Revenge

Лед в стакане почти растаял, а я продолжал сидеть и пялиться на янтарную жидкость, словно там, на дне стакана, есть ответы на мои вопросы или решение проблем. Но их, там, конечно не было. Осознав, что и желания пить у меня нет, я с отвращением оттолкнул стакан и снова вернулся к телефону, попробовав дозвониться Галфу, но он не отвечал. Как и вчера вечером, после того, как сбежал от меня, как и сегодня утром. Ни одно из десятка сообщений, которые я отправил ему, не были прочитаны, и я чувствовал себя просто полнейшим идиотом. И неудачником. И… Мои самоуничижительные мысли были прерваны стуком в дверь. Я открыл, не спрашивая, ведь в такую рань принести ко мне могло только одного человека. — Привет! — радостно поздоровался Зи, прошёл внутрь и рухнул на мою кровать. Только тут я заметил, что одет он, мягко говоря, странно для человека, который собирается ехать на работу — на нём была одна из его дурацких гавайских рубашек, которые он всё время забывал застегнуть, и лёгкие хлопковые брюки. Да и время, если подумать, для работы было слишком раннее. — Ты в таком виде в офис ехать собрался? — хмуро спросил я. — Нет, конечно, — фыркнул он, — как раз шёл в номер, чтобы переодеться, но решил сначала зайти к тебе. — Ты снова не ночевал в номере? — Угадал, — он сделал жест пальцами, словно стреляет и попадает в цель. — И где ты был? —Там же, на пляже. С Сэйнтом. — Вот оно что, — и больше я ничего не сказал, только повернулся к Зи всем корпусом, внимательно рассматривая его лицо. Оно имело очень нетипичное для него выражение. Счастливое, довольное жизнью, беззаботное. Зи потянулся на кровати, словно кот, потёр глаза, и я, вздохнув, пошёл заказывать кофе и завтрак заодно. Когда я вернулся, то застал его в том же положении и спросил: — Ты сам расскажешь, что случилось, или тебя пытать? — Да я собирался, но тут заметил это, — кивок на стакан, который всё ещё стоял на столике. — Что-то произошло? — Что-то произошло, — кивнул я. — Но может сначала ты? Не зря же припёрся ко мне в номер в семь утра. — Хорошо, — Зи выглядел необычно смущённым, мне редко удавалось видеть его таким. Последний раз, наверное, это было ещё в школе. — Ну, как ты понял, я провёл ночь с Сэйнтом. — Провёл ночь? В том смысле, в каком я думаю? — Нет, — замахал руками Зи, — нет, конечно. Он… мы провели ночь на пляже, просто, ну, разговаривали, делали…всякое. Мне захотелось расхохотаться. Мой брат, тот самый, который менял парней как перчатки, никогда не стеснялся называть вещи своими именами и легко делился подробностями своих похождений, сейчас был больше всего похож на влюбленную школьницу после первого свидания. Это было так забавно и так непохоже на него, что я не удержался от поддразнивания: — Всякое? Это какое? В шахматы играли? Пирожные пекли? — Не пекли, ели, — пожал он плечами. — Ели пирожные? — не поверил я своим ушам. — Ну да. Я же не знал, пьёт он или нет, да и не хотелось, ну знаешь, спаивать. Поэтому я взял какао и пирожные. Ну точно, детский сад. С каких пор Зи берёт на свидание сладости и рассказывает об этом с таким смущением? Я моргнул и переместился в параллельную вселенную? Что вообще происходит? Это был самый главный вопрос, поэтому его вариацию я и решился задать своему брату, который в это время, не глядя на меня, старательно разглаживал несуществующие складки на покрывале. — Зи, что тебя беспокоит? — Это сложно. — Я уже понял, но всё-таки? — настаивал я. — Кажется я… ну…что-то чувствую к нему. К Сэйнту, — судя по виду Зи, ему проще было бы нырнуть в бассейн с акулами, чем произнести эту простую фразу. — Так, — я изо всех сил старался держать себя в руках, чтобы не спугнуть прорвавшуюся откровенность. — И что же ты чувствуешь? — Не знаю, не могу объяснить, ну… эти. чувства. — Ты чувствуешь чувства? — мне захотелось рассмеяться. — Неужели? — Ну да. Наверное. — И как оно? — Не знаю, — он пожал плечами. — Зи! — не выдержал я. — Что? — Возьми себя в руки. Я же не для того спрашиваю, чтобы пойти статью писать. Я беспокоюсь о тебе, и правда хочу помочь. — Я знаю. — Тогда в чём дело? — Просто, — Зи тяжело вздохнул, уронил голову на руки, потёр лицо и только после этого снова посмотрел на меня. — Со мной такое впервые, Мью. Я не знаю, что делать, не знаю, как себя вести. — Ты влюбился. — Я не спрашивал. — Да, — кивнул он и снова упал на кровать. — Да и я понятия не имею, как я так вляпался. Просто он, ну, такой… — Какой — такой? — мне правда было интересно. — Я не встречал раньше никого похожего. Он такой милый, нежный, невинный. И я даже не про секс сейчас. Я никогда не встречал кого-то настолько неиспорченного. И он красивый. Мью, он безумно красивый. Фото не передают даже половины. А его взгляд… когда он смотрит на меня, я хочу умереть, и чтобы это было последним, что я увижу в своей жизни. Как-то так. — Вау, — от такого признания даже мне стало не по себе. Я рухнул на кровать рядом с Зи и повернул голову к нему. — Вот это ты попал! — Ага, — согласился он. — Что планируешь с этим делать? — Я не знаю, Мью. Я совершенно не понимаю, что мне делать. — Может… — Что? — Может, ты откажешься от своего плана? Расскажешь Сэйнту правду и, не знаю, попробуете что-то с этим решить. — Нет! — Зи резко подорвался и сел. — Об этом даже речи быть не может. — Зи! — Нет, Мью. Я должен выполнить обещание. — Ты не обещал мстить. — Нет, но я обещал вытащить Сэйнта от родителей. Если я скажу ему правду — не думай, что я не рассматривал такой вариант — он не захочет меня даже видеть. И я потеряю время. — Ты не сможешь скрывать от него правду вечно. — Я и не планирую это делать вечно. Но хотя бы до того момента, пока я не увезу его в Нью-Йорк, чтобы он был в безопасности. — Он не знает о Джоссе? — Думаю, что нет. — И когда ты планируешь ему рассказать? — В Нью-Йорке. — Ты представляешь, что будет, если ты вывалишь всё это на него скопом? — Нет, — покачал головой Зи. — Но я не могу рисковать тем, что он не уедет со мной. А там… я найду способ позаботиться о нём. Я вздохнул. С одной стороны, я был рад, что Зи поменял своё мнение о Сэйнте, пусть он и не отказался от идеи мести его родителям до конца, но сейчас она больше трансформировалась в то, чего на самом деле хотел Джосс — забрать его брата отсюда. Я был рад, что Зи хочет позаботиться о мальчишке, но также я понимал, каким ударом для самого Сэйнта будет узнать правду. Впрочем, вряд ли сейчас есть способ проще. Зи прав, если Сэйнт узнает всё сейчас, он может не согласиться уехать, а оставить его с родителями после всего, что я узнал от Галфа, было просто немыслимо. Поэтому я принял решение поддержать Зи. А после… ну потом и будем разбираться с последствиями. Я изначально решил, что не позволю оставить Сэйнта одного без защиты, и я не поменял своего мнения. Уверен, что найду способ. При мысли о Галфе мне снова стало не по себе. Я проверил телефон, но там, конечно, ничего не изменилось. Смогу ли я ещё хоть раз поговорить с ним после всего, что натворил. — Расскажешь? — раздался голос Зи. — Что? — О чём ты думаешь? Я практически слышу, как крутятся шестерёнки в твоей голове. — Правда? — Ты уже несколько минут пялишься в стену. Осуждаешь меня? — Что? Нет! Я на самом деле думаю, что ты прав — сейчас и правда нет другого выхода. — Серьёзно? — удивился он. — Да. Мне не нравилась вся эта идея в целом, и мне не нравится, что ты продолжаешь ему врать. Но я согласен с тем, что правда сейчас может всё усугубить. Но ты должен понимать, что последствия будут. — Я понимаю. — Уверен? — поднял я бровь. — Я ни в чём не уверен, Мью, — пожал плечами Зи. — Понятно, что ничего не понятно, — кивнул я. И правда — что тут ещё скажешь? В это время в дверь постучали — принесли наш завтрак. Какое-то время мы молча ели, думая каждый о своём, а когда мы закончили, Зи спросил: — А что случилось у тебя? — Ты о чём? — Брось, Мью, не увиливай. У тебя до сих пор на тумбочке стоит стакан с виски. Который ты налил в 7 утра, если не раньше. — Я его не пил. — Это неважно. Ты хотел. И если ты думаешь, что я дам тебе увильнуть от разговора, то подумай ещё раз. — Ладно, — вздохнул я, понимая, что Зи не отстанет. Да и, по правде говоря, было бы неплохо с кем-то поделиться тем, что у меня на душе. — Я вчера после офиса поехал на встречу с тем парнем. — Да, я помню. Как прошло? — Кажется, я проебался, Зи. Очень крупно. — Что ты сделал? — Поцеловал его. — Ты что? — Зи поперхнулся кофе и отставил чашку. — Поцеловал? Гомофоба? — Думаю, он больше не гомофоб. Да и вряд ли когда-то был им по-настоящему. — Что, теория о том, что все гомофобы — скрытые геи? — фыркнул он. — Не знаю насчёт всех, но этот — вполне может быть. — Как ты вообще на это решился? — поразился брат. — Не знаю, просто был такой момент… невозможно было удержаться, я не знаю как объяснить. — Я, — Зи помолчал, глядя куда-то в сторону, — думаю, что понимаю. — Спасибо, — благодарно кивнул я. Приятно было, что он не осуждал меня. — И что он сделал? — Когда? — Когда ты его поцеловал? Оттолкнул тебя? Ударил? — Нет, — я замотал головой, — он… сбежал. — Сбежал? — удивился Зи. — Просто сбежал и ничего не сказал? — Нет. И теперь не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. — Пиздец, — констатировал он. — Это точно. — Ты поэтому пьёшь с самого утра? Никогда раньше не видел тебя таким. — Да я не пил, — раздражённо отмахнулся я. — Просто так паршиво. Не знал, что делать. — Похоже, не один я тут серьёзно влип, — сказал Зи, внимательно посмотрев на меня. Я пожал плечами — отрицать было бессмысленно. — Знаешь, ещё до нашего отъезда, когда я пришёл к Джейми сказать, что мы расстались, он спросил, что должно быть в парне, чтобы мне захотелось с ним серьёзных отношений. Я ответил, что не знаю. — И теперь ты нашёл ответ на этот вопрос? И это гомофобия? — фыркнул Зи. — Да нет же, — я закатил глаза. — Просто Галф, он… такой, знаешь, необычный. — В каком смысле? — С одной стороны, он очень сильный, готов давать отпор, если ему что-то не нравится, готов защищать своих друзей. Колючий как кактус, не подступишься. Но под этим всем… — Мясо, кости и полведра крови? — Да ну тебя, — надулся я. Зи со своими шуточками совсем не помогал. — Ладно, обещаю, больше не буду, говори, — он поднял руки вверх в примиряющем жесте. — Я хотел сказать, что под всей этой защитой он очень ранимый, чувствительный. Неуверенный в себе, немного залюбленный родителями. Ему хочется свободы, хочется увидеть мир, быть независимым. А мне… мне хочется дать ему всё это. — Тебе просто хочется его, — Зи поиграл бровями. — Да, — кивнул я, — но не так, как ты думаешь. Я хочу его целиком в свою жизнь, хочу заботиться о нём, просыпаться рядом с ним, хочу сделать его счастливым. — Мью, вы знакомы всего неделю. — Как и вы с Сэйнтом, — парировал я. — Ладно, уел, — хмыкнул брат. — Но что ты теперь собираешься делать, раз уж твой принц не выходит на связь? — Не знаю. — Ты же понимаешь, что сидеть в номере и напиваться тебе не поможет? — Да не пил я, отстань ты уже наконец! — взорвался я, а потом замолчал, задумавшись обо всём. Какое-то время мы молчали, Зи допивал кофе, а я просто пялился в стену. Я всё прокручивал в голове, что ещё можно было бы сделать, но ни единой стоящей идеи так и не придумал. Наконец Зи допил, отодвинул чашку, посмотрел на часы и сказал: — Мне нужно принять душ и выезжать, если я не хочу опоздать в офис. А ты, может, попробуешь сходить туда, где вы познакомились? Может, он там часто бывает, или есть кто-то, кого можно спросить? Я удивлённо поднял на него глаза. А ведь и правда — я могу поехать в магазин к Майлду. И как я сразу до этого не додумался? Майлд казался вполне адекватным, по крайней мере, я надеялся, что смогу с ним поговорить. Не обязательно рассказывать ему, что произошло между нами с Галфом, ведь тому это может не понравиться. Но я что-нибудь придумаю. Я подскочил с кровати, напугав Зи внезапным всплеском энергии, подскочил к нему и звонко чмокнул в лоб. — Ты гений, маленький братец, знаешь об этом? — Да ну тебя, — Зи поморщился и демонстративно вытер лоб. — Сначала успокойся, прежде чем что-нибудь сделаешь. А то знаю я тебя. — Я всегда думаю, прежде чем делать, ты меня с кем-то перепутал, не с собой ли? — я показал ему язык и скрылся в ванной. *** Когда я подъехал к торговому центру, где работал Майлд, мне потребовалось некоторое время, чтобы решиться войти. Зи был прав, нельзя действовать с наскока, нужен план, но беда была в том, что как раз сейчас никакого плана у меня не было. Была только смутная надежда на то, что я смогу убедить Майлда помочь мне встретиться с его другом. Я перебрал в голове все мыслимые и немыслимые аргументы, даже рассматривал вариант с подкупом, но быстро отказался от этой идеи. Майлд точно не был тем человеком, что продаст своего друга. Да и хотел бы я, чтобы он был таким? Чтобы моего мальчика окружали продажные люди? Точно нет. Наконец, успокоившись, я подошёл к магазину и почти у входа резко затормозил. На диване рядом с Майлдом сидел Галф. Несмотря на то, что нас разделяло всего лишь стекло, я не слышал, о чём шла речь. Почему-то мне не хотелось, чтобы они меня заметили, но зато очень хотелось узнать, о чём они разговаривают. Поэтому я подошёл ко входу и стал так, что меня закрывали книжные полки. Если бы Майлд был на своём месте — он тут же увидел бы меня, но из той зоны, где они были, это было невозможно. И тогда я услышал обрывки фраз, потому что говорили они очень тихо. Я прислушался. — … мне страшно, — еле слышный голос Галфа. — Чего ты боишься, Галф? — Я не знаю … я не знаю что говорить ему. … страшно. — Почему? — Потому что кажется, он мне нравится. В смысле — больше, чем я думал, — теперь голос зазвучал чуть громче и уверенней, но у меня, кажется, пропал мой собственный. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду, что я удивился, когда он меня поцеловал, был в шоке, но… я хотел этого. Но не понимал, пока это не случилось. — Ты хочешь сказать… — Что он нравится мне. Очень. И я не знаю, что с этим делать. В этот момент я не выдержал. К чёрту все планы, к чёрту продуманные действия. Я должен с ним поговорить и всё выяснить. Поэтому я сделал шаг влево и оказался прямо возле входа, так что меня прекрасно было видно с дивана, на котором сидели парни, и сказал: — Тогда, может быть, обсудим это вместе, если ты закончил прятаться? Галф испуганно дёрнулся и поднял на меня взгляд. Майлд даже не пошевелился, просто посмотрел на меня с интересом, пряча улыбку. — Привет, Тарн, рад тебя видеть! Как дела? Я знал, что он делает. Он отвлекал меня, давая Галфу время прийти в себя. Я понимал и не собирался спорить, поэтому посмотрел на него и ответил: — Пока не знаю, как у меня дела. Для начала мне нужно поговорить с твоим другом, тогда и узнаю. — Что ты тут делаешь? — дрожащим голосом спросил Галф. — Как ты меня нашёл? — Я не знал, что ты здесь, просто ты не отвечал, я беспокоился и решил узнать о тебе у Майлда. Он единственный из твоих друзей, кого я знал, где искать. — Вот так просто? — недоверчиво спросил он. — Ну да. — Майлд, это точно не ты ему позвонил? — подозрительный взгляд на друга. — Когда бы я это сделал, интересно? — возмутился Майлд. — Я всё время просидел рядом с тобой. — Ладно, — кивнул Галф, словно всего его запаса храбрости хватило ровно на один вопрос. Я подошёл к нему, сел на корточки и попытался заглянуть в глаза. — Галф, послушай меня, пожалуйста, — он не двигался, не поднял на меня взгляд, но по крайней мере, не вырывался и не убегал — уже прогресс. — Если ты захочешь, я уйду прямо сейчас. И никогда больше не появлюсь в твоей жизни. Но я прошу тебя, дай мне шанс, поговори со мной. Обещаю, я к тебе не притронусь. — Ты бы правда ушёл? Если бы я попросил? — теперь он посмотрел на меня, и в его взгляде был интерес. — Я ничего не стану делать против твоей воли. Прости за тот поцелуй. Я не сдержался, это было неправильно. — Ладно. — Ладно? — Ладно, мы можем поговорить, — уточнил Галф и встал. — Увидимся, Майлд. Тот кивнул, а Галф обернулся ко мне, всё ещё сидящему на корточках перед диваном. — Ты идёшь? Галф не спрашивал, куда я его веду, а я задумался. Меньше всего мне хотелось его напугать или разозлить, но нам нужна была приватность, а значит, кафе точно отпадало. Парк после вчерашнего мог вызвать неприятные для него ассоциации. Поэтому я рискнул и вызвал такси, назвал адрес отеля. Когда мы подъехали, Галф окинул взглядом здание и о чём-то задумался. Я не стал бы торопить его, но нам нужно было выходить из машины, поэтому я аккуратно, за руку, вытащил его на улицу. Такси уехало, а мы остались стоять на тротуаре, не двигаясь. Наконец он спросил: — Это твой отель? — Да, — кивнул я. — Ты привёз меня в отель? — У меня не было никаких плохих мыслей, я просто подумал, что нам нужно уединение. И больше в голову ничего не пришло. — Твоё обещание в силе? Что ты не тронешь меня против моей воли? — Конечно. — Тогда ладно, идём. — Ты серьёзно? — удивился я. — Да. Я верю тебе. С этими словами он развернулся и пошёл ко входу в отель, оставив меня в оцепенении. Этот парень умел как никто лишать дара речи. Впрочем, я тут же стряхнул наваждение и догнал его. Войдя в номер, я предложил Галфу сесть в кресло, а сам налил нам холодной воды с лимоном. На улице была невыносимая жара, и пить хотелось невероятно. Может ещё и потому, что я жутко нервничал сейчас. Какое-то время мы сидели молча, а потом Галф спросил: — Так о чём ты хотел поговорить? — Я хотел извиниться за то, что сделал вчера. Это было неправильно. Ты не давал своего согласия, и я не имел права тебя трогать. — Всё так, — кивнул он. — Но ты уже извинился за это в магазине у Майлда. Это всё, или есть что-то ещё, что ты хочешь мне сказать? Я поперхнулся всеми своими словами. И как у Галфа это получается? Полчаса назад, в магазине, это был грустный и потерянный котёнок, которого хотелось приласкать и утешить, а уже сейчас он бьёт словами наотмашь и требует, именно требует ответов на свои вопросы. Переменчивый, как погода, и красивый, как мечта, неудивительно, что он так сильно запал мне в душу. Я улыбнулся, чем несказанно его удивил. — Ты чего? — Просто думаю о том, какой ты потрясающий. — Что? — он явно смутился, но старался этого не показать. Это было мило. — Галф, ты мне нравишься. Очень. Знаю, что ты отрицаешь для себя возможность отношений с парнями, но ничего не могу с собой поделать. В тебя очень сложно было не влюбиться. — Влю…биться? — Это то, что я сказал. — Ты в меня… влюблён? — теперь он смотрел широко распахнутыми глазами, в которых отражался интерес, надежда и что-то ещё, чему я не мог дать название. Но вот чего там точно не было, так это злости или отвращения. Я кивнул. — Да, влюблён. — И, — он задумался, подбирая слова, — и что ты хочешь от меня? — Хочу быть с тобой. Хочу, чтобы ты позволил мне находиться рядом, как твой парень, хочу дать тебе всё, чего ты заслуживаешь. Но если тебе это не подходит, я был бы счастлив быть рядом просто как друг. — Я… Галф открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Было ясно, что ему безумно трудно решиться на что-то, что, как мне казалось, ему хочется. Но перспектива его пугала. Я не торопил его с ответом. В конце концов, если он согласится, то я готов дать ему всё время мира. А если откажется, то мне совсем не хочется приближать этот момент. Наконец он сказал: — Хорошо, я согласен. — Согласен? На что — быть моим другом или быть моим парнем? — Я… — начал он нерешительно, но тут же взял себя в руки. — Я хочу попробовать быть твоим парнем. Мне очень страшно, Тарн. Но я хочу этого. Он смотрел мне в глаза так решительно, как никогда раньше, и от этого взгляда что-то внутри меня скручивалось в тугой узел. Я готов был сделать всё для этого парня. Всё на свете. Но пока я просто протянул ему руку, и он сжал её в ответ.