It's a hard life

      Последний учебный день в этом году уже прошёл, а сегодня была последняя тренировка. Запакованный подарок дожидался своего часа в комнате Кеши. Сама собой решилась и проблема с подарком для мамы — как хорошо, что отец купил тот самый набор, о котором так мечтала Надежда! Этакая довершающая деталь — золотистая коробочка с парфюмом — надежно спряталась среди вещей. Вот мама обрадуется, когда получит такой дефицитный в Союзе аромат! Впрочем, Кеша мог порадовать родителей не только подарками, но и успешным закрытием четверти. Отлично по всем предметам, всё как и мечтали мама с папой.       Вообще эту зиму Иннокентий неожиданно радовал своих родителей. Если так и дальше пойдёт, то Кеша вполне мог закончить школу в следующем году с золотой медалью. Увлечение фигурным катанием нисколько не отвлекало от занятий, также как и робкая влюблённость. Надежда и Николай искренне радовались успехам сына. Это ли не счастье — видеть, как их отрада с надеждой смотрит в будущее, а не пропадает в компании своих школьных приятелей?       После занятий Кеша спешил на каток с книгой в руках. Несмотря на тренировку, Женерову хотелось поскорее дочитать. Докопаться до сути, утонуть в счастливом финале, а потом рухнуть в бездну тоски — так быстро закончился этот прекрасный сюжет, снова сдавать книжицу в библиотеку… Впрочем, тоска будет длиться недолго, когда пышущая юностью жизнь тянет только вперёд. Осталась последняя страничка, а времени было с запасом. Кеша столкнулся с кем-то, невольно отпрянул.       — Так, голубчик! Ты почему это такой невнимательный? — спросила фигура голосом Серёжки.       — Ты чего, не видишь, что ли, он теперь вон какой занятой — на бегу читает!       Женеров спешно закрыл книгу и взглянул на компанию парней. Конечно же, не бывает Жилина без Катамаранова.       — А, п-привет. Н-ну да, есть такое, — робко отозвался Кеша, затем пожал руки товарищам. — А вы чего это тут делаете?       — Да так, мимо крокодили, — отозвался Игорь, затем быстро поправился. — Про-хо-ди-ли, вот.       — А ты, видно, к Рае спешишь, — лукаво улыбнулся Серега.       — Неа, на тренировку. К Станиславу Алексеевичу.       Катамаранов удивился, но Жилин его быстро одернул. Мол, ну да, теперь Кешка тоже оказался в этой лодке. Парни неожиданно быстро разошлись. От греха подальше Кеша положил книгу в сумку, затем поспешил на каток. Наверное, опоздал уже. Спешно снял пальто, переобулся в коньки, удивился. Во втором ряду, всё так же улыбаясь, сидела Раиса Александрова — счастье и погибель. Как же теперь тренироваться? Девушка уже спешила навстречу, раскинув руки в сторону.       — Ну здравствуй, Кешка. Не стала я вечер ждать, сама пришла, — чуть запыханно пролепетала Рая, сама неловко чмокнула Кешу в губы. Задержалась, но совсем немного.       Парень глупо улыбался. Он ждал эту короткую встречу в парке немного позже, почти в канун Нового года. Как же радостно, как счастливо, что его Особа пришла именно сегодня. Пускай было немного волнительно видеть её сегодня — с одной стороны дрожали коленки, с другой же в лице Раи была неожиданная поддержка. Казалось, что Новиков стал несколько строже и требовательнее по отношению к Кеше. Впрочем, теперь с него был куда больший спрос. Всё же подающий надежды фигурист понемногу вырисовывался.       — Добрый вечер, молодые люди. Значит, я вовремя, — щедро улыбнулся Станислав Алексеевич, но тотчас черты лица стали несколько строже. — Женеров, быстро на лёд. Короткая разминка, а потом приступим к занятиям.       Кеша принялся охотно потягиваться, украдкой глядя в сторону Новикова и Раи. Они о чём-то говорили. Так хотелось узнать, о чем же именно. Как жаль, что нужно делать эти упражнения, но без них никак. Иначе можно себе что-нибудь потянуть или даже сломать. Два больших круга для дополнительного согрева — Станислав Алексеевич занял привычное место возле бортика, Рая удобно устроилась во втором ряду.       Тренировка пролетела незаметно и выдалась весьма плодотворной. Не без труда Кеша понемногу освоил еще пару элементов, понемногу разучивал интересные шаги. Так увлекательно. Раечка все так же тихо сидела на трибунах, но Женеров украдкой заметил на её ногах коньки. Неужели тоже выйдет на лед? В памяти снова всплыл тот недужный вечер, когда девушка горько плакала ему в плечо, как загнала себя в строгие рамки. Неужели её отец так же строг к ней? Немудрено. Люди от мира военных зачастую строги ко всем. Кеша устало подъехал к бортику, к нему уже спускалась Рая.       — Александрова, ну-ка покажи, что умеешь, — с лукавой усмешкой сказал Новиков, потрепал свою подопечную по плечу.       Девушка сделала небольшой круг, словно попробовала свои силы, затем оказалась в центре катка.       — Музыку, пожалуйста.       Над катком заиграла спокойная музыка с оттенками светлого будущего. Щёки Кеши тотчас запылали, сердце трепетало в груди. Казалось, что его прекрасная Раиса Александрова парила надо льдом. Лёгкие движения оборачивались такими же лёгкими вращениями, а руки, словно крылья — ещё чуть-чуть, и упорхнёт куда-то ввысь, под самый потолок. Нет, ну какая же Раечка красивая. Прелестный ангел. Кеше так хотелось отмахнуться ото всех и что есть сил рвануть прямо к ней. Обнять, кружить долго-долго, никогда не отпускать и не расставаться. Первая любовь… Такая волшебная и мимолетная, лишь бы не упорхнула, лишь бы заставляла сердце биться чаще, оставалась лёгким румянцем на щеках.       Казалось, что мелодия закончилась слишком быстро. Рая откланялась, после чего подъехала к тренеру.       — Высший пилотаж, — Новиков похлопал Раю по плечу. — Плакать не будешь?       — Никак нет, Станислав Алексеевич, — девушка рассеянно улыбнулась, азартные огоньки потухали в её глазах.       — На этом предлагаю закончить, — тренер коротко задумался. — Кеша, с тобой увидимся третьего января. С наступающим.       Тепло попрощаться, быстро накинуть пальто… Что-то не складывалось. Конечно же, этот взгляд голубых глаз. Кеше стало неловко. Он хотел как-нибудь зазвать сегодня Раю на небольшую прогулку в лесу, но она сама пришла к нему. Вот только подарок дожидался своего часа в комнате на пятом этаже.       — А я тебе подарочек приготовила, — светло улыбаясь, проговорила Рая. — С наступающим, милый мой.       Шурша красивой упаковочной бумагой, Кеша спешно открыл подарок и ахнул. Мохеровый шарф в клетку! Не такой длинный, как у него, но нисколько не хуже затасканного и местами откровенно потёртого, что неуклюже свисал почти до земли.       — Давай я тебе повяжу.       Тонкие руки осторожно сняли этот неловкий шарф, затем с теплотой повязали подарок на шею Кеши. Прохладная ладонь на короткий миг задела шею, отчего Женеров слегка поёжился. Приятно… И это явно не касалось его новой вещи.       — Спасибо тебе, Раечка, — Кеша прижал к себе Раю, что хотела взглянуть со стороны.       — Это тебе спасибо, что остался рядом, — девичьи щеки снова подёрнулись румянцем. — Жаль, что зелёных не было, тебе бы очень подошло. Подчеркнуло бы твои глаза.       — Мои глаза? — переспросил рассеянно.       — Да. Твои влюблённые карие глаза…       Рая стояла рядышком, чуть ниже Кеши по росту. А в глазах горела надежда — поцелуй же меня, глупенький, неловкий Кешка. Пусть не так, как в этих фильмах или романах о любви — чтобы со всеми делами. Хотя бы украдкой, хотя бы так же неуклюже клюнув губами в щеку.       Кеша осторожно притянул к себе лицо Раи, будто бы услышал её желание. Чуть дрожащей рукой провел рукой по волосам, затянутым в хвост. Такая красивая…       — Спасибо тебе, — прошептал он совсем рядом, затем отстранился. — Пойдём же. Я тебе тоже подарок подарю.       Рая осторожно скрыла лёгкое разочарование за очередной лёгкой улыбкой. Понимала, потому и не спешила бросаться с поцелуями на своего неловкого Кешку. Лишь бы не спугнуть… Да и не умела она целоваться — опыта не было. Всё-таки первая любовь.       Преодолев половину пути до дома, Кеша внезапно остановился под фонарем возле заснеженной голубой ели.       — Как же красиво, — выдохнул он, затем обернулся к Рае. — Правда?       — Как в сказке.       Немного подумав, Кеша сделал небольшой шажок, вдохнул немного морозного воздуха ртом. И всё же, как красива Рая с этим румянцем и горящими голубыми глазами. Будто сон в зимнюю ночь среди мая. Разве такое может присниться? Нет, конечно же, нет. Кешке и не снилось — виделось наяву. Женеров немного ссутулился, чтобы быть немного ближе к этому милому личику. Нет, ну как же красива эта несносная Раиса Александрова!       Глаза прикрылись на короткий миг, губы потянулись друг к другу. Лёгкое прикосновение, немного задержаться, насладиться мягкостью и теплотой. Рот немного приоткрылся, а губы Раи и Кеши слились в настоящем поцелуе. Первый, робкий, неуклюжий… Женеров мысленно ругал себя — не умеет, делает что-то неправильно! Впрочем, первый же! Пара самозабвенно целовалась среди парка, с ветки на них полетел снег, но это было неважно. Отряхнется, растает! Главное, что они сейчас так близко… Руки крепко сжали девичью талию, так не хотелось отпускать её, такую теплую и красивую! Рая отстранилась первой, заулыбалась, затем вовсе рассмеялась, глядя на Кешу.       — Ах, какой же ты сейчас красивый!       Девичьи руки принялись смахивать снег с Кеши. Он слегка неуклюже, боясь сделать что-то не так, стряхнул снег с Раи. Даже в снегу, такая красивая. До сердечной боли, до закусанных губ. Хотелось сказать что-то, а в голове снежной россыпью кружилось и таяло — люблю, люблю!       — Я люблю тебя, моя снежная королева! — Кеша осторожно подхватил хрупкую фигуру, закружил. — Люблю, люблю!       — Кеша, Кешенька, прекрати, отпусти! — хохоча, верещала Рая. Оказавшись на земле, прижалась к плечу. — И я. Давно и бесповоротно тебя люблю…       Пожалуй, в этот миг не было никого счастливее Раи и Кеши. Окрылённые любовью, они шли через тихий парк, но уже к дому Женерова. Сейчас он быстро забежит, заберёт подарок и торжественно вручит его своей Особе, за что она его снова одарит таким нежным, неловким поцелуем…       — Добрый вечер, молодые люди, — неожиданно послышался голос Кешиного отца. — Что ж ты свою девушку на морозе держишь? В гости бы позвал, кавалер.       Отец улыбнулся, затем распахнул дверь в подъезд.       — Да что вы, не стоит. Я совсем не замёрзла! — поспешила заверить Рая.       — Отказы не принимаются, — категорично ответил Николай. — Так хотя бы посмотрим, что же за невеста у нашего Кешки завелась.       Папа полетел вверх по лестнице, не оставляя выбора. Кеша потянул Раю за руку и она пошла следом. Кажется, это был первый раз, когда сама Раиса Александрова чувствовала себя неловко. Впрочем, волнительно было и Иннокентию — представить свою девушку родителям… Такое случилось с ним впервые. Что говорить, куда бежать, что делать? Вверх по лестнице, потому что лифт опять не работал.       Меж тем небольшая квартирка семейства Женеровых с самого порога встречала теплом и вкусными ароматами. Несмотря на ограниченные средства, мама всё же старалась накрыть большой стол на троих — Новый год всё-таки. Каждый раз на столе была пустая тарелка для неожиданных гостей — так уж повелось. Кеша улыбнулся и подумал, что в этот раз эта традиция стала чем-то хорошим.       — Наденька, у нас гости! — послышался голос отца с кухни.       Мама испуганно заахала. Кеше не надо было видеть — заволновалась. Опять некрасивая, хотя папа всегда был другого мнения, а что до сына, то он полностью поддерживал мнения родителей.       — Мам, не переживай. Мы ненадолго, — отозвался Кеша.       Пользуясь случаем, Рая посмотрелась в зеркало, чтобы поправить немного потрёпанный внешний вид. Легкая помада немного размазалась по губам, отпечаталась на щеке Кеши. Заботливый взгляд и робкая улыбка — какой же он сейчас… не такой. Немного другой, совсем чуть-чуть.       «А если бы ты стал моим мужем, был бы таким же, как твой отец?» — подумала Рая, чем загнала себя в краску. «О чем же я думаю? Господи, аж кончики ушей загорелись».       Увидев чету Женеровых, девушка невольно вздохнула. Конечно же, она помнила эту симпатичную женщину с пышной копной кудряшек! Кажется, это было так давно, правда с тех пор миловидное лицо слегка подёрнулось тонкими морщинками, в тёмных волосах кое-где поблескивали серебристые от седины волоски, а количество диоптрий в очках немного прибавилось. Кажется, её звали Надежда, но Рая была не совсем уверена. Что же до отца Кеши, то девушка раньше его не видела. Разве что невольно засмотрелась на него — такие похожие черты лица.       «Так вот на кого Кешка похож!» — подумала Рая, смутившись, опустила взгляд. «Такой же серьезный взгляд карих глаз, такие же манеры. Наверняка человек от мира науки. Не то, что мой папка — солдафон до мозга костей и грубый, как напильник».       — Добрый вечер, с наступающим, — поздоровалась девушка.       — Мам, пап, — начал Кеша, но тут же был прерван всплеском маминых рук.       — Да что ж вы как не родные тут? Проходите, за столом поговорим!       Кеша провёл Раю за руку в гостиную, где у телевизора стоял большой круглый стол. В углу возле небольшого трюмо пристроилась небольшая ель, украшенная старомодными игрушками. В воздухе витал лёгкий аромат дефицитных мандаринов, хвои и волшебства. Если бы у Раи спросили — чем же пахнет Новый год? — именно это она бы и назвала. Разве что обобщила бы одним словом — счастьем.       «Такой разительный контраст с тем, что творится у меня», — подумала Рая и чуть подернула плечами. «Кажется, отец муштровал нас денно и нощно, прикрываясь «заботой». Конечно же! Как в тайге слонов эту заботу ищи-свищи».       Кеша невольно дёрнулся, украдкой взглянул на Раю. Казалось, что её мысль постучалась ему в голову. Мысленно отмахнувшись, он осторожно потрепал девушку по плечу.       — Ты не переживай только. У меня родители хорошие…       А в голове вращалось слезное:»спаси меня от них! Забери меня из моей семьи!» Однако думать об этом больше не было времени. Мама поставила большое блюдо с пюре и котлетами, затем уселась рядом с папой.       — Мам, пап. Это Раечка, — начал Кеша, смутился. — Раиса Александрова. Мы, в общем…       — Мы встречаемся, — подхватила девушка, тоже смутилась.       — Очень приятно. Я тётя Надя, а это дядя Коля…       Беседа за столом завязалась сама собой — лёгкая и непринуждённая. Николай рассказывал что-то о науке, Надежда же иной раз одергивала распаленного физика, мол, сколько же можно о работе?       — И это говорит мне человек от мира неорганической химии? — заулыбался отец, глядя на маму.       Кеше оставалось только пожать плечами. Уж если Рая вдруг однажды согласиться, то её ждет тоже самое — затяжные разговоры о науке и нежные улыбки. Вообще визит на пару минут — зашёл и вышел — затянулся на добрых два часа. Настенные часы показывали половину десятого вечера.       — С вами хорошо, но мне пора уходить, — опустив взгляд, пролепетала Рая. — Спасибо за гостеприимство и вкусную еду.       — Раечка, да ты что ж вы так рано? Может быть, останетесь у нас Новый год справлять? — спросил Николай, но Надежда осторожно дернула его за рукав.       «Конечно же, тетя Надя знала», — горько усмехнулась Рая. «Генеральская дочка… Как клеймо. Быть вышколенной, соблюдать субординацию, ходить по струнке. Ох и наругает же меня папка!»       Кеша, схватившись за голову, убежал куда-то, но быстро вернулся. Рая уже ждала у двери, поддерживая небольшой разговор с Женеровыми.       «Как же хорошо, что мама всё же красиво завернула подарок», — подумал Кешка. «А как же хороша Раечка! Самая настоящая ледяная королева… Нет, не так! Королева катамарановского катка!»       Тепло попрощавшись, Рая и Кеша спустились вниз.       — Какие же хорошие у тебя родители. Так тепло меня приняли, я не могу, — пряча румяные щеки, рассмеялась девушка. — Такие же хорошие, как и ты, Кешка.       — А я тебе, вот…       Кеша протянул коробочку с подарком. Не настолько практичный, как теплый шарф, что несколько часов назад был любовно завязан руками Раи, но всё же. В свете фонаря девушка осторожно открыла упаковку, затем взглянула на рамку и ахнула.       — Так это же, ты… мы?..       — Оказывается, мы с тобой учились в одной школе иногда… Немного, — произнес Кеша, смущаясь. — Я даже рамку купил, красивую. Но ты всё равно красивее.       Затем на свет показалась небольшая коробочка с теми самыми ручками. Это Кешке оставалось доучиться всего ничего, а Рае еще как минимум два года учиться. Девушка молча коснулась губами щеки, затем прошептала робкое спасибо. Кеша взял девушку за руки и они ушли в темную снежную ночь.       На улице творилась новогодняя сказка. Пушистыми хлопьями падал лёгкий снег, а сердце пело от юной любви. Как же хорошо, что жизнь сложилась именно так!       Они остановились у подъезда. Кеша потянул тяжёлую дверь, пропустил Раю вперёд. Сдам тебя на руки родителям и уйду. Подняться на четвёртый этаж, позвонить в дверь. Кажется, что подъезд Раиного дома тоже пропах вкусной едой. Дверь открыла женщина, строгие черты лица на миг смягчились.       — Рая, где ты пропадала? — колокольчиками звенел голос Раиной мамы.       — Добрый вечер, простите, пожалуйста, — произнес Кеша, запинаясь. — Немного засиделись.       — Добрый вечер, молодой человек, — строгость уступила место легкой улыбке. — Ничего, дело молодое.       — С наступающим, — произнес Кеша, затем осторожно подтолкнул Раю в спину.       Уже спускаясь вниз, парень невольно услышал:       — Кто же этот мальчик?       — Мам, это Кешка…       Щеки залило румянцем, потому Кеша поспешил на улицу. Остудить пыл, бегом домой, за стол. Он уже знал, что на этот Новый год папа снова купил шампанское. В этот раз нальют немного и Кеше. А дальше — дело техники. Написать желание на бумажке, сжечь и выпить, пока бьют куранты.       — Как же хорошо заканчивается этот год! — мама стёрла украдкой скатившуюся слезинку. — Снова все мы собрались за этим скромным столом и обрели что-то новое для себя. Даже как-то немного жаль, что этот год заканчивается…       Взгляды родителей невольно обратились к Кешке.       — В самом деле, Кеш. Не наукой же единой! — улыбнулся отец.       — Теперь у тебя есть хорошее увлечение, — мама нежно рассмеялась, а тонкая сеточка морщин образовалась вокруг глаз, — и под приглядом, если что. Всё же хорошо, что у тебя теперь есть Раечка!       — Тише-тише, давай послушаем новогоднее обращение.       Наконец все внимание родителей обратилось к голубому экрану, на котором был Игорь Кириллов. Такой важный и грамотный мужчина, что Кеша невольно завидовал. Хотел бы он вырасти поскорее, чтобы носить такие же строгие костюмы, часы и свой небольшой дипломат — стать истинным гражданином большой страны. Женеров уже знал, что загадает в этот Новый год. Нет, не желание стать счастливым человеком — это уже сбылось. Николай поспешил открыть бутылку шампанского и разлить по бокалам. Кеша улыбнулся и старательно вывел:

Рая Александрова однажды станет Женеровой!

      Когда бокалы опустели, бой курантов уже прекратился. Семейство Женеровых принялось обнимать друг друга, поздравлять с наступившим Новым годом. Радовался и Кеша, ведь в этот год он влетел не прежним рассеянным Кешкой, а вполне себе новым человеком! Где-то впереди уже замаячило желание поскорее закончить девятый класс, чтобы на следующий год уже стать десятиклассником, а там…       — Время открывать подарки! — воскликнул Николай.       — Сейчас узнаем, что принёс в этом году Дедушка Мороз, — потирая ладошки, Надежда уже стояла у ёлки. — Красная коробка? Значит, моя!       Эта ночь была полна счастья, где-то на фоне с зажигательной улыбкой пел Всеволод Старозубов. От переполнявших эмоций и ударившего в голову алкоголя Кеше хотелось танцевать всю ночь напролет.       — С Новым годом! С новым счастьем!