Эвермор не шутка

— Если забить твой мозг смущением, Зайчонок, то о другом ты думать не сможешь, перенесешь всю концентрацию на меня, так что я к этому и пришел, Маленький.        Эндрю на самом деле все это время старался подобрать такие фразы, которые лишь сильнее уведут кролика в смущение. Конечно, тут тоже не стоило перебарщивать, однако уж лучше тот будет сидеть весь красный от своих фантазий и фраз, которые были услышаны, чем от недостатка кислорода ввиду панической атаки. — Т-ты...? — было совсем немного сложно догадываться, что именно хотел попросить Нил, о чем спрашивал, однако Эндрю пытался, старался предугадать, чтобы не вынуждать того говорить больше, чем кролик был готов, ибо это бывает слишком сложно, так что он старался, пробовал. — Я сделаю то, о чем ты попросил, Маленький. Не беспокойся. Сможешь просто сейчас немного покивать или помотать головой, чтобы я знал границы? — их в любом случае нужно было установить. Конечно, было бы в разы проще, если бы Нил их назвал, но он уверен, что кролик не сможет, так что лучше придумать альтернативу.        Эндрю дождался, когда Нил в первый раз кивнет, подтверждая, что согласен с этими "правилами", которые были как раз для того самого, ибо он то мог просто сделать это, однако на кролике могут отразиться эти действия, поэтому надо все и сразу просчитать, чтобы больше не было проблем. А еще будет неплохо немного засмущать того вопросами, которые придут в голову. — Итак, Зайчонок, поцелуи? — он увидел аккуратный кивок, после чего задумался над тем, когда чуть усложнять вопросы, однако пока лучше идти плавно, наверное. Он не мог быть уверен. — Объятия? — очередной кивок, что не удивительно, ибо Нил только что сам об это просил, однако подтвердить все же стоило. — Руки на плечах? — кивок. — Шея и голова? — кивок. — Руки? Ладони? — два кивка. Что же, Эндрю нравилось, как загорались глаза кролика, когда он думал об этом, как отступала паника, переставая влиять. — Бедра? — мотания. Это тоже хорошо, ведь он не был уверен, что Нил сможет отказаться от чего-то, если того что-то не устроит, однако тот сказал «нет». — Немного о поцелуе. Губы? — довольно спокойный кивок, но румянец стал проступать. — Макушка? Лоб? — кивки, коротки и уверенные. — Твой очаровательный носик? — кролик сильнее покраснел и кивнул, а у Эндрю непроизвольно все же вырвалась легкая улыбка, которую он не смог подавить.        Сначала он думал, что это ужасно, что не скрывает свои чувства, что все же уголки губ изогнулись в этой странной эмоции, однако, когда он увидел, как резко и широко улыбнулся Нил, заметив это, как глаза того стали пожирать его губы взглядом, словно те стали еще больше манить, Эндрю понял, что, возможно, все не так плохо, как он представлял. Ради такого выражения лица кролика он был готов чаще не скрывать то, что у него внутри. — Какие же глазки то у тебя, Зайчонок. А как засветился. Неужели так понравилась улыбка? — он знал, что понравилась, однако все еще старался сильно отвлекать того, чтобы даже малейшей мысли о прошлом не было, так что продолжал свои игры со словами, стараясь просто побольше смущать этого маленького кролика. — Да, — тихо произнес тот, а Эндрю понял, что Нилу точно нужно попить, однако тот не разрешил уходить, а он не был уверен, что кролик сам дойдет до кухни. — Маленький, тебе нужна водичка, все еще не сможешь меня отпустить на пару минут? — тот помотал головой, становясь чуть угрюмее, словно страх одиночества стал пожирать, а Эндрю стал уже злиться на Рико, себя, отца кролика, о котором почти ничего не знал. — Все хорошо, Зайчонок, я не уйду, все хорошо. Давай вместе сходим на кухню? Сможешь пройтись немного? — тот неуверенно кивнул.        Эндрю аккуратно поднялся с колен кролика, следя за тем, чтобы тот не рванул в сторону выхода, после чего повел в нужную сторону, усаживая на стул, наливая воду в стакан и подавая Нилу. Он контролировал все: вслушивался в тишину, чтобы внезапно проснувшиеся соседи не могли помешать; смотрел на кролика, чтобы тот не убежал; держал свои помыслы об убийстве подальше, чтобы не оставить Нила одного; запоминал каждую эмоцию, чтобы потом поведать об этом Би. — Тебе лучше, Крольчонок? — Да, Дрю, уже лучше, — он выдохнул, когда Нил смог сказать что-то длиннее, чем одно слово. Это было довольно хорошим признаком. — Готов получить то, что хотел? — Да. — В каком порядке? Тебе нужно выбрать, что будет первым: поцелуй или объятие, Маленький, — тот снова покраснел, как же это мило выглядело. — И то, и то? — тот был немного не уверен, да и говорил тише, чем до этого. — Хорошо. Куда именно мне положить руки? Я уже спрашивал о разрешенных местах, однако, может, у тебя есть какие-то предпочтения? — Спина и волосы, — Эндрю видел, что кролику непривычно просить о чём-то таком, так что не стал и дальше мучать того, подошел поближе, кладя одну ладонь на затылок, зарываясь в рыжие кудри, а вторую заводя за спину, заставляя того встать со стула, прижимая к себе, а потом останавливаясь в паре сантиметров от губ. — Можешь положить руки на плечи и выше. Да или нет? — последний и решающий вопрос, после которого он уже начнет действовать. — Да, — Нил расположил одну ладонь на шее, а второй зарылся в волосы.        Эндрю притянул этого зайчонка к себе, впиваясь в губы, начиная их резкий поцелуй. Честно? Он старался изначально сделать его медленным, удобным и плавным, но не смог. Слишком много все бушевало в груди, чтобы он смог остаться спокойным. Эндрю так сильно ненавидел все прошлое, которое мешало им полностью наслаждаться друг другом, что отвлекало от таких прекрасных момент, разбавляло их тем, что хотелось забыть, однако ни он, ни кролик не смогут это сделать.        Ему пришлось оторваться от губ Нила, чтобы дать им вдохнуть, чтобы сделать спасательный глоток воздуха, которого уже совсем не хватало, ибо он чуть дольше продержал их рядом, ведь не мог отстраниться, вообще хотелось быть так близко к кролику всегда и без перерывов. — Еще, — тихо попросил тот, что умилило, а потому, дав еще несколько секунд на передышку, Эндрю продолжил.        Он снова припечатал губы Нила к своим, прошелся языком вдоль ровного ряда зубов, зная, что дальше кролик не попробует бороться за главенство, а еще слыша тихий и неловкий стон. Ему это до безумия понравилось, так что он продолжил, слегка поглаживая спину того, чтобы Нил и не думал заморачиваться из-за этого, чтобы не посмел прекратить только по тому, что боится показывать честную сторону себя.        Нет. Тот не попытался, кролик спокойно продолжил целоваться с ним, растягивать удовольствие, наслаждаясь каждой секундой, пока им позволял запас воздуха, который, к сожалению, слишком быстро расходовался. Когда Эндрю снова отстранился, он притянул того еще ближе, давая кролику уткнуться лицом в шею, зная, что тому это нравится, а сам лишь чмокнул в макушку. — Маленький, какой же ты честный в поцелуях, — он снова коротко поцеловал того, а Нил лишь прислонился губами к шее, в ответ начиная оставлять следы губ и кусать. — Ты это уже давно знаешь, — Эндрю усмехнулся, чуть откидывая голову, позволяя крольчонку делать то, что хотелось, ведь он не был против, хотя прям явно об этом не скажет. — Ненавижу твой фетиш, — ну, на самом деле он ненавидел, что Нил заставлял его чувствовать то, что давно было скрыто, что он так долго контролировал, но сейчас кролик раз за разом пробивает стену самоконтроля, руша его безвозвратно в присутствии того. — Тебе нравится, и мне нравится, что тебе нравится, Солнышко, — он недовольно пробормотал что-то, но не стал останавливать Нила от продолжения. — Ненавижу, но нравится, — все же признает он.