мятежник! — Хан устало потирает переносицу. — Хани... Джисон вздыхает, понимая, что, раз Феликс его сюда притащил, значит, этот упырь действительно полезен. — Ладно, выкладывайте. Так Феликс и Чанбин рассказали Джисону обо всем, что они знают. Действующий капитан внимательно их слушал. Сибвилл объявил, что знает, как добраться до архивов и найти копию того самого задания, на которое отправилась Мелисса, однако бесплатный сыр только в мышеловке бывает и достать заветный лист будет не так-то просто. Джисон отлучился из-за вызова, а Со и Ли остались обсуждать то, что ещё не обсудили. — Вы были знакомы? — спрашивает Феликс. — Нет. Она редко приходила в эту таверну, я видел ее только мельком. — Понятно... — Не робей, Феликс, мы ее найдём. — «Мы»? — Ну, в смысле, ты. В помещение вновь заходит Хан. — Итак, как ты собираешься действовать? — обращается капитан к мятежнику. — Дождёмся праздника солнцестояния. Все будут заняты. Тогда и выдвинусь. — Собираешься так долго томить? — А ты хочешь, чтобы всех нас повязали? — В чем твоя выгода? — Услуга за услугу. Кто знает, может, «Ли-очаровательные ушки» однажды спасёт мне жизнь. — Отлично, поговорим завтра, а теперь выметайся из моего дома. Феликс проводил нового знакомого и заведомо извинился за грубое поведение лучшего друга с пометкой «он на самом деле добрый». За окном окончательно стемнело, и на предложение эльфа проводить Чанбин лишь ухмыльнулся и ответил: «Ты думаешь, я не способен постоять за себя? Будет неправильно, если до дома меня будет провожать такое хрупкое создание». — Сам ты хрупкое создание! Я кому хочешь зад надеру! — Тебя сегодня приняли за девушку. — Это не мои проблемы! Если у человека вместо глаз арбузы, это не значит, что я милая девица! Даже официантка разглядела во мне парня! — Конечно разглядела, ты же ей приглянулся. Она та еще дьяволица: заманивает глупых юнош и обкрадывает. — Что? — удивляется Феликс. — Я тебе не верю, она была такой милой со мной. Пока не докажешь, ни одному твоему слову не поверю! — Дело твое, эльф. Словам мятежника можешь не верить, однако ты уже доверился мне. Это говорит о тебе даже больше, чем ты можешь себе представить. Доброй ночи, недевица. — Доброй ночи, недомятежник. Разошлись Феликс и Чанбин под мерцающим небом, усыпанным звёздами, и громкий шум сверчков, притаившихся в высокой траве.