Цветы, вино, война

      — Эру!.. — выдохнул Йорлен. Впервые Сэллиан видел его краснеющим; бесстыдно ухмыляясь, он положил голову на грудь капитана и прищурился, когда солнце скользнуло сквозь приоткрытую занавеску.       Не было чувства лучше, чем то, что он испытывал, просыпаясь в кровати с любимым, которого не видел полтора месяца.       — Я рад, что тебе понравилось.       — Понравилось? — пробормотал всё ещё ошарашенный юноша. Ухмылка Ли стала чуть более смущённой. Он был хорошим любовником, и не только по собственному ощущению, но мнение Йорлена на этот счёт почему-то показалось значительно более важным, чем чьë-либо ещё. — Ты великолепен.       Сэллиан впечатал поцелуй в яркие губы только чтобы стереть с собственных губ эту дурацкую ухмылку.       — Тогда, с твоего позволения, я залюблю тебя до смерти, — выдохнул он, с наслаждением наблюдая за сверканием ясных синих глаз. — Но! Следующей ночью.       — Патруль?       — Да… Думаю, примерно через час. У тебя нет?       — Нет, у меня документы.       Йорлен аккуратно стряхнул Сэллиана с себя, выпутался из одеяла и встал, потягиваясь. Встрëпанные тëмные пряди упали на его лицо, как бывало достаточно часто и всегда заставляло его смущённо улыбаться. Даже сейчас… С учётом того, что на нём не было ни клочка одежды, и он с головы до ног был покрыт поцелуями.

***

      Шум в коридоре ознаменовал возвращение солдат из последнего дневного патруля. Эльфы говорили громко, тревожно, никто не смеялся, и Йорлен почувствовал, как что-то кольнуло сердце. Он выглянул из кабинета.       Каждый член отряда был покрыт таким слоем пыли и крови, что их самих впору было бы принять за орков; многие с трудом держались на ногах. Прислонившись спиной к стене бессильно, Сэллиан вытирал платком слëзы. Он не был ранен, но устал до такой степени, что мог упасть в любую секунду.       — Сейчас же к Фириону их всех, — нахмурился Йорлен, глядя на других солдат, и сам тотчас же подошёл, чтобы протянуть руку помощи юному капитану.       Ли посмотрел на него из-под полуопущенных век, пряча за усталостью что-то отдалённо напоминающее раскаяние.       — Чшшшш, melethron, не надо… Видимо, сегодня я тебя залюблю, — улыбнулся Йорлен и нежно поцеловал шрам на его руке. — Ну, или мы с Фирионом.