Красная нить

– Не могу рассказать вам всего, простите, пожалуйста, – Сона отпила заботливо предложенный горячий напиток, и только на этом глотке поняла, насколько озябла, добираясь до гипермаркета... или озноб был просто нервным? – Расскажи хотя бы то, что мне можно и нужно знать, особенно если там есть что-то пострашнее падения в ираклюм, – Дан усердно ковырялся в аптечке, с подслеповатым прищуром вычитывая названия на пузырьках и упаковках. – О, это понадобится. Снимай штаны. Увер безропотно подчинилась – за последнюю неделю ментор видел ее белье чаще, чем мать родная, поэтому ни капли стеснения перед ним она не испытала. Во всех раздевалках сотрудников "Ты у дел" остро стояла одна проблема – отсутствие самих раздевалок; все переодевались на глазах друг у друга в каких-то технических закутках с ящиками для одежды. Волкоза неловко стянула джинсы вниз и, переступив с ноги на ногу, чтобы выбраться из штанин, осела обратно на свой еще не успевший остыть стул. – Если безобидно и вкратце, – Сона болезненно зашипела, когда что-то, чем Велор промывал рассечения на ее коленях, страшно защипало, – я сегодня что-то не в себе и весь день у меня наперекосяк. Решила отдохнуть на природе, выбралась погулять за город... А там сначала в ираклюм улетела, оступившись на гравии у источника, разодралась вся, потом еще и телефон где-то "посеяла", словом, надо было мне сегодня остаться дома. Без телефона, вон, как без рук – "пластик" не брала, хотела онлайн все оплачивать, без него так и пришлось пешком идти от самого источника... Антра на несколько мгновений замолчала, размышляя: – В общем, не могу же я к родителям идти в таком виде и в такой поздний час, они наверняка подумают, что на меня напали... Вот завтра они на работу уйдут, я домой и прошмыгну, мне бы только отзвониться им, да переночевать где-нибудь. – И смену завтрашнюю отменить тоже, – несмело пробурчала волкоза немного погодя. – Только завтрашнюю... Мне бы отоспаться да поправить здоровье, а на выходные выйду по графику. За время рассказа Дан успел обработать ссадины на ногах и теперь неодобрительно глядел на завернутую в рубашку руку Соны – та еще во время пути, когда солнце зашло за дома, сняла верх и обмотала тканью поврежденную конечность: – А это что? – Гвоздь программы, – с напускной гордостью отозвалась та и насколько могла осторожно сняла хлопковый моток с левого предплечья. Как ни берегла волкоза пораженную шкуру от лучей небесного светила, должно быть, ультрафиолета даже в тени зарослей оказалось достаточно, чтобы вызвать реакцию. Короткая нечастая шерсть в местах ожогов выглядела темной, будто бы влажной, а кожа здесь уже покраснела и покрылась пока еще мелкой сыпью. К завтрашнему вечеру пузырьки должны были максимально увеличиться, наполниться жидкостью и начать страшно жечь и зудеть... – Выглядит плохо, – без прикрас отметил антр. – Последствий избежать уже не получится, но можно попытаться не допустить хотя бы рубцевания. – А как? – Ну... Это очень сложно, хотя звучит легко, – Велор подвёл подопечную к раковине и принялся самостоятельно промывать ее конечность в щедро разведенном "коктейле" из воды и хлоргексидина. – Не чесать, не сдирать, не биться проблемными местами о мебель, словом, никак не травмировать пузыри. – Тогда без шансов, – вздохнула ничуть не питавшая иллюзий Сона. – Сами знаете, все происходит как назло – стопроцентно что-нибудь случится, обдеру руку. – Поэтому и говорю, что будет сложно. Дан увлеченно что-то "шаманил", чередуя компрессы и мази, антре оставалось лишь послушно стоять и ждать. Отвлекать ментора вопросами она не решалась и на какое-то время сотрудники погрузились в тишину, нарушаемую только задумчивым бурчанием шакала себе под нос и его усердным сопением. В конце концов, старший рабочий затянул повязку, участливо уточнив: – Не слишком туго? – Вроде, нет, – Сона покрутила кистью, сжала и разжала кулак, – кровь нормально поступает, сползти тоже не должно. Спасибо. – Да лишь бы на здоровье... – Велор полным критической оценки взглядом обвел подчиненную с рожек до копытец и обратно. – Это все твои увечья на сегодня? – Ну, разве что на сегодня... – Увер по-дурацки хихикнула. – В смысле, уже почти полночь, день кончается, остальное уже завтра, получается... Можно я наберу родителей? – Скажи, где еще, и иди отзвонись. Замявшись, Сона все же стянула футболку – под ней местами были совсем небольшие, но рассыпанные по всему телу ссадины и пара-тройка точечных ожогов. Велор только раздосадованно вздохнул и отошел развести еще раствора. Пока Увер по стационарному телефону рассыпалась тысячью извинений за "севший" мобильный и поздний звонок, и божилась к вечеру проставиться вкусным семейным ужином, антр успел обработать почти все поражения, благо, большинство было несложным. – Слушай, – обратился он к волкозе, когда та положила трубку, – с утра купим мазь, я скажу какую, будешь дома обрабатываться самостоятельно. Пять раз за день. Запомни – пять, не меньше. – Ага. – С рукой и кистью понятно, на ключице тоже сама увидишь, но есть еще на спине: тут, – метис обвел пальцем залепленный пластырем участок чуть выше левой лопатки, – и тут. Не забудь. В целом, наверное, ничего страшного, если там останется пара мелких шрамиков, но все равно не чеши. Когда пузыри лопнут, станет возможным занести инфекцию. – Поняла, – Сона натянула обратно свою футболку и направилась подобрать штаны. – Могу же я остаться здесь на этом диване? – Какой еще диван? – Не на шутку рассердился антр, – это не мотель. Подождешь меня у внутреннего поста охраны, я сейчас документы сдам, оформлю тебе пятничный отгул и поедем ко мне. Если, конечно, не предпочтешь ждать рассвета в круглосуточной забегаловке. Полукровка только отрицательно покачала головой, споро застегнула ремень и посеменила за ментором настолько резво, насколько была способна. Тот ее хотя и немного напрягал, но отчего-то она будто знала, что в его компании с ней ничего не случится.

* * * * * * * * *

– Держи, – антр протянул гостье стопку чистого постельного белья, – диван в зале. Извини, подушку я тебе в наволочку вставлю, но остальное постелишь сама, день был не только у тебя тяжёлый. Простыню расправить и с одной рукой несложно. – Конечно, я и не претендую, – кивнула Сона, ловко подхватив белье. – А пледа, случайно, нет какого-нибудь где-то поблизости? – На подлокотнике того же дивана. Еще раз кивнув, антра отправилась в свою – на эту ночь – комнату и присела на край дивана, оглядывая комнату. Квартира ментора оказалась совсем не такой, какой она себе представляла; небольшая, но очень ухоженная и уютная "двушка" пахла свежим воздухом и порядком, а минималистичный интерьер отображал строгость и хороший вкус своего владельца. Глупо, конечно, было предполагать, что кто-то вроде Велора Эдуардовича обитает в затхлом сарае. – Ты чего расселась, как княжна? – Хозяин квартиры появился в зале. – Вставать всего через несколько часов. – У вас красивая семья, – Сона кивнула в сторону тумбы, на слегка выцветший снимок с, очевидно, родителями Дана и какой-то девчушкой, похожей на них. – Это ваша сестра? – Нет, – как-то недовольно буркнул тот, встряхивая подушку внутри наволочки. – Ваша... дочь? – Осторожно продолжила Увер, понимая, что невежливо навязывается, но любопытство брало верх над тактом. – Это я, – Велор тяжело и устало посмотрел на гостью, всем видом показывая, что ответ на следующий возможный вопрос будет очень грубым. – А теперь спокойной ночи. У тебя днем отгул, а у меня полноценная работа. – Да-да, вы правы, я вас и так очень задержала, простите, – засуетилась Сона, искренне покраснев от стыда под короткой шерстью. – Спасибо вам за все. Спокойной ночи. Кратко кивнув, шакал удалился из комнаты, и брюнетка осталась наедине со своими мыслями и неприятным чувством на душе. Некрасиво как-то получилось... Ментор к ней со всем своим гостеприимством, пусть и ограниченным и холодным, но все же, а она в ответ с вопросами своими дурацкими... Надо будет извиниться с утра. "Или все же не поднимать эту тему лишний раз?" Стараясь не шуметь, что оказалось нелегко из-за скрипучего дивана, Сона кое-как заправила простынь. Возиться еще и с пододеяльником она не решилась, поэтому просто расстелила его, кинув поверх обозначенный хозяином плед – лето, не замерзнет и так, хотя в квартире Дана было достаточно прохладно. Наверное, из-за кондиционера, не могла же температура вдруг понизиться из-за пары фраз. Не могла же? Антра просочилась в коридор в поисках ванной, намереваясь перед сном хотя бы умыться. Очень, конечно, хотелось в душ, но это лишний шум, да и только что обработанные ожоги мочить, наверное, не следует... Обследуя помещение на предмет нужной двери, Сона украдкой бросила взгляд в приоткрытую дверь хозяйской спальни – Велор Эдуардович лежал на двуспальной кровати по-диагонали, даже не раздевшись, и тихо, но глубоко храпел. "Надо же так устать... – Грустно подумалось волкозе, и она пристыженно отвернулась. – По крайней мере, его сейчас никаким скрипом не разбудишь." На душе стало как-то совсем мерзко. Не возись ментор с ее болячками, пришел бы домой еще часа полтора назад, помылся, как нормальный антр, может, даже, чай на ночь попил. И лег бы как положено, а не упал одетым замертво... Чем больше брюнетка думала об этом, тем дальше отодвигались ее собственные проблемы. Она вернулась к себе, так и не умывшись – спросит о ванной комнате поутру – с горем пополам расстегнула одной рукой лиф и стянула его, не снимая футболки. Спать в уличной одежде не хотелось, но и оголяться в чужом доме было неприятно; к тому же, дверь зала никак не запиралась, а стеклянная вставка была хоть и рябой, но тем не менее прозрачной. У Соны не было сомнений, что она шакала никак не интересует, но все же... Все же. Волкоза неловко устроилась на скрипучем диване, стараясь не касаться ничего жесткого обожженными участками шкуры, прикрыла глаза. Спать не хотелось совсем, хотя она и чувствовала себя уставшей; должно быть, дневного сна сполна хватило, да и режим у нее совсем сбился в эту рабочую неделю. Если подумать, ни разу за время работы она не оказалась в кровати вовремя. Если подумать еще... Что стало с ее телефоном? Без телефона было очень неудобно; не то, чтобы Сону волновали данные на нем – полтора контакта в телефонной книге и банковские приложения из чего-то более-менее ценного едва ли заинтересовали бы кого-то такого, как младший Шварц, даже на незапароленном аппарате. Кроме архива хорошей музыки на встроенной флэшке, который Увер пополняла не один год, и многие композиции теперь даже не найти в Сети, терять там было нечего. Без телефона было неудобно иначе, по-бытовому – ни время посмотреть, ни будильник поставить, ни даже просто по привычке перед сном полистать Ленту в социальной сети. "Надеюсь, этот крендель его не выбросит," – произнес в голове внутренний голос. Хотя на самом деле, надежда теплилась на обратное. Если Ульрих просто выбросил телефон, ничего страшного не случилось бы. Но он ведь рассчитывал на встречу, что Сона придет к нему за своим... Можно было и не приходить, конечно, но вряд ли получится спрятаться от волка на его территории – до его отъезда у Соны было, по меньшей мере, еще две полных смены. Сам придет и сам принесет. "В принципе, – брюнетка смахнула с морды упавшую вьющуюся прядку, – в самом магазине безопасно..." Он ничего не сделает ей под десятком камер. Даже он на это не решится, во всяком случае, в присутствии своего отца. Настоящую сложность представляла широкая парковка и площадь у складов – много фур и высоких ящиков, мало камер и хорошо просматриваемых зон. Постоянные работники "Сферы" могли бы пройти через центральный вход, а вот ей, как наемному рабочему, необходимо преодолевать внешний и внутренний КПП... Сона широко зевнула – тяжкие размышления оказались слишком утомительными и быстро нагнали сон. Она успела только отметить, что храп Дана слышно в полной тишине через две стены, как сама в итоге засопела, поневоле засунув поврежденную руку под подушку.