Эвермор не шутка

       Эта ночь прошла на удивление хорошо, она была спокойной без множества кошмаров и прочего, так что они оба хотя бы смогли выспаться. Это уже что-то, все не так плохо, как могло бы быть.        Утром Эндрю проснулся раньше, встал, к сожалению, все равно разбудив Нила, после чего они пошли завтракать. Он знал, что сам на парах последить за кроликом не сможет, отчего написал Рене, надеясь, что она сможет просто побыть рядом, чтобы помочь, если что-то плохое случится, а у Нила всегда случается что-то плохое.        К его успокоению, второй пары у девушки не было, так что она согласилась, сказав, что просто будет около аудитории, на случай если кролик выбежит и решит сделать то, что не стоит. Она уже помогала Эндрю останавливаться, когда он резался, так что и тут сможет, ибо Нил все же наладил с ней отношения и не убегает от любого контакта, как было в первые дни.        Эндрю волновался. Он не хотел снова оставлять кролика одного, но он нуждался в сеансе с Би, так что все же пришлось уйти, попросить того написать или позвонить, если что-то серьезное произойдет. Сказал, что рядом будет Рене, только после этого они оба вышли из общежития, направляясь в разные стороны.        Эндрю старался придумать, как начать общение с пчелкой, что вообще стоит сказать, а что пока может и подождать, но вот ничего в голову не приходило, отчаянная пустота, так что ему просто придется положиться на нее с этим, чтобы не самому разбираться, не самому копаться в этих чувствах, которые слишком сильно сбивают его с рассуждений, которые раньше были логичными.

***

— Привет, Эндрю, — она уже налила им напитки, использовав милые кружки в виде разных животных, снова взяв себе лиса, а ему отдав кролика. — Привет, Пчелка, — он плюхнулся на диван, поджимая ноги к груди. — Сам начнешь? — он помотал головой, ибо не знал, с чего вообще стоит начинать. За время поездки ничего так и не пришло в голову. — Хорошо, будем разбирать твои сообщения? — он кивнул, ибо не был против, конечно, там очень много того, что лучше не затрагивать, но рано или поздно Би все равно захочет их обговорить. — Есть ли какие-то изменения? Я давала это задание, чтобы ты смог понять, что твои чувства разнообразны и не ограничены. — Эм... — не хотел он много думать, но знал, что общение с Би всегда подразумевает множество анализов и логических цепочек, не все из которых он с первого раза может уловить. — Наверное. Я... не уверен, но, вроде, стало чуть проще, я меньше отрицаю сейчас то, что кролик, может быть... близок мне. — Это неплохое продвижение, Эндрю, — она улыбнулась, открывая его сообщение. — Ты с этого тогда и начал, написав, что Нил довольно милый. Ты довольно часто это писал, причем в разных ситуациях, будь он в твоей одежде, когда спит или чего-то не знает. Говорил, что тебе нравится его доверие, но оно тебя и настораживает. Ты также писал, что он тебе нравится, ты его любишь, — он тихо взвыл, убирая кружку и закрывая лицо руками. Это было слишком сложно, он не был уверен, что так хочет говорить об этом. — Пчелка... — тихо попытался он ее остановить, но знал, что это не сработает, пока он не скажет «нет», а Эндрю не был уверен, что скажет. — Все хорошо, в твоих словах нет ничего такого. «Ненавижу его так сильно, так же как и люблю.» Ты написал вот так, и ты не один раз говорил, что ненавидишь его больше всего на свете. Во втором сообщении ты сказал: «Ты бы понимала, как я его ненавижу за все это, убить готов, но слишком люблю.» Сейчас у тебя есть идеи, почему каждая твоя фраза о любви к Нилу сопровождается ненавистью?        Кончики ушей Эндрю покраснели. Ему было достаточно неловко обсуждать такое, ибо он все еще слабо верил, что может любить, что он не испортит все этими чувствами, отчего хотелось спрятаться, а не говорить об этом, но Би как-то не так много выбора давала, так что надо было продолжать. — Если бы знал, не ходил бы к тебе, — это наглая ложь. Эндрю все равно ходил бы к Би, просто чтобы увидеть ее, ведь она стала ему близка, она важна для него, так что он не смог бы отказаться от их общения. — Не знаю, он... я ненавижу то, что слишком много чувствую, когда кролик рядом. Я все это время был убежден, что не умею чувствовать, что все эмоции — это побочка от таблеток, но вот я приезжаю из Истхейвена, вижу кролика, а сердце бешено бьет от желание помочь и спасти его, ибо он был слишком разбитым, когда я приехал. С ним я слишком много чувствую, с ним я уязвим. Конечно, я понимаю, что кролик меня не тронет, не должен меня обидеть, не должен нарушить границы, но я не могу не бояться того, что в один день все изменится. Что он или я станем такими же, какими были они. Я боюсь, что все испорчу. Я боюсь себя, когда могу чувствовать, а больше всего я чувствую рядом с кроликом.        Он тяжело выдохнул, отпивая какао, которое хоть немного могло бы ослабить его волнение за время этого небольшого монолога. Ну, для Би его высказывание даже маленькое, он мог и больше сказать, но вот другие бы решили, что это его годовой запас слов, который уже исчерпан. — Молодец, что смог столько рассказать мне, это важно, ведь твое виденье ситуации окажется более правильным, нежели мое, — он кивнул, зная, почему пчелка так говорит. — Ты знаешь, что боишься навредить Нилу, но и у тебя есть желание быть с ним рядом, общаться, целоваться, обниматься. Улыбаться ему. Есть ли моменты, когда страх отступает? — Да, — он решил быстро найти другую тему, чтобы не продолжать эту. — Сегодня Аарон помог Нилу. Кролик довольно глупо поступил и стал бегать слишком много. А, когда вернулся в общежитие, потерял сознание. Я принес кролика в комнату, а Аарон тут же появился и стал помогать. Обычно он вообще не подходил к Нилу и на метр, если это не была игра, а тут он стал помогать. Это странно. — Может, он все же решил перестать враждовать? — к счастью, пчелка приняла смену темы. — Может, но почему тогда сейчас? Было много возможностей, которые тот упускал. Аарон мог помогать еще тогда, когда я не вернулся, а Лисы, конечно, старались, но явно слишком мало, чтобы это на самом деле сработало и хоть как-то изменило отношение Нила к ситуации. — Не хочешь поговорить с братом об этом? — он задумался, понимая, что идея сама по себе не такая и плохая, правда сомнения были. — Я даже не уверен, что он сам этого захочет. То, что Аарон ни с того ни с сего решил почему-то перестать так сильно ненавидеть Нила и решил помочь, не значит, что он и ко мне воспылал чем-то кроме ненависти, которая уже давно с ним. Я сомневаюсь, что из этого что-то хорошее выйдет. — Ты можешь попытаться. Поговори с ним, попробуй узнать, почему он изменил свое мнение, почему решил помочь Нилу, а не оставить все так, как было до этого. Именно разговор и поможет вам лучше всего. Тебе никто не помешает уйти так быстро, как только понадобится, если ты поймешь, что не хочешь продолжать этот разговор.        Он кивнул. Эндрю знал это, понимал, какой именно совет даст пчелка, но не хотел, чтобы она снова следовала своим традициям.

***

       Эндрю никогда не следил за временем в кабинете Би. Он мог переложить эту ответственность на нее, отчего конец сеанса всегда был слегка неожиданным, но в этот раз пчелка, кажется, не торопилась завершать весь их разговор, что слегка напрягало. — Эндрю, мне надо тебе сказать одну довольно важную вещь, — это его даже... испугало. Причем довольно сильно. Было что-то в ее голосе, что не давало покоя.