Красная нить

Первая половина дня выдалась очень насыщенной, но Сона все успела: постирала вещи, заодно и хорошенько помылась сама, чтобы на работе надеть чистую футболку на чистое тело; приготовила родителям ужин, справилась менторам о своем отсутствии на следующий день... Она с сожалением прочла входящее сообщение с подтверждением на счет четверга. Теперь даже если времяпровождение с Ульрихом не состоится – а волкоза очень надеялась, что тот, на самом деле, решил посмеяться над ней снова и, добившись потери смены, просто не придет на встречу – рабочий день уйдет вникуда. ...Но, к ее сожалению, младший Шварц, кажется, не был намерен ее обманывать; а может, просто очень хорошо играл свою роль. – Среда, – раздалось за спиной Соны так неожиданно, что она едва не выронила из рук пару стеклянных бутылок. Она только что прикатила паллет со стеклом и жестью в отдел напитков и теперь, прикинувшись, что заполняет пустоты на полках, на самом деле переводила дух. На ее счастье, антры на складе согласились поделить телегу на две части и сами сгрузили половину товара на другую рохлю, но даже несмотря на это, хотя нужный отдел находился прямо возле склада, Увер едва дотянула свою тяжкую ношу. – И это вместо приветствия? – С напускным равнодушием произнесла она, в ответ не посчитав нужным обернуться. – Добрый день, – ни разу не смутившись, добавил Ульрих. Антра все же развернулась мордой к своему, без преувеличения, надзирателю. Тот ожидающе застыл, ничего не спрашивая, но весь его вид достаточно ясно сообщал о том, зачем он здесь. – Среда прошла и неделя прошла, – Сона сделала вид, будто не поняла цели визита, – так всегда говорит моя бабушка. – Ты предупредила свое руководство, что тебя завтра не будет? – Невозмутимо спросил волк, не поведясь на провокацию. – Да, еще из дома, – антра вскрыла коробку с жестяными банками сидра и поискала глазами такой же, но на полках. – Покажи журнал звонков. Тон Шварца был спокойным, без намека на требовательность, а голос – ровным и негромким, но последняя фраза все равно прозвучала, как приказ. Сона, оторвавшись от паллета, подняла глаза на волка; тот все так же стоял, зацепив большие пальцы рук за карманы темных джинс и внимательно смотря на метиску в ожидании реакции. – Что ты хочешь там увидеть? – Вчерашний день, – бросил антр хлестко, – исходящий и время, потраченное на разговор. – О, не переживай, – Сона скривилась, – они специально для тебя прислали сообщение с подтверждением отмены рабочего дня. – Покажи сообщение. И снова та же ровная и невозмутимая интонация, будто слова озвучивал автомат, а не живое существо – и это напугало пуще прямых угроз. – Скажи честно, ты посещаешь психиатра? – Пробормотала волкоза, вытягивая телефон из глубокого тесного кармана, но, не получив ответа, нашла нужную СМС и показала визитеру. – Думаешь, я вру? – Хочу убедиться, что ты не врешь, – ответил Ульрих, медленно и внимательно изучив экран. – Я вижу твое отношение ко мне и не питаю иллюзий на счет того, что ты можешь "случайно забыть" о встрече завтра. Доля истины в его словах была, Сона нехотя признала это. К ее стыду, до последнего был план поступить именно так, пока она не собрала волю в кулак и позвонила начальству, и сейчас, когда Шварц озвучил это, она почувствовала себя мелким детёнышем, думающим, что он самый хитрый, а на деле творящим обыкновенную чушь. – А где, кстати, мы завтра встретимся? – Тоскливо спросила Увер, уязвленная собственной предсказуемостью. – Это не твоя забота, – просто ответил Ульрих, возвращая телефон. Уточнив, что ему действительно не солгали, волк оттаял на глазах; к нему вернулась прежняя пластичность и живая, хотя и сдержанная, мимика. – В смысле? – Я заберу тебя. Сона нахмурилась: – Чтож, это было ожидаемо. И когда ты собираешься заявиться? – Утром. – Утром? Ты же в курсе, что утро – достаточно растяжимое понятие? – Увер на мгновение отвлеклась, осторожно поправляя на полке ряд стеклянных бутылок. – Это буквально от восхода до полудня. – Ну-у... Антра боковым зрением заметила, как волк ехидно оскалился: – Светать начинает уже к четырем, так что я бы предпочел и вовсе не отвозить тебя домой, смысла нет тебе мотаться ради пяти часов. Сона возмущенно набрала побольше воздуха, но Шварц не позволил ей возразить: – Но, так и быть, появлюсь не раньше восьми утра. – Вот это по-божески, благодарю, – все же не сдержала сарказма антра. – На здоровье, – спокойно протянул Ульрих и неожиданно добавил: – а где твой шоколадный лилипут? – Кто? Ты про Милену? – Именно. – Ты ее не видел? – Сона даже оторвалась от своего занятия. – Она что, не пришла сегодня? – Ну, не сказать, что я прямо-таки ждал ее появления и внимательно отсматривал камеры, – Шварц сделал паузу, подхватив с полки бутылку какого-то заграничного пива и погрузившись в изучение этикетки, – но, да, я не видел ее сегодня, хотя до этого постоянно на нее натыкался. – А... Волкоза растерянно села на свободный край паллета. Обычно они с подругой, даже если не попадали в одну смену, переписывались в перерывы, но сегодня было так много дел дома, Сона и не заметила, что на сей раз от Чертополох не было и весточки... Да и в отдел подруги та не заглянула, хотя всегда проверяла наличие Увер на рабочем месте. – Прохлаждаемся? – Строгий знакомый голос вывел ее из раздумий и, обернувшись, она увидела Велора Эдуардовича под роликовыми воротами склада. – Я... – Сона ощутила прилив страха и встала, не придумав, что ответить. – Нет, – спокойно ответил Ульрих, как оказалось, еще оставшийся на месте, ментору фирмы, – здесь все хорошо. Дан еще раз смерил Сону и неразобранный товар недоверчивым взглядом, но скрылся в темном помещении, бросив напоследок: – Мои извинения. Похоже, в будущем он припомнит это подопечной. – Спасибо, – неуверенно пробормотала она волку, возвращаясь к работе. – Пожалуй, я позвоню ей во время ужина, если мы так и не встретимся. – Дело твое, – отозвался антр без особого интереса, видимо, просто от скуки поддержав разговор, – что тебе взять на ужин? – Ничего! – Отказалась Сона несколько громче, чем планировала, и поспешила исправиться. – В смысле... Мне правда ничего не надо. Я сориентируюсь на месте, по ассортименту, который тогда будет в наличии. Ульрих ничего не ответил, лишь показательно тяжко вздохнул: – Хочешь, поищу твою подругу? – Знаешь, я... – Сона поразмыслила над ситуацией; с одной стороны, не хотелось его ни о чем просить, но с другой – его помощь сэкономила бы время и волкозе не пришлось искать коллегу самостоятельно... и он бы наконец оставил ее одну. – Да, наверное, я соглашусь. Если тебе не сложно и у тебя нет иных дел. Поищи ее, пожалуйста. Волк ничего не сказал, только кивнул с ухмылкой и ушёл. Когда он скрылся за стеллажом, Сона с некоторым облегчением выдохнула – пусть ей пришлось переступить через себя, по крайней мере, теперь она сможет хоть недолго поработать спокойно. Разбор напитков – дело быстрое, за это время волкоза должна была разгрузить весь паллет, а у нее еще даже четверть не закончена! "Вот... Блин горелый! – Заругалась она про себя, с отчаянием хватаясь за распаковку коробок. – Сухарик это точно так не оставит!" Сухариком за глаза кликали Велора Эдуардовича Дана почти все рабочие "Ты у дел" – наемные, конечно. Длинный, худой и жилистый, метис какой-то борзой и шакала и правда напоминал пересохшую горбушку черной булки, а темный окрас, полосками подчеркивающий проглядывающие сквозь короткую шерсть ребра, только усиливал впечатление. Дан и сам был поначалу просто клиентом "ТуД", пришедшим в поисках свободного графика и честного труда, а в итоге проработал в фирме так долго и упорно, что его взяли в официальный штат ментором для новичков. Велор Эдуардович был замечальным ментором: исполнительным и строгим, но справедливым; была, однако, пара вещей, которую ненавидят исполнительные и справедливые всего мира: непунктуальность и ложь. И ситуация, произошедшая несколько минут назад, попала под оба эти пункта. Сона как раз открыла последнюю коробку, когда с тихим скрипом – легок на помине – Дан подвез ей рохлю со второй половиной товара. Укоризненный взгляд темно-синих глаз не предвещал ничего хорошего, однако пес пока молчал, дав возможность оправдаться, и антра ею воспользовалась: – Прежде чем вы сделаете мне выговор, – Сона нервно затеребила подол свободной футболки, – я хочу извиниться за произошедшее. Я виновата. Но у меня есть одна проблема. Велор удивленно приподнял бровь: – Проблем у тебя больше, взять хотя бы попытки крутить романы на рабочем месте и в рабочее время, но мне интересна твоя точка зрения. Продолжай. – Да-а... – Устало протянула Сона. – В смысле, нет, нет! Нет никакого романа! Это и есть моя проблема! Пес состроил снисходительную мину и с иронией произнес: – Знаешь, если тебя так печет устройство личной жизни – я понимаю, молодо-зелено, хочется приключений и эмоций – не обязательно устраиваться на работу. Летом полно возможностей организовать себе пару "на воле"... – Велор Эдуардович! – С отчаянием воскликнула Сона, подходя ближе к ментору. – Пожалуйста, выслушайте целиком! – Я знаю, как это выглядит со стороны, – продолжила антра немного погодя, когда пес, снова кивнув, замолчал, – а вы знаете, какая я работница, мы же уже сотрудничали в прошлом году. Да, я бываю непунктуальной и иногда немного опаздываю. Но я бы в жизни не стала стопорить рабочий процесс в угоду себе! Вы же знаете! Дан склонил скуластую длинномордую голову, внимательно слушая подопечную. – Этот... гражданин прилип ко мне, как банный лист. Я не могу от него избавиться, каждый день он меня вылавливает то в зале, то после работы. Вы же можете проверить это по камерам, клянусь, я не лгу, я не ищу его, он сам приходит. Сона жалостливо заглянула в серьезную морду, но Велор пока что пребывал в безмолвии. – Я стараюсь все делать вовремя, но он отвлекает меня. И у меня нет никаких рычагов давления на него, я же просто наемный рабочий. Сейчас мне удалось отослать его ненадолго, найдя ему занятие, но он же скоро вернется. Что мне делать?.. – Мда-а, – протянул Сухарик. – Камеры... Верю тебе на слово. Пес задумчиво умолк на какое-то время. – Чтож, придется тебе немного потерпеть, – несколько сконфуженно признал он, – перед ним я такой же, как и ты, наемный рабочий без рычагов влияния... Вряд ли его впечатлит мой возраст. Мы можем обратиться к его отцу, если хочешь, я бы сопроводил тебя, как свидетель... – Нет! – Тогда все, что я могу, это посочувствовать... И понаблюдать со стороны, чтобы "прилипания" не выходили за рамки. Если на тебя поступят жалобы от сотрудников гипермаркета за упущенные сроки, я, так и быть, как-нибудь оправдаю тебя перед нашим начальством. – От этого не откажусь, – несмело улыбнулась Сона, – спасибо вам за понимание. – Да не за что... Если все будет совсем плохо, разыщи меня, я отпущу тебя со смены без штрафа. Ты не думала о том, чтобы пока пропустить рабочие дни? Они уедут после выходных, это совсем скоро. – Прибегну к этому в крайнем случае, – заверила Увер, принимаясь за новый груз. Дан уже развернул пустую тележку и собрался уходить, когда в последний момент Сона вспомнила: – Велор Эдуардович! А Милену вы сегодня не видели? – Брикер? – Антр замер, вспоминая. – А. Она отзвонилась ни свет ни заря, сказала, что заболела. Должно быть, простыла вчера в отделе заморозки. Ты напомни ей, если свяжешься, чтобы за этот день справка от врача была... Следующие-то смены с нее пока сняты на упреждение, а вот сегодняшняя неявка без документально заверенной уважительной причины штрафом обернется. – Обязательно! Спасибо вам огромное!