Дарённый бладжер все зубы пересчитает

— Ты правда ему веришь? — У меня нет оснований ему не верить, Джи. Пока он единственное, что у меня есть. Хан раздосадовано вздыхает, поудобнее устраиваясь на кресле и хлопая по своей коленке, приглашая друга сесть на пол. — Садись. Феликс послушно располагается в ногах капитана, слегка запрокидывая голову назад и заглядывая в чужие глаза. — Думаешь, она жива? — Знаю, — отвечает Хан, аккуратно стягивая с волос эльфа ленты и расплетая тугие косы. Джисон сразу узнал знакомый аромат древесины, перемешанный с цветочными нотками. Волосы Феликса всегда пахли приятно. Пропуская золотые пряди через пальцы, Дэ Фэй с особой осторожностью расчёсывает чужие локоны, попутно отвечая на вопросы. — Ощущение, будто нам снова по девять. — В душе я всё ещё ребёнок. — Не сомневаюсь, — хихикает Феликс. — Пойдём, сходишь в душ, потом поужинаем. Ли кивает, слабо улыбаясь. Как только Джисон приближается к двери, эльф подходит ближе и обнимает друга со спины. — Я скучал по тебе. — Я тоже, Феликс, я тоже, — останавливается капитан, разворачиваясь и обнимая друга в ответ, проводя правой рукой по шелковистой макушке. Добравшись до купальни, эльф видит перед собой импровизированный бассейн; он стягивает с себя хлопковый халат, который ему любезно подготовили слуги, и пробует воду, слегка расплескивая ее ногой. Оказавшись в воде по грудь, Ли блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь теплом и ароматом сандала. Концы его волос намокли и потяжелели, а, возвращаясь в реальность, он и вовсе заметил на полу пару знакомых бутыльков. Улыбнувшись такой заботе и внимательности, Айер выдавливает немного вязкой жидкости на ладонь и принюхивается, ощущая знакомый запах. Так всегда пахли его волосы и этот запах всегда нравился его другу. Второй бутылёк, как оказалось, пах розами. Они его преследуют, судя по всему. Закончив водные процедуры, Феликс выходит из купальни, смешно хлюпая ногами по полу. На его кровати уже лежала шёлковая пижамка, которая состояла из большой бесформенной рубашки, больше походившей на платье, и шорт. Первый день в Лайтенсити выдался очень насыщенным и ярким. А ситуация с неотесанными мужиками в будущем станет лишь веселой историей из прошлого. В дверь тихо постучали. — Готов? — шёпотом спросил вошедший Джисон. После того, как Феликс утвердительно кивнул, оба парня отправились в трапезную.

ᙏ̤̫

Следующий день начался с подготовки Джисона. Ему предстояла встреча с королем. Как бы близок он с ним не был и какой бы десницей его не являлся, он все ещё поданный короля. Честно говоря, от этого звания у него не особо что-то поменялось. Хан и так, и так смог бы нажить нажитое (может, позже в силу возраста). Король просто ускорил процесс. Дэ Фэй не знает семью короля лично — только по слухам, и однажды видел его жену, а вот сын... Он его никогда не встречал. Говорят, что его внешность настолько ослепительна, что даже солнце меркнет на его фоне. Но, пока сам Джисон его не увидит, никому не поверит. Хан, конечно, очень признателен королю за то, что он вывел мальчика в свет в своё время, даровал ему то, о чем другие грезят во снах. Но... Джисон не просил. И вот, в очередной раз собираясь на встречу десницы и короля для обсуждения планов, намёток и решений, Дэ Фэй затягивает капитанский ремень потуже, отчего удлиненный пиджак становится приталенным. Последний штрих — капитанская сумка, в которой собрано все: письма, зелья и сила воли, конечно же. Путь до замка далёкий. Здание находится на горе, и добираться туда, конечно, не в особую тягость, но и не мёд с чаем пить. Капитан выводит Лили из стойла, проводя рукой чуть выше носа. Лошадь встрепенулась, завидев хозяина. Джисон любил конюшни, возможно, потому, что его отец был королевским конюхом. На улицах Лайтенсити всегда царит суета и суматоха: все куда-то торопятся, шумят, идут, дети играют, кто-то толкается. Побывав здесь, ты можешь раз и навсегда запомнить, каково это — жить в большом и развитом городе. Ностеркрат, конечно, не маленький, но он и не столица, а на то и провинция. По нему часто расхаживают «дамы из прошлого» с роскошными многослойными платьями и ажурными солнечными зонтиками. В провинциях жизнь всегда течёт по-другому, какая бы развитая она не была. Столицам всегда уделяют больше внимания, ведь они визитки страны. Ещё вчера Джисон узнал, что за разбойники повстречались Феликсу у «Больших колонн». «Большими колоннами» называется место в лесу, в котором уже около ста лет вкопаны в многовековую землю каменные резные столбы, рядом с которыми находится озеро под названием «Ривен». Сам водоём гладкий, прозрачный, неимоверно чистый с ледяной водой. Ривен расстилается на лесной поляне. Оно не большое, но ужасно живописное. Летают комары, плюхают рыбы, шумит камыш. Где-то квакнула жаба и прыгнула в воду. Прохладный ветер дует с озера. Красота. А напавшая шайка — просто наемники, которым особо и дела то нет, да и они не убивают никого, им самим жизнь дорога. Обкрадывают только, ловкие типы, это Джисон знает, это Джисон на своей шкуре проверял. Собственно эту новость и поведал королю действующий капитан. — Ваше Величество, что прикажете? — Я же велел тебе разобраться с нарушителями закона, а ты что? Не смог справиться с этими слабаками? Ты теряешь хватку. Займись этим, Хан. Можешь идти. Погодите-ка. Как это «можешь идти»? Этот старик, кажется, совсем страх перед смертью потерял. Джисон сюда забирался, мучал свою Лили, и ради чего? Ради того, чтобы какой-то старый упырь раскритиковал его и отправил пинком под зад решать то, что никогда не разрешится? — Ваша милость, не сочтите это за грубость, однако, даже если вы введёте ещё дюжину законопроектов, нарушителей от этого меньше не станет. Людьми правят деньги и желание заполучить все и сразу, но, как мы знаем, у человека только две руки, разбойники этого не понимают. — Вздумал меня жизни учить? — Никак нет, мой государь. — Хан Джисон, ты когда-нибудь поменяешься? — Нет. И, как бы вы меня не просили, этого не случится. — Что же, думаю, мой сын будет счастлив. — Простите? — не понимает Хан. А причём тут сын короля? — Ничего, так, мысли вслух. Тебе понравился мой подарок? — король взглядом указывает на Джисонов перстень с рубеллитом. — Занимательная вещица, так и танцует на солнце. Пару раз уже порывались обокрасть. — Знай, упустишь — три шкуры спущу, нет, шестнадцать. — Вы так жестоки... Король рассмеялся, приобнимая десницу за плечи. — Я рад, что именно ты стал моей правой рукой, Джисон. Однажды я дарую тебе самое важное, что у меня есть, и я очень надеюсь, что ты оценишь этот жест по заслугам. Обсудив все последние новости, капитан вновь отправился домой. Все жители усердно готовятся к празднованию. Торговцы зазывают крестьян в свои лавки разнообразными кричалками, и те ведутся, принося в дом очередную никому не нужную безделушку — символ праздника, например. В этом году, как не иронично, это самоцветы. Хан, конечно, не ведётся на все эти россказни хитрых купцов и лавочников, однако не может пропустить эту тему мимо ушей. Пока в волшебном мире творится невесть что и, вероятно, во всем замешаны «Самоцветы», люди решили, что эти самые камни будут отличным символом праздника, когда они буквально портят им жизнь? Немыслимо. Тут что-то не чисто, и капитан Хан, командир арьергарда по делам драконов и уполномоченная действующая глава охраны порядка, обязательно это выяснит. Добравшись до дома с ветерком, Джисон стучит в дверь, и его тихое «Фел-Фел?» сопровождается хриплым «Входи». Пройдя внутрь комнаты, перед глазами встаёт интересная картина, а точнее сонный Феликс с гнездом вместо волос. Дэ Фэй невольно хихикнул себе в кулак и, подойдя ближе, сел на край чужой кровати. — Ты как, выспался? — Да-а-а, — потягивается. — Я обычно плохо сплю на новом месте, но в этот раз, кажется, выспался на век вперёд, — эльф замечает парадный вид капитана. — Ты куда-то ходил? — Да. Встречался с королем, рассказывал известия. — Разве этим не должны заниматься послы? — Должны, но сегодня я был вынужден лично показаться у него на глазах. Что мы все обо мне да обо мне? У тебя есть планы на сегодня? — Есть. Мы с Чанбином должны будем встретиться у озера... Ривен, кажется. — Ривен?! — Да, что-то не так? — Конечно не так! Рядом с этим озером на тебя и напали! Феликс, не ходи к нему, он явно не из честных, я прошу тебя. — Хани... Пожалуйста, — голос Ли дрогнул. Эльф сглотнул. — Мне больше не на что полагаться... Хан обречено выдохнул. — Я отправлю с тобой Дриада. — Но... — Он будет следить за вами, в случае чего, поможет. Он, может, и глупый ребёнок, но сил у него хоть отбавляй. — Спасибо. — В карман не положишь. Вставай, пошли завтракать.

ᙏ̤̫

Начав сборы, Айер собирался удалиться в свою комнату, но его тактично остановили, предложив помочь с волосами. Оказавшись не в силах отказать другу, Феликс согласился, вновь усаживаясь в колени Джисона. Тот, захватив с собой кучу ленточек и расческу, принялся за работу. Взяв три прядки у правого виска, капитан начал заплетать аккуратную косичку, добавляя в нее с каждым захватом новую белоснежную прядь. Доведя косу до левого виска, Хан завязывает конец белой ленточкой и слегка тянет за край каждой петли, делая прическу более объемной, а затем прячет конец за остальную длину. У Феликса волосы длинные, густые и шелковистые. Разделив оставшиеся локоны на две равные части поперёк, Дэ Фэй собирает верхнюю их половину в небрежный пучок. Закончив с основной работой, он украшает всю композицию позолоченными сухоцветами и высовывает маленькие прядки со стороны лба и по бокам. — Та-да-а-а! — выдыхает Джисон и протягивает другу зеркало. — Хани! — вскрикивает Феликс, не отрывая от себя взгляда. — У тебя всегда были золотые руки. Это прекрасно. На ком ты практиковался, пока меня не было? — Ни на ком, — пожимает плечами. — Запомнил с детства. Восторженно вздохнув, Феликс благодарит друга и скрывается за ширмой, переодеваясь. Эльф всегда отличался излишней элегантностью. Хотя, возможно, это все из-за его природы. Эльфы уделяют огромное внимание своему внешнему виду, поведению и характеру. Для них выглядеть элегантно — залог успеха, даже в купальне или, например, в постели. На этот раз Айер был одет в накидку в виде платья. Он любил подобные вещи, такие легкие и свободные. Даже если его одежда женская, ему плевать, эльфам плевать. Сам Феликс называет это платьем, и спорить с ним никто не станет. Платье украшали позолоченные алюминиевые детали, проходящие по изгибам тела: по обе стороны талии, по груди, шее и лопаткам. Получив дозу комплиментов от друга, эльф выдвинулся в путь, не забыв захватить с собой Дриада. Феликс решил, что брать с собой Ирис он не будет, ведь если Хани окажется прав, то она может пострадать. Доехав до леса на торговой карете, он, собравшись с мыслями, ступает на рыхлую землю и двигается в сторону озера. Пение разнообразных птиц сопровождало вошедшего в лес путника, а шелест листвы добавлял свой волшебный шарм в чудесную песнь. Честно говоря, эльф вообще не запомнил, где находится это несчастное озеро, но что-то внутри не давало ему остановиться и вело прямиком меж раскидистых деревьев, высокой травы и оленей. Наконец щебет прекратился, и на смену ему пришли звуки светлячков. Как? Днём? Оглянувшись, Феликс действительно заметил вокруг себя маленькие летающие огоньки и необычные цветы, которые мерцали прямо как его веснушки. Подойдя к водоему, он никого не заметил. — Мятежник? — зовёт Ли, невольно вспоминая свой сон. — Чанбин? Из тени появляется знакомая фигура, отчего-то тепло улыбающаяся. — Не думал, что ты придешь. — И почему же? — Папочка небось пустил с трудом? От сердца оторвал... — Джисон — мой лучший друг, — враждебно отвечает Феликс. — Сегодня лучший друг, завтра возлюбленный, послезавтра герой-любовник. — Чего ты добиваешься? — настораживается Феликс, делая шаг назад и утыкаясь спиной в огромное дерево. Человек напротив продолжает приближаться. — Я? — мятежник достает два кинжала для метания. — Ничего. — Не пытайся меня запугивать. Чанбин оказывается в паре миллиметров от носа эльфа и, приставляя один кинжал к его горлу, кидает второй куда-то в листву. Феликс, слыша чужой вскрик, в удивлении распахивает глаза. — Привёл с собой разведку, хитрый эльф? — отстраняется. — Ты мне зачем охранника покалечил?! — Пусть валит, я только с тобой говорить буду. — Что за ребячество!? — Ну, раз ребячество, пойду-ка я в свою гильдию, счастливо оста... — Дриад! — вскрикивает Феликс. — Можешь идти. Мужчина кланяется и скрывается в лесной чаще. Феликс отряхивается и с осуждением смотрит на человека. — Почему ты даже не пытаешься себя защитить? — интересуется Чанбин. — Я мог просто не так все понять. А ты хотел быть атакованным? — Или это просто оправдание и ты неопытный? — язвит тот. Феликса эти слова задели. Он, конечно, не самый могущественный маг, но 6 ранг — это вам не хухры-мухры! Шестой из двенадцати вообще-то! — Sicil, naica, — отвечает Ли, и прямо перед лицом мятежника пролетает кинжал. Со замирает на месте, двигая только зрачками. Кажется, он забирает свои слова обратно. Когда Феликс опускает руки, Чанбин смотрит на него и замечает искрящиеся веснушки. — Вау... — Вау? Ты мог умереть. — Твои веснушки... Вау. — А... Ну да, красиво, не спорю. — Впервые такое вижу, можно потрогать? — Ты... — собирался съязвить Ли, но сжалился. — Можно. Сибвилл моментально оказывается рядом и тычет подушечкой указательного пальца в щеки эльфа. — Щекочет... — Меня тоже. Не знаю, с чем это связано, но мне всегда щекотно... Когда магичу. — Это так прелестно. — Да-да, может, хватит? Ты что-то ещё узнал? — Да, мы можем отправиться в одну гильдию на окраине. Говорят, там ещё висит это задание. Ещё в городской библиотеке есть книги с легендами о той местности, пригодятся. — Все так легко? — Книги в запрещённом отделе, придётся попотеть, мы их украдём. Феликс замялся. — Передумал? — Нет! Пойдём! Хоть сейчас! — Послезавтра. Без капитана, у него будут проблемы. Эльф кивает. — Почему мы должны были встретиться здесь? — Люблю это место. — И все? — Боишься? — На меня напали тут неподалёку. Чанбин удивился. — Как напали? — Я ехал в Лайтенсити из Ностеркрата, и на мою карету покусились разбойники. Потому капитан Хан и беспокоился за меня, подумал, что ты один из них. — Ностеркрат... Никогда не слышал, — проигнорировал весть о разбойниках Чанбин, понимая, что это и впрямь могут быть его знакомые. — А ты откуда? — Шелларион. — Никогда не слышал... — передразнивает Феликс. — Этот эльф... — Что тогда мне делать эти два дня? — Для начала отпросись у своего папочки. — Прости? Я уже сказал, что Джисон — мой лучший друг, — хмурится Феликс. — Подготовь все необходимые вещи. Тебе, наверное, нужна еда, чтобы подпитывать свой фонарик? — Какой ещё фонарик? — В веснушках. Эльф закатывает глаза. — А тебе, видимо, не нужна еда, да? Ты гном? — язвит Ли, понимая, что низкий рост — слабое место этого человека. — Эй ты, засранец! — вскрикивает мятежник и бросается в погоню за молодым эльфом, которого уже и след простыл. Выйдя из леса, Чанбин и Феликс останавливаются и, выдохшись, смеются, хлопая друг друга по плечу. Ли поинтересовался, куда же теперь пойдёт человек, на что тот ответил, что им по одной дороге и потому он составит ему компанию. Эльф не посмел отказаться и молча кивнул. Весь оставшийся путь они разговаривали о чем-то своём, недосягаемом. Подходя к знакомому домику, Феликс уже собирался прощаться, как вдруг Чанбин встаёт перед ним, заглядывает в глаза и говорит. — Не хочешь прогуляться? — Прости? — Маленькая экскурсия по городу от гнома. — Я же шутил. — Я знаю, хитрый эльф. Ли кивнул и шагнул с крыльца на землю.

ᙏ̤̫

— Ты ушёл и оставил Феликса наедине с этим убийцей? — восклицает разъяренный Джисон. — Тебе что, по дороге ветер мозги выветрил? Чем ты думал, идиот!? И где он сейчас?! Может, его бездыханное тело уже как два часа находится на дне Ривена, и все из-за тебя! Дэ Фэй накидывает на плечи длинный плащ и, громко передвигаясь, с шумом открывает дверь, замечая Чанбина. Его агрессия подскочила к мозгу и обволокла сердце капитана. Он схватил Сибвилла двумя руками за ворот и, смотря в его глаза, процедил. — Что ты с ним сделал, черт?! Чанбин моргает непонимающе, а затем смотрит куда-то за чужую спину. — Эльфёнок, твой папочка зол. — Хани... — пугается Феликс. Джисон медленно поворачивает голову и кидается в сторону друга, заключая того в крепкие объятия. На глазах Феликса проявляются слезинки. Он впервые видел лучшего друга таким. Эльф невольно запускает руку во взъерошенные каштановые волосы. — Прости, что напугал. — Глупый, это я должен извиняться. — Извините, — вмешивается Чанбин. — Я тогда пойду. — Стой, — шипит Хан. — Зайди в дом. Со удивляется такому предложению, но слушается. Кто знает, на что способен сумасшедший капитан. Спустя минут пять парни собираются в комнате Феликса, и Чанбин, подметив, что комнатка у младшего довольно уютная, остаётся стоять в углу. Джисон внимательно слушал, что произошло на Ривене и куда они собирались сейчас. А затем предложил зайти в таверну, перекусить и прогуляться всем вместе. — Сегодня в центре будет ярмарка и к 5 часам будет показ драконов. — Показ драконов? — переспрашивает Феликс. — Да. На празднике солнцестояния у нас пройдёт иппасия. Лучшие наездники на драконах сегодня будут представлять своих драконов, а на праздновании будут соревноваться. По слухам появится даже сам Линоу. — Линоу? — Величайший наездник нашего времени. Он называет себя «Линоу». Никто не знает, кто он на самом деле, и его лица тоже никто не видел. Он скрывается за маской. За все свои 10 матчей он ни разу не проиграл, опозорив своих оппонентов. — Вау... — Хотел бы я поближе посмотреть на его дракона... — мечтает Джисон. — Каждый наездник зачастую выбирает себе нового дракона каждый год, ведь не все способны взрастить своего. Ходят слухи, что Линоу с самого детства выращивал своего дракона. — А как это проходит? — Каждый год королевство устраивает драконьи смотрины. На этом мероприятии собираются юноши, которые хотят обучиться искусству езды на ящерах. В первый день перед рядом юношей стоит одно драконье яйцо. Как ты, возможно, знаешь, дракон сам выбирает себе покровителя, и на обычного смертного могущественное существо явно глаз не положит. Каждый ребёнок должен положить руку на пик яйца и произнести фразу «Подчинись мне», и тот, перед кем яйцо треснет, станет отцом. — Получается, этот Линоу — отец дракона? — Именно. В тот день только перед ним треснуло яйцо, и так он стал первым и пока единственным покровителем в наших краях. Драконы никогда не ошибаются, и мне кажется, что они понимают друг друга даже лучше, чем мы с тобой. — И сегодня мы сможем их увидеть? — Дракона? Да, но издалека. А Линоу вряд ли, он обычно не выходит. — Какой скрытный... — У всех есть свои тайны. Пойдем в таверну. Все трое вышли из комнаты, и дискуссия капитана и мятежника превратилась в ожесточенный спор на тему того, в какую же таверну они отправятся.