Эвермор не шутка

       Нил не понимал, почему все так повернулось, ибо, ну, что же такое? Какого черта он не может нормально отсидеть одну пару. Всего одну! Это же не так много, чтобы было чем-то на самом деле сложным, но нет. Он сидит в туалете, запер себя, пытаясь удержаться от эмоций, которые напоминают, как часто Рико ему говорил подобное, как он возненавидел каждый свой шрам, тоже понимая, что его внешность ужасна, что она никого не может заинтересовать, что он не может быть интересен с ними.        Как он надеялся, что ничего подобного не будет. Нет, Нил, конечно, знал, что, скорее всего, поход в университет кончится чем-то подобным, однако все равно мечтал, чтобы все было спокойно. Он стянул повязки, откидывая их в сторону, начиная тупо пялиться на запястья, покрытые белыми полосами. А где-то еще не совсем зажившими.        Нет. Нет. Нет. Нет. Не хотел он снова это делать, но не мог, ему было нужно, однако как это сделать, если сейчас нет рядом ничего острого? Даже эти тупые зеркала не повешены, чтобы можно было их разбить.        Он делает несколько глубоких вдохов и выдохов, сейчас чуть лучше контролируя себя, чем было после прошлого такого похода. Он, по крайней мере, не убежал обратно в общежитие, пока что еще не придумал, как снова порезать себя, пока еще отгонял мысли, хотя в голове продолжали крутиться фразы того парня и Рико… отца.

Ты еще не дорос до того момента, чтобы спорить. Ты лишь щенок. Какая жалость, щенок решил сбежать, что такое? Умоляй, щенок, и я остановлю. Ты лишь жалкая пародия на человека, ты лишь собака, что ещё не умеет лаять, а уже пытаешься кусать. А что не так с ручной собачонкой? Если хорошенько попросишь, то я прекращу, собачка-Натаниэль. Натаниэль, да тебя даже называть так слишком долго. Оно того не стоит, щенок. Эй, Миньярд, нашел себе послушную собачку, что слушает все твои приказы? Не смей перечить мне, щенок.

       Все эти фразы раз за разом мелькали в голове, что совершенно не нравилось Нилу, ибо держало его между аудиторией, где все пялились на них, находя развлечение в том, что кто-то все же решился спровоцировать Эндрю на разго... драку. Тем временам, когда он был у отца, жил выживал с ним. И между периодом, когда он был в Эверморе, где Рико не уставал напоминать, кто он на самом деле, что Джостен — ложь, несуществующий человек, мираж.        Он не хотел, чтобы все было так, чтобы все снова держало его не в настоящем моменте, а где-то далеко, где-то в прошлом, добавляя отца к Гнезду. Черт, нет. Он не хотел вспоминать это, точно не хотел, отчего заткнул уши, надеясь, что это спасет от собственных мыслей. — Нил, — четкий голос из-за двери, что его сначала пугает, однако потом до сознания доходит, что это Эндрю, а не кто-то еще, — Зайка, откроешь дверь? — он резко выдыхает, ведь тяжело отворить замок, когда кажется, что за этой тонкой "стенкой" опасность, но он делает это. Преграды нет, тот может зайти. Любой может зайти, так что он отползает подальше, чтобы успеть увидеть и защититься.        Эндрю собирался уже увести кролика, ведь не хотел, чтобы тот слушал лекцию, которая неприятна им двоим. Никто не захочет вспоминать прошлое, особенно тогда, когда речь об этом будет идти максимально холодно и отстраненно. Никто не сталкивался с этим лично в той аудитории, чтобы понять, так что лучше свалить, однако подходит один из одногруппников, от которого ничего хорошего ждать не стоит.        Нет, конечно, тут было два адекватных, которые могли "пообщаться", что-то спросить по предмету, однако этот на голову отбитый, что давно напрашивается на кулак, а потому он сразу садится так, чтобы прикрыть Нила собой. — Эй, Миньярд, нашел себе послушную собачку, что слушает все твои приказы? — все здесь знали, что он не терпит прикосновений, все считали это странным, многие забивали, не считали важным. — Завались, твоего мнения я не спрашивал. — А что не так с ручной собачонкой? Что-то тихая. На интервью тот куда активнее лаял, а сейчас молчит, — ох, тот сильно его бесил, ибо почти эти же слова говорил Рико однажды, так что было очень-очень плохо для Нила, и для этого парня тоже, ибо целым тот не уйдет. — Тебе жить надоело? — А что ты мне сделаешь? Ты вообще не слушал препода? Убийство — нарушение закона, хотя ты явно не слушал, а развлекался с собачкой. Что ты в нем нашел? Он ведь уродлив, так еще и шрамы.        Он хотел возразить, как увидел, что кролик резко встал, оказываясь в своей вечной позиции «бей или беги», сейчас явно лидировало второе. Эндрю сжал руки в кулаки, все еще пока держась, однако этот придурок все подливал масло в огонь. — Какая жалость, щенок решил сбежать, что такое? Не можешь слушать это?        Он заметил, что Нил стал дрожать, отчего очень захотелось просто обнять того, спрятать, чтобы больше никто не смел нести такую чепуху про его кролика, что как раз и не должен был слышать такое. Это наверняка очень больно и сложно. — Будь аккуратнее, собачка, — он понял, что тот специально хотел пихнуть Нила, однако короткий удар от Эндрю остановил этого человека. Он дал кролику шанс быстро и без прикосновений сбежать из полной аудитории, что смотрела только на них. — Я уже был обвинен за чрезмерную защиту, так что еще одна такая же вещь мне не навредит.        Он не стал доставать ножи, пока что, возможно, он еще сделает это, а сейчас просто врезал тому по лицу, точно ломая нос, из которого потекла кровь. Еще один удар, но уже в торс, слишком близко к солнечному сплетению, но не по нему, как бы угрожая, чтобы тот не смел повторяться.        Парень не внял этому, попытался напасть, однако Эндрю легко увернулся, ударяя уже в нужную точку, отчего тот стал задыхаться, а он лишь схватил за горло под дружный страх группы, перешептывания, снятия видео и прочего. — Еще раз ты скажешь хоть слово обо мне или Ниле, и ты больше никогда не сможешь распустить свой язык и использовать его для всех грязных дел, какими ты занимаешься круглыми сутками, — в глазах парня читался дикий ужас, лицо покраснело от недостатка кислорода, а сам тот стоял на носочках, что было смехотворно. Эндрю ниже, но может поднять руку так, чтобы тому было тяжело. — Миньярд! — кричит препод, однако это не останавливает. — Я без сожаления убью тебя, если еще хоть слово услышу про него или меня. Тебе понятно? — он сильнее сжал горло, дожидаясь ответа, смотря в слезящиеся глаза.        Парень ничего не сказал, но попытался согласно кивнуть, так что Эндрю отпустил того, позволяя упасть на колени, схватиться за горло, закашляться, стараясь прийти в норму. Его не волновало, умрет тот или нет, он просто быстро пошел из аудитории, желая найти своего кролика.        Он недолго это делал, ибо понимал, куда именно пойдет Нил, так что направился к ближайшему месту, где есть замок и нет людей. Он сразу хотел открыть дверь, но заметил, что она заперта, так что лишь аккуратно позвал того, услышав в ответ лишь тишину. — Зайка, откроешь дверь? — спустя минуты две он услышал щелчок, так что взялся за ручку. — Крольчонок, я захожу, — он не знал, что именно происходит сейчас с Нилом, а потому предупредить было лучше всего.        Он медленно заглянул, находя того почти у самой дальней стенки, так что лишь снова запер их тут, но уже вдвоем, также плавно начиная двигаться к кролику. Тот не вздрогнул, не испугался, не стал махать руками и не остановил его, так что Эндрю смог сесть на корточки рядом. — Зайчик, ты как? — он хотел понять хотя бы примерно, насколько плохо все стало, ибо особой паники видно не было, хотя чувствовалось, что все далеко не хорошо. — Не очень, Дрю. Отец и Рико говорили так же. А еще мне хочется взять лезвие, — от осознания того, что Нил сразу сознался в этом, сказал правду, стало легче, но не от самих слов и желания, — но не хочу снова все повторять.