Revenge

После разговора с Галфом я не мог найти себе места. Буквально. Я ходил из угла в угол, неспособный ни успокоиться, ни сосредоточиться. Давно я не чувствовал себя таким идиотом. Получается, что Джейми меня обманул? Или нет? Или не совсем? А я так просто поверил, потому что это было правдоподобно? Да ни черта! Задумываясь об этом сейчас, я понимал, что в его рассказе была куча несостыковок и белых пятен. Но это было так удобно! Я поверил, что мы поймали преступника и хоть как-то смогли его наказать и изолировать от общества. Грёбаные, мать его, герои! Я стукнул кулаком в стену и поморщился от боли. Нет, я не думаю, что Джейми был невинной овечкой. Он сознался. Он точно в этом участвовал. Но вот в качестве кого? Явно не мозгового центра. Он не был таким уж идиотом, но и гением планирования не был тоже. Зато он был очень злым маленьким говнюком при деньгах. Так мог ли его кто-то использовать в своих интересах? Кто-то, у кого были связи, чтобы достать взрывчатку, навыки, чтобы её установить, и возможность всё это проделать в отеле, не вызывая подозрений? А ещё — веский мотив. С самого начала мотив Джейми звучал слабовато. Для того, чтобы рискнуть стать потенциальным убийцей кучи народа, да ещё и такого непростого, нужно было иметь достаточный повод. Либо нахрен съехавшую крышу. И этого точно не было у Джейми, по крайней мере — не в таком масштабе. А у Парка? И кто он вообще такой? С этого вопроса на самом деле и стоило начать. Но я начал с покупки билета на ближайший рейс до Бангкока. Дорога обещала быть долгой, и я не мог терять времени. Интуиция подсказывала, что Галф меня не послушается и не будет ждать. Он пойдёт к Парку, как только подвернётся такая возможность. Он смелый и нетерпеливый, а вместе эти качества могут привести к безрассудству. Я не мог позволить себе пустить всё на самотёк. Если Галф пострадает — снова — я никогда себе этого не прощу. На минуту я задумался, стоит ли позвонить Зи, но тут же отмёл эту мысль. Он сейчас был занят выслеживанием Сэйнта и его походов в ночные клубы. Этого парнишку тоже надо спасать, пусть и от самого себя. А Галф — моя забота. С этими мыслями я заказал билет, побросал в спортивную сумку необходимый минимум вещей и вызвал такси. Уже в самолете я смог, наконец, приступить к поиску информации о Парке, спасибо бизнес-классу и наличию там WiFi. А ещё тому, что я был совладельцем компании, занимающейся компьютерной безопасностью. Благодаря этому навыки поиска у меня были выше, чем у любого среднестатистического человека. Спустя пару часов я знал о нём всё, что было в общем доступе. Выяснилось, что ему 26 лет, живет с матерью и младшим братом по имени Поппи в одном из не самых благополучных районов города. Мать работает уборщицей в местной школе, а брат — вот так сюрприз — учится в одном университете с Галфом и Сэйнтом, на той же специальности, но на пару лет младше. Интересно, они знакомы? Сам Парк после школы не пошёл учиться. Денег на это у семьи не было, а получить стипендию, как младший, он не смог. Может не хватило мозгов и старания, а может у него и желания такого не было. Братья вообще казались очень разными, словно противоположные полюса. Младший активно вёл соцсети, где постоянно публиковал фото с друзьями, забавные сторис, достижения из университета, фото с мамой на своем выпускном. Только с мамой, фотографий брата не был вообще. Причём не только у Поппи, у самого Парка страничка была абсолютно мертвой. Казалось, он завёл её просто чтобы она была, но никакой информации в ней не было. Я вспомнил страничку Сэйнта, которая когда-то казалась мне лишённой жизни, но даже там можно было почерпнуть какую-то информацию. А тут — совершенно пусто. Зато кое-что интересное я смог найти в полицейских сводках. Парк явно был из тех, кого называли «проблемными подростками» — прогуливал уроки, промышлял мелким хулиганством и кражами в магазинах вместе с другими, такими же отбитыми малолетками. Всё это продолжалось до тех пор, пока ему не исполнилось 17 лет, а потом он резко пропал с полицейских радаров. Перебесился? Было не ясно. Но после школы о нём не было никакой информации в течении нескольких лет, а потом он материализовался уже в отеле. Сначала устроился туда просто мальчиком на побегушках, потом, видимо, выслужился до помощника администратора, и вот сейчас он уже и сам старший администратор. Любой бы сказал, что это неплохой карьерный рост, и что Парк, наверняка, исправился, осознал ошибки юности. И теперь он старательный и надежный, раз так долго продержался на одном месте и даже получил повышение. Но после всего, что я узнал, это казалось мне подозрительным. Я решил поискать информацию, связанную с его отцом. Даже бегло просмотрев всё, что удалось найти по этому делу, становилось ясно, насколько белыми нитками оно шито. Начиная с повода для проверки — анонимный звонок — и заканчивая доказательствами, очень удобно найденными прямо в рабочем столе господина Аномкити. Несколько его сотрудников, включая секретаршу, дали показания против него. Всё это складывалось в настолько идеальную картинку раскрытого преступления, что у любого мало-мальски адекватного следователя, не говоря уже об адвокате, должно было возникнуть много вопросов. Но их не возникло, и причина этому могла быть только одна — их подкупили. Я был согласен с мамой Галфа — всё это выглядело подстроенным. Мужчину посадили, его семья осталась на улице, без средств к существованию. Непонятно было, почему она не обратилась к семье или друзьям, но, так или иначе, они из богатого благополучного района оказались практически в трущобах. И больше не смогли оттуда выбраться. А отец семейства к ним так и не вернулся — умер в тюрьме пару лет спустя. При очень загадочных обстоятельствах. Так мог ли Парк, который не был настолько уж маленьким ребёнком, обозлиться настолько, чтобы захотеть отомстить? Это казалось уж очень притянутым за уши, но я должен был выяснить всё до конца. Ради Галфа и его безопасности. По прилету я сразу включил телефон и попытался дозвониться до Галфа, но он не отвечал, и я решил поехать к нему. Мне нужно было в первую очередь убедиться, что с ним всё в порядке, и только после этого начинать действовать. Сначала я хотел поймать такси, но передумал. Неизвестно, сколько мне придётся ездить, и зависеть от общественного транспорта не хотелось. Поэтому я арендовал автомобиль. Подъехав к дому Галфа и выйдя из машины, я постоял минуту, пытаясь привести нервы в порядок — мысль о том, что сейчас я увижу Галфа впервые за два месяца, отозвалась бешеным сердцебиением в моей груди. Нужно было успокоиться. Дом семьи Канавут ни капельки не изменился за прошедшее время. Я подошёл и позвонил в дверь. Не прошло и минуты, как мне открыла домработница. — Добрый день, господин, вы к кому? — вежливо улыбнулась она. — Добрый день, могу я увидеть Галфа? — Господина Галфа нет дома, может быть ему что-то передать? Я уже открыл рот, чтобы спросить, не знает ли она, где Галф, как услышал стук каблуков, и к двери подошла мать Галфа. — Лу, кто там? — строго спросила она, но когда увидела меня, лицо её моментально прояснилось. — Тарн, как приятно тебя видеть! Проходи! Мы прошли в гостиную, Лу была тут же отправлена за напитками, а мать Галфа повернулась ко мне и заговорила: — Галф не говорил, что ты приедешь! Так жаль, что тебе пришлось уехать, но я всё понимаю, работа. Так вот что Галф им сказал! Что я уехал из-за работы? Мне было интересно, почему он ничего им не рассказал. — Госпожа Канавут, вы знаете, где сейчас Галф? Мне очень нужно его увидеть. — Он поехал в университет. Несносный ребёнок! Я говорила, что он ещё не до конца восстановился, но он заладил, что должен сдать все экзамены до конца каникул, иначе отстанет. Может хоть ты вразумишь его и объяснишь, что здоровье нужно беречь? — Я постараюсь, — улыбнулся я, но тревога всё равно не уменьшалась. — Я пытался до него дозвониться, но не смог. — Странно, — удивилась мать Галфа, — возможно, он отключил телефон в кабинете преподавателя? — Когда он должен вернуться? Госпожа Канавут посмотрела на часы и нахмурила брови. — Странно… — произнесла она, — он должен был вернуться ещё три часа назад. Она взяла телефон и тоже попробовала дозвониться своему сыну, но трубка вежливым механическим голосом сообщила, что связи с абонентом нет. — Может он забыл его включить? — её лицо стало обеспокоенным, хоть и было видно, что она старается держать себя в руках. — Я имею в виду — если бы ему стало плохо или его забрали бы в больницу, нам бы позвонили, верно? Но интуиция подсказывала мне, что дело совсем не в этом. Всем своим нутром я чувствовал, что нужно бежать, спасать Галфа, что время уже почти на исходе, но… Куда? Я понятия не имел, куда идти. И не хотел пугать мать Галфа, если вдруг напрасно развожу панику. — Может быть, мне стоит съездить в университет и узнать? — осторожно спросил я. — Не думаю, что с ним что-то случилось, но проверить не помешает. — Ты можешь? — она схватила меня за руку. — Пожалуйста, Тарн, найди моего безответственного сына. — Могу я оставить свою сумку здесь? Я ещё не снял номер в отеле. — Тебе не обязательно ехать в отель, дорогой. Мы с радостью примем тебя в качестве гостя в нашем доме. — Если это удобно, я буду очень вам благодарен, — с этими словами я поклонился маме Галфа, а она с улыбкой погладила меня по волосам. — Для меня это радость, дорогой. Я велю Лу отнести твои вещи в гостевую комнату. — Тогда я поеду за Галфом. — Спасибо, Тарн. И можешь отшлёпать этого маленького разбойника, когда найдёшь его. — Непременно, — улыбнулся я и вышел из дома. Я сел в машину и поехал в университет. Всё ещё была смутная надежда, что Галф просто задержался, а телефон разрядился и валяется в сумке бесполезным куском пластика. Но эти надежды развеялись довольно быстро. Профессора, к которому приходил Галф, на месте уже не было, но его ассистент сказал, что Галф был у них ещё до обеда и уехал несколько часов назад. Он сам видел, как тот садился в машину. Беспокойство нарастало, и я решил ехать в отель. Но по дороге всё же набрал номер Майлда, молясь, чтобы он не был из тех зануд, что не отвечают на звонки с незнакомых номеров. — Алло! — раздалось из трубке пару гудков спустя. — Майлд, привет, это Тарн. — Тарн? — озадаченно переспросили в трубке. — Ты откуда взялся? — Это неважно, просто скажи, ты сегодня говорил с Галфом? — Да, — немного растерянно ответил Майлд. — Он звонил мне утром, по дороге в универ. А что? — А после этого? — Нет, не звонил. Да что случилось-то? — Может и ничего. Но он не отвечает на звонки, ни мне, ни своей матери. И мы не знаем, где он. — Это странно, — задумчиво проговорил Майлд. — Может я попробую ему позвонить? Подожди минутку. Майлд сбросил звонок. Я не стал с ним спорить, хоть и не рассчитывал на удачу. Всё внутри меня вопило, что Галф в беде, и его нужно срочно найти, пока он не пострадал. Я ощущал себя так, словно внутри меня работает гигантский блендер, перемалывая внутренности в фарш. Усилием воли, я заставил себя глубоко дышать и успокоиться. На панику не было времени, я знал это. Интуиция, опыт, мироздание — всё, что угодно — подсказывали мне, куда нужно ехать. Развернув машину, я решительно направился к отелю. Даже если я ошибаюсь, лучше выставить себя идиотом, чем потерять драгоценное время и рискнуть моим бесценным мальчиком. Мне хотелось лететь на максимально возможной скорости, наплевав на правила дорожного движения, но делать этого было нельзя. Проблемы с полицией мне совершенно ни к чему. Но как же я извёлся, пока наконец добрался до места назначения. Отель выглядел совсем не таким, каким я его видел в последний раз. Оно и понятно — все последствия взрыва и пожара были тщательно убраны, по крайней мере снаружи. Отель снова казался живым — рядом останавливались машины, обычные машины, а не экстренных служб, входили и выходили люди, работники сновали туда-сюда. Когда я подъехал, уже начинало темнеть, отель горел в сумерках яркими огнями, непроизвольно напоминая о том самом вечере. Но всё, что всплывало в памяти — это дым, крики, обломки стен и мебели. И Галф, окровавленный, без сознания, безвольной куклой лежащий на моих руках. Усилием воли я стряхнул с себя наваждение. И тут зазвонил телефон. — Да, — не глядя на номер, ответил я. — Тарн, он не отвечает, — раздался взволнованный голос Майлда. — Я же говорил тебе. — Да, но… Он всегда берёт трубку, когда я звоню. С ним что-то случилось, да? Я вздохнул. Проще всего было соврать и отвязаться от него, но я не мог. Майлд был близким другом Галфа, одним из немногих. Он поддерживал его, когда Галф остался один — без меня, без Сэйнта, травмированный и растерянный после всего, что на него свалилось. Майлд заслуживал знать правду, какой бы она ни была. — Я не знаю. Надеюсь, что нет, но… — Он опять во что-то вляпался? — Возможно. Я всё выясню. — Тарн, я могу помочь? — Не уверен. Просто звони ему время от времени, вдруг повезет. Если я что-нибудь выясню, то сообщу. — Обещаешь? — Обещаю, — зачем-то кивнул я и отключился. Времени оттягивать больше не осталось. Каким-то образом я это знал, чувствовал, что оно на исходе, утекает, как вода сквозь пальцы. Я вышел из машины и вошёл в отель. За стойкой администратора стоял незнакомый парень. Когда я подошёл, он улыбнулся мне дежурной улыбкой. — Добрый вечер, господин. Желаете снять номер? — Нет, — я мельком взглянул на его бейдж, — Тан, спасибо. Я бы хотел поговорить с администратором Парком, это возможно? — Ад.администратор Парк? — глаза парнишки округлились и стали испуганными. Интересная реакция. — Нет, ну то есть… он ушёл. — Ушёл? Куда? — Домой, наверное. Уже давно, несколько часов назад. — И часто он уходит домой в середине рабочего дня? — поинтересовался я, и тут парнишка словно очнулся. — А почему вы спрашиваете? Вы вообще кто такой? — Неважно. В любом случае — спасибо за информацию. — Что? Какую информацию? Я же ничего… — Я передам администратору Парку, что ты очень мне помог, — я любезно улыбнулся и направился к выходу, игнорируя побледневшего от ужаса парня. Если до этого у меня ещё оставались сомнения в том, что Парк — мутный тип, то реакция этого парня была очень показательной. Парк его не просто пугал. Это не был обычный страх подчинённого перед начальником-тираном. На лице парня был практически животный ужас. Что такого Парк мог делать или говорить своим сотрудникам, что они даже имени его боятся? Это мне и предстояло выяснить. Вот только как? В машине я снова проверил свои записи и выяснил адрес матери Парка. Никакого другого адреса за ним не числилось и, хоть я и понимал, что он мог давно там не жить, всё же решил съездить и проверить. В конце концов, мать или брат могут знать, где он обитает. Район где жили Аномкити был далеко не тем местом, куда вы бы хотели попасть после наступления темноты. Я, даже прожив столько лет в Нью-Йорке и повидав далеко не самые благополучные его места, поразился убогости этого места. Домишки, больше похожие на времянки ютились друг к другу максимально тесно. Ни о каких дворах или садах тут даже речь не шла, в лучшем случае там хватало места, чтобы развесить белье, но сейчас и этого не было — в таком месте даже самое скудное имущество на улице на ночь не оставляют. Возле магазина, мимо которого я проехал, собралась банда подростков, с интересом поглядывающих на мою машину. Наверное именно в такой банде когда-то участвовал Парк. Я сверился с навигатором и остановился у нужного дома. В окнах горел свет, это внушало надежду на то, что я найду там ответы. Хотя бы какие-то. Звонка на двери не было, но после стука, я сразу услышал движение в доме и настороженный голос: — Кто там? — Госпожа Аномкити? — спросил я. — Да. А кто спрашивает? — Меня зовут Мью Суппасит. Вы меня не знаете, но, возможно, помните Мэй Канавут? Это мать моего друга. — Какое отношение эти люди имеют ко мне? — Я вам всё объясню, но прошу — откройте дверь. Небезопасно в вашем районе и в такое время разговаривать так, через дверь. За дверью воцарилась тишина, женщина явно обдумывала, как ей будет лучше поступить. Впускать в своей дом незнакомца было не самым мудрым решением, но разговаривать через дверь там, где нас могут легко услышать, тоже не казалось благоразумным. Видимо, она подумала так же, и через несколько минут, показавшихся мне вечностью, дверь приоткрылась. Моему взгляду открылась довольно бедная, хоть и чистая комната. Женщина на пороге выглядела под стать своему жилищу — невысокая, очень худая, с длинными, завязанными в хвост волосами, одетая в простые джинсы и черную футболку. — Проходите, — сказала она и отошла, впуская меня в дом. Мы прошли и сели на диван. Я решил не оттягивать и сразу начать разговор. — Госпожа Аномкити, вы знаете, где ваш сын, Парк? — Парк? А зачем он вам нужен? Я вздохнул. Мне совершенно не хотелось рассказывать этой милой женщине, в чём я подозреваю её сына, особенно зная, через что она прошла. Но выбора не было. — Госпожа, вы знаете о взрыве, который произошёл в отеле, где работает ваш сын? Два месяца назад? — Взрыв? О чём вы говорите? — Вот об этом, — я достал телефон и показал ей статьи. Она пролистывала страницы с удивлением, которого я не ожидал. Как можно было не знать о таком громком событии? — Вы не знали? — Нет, — она растерянно протянула мне телефон обратно. — Я, в общем-то, не слежу за светскими новостями. — Ну это скорее не светская жизнь, а криминальная. К тому же ваш сын там работает, неужели он вам ничего не говорил? — Мой сын… Нет, он ничего мне не сказал. Но это неудивительно. Он… не часто делится со мной тем, что происходит у него в жизни. И уже давно. — Госпожа Аномкити, могу я быть с вами честным? — Да, я в общем-то на это и рассчитывала, когда впустила вас в дом, господин… простите, забыла ваше имя. — Ничего. Мью, меня зовут Мью. Я ищу своего друга, он пропал сегодня, и я подозреваю, что в этом может быть замешан Парк. — Что? Почему? С чего вы взяли? — У меня нет доказательств, но есть подозрения, что Парк причастен ко взрыву в отеле. Я думаю, что мой друг хотел поговорить с ним об этом. И пропал. — Что вы несёте? Как вы смеете говорить такое о моём сыне в моём же собственном доме? — Гой Аномкити даже вскочила с места, словно намереваясь выгнать меня вон, но я не сдвинулся с места. — Вы знаете, чей это был приём? В тот день, в отеле, когда произошел взрыв? — Какое мне до этого дело? Я не имею отношения к богатеям и не знаю, кто устраивает эти дурацкие приемы! — Не имеете сейчас, но когда-то имели. Думаю, вы не забыли семью Суппапонг, верно? Услышав эту фамилию, Гой тут же села обратно и уставилась на меня. — Да что вы знаете обо мне? — Не так много, но достаточно. Я знаю, что произошло с вашей семьёй много лет назад. И знаю, что у вас с семьей Суппапонг старые счеты. Я дружил с их сыном, Джоссом, после того, как он ушёл из дома. — Джосс ушёл от них? — Да. Несколько лет назад. Они требовали от него жениться на дочери их делового партнера. Он отказался, и они выгнали его. — я рассказал ей историю Джосса. Она казалась очень удивлённой — охала и хваталась руками за лицо. Выглядело очень естественно, я не думал, что она притворяется. — Как они могли так поступить с родным сыном? — Вас это удивляет? — Не знаю, — она задумалась. — Когда мы… Когда всё случилось, дети были ещё совсем маленькими. Парку и Джоссу было по восемь лет. Они, Суппапонги, были. строгими родителями, но я никогда не думала… Даже после того, как они поступили с нами… — Я понимаю. Скажите, после того, что с вами случилось, почему вы приехали именно сюда? Не самое лучшее место для детей, особенно после того, где вы жили раньше. — У меня не было выбора. Мужа посадили, денег не было. Это всё, что я смогла себе позволить. — Но у вас же были родственники, друзья? Вы могли обратиться за помощью. — Родственники… У меня родственников не было. Меня вырастила тётя, и она умерла через пару лет после нашей свадьбы. А семья мужа отреклась от меня. Сказали, что я их позорю, и что это я принесла несчастье в их семью, — на глаза женщины навернулись слёзы от тяжёлых воспоминаний. — Мне очень жаль. — Спасибо, — она шмыгнула носом и кончиком пальца стерла слезу в уголке глаз. — Но после этого я не смогла пойти к кому-то из друзей. Мне было стыдно. — Это не ваша вина, госпожа Аномкити, — я сжал её тонкую руку. — Зовите меня Гой, пожалуйста. — Хорошо, Гой. Скажите, как Парк перенёс всё, что случилось? — Ему было сложно. В школе его дразнили — слухи быстро расходятся, о том, что случилось с нашей семьёй, знали все. Он замкнулся, отдалился от меня. Я старалась, но так и не смогла к нему пробиться. Он связался с плохой компанией, мне чуть ли не каждый месяц приходилось забирать его из полиции, но потом… — Что? — К ним пришёл новый учитель. Преподавал, кажется, химию. Он нашёл подход к моему мальчику, Парк стал целыми днями пропадать у него в лаборатории. Дома он по-прежнему почти не появлялся, но и в неприятности попадать перестал. Я была очень рада этому. Думала, он поступит в университет, получит образование. Я не хотела, чтобы мои дети жили так, — она обвела взглядом свой довольно бедный дом. — Химию, говорите? — я задумался. — Скажите, а он говорил с вами о своём отце? О том, кто виноват в том, что случилось с вашей семьей? Гой задумалась, а затем покачала головой. — Только когда он был маленьким. Мы говорили о том, что его отец ничего плохого не сделал, что его подставили плохие люди. Он не понимал, почему полиция нам не поможет. Сложно объяснить такое малышу. — Понимаю. — После смерти Джеба он и замкнулся окончательно. Отгородился от меня так, что не пробиться. На брата и вовсе перестал обращать внимания. Я смирилась с этим. Не сразу, но со временем. Он вырос, перестал попадать в неприятности, нашёл хорошую работу. Он здоров и… разве я могу просить большего? — Вы никогда не думали о том, что он мог бы захотеть отомстить? — Опять вы за своё? — Гой устало провела рукой по волосам. — Парк не такой. Я знаю это, он бы не стал… Она хотела сказать ещё что-то, но в этот момент от двери раздался ужасающий, неправдоподобный грохот. Она открылась, словно от толчка и в неё ввалились два человека. Мы с Гой, не сговариваясь, бросились к двери. Одного из парней я тут же узнал, несмотря на то, что видел только на фотографиях — это был Поппи, младший брат Парка. А у него на плече безвольной тряпочкой висел Галф. Я тут же кинулся к нему и перехватил, освобождая Поппи от его ноши, с беспокойством заглядывая в лицо Галфу. Он был без сознания, но цел, видимых повреждений на нём не было. Вздохнув с облегчением, я перетащил его на диван, уложил, а затем повернулся к Поппи. — Что ты с ним сделал? — мой голос прозвучал довольно грозно и резко, я с трудом сохранял контроль над собой, видя Галфа в таком беспомощном состоянии. — Я? Что? — Поппи явно испугался и слегка попятился. Наверняка не ожидал встретить незнакомца у себя дома. — Это не я, я ничего с ним не делал, я только хотел ему помочь. — Помочь? — прищурился я. — Что с ним произошло? Когда я говорил с ним в последний раз, он был в порядке, и в помощи не нуждался. — Вы же его друг, верно? Друг Галфа? Я видел вас вместе в университете. — Ты следил за ним? Как ты замешан в том, что случилось? — Пожалуйста, господин, вы можете не задавать вопросов? Просто увезите его отсюда как можно скорее! — Поппи сложил руки в умоляющем жесте, но я был непреклонен. — Ну уж нет, парень, так не пойдёт, ты должен всё мне рассказать. И немедленно. — я жестом указал ему на кресло рядом с диваном и сложил руки на груди. — Поппи, да что произошло? — подала взволнованный голос Гой. — Сынок, расскажи мне всё. Если ты попал в неприятности, я должна знать. — Нет, я не… то есть да, но не совсем. — Поппи, — я подошёл и положил руку ему на плечо. — Это был Парк, верно? Он что-то сделал с Галфом? Как ты в этом замешан? Ты ему помогал? — Что? Нет! — он в ужасе отшатнулся. — Я не помогал, я ничего не знал, только недавно… я увидел, случайно, а потом… — Поппи тараторил так быстро, что казалось, сейчас начнет задыхаться. — Поппи, Поппи, успокойся, — я сильнее сжал его руку, возвращая в реальность. — Дыши. — Успокойся, дорогой, — Гой моментально оказалась рядом и обняла сына за плечи. — Никто тебя ни в чём не винит, но ты должен рассказать, что случилось и откуда тут этот… мальчик, — она кивнула головой в сторону Галфа. Поппи послушался, несколько раз глубоко вдохнул, а затем посмотрел на мать. — Прости меня, мама. Я не знал что он собирается делать, я никогда не думал, что он правда… решится. — О ком ты, Поппи? — спросил я. — Парк. Это Парк. — Что он сделал? Парнишка ещё раз вздохнул и устало опустился в кресло, уронив голову на руки, и какое-то время сидел неподвижно. Затем он выпрямился и посмотрел сначала на меня, а затем на мать. И начал свой рассказ. Парк всегда был злым, сколько Поппи себя помнил. Мать рассказывала, что когда-то он был любящим и заботливым братом и сыном, был хорошим ребёнком, но в памяти Поппи это время не сохранилось. Ему казалось, что Парк ненавидел всех — учителей в школе, других детей. Самого Поппи. Он никогда не подходил к брату без острой необходимости дома, а в школе и вовсе пытался не показываться на глаза. Так безопаснее. Парка это полностью устраивало, он старательно делал вид, что у него и нет никакого брата. После школы он проводил время с сомнительной компанией подростков, которые были известны тем, что постоянно встревали в драки, крали пиво в магазинах и в целом вели себя как отморозки. Парк от них ничем не отличался. Поппи разрывали противоречивые чувства — с одной стороны он переживал за мать, которая, казалось, старела на 5 лет с каждой новой выходкой Парка, а с другой — он радовался, что брат днями не появляется дома. Поппи не переживал за него. — Я знал, что с ним ничего не случится, — горько усмехнулся он. — Мне просто не могло так повезти. Всё изменилось практически в один момент, когда в школе появился новый учитель химии. Поппи он не нравился, мужчина был слишком мутным, преувеличенно вежливым и доброжелательным. И к тому же собрал вокруг себя компанию подростков, которые постоянно торчали у него в кабинете после уроков. Он называл это «дополнительными занятиями». Одним из этих подростков и был Парк. Мама была просто счастлива — наконец-то Парк перестал создавать проблемы и стал учиться. Он даже другие предметы подтянул. Поппи было, в общем-то, всё равно, он вздохнул с облегчением, когда через пару лет старший брат закончил школу и почти перестал появляться дома. Чем он занимался в те годы, Поппи не интересовался, но однажды всё изменилось. Он в тот день задержался в библиотеке, готовясь к важному экзамену. Поппи старался всегда получать высшие баллы. Он хотел поступить в университет и знал, что его единственный шанс — это стипендия. Мать не смогла бы оплатить ему учебу при всём желании. — Я услышал как два парня обсуждали взрывы. — Взрывы? — Да, как раз перед тем практически один за другим были убиты два бизнесмена из соседнего района. Ходили слухи, что они что-то не поделили с местной бандой. С настоящей бандой, а не просто школьными хулиганами. — Боже! — Гой прикрыла рот руками. — Но, Поппи, какое отношение это имело к тебе? К нам? — Я тоже думал, что никакого. Но этим парни… Они кого-то знали из той банды. Они сказали, что у них работают двое парней — постарше и помладше, которые умеют собирать бомбы. — И ты решил что.? — Я ничего не решил, даже не думал об этом. Но несколько дней спустя, когда Парк в очередной раз пришёл домой, я услышал его разговор по телефону. Я не хотел, но… он говорил с кем-то о «несговорчивом клиенте» и обещал устроить в честь него «фейерверк, еще лучше, чем предыдущие». Если бы не тот разговор в библиотеке, я бы ничего и не заподозрил, но. Когда Парк ушёл, я забрался в его комнату. Ничего такого я там не нашёл, только старую тетрадь с формулами. Я ничего не понял из того, что там было. Мы такого не проходили. Но через несколько дней взорвали дом главы района. — Но, Поппи, милый, это ничего не доказывает, — сложила руки в умоляющем жесте Гой. — Это всё может быть просто совпадениями. — Да. Может. — кивнул Поппи. — Я тогда постарался выбросить всё это из головы. Прошло ещё какое-то время, и Парк, вернувшись домой, объявил, что устроился работать в отель. Мама была счастлива, а Поппи убедил себя, что все те взрывы не имели никакого отношения к его брату. Он окончил школу, поступил в университет. Он и думать забыл обо всех своих подозрениях. До того дня, когда случился взрыв в отеле. В тот день Парк приехал домой поздно ночью. Мама уже спала, а Поппи готовился к зачёту на кухне (поближе к холодильнику). Парк вошёл в дом, шатаясь, будто пьяный. Его одежда была грязной, руки были покрыты лейкопластырями, скрывающими под собой ссадины, и кровоподтёками. На голове была свежая рана, перевязанная медицинской повязкой. Поппи вскочил и хотел подойти к брату, но тот остановил его одним движением. — Не лезь. — Парк, что с тобой произошло? — Поппи смотрел на него полными ужаса глазами. — Я сделал это! Я отомстил им! Теперь они за всё заплатили! — Парк был будто не в себе, он всё повторял это и повторял, словно не осознавая, кто перед ним. — О ком ты говоришь? — Эти люди, эти твари, они заплатили! Теперь они заплатили за всё, что сделали! Они и их ублюдочный щенок! — Парк… — Они думали, что всё сойдёт им с рук, они думали, что я так просто это оставлю, но я ничего не забыл. Ничего! — Парк, о ком ты говоришь? Какие люди? Парк внезапно поднял на брата вполне осмысленный взгляд и неприятно сощурился. — Ты всё узнаешь в своё время, маленький братец. Но лучше тебе помалкивать о том, что сейчас услышал. Иначе я не посмотрю на то, что ты мой брат. С этими словами Парк вышел из кухни и отправился в ванную. А Поппи так и остался сидеть, переваривая услышанное. — На следующий день все в универе только и говорили, что про взрыв. Галф и Сэйнт наши старшие на факультете, поэтому новости о них разлетелись быстро. Все говорили о том, что Галф попал в больницу, а про Сэйнта никто ничего не знал. Да и сейчас не знают. Поппи замолчал и откинулся в кресле, словно эта исповедь забрала у него остатки сил. Гой сидела с круглыми от ужаса глазами и пыталась осознать услышанное. Я же получил подтверждение своих подозрений насчет Парка. Но что теперь с этим делать? — Понятно, — кивнул я после продолжительного молчания. — Но это всё ещё не объясняет твоего эффектного появления с Галфом наперевес. Поппи встал, подошёл к столу и налил себе воды из кувшина. Я терпеливо ждал, пока он утолит жажду и вернется обратно, рухнув в кресло так, словно он только что пробежал марафон, и сил стоять у него не осталось. — Сегодня я возвращался домой и увидел белый фургон. Я знаю его — это фургон отеля, на нём иногда ездит Парк. Я замедлился, мне не хотелось, чтобы он меня видел. С той ночи… я вроде как избегал его. В смысле, ещё больше, чем обычно. — И что дальше? — Парк что-то вытащил из фургона и затащил в гараж. Что-то очень большое. — У вас есть гараж? — Нет, но у соседей есть. А машины нет. Парк иногда паркует у них фургон и хранит кое-какие вещи. Я не знаю, платит он им или просто запугал. Но… — Что? — Парк оставил в гараже то, что вытащил из машины, сел обратно в фургон и куда-то уехал. А я решил посмотреть. И нашёл Галфа. — Он не запер гараж? — поразился я такому идиотизму. — Запер. Но я знаю, где соседи хранят запасной ключ, — вздохнул Поппи, словно ему совсем не нравилось быть в курсе таких вещей. — Ну так вот, я нашёл Галфа, он был без сознания. Не знаю почему — может Парк ударил его или чем-то накачал. Я понял, что нужно вытащить его оттуда. Пока Парк не вернулся. — Ты молодец, Поппи, — искренне похвалил я. — Ты очень храбрый парень. — Спасибо, — выдохнул он. — Но вам лучше забрать Галфа и уйти как можно скорее. Если Парк вернется и застанет его здесь, я не знаю, что он может сделать. — Поппи, что ты такое говоришь? — словно очнулась Гой. — Он же твой брат! Он ничего нам не сделает, он не может… Всё, что ты говоришь, это… — Это правда, мама, — Поппи взял руки матери в свои. — И в глубине души ты тоже это знаешь. Ты чувствуешь, что Парк опасен. В этот момент с дивана раздался тихий стон. Я тут же присел рядом с Галфом и внимательно посмотрел ему в лицо, поглаживая по волосам, убирая их со лба. Галф снова застонал, его ресницы задрожали и он, наконец, открыл глаза. С трудом сфокусировав взгляд, он увидел меня, и его глаза распахнулись от удивления. — Мью? Что ты здесь…? Как…? — он приподнял голову и огляделся. — Где я? — Привет, спящая красавица, — мягко улыбнулся я. — Я уж боялся, ты не проснёшься. Не расскажешь нам, что произошло? Галф наморщил лоб, вспоминая, затем попытался сесть, держась за мою руку. Я усадил его и сел рядом, чтобы у Галфа была опора. Он посмотрел на Поппи и Гой, а затем перевел взгляд на меня. — Прости, — еле слышно проговорил он. Его щёки слегка покраснели. Очаровательно. — Всё в порядке, малыш, — нежно ответил я и погладил его по лицу. — Расскажи, что произошло. — Я поехал в отель. Хотел поговорить с Парком. Прости. Я знаю, что ты просил этого не делать, но… Я просто не мог ждать дольше. — Расскажи мне, что там произошло. — Ничего особенного. Он был очень вежливым, предложил холодный чай. — И ты выпил? — Да, — кивнул Галф. — Что случилось потом? — Я… — Галф снова наморщил лоб, пытаясь вспомнить, но ему это не удалось. — Я не помню. Следующее, что я помню — как очнулся уже здесь. — Ясно, — я посмотрел на ослабевшего Галфа. Как бы мне ни хотелось прямо сейчас найти Парка и вытрясти из него душу, я понимал, что просто не готов. Этот парень может быть вооружен и опасен, а у меня на руках Галф, который едва может стоять, беззащитная женщина и её сын. Риск был слишком велик. Сначала нужно вытащить отсюда Галфа, а о том, что делать с Парком, можно подумать позже. Я повернулся к Гой и Поппи. — Поппи, спасибо что спас Галфа. Ты прав, нам сейчас лучше уйти. Ради своей же безопасности — не говорите ничего Парку. Нас здесь не было. — Хорошо, — кивнул Поппи, обнимая одной рукой всё ещё шокированную Гой, которая смотрела в одну точку и периодически качала головой. Но я знал, что она сильная и сможет прийти в себя. По крайней мере, я хотел в это верить. Я помог Галфу встать, опираясь на моё плечо, и мы медленно направились к выходу. На прощание я обернулся. — Берегите себя. Мы пойдём. — Не так быстро, — дверь открылась, и в неё вошел Парк. В руке у него был пистолет.