Тот, кто стоит за спиной

— Я говорила ей, чтобы она не брала. Я ей говорила! — рыдала подруга Кэтти Бэлл. Сама девушка изогнулась и зависла в воздухе, на высоте не меньше пяти футов. Кармела не заметила, как оказалась рядом. — Мобиликорпус, — взмахнула палочкой Поттер и опустила Кэтти на землю. Затем — особо сложное движение кистью, и Бэлл замерла, словно превратившись в восковую куклу. Подруга гриффиндорки тут же попыталась подбежать, но Кармела схватила её за руку. — Нет, не трогай! Что с ней случилось? — Я говорила ей выкинуть этот свёрток. Говорила! А она ответила, что должна его кому-то отнести. Я потянула, а пакет, — Лилиана всхлипнула и перестала тянуться к Бэлл, — пакет надорвался, и Кэтти коснулась этого ожерелья. — Гермиона! — как можно громче крикнула Поттер, увидев «подругу». — Кармела, — округлила глаза Грейнджер, — что случилось? Что с Кэтти? — Позови профессора МакГонагалл или Снейпа. Да скорее же! Тут явно какое-то проклятие. — А… — Гермиона! — рявкнула Поттер. — Конечно, сейчас. Осторожно отодвинув край пакета палочкой, Кармела прищурилась. Где-то она уже такое видела. — А что ты сделала? — беспомощно смотрела на подругу заплаканная Лилиана. — Ничего особенного. Чары стазиса, — механически ответила Поттер. Через пару минут прибежали сразу два декана, отогнали собравшуюся на крики толпу студентов и забрали Кэтти и свёрток. — Эти чары проходят на седьмом курсе, мисс Поттер, — вздернул бровь Снейп. — Профессор Флитвик так хорошо объясняет, что я смогла их выучить буквально за одно дополнительное занятие ещё при подготовке к Турниру, — Кармела ехидно ухмыльнулась, глядя на то, как зельевар сжимает зубы. На этот вечер все мысли заняло проклятое ожерелье с опалами. Девушка даже зарисовала его, пытаясь вспомнить, где именно она такое видела. — Считается, что опал наоборот оберегает от тёмной магии и сглазов. Это, конечно, скорее магловские суеверия, но обычно в магическом мире многое приобретает настоящий смысл, — рассуждала вслух Кармела, дожидаясь оговоренного с Геллертом времени, — но это можно опустить. Кто-то дал проклятое ожерелье Кэтти с наказом отнести… кому-то. Кто? Кому? Кого-то хотят убить. И при этом не меня, иначе бы Кэтти просто окликнула, все-таки между нами расстояние было всего в полсотни футов. И как её заставили это сделать так, чтобы она точно не выкинула и не рассказала никому деталей. Империус? Шантаж? Скорее первое. А вопросы — кто, зачем и для кого — всё ещё актуальны. — И это самое безопасное место Британии, — прокомментировал Гриндевальд, услышав рассказ, — и кого так сильно хотят убить… — Если предположить, что это сделали Пожиратели… — Открою тебе страшную тайну. Даже в Британии есть множество преступников и сумасшедших. И при этом большая часть из них не относятся к последователям Волдеморта. — Малфой? — Мерлин… — Волдеморт приказал Малфою кого-то убить, чтобы — как там говорил Нотт? — «удостовериться, что он не такое же ничтожество, как его отец». А убить Волдеморт в Хогвартсе очень хочет лишь двоих. — Тебя и Альбуса. — Верно. И, скорее всего, это не я. — Твои доводы строятся лишь на ничем не обоснованных предположениях. — Но если не брать в расчёт то, что Малфой чисто физически не сможет убить директора, то звучит нормально. Хотя, вполне может быть, что Малфоя-старшего так хотят наказать за провал операции в отделе Тайн. — Как раз в духе вашего полукровки. Но сильно не привязывайся к этой версии. — Горбин и Бёркс! — Что? — Я видела это ожерелье, когда была в Лютном. И оно уже тогда было проклятым. — Ну, это ничего тебе не даёт. Разве что, можно потрясти Горбина. Но не думаю, что Малфой или кто-то другой покупал это ожерелье самостоятельно и светя своим лицом на весь переулок. — И снова тупик. Может ты придёшь, покопаешься в мозгах у Хорька и всё? — Хорька? — Ну… Малфоя. — Ага. Заодно к Альбусу на чай загляну, — фыркнул Геллерт. — Ну, Гел! Что мне делать? — Живи и радуйся жизни, пока убить хотят не тебя. Я, конечно, не против самостоятельно наведаться к Альбусу. Но, если его заавадит кто-то другой, я буду только рад. — А как же месть? А слава? Люди явно будут больше бояться того, кто убил великого светлого волшебника, чем забытого Тёмного Лорда. — Посмотрим. Если ты права, то мальчик всё равно не справится. Альбус не такой идиот. — И то верно. Чтобы отвлечься от размышлений, Кармела решила заняться артефактами. Благодаря учебнику Принца-полукровки, она, наконец, нашла ошибку в собственном рецепте зелья для вымачивания дощечек. На полях книги было подписано, что вместо жала Муховертки лучше добавлять сразу яд, который можно добыть специальным заклинанием. И пусть это было приписано к другому зелью, но это как раз то, что давало более сильный эффект. — И на ком бы испытать… — пробормотала Кармела, тыкая палочкой в небольшую дощечку с вырезанными на ней рунами и множеством наложенных чар, — Малфой и так ходит бледный, с синяками под глазами. Гермиона? Рон? Точно. Поттер расплылась в улыбке. Такие артефакты были её любимыми. Как-то раз, у неё уже получился кулон, приносящий головную боль. А вот теперь, вышла более интересная вещичка. Дощечка вызывала чувство эйфории и вседозволенности. Магия из неё выветривалась за неделю: эффект пропадал. Но дальше несчастного начинала мучить самая настоящая ломка. Идею о привыкании Кармела почерпнула из одного репортажа, который смотрела тётя Петуния. Репортажа про вредные привычки, алкоголь и наркотики. — Ты злобный гений, — прокомментировала новости Гринграсс. — Ну, смотри. Я нашла общее у Тёмных Лордов. И это — несчастное детство. Геллерта передавали друг другу родственники, Реддл вырос в приюте. А меня использовала тётя в качестве домового эльфа, — довольным голосом ответила Поттер. — Хочешь стать Тёмной Леди? — подняла брови Дафна, глядя на подругу с заметным скепсисом. — Тогда это можно сделать проще, — вмешалась Астория и хихикнула, — надо всего-то выйти замуж за Тёмного Лорда. — Да. За того, который Реддл? — хмыкнула старшая. — Фи. Геллерт красивее. Вскоре, Кармела приступила к самым неприятным обязанностям. А именно — набору новых игроков в команду по квиддичу. Поттер так и не смогла понять, каким образом её желание отказаться от игры превратилось в назначение капитаном. — Мэл, ну, ты ж теперь капитан, значит, я могу не волноваться, — хлопнул девушку по плечу Уизли на подходе к стадиону. — Во-первых, не называй меня так. А во-вторых, почему это? — Эээ, ну, ты ж не выберешь этого придурка Маклаггена? — Я буду выбирать основываясь на навыках, — поморщилась Кармела, — а не по тому, нравится мне человек, или нет. «Даже во втором случае я бы остановила свой выбор на Кормаке!» И только после начала отбора Поттер заметила еще один раздражающий фактор. Она не особо следила за жизнью Уизли и Грейнджер, но ей, почему-то, всегда казалось, что эта парочка будет вместе. Но нет. На трибунах подпрыгивала и подвизгивала Лаванда Браун, то и дело посылая Рону воздушные поцелуйчики. А уж когда Уизли, наконец, соизволил поймать мяч… Ведь пробовался он на роль вратаря. Кармеле показалось, что обоих влюблённых придётся ловить. Рон явно был в шоке от того, что у него хоть что-то получилось. И при этом не мог оторвать взгляда от Лаванды, не замечая, что соскальзывает с метлы. А Браун и вовсе перевесилась через ограждение, будто бы пытаясь дотянутся до рыжего через половину поля. — Перерыв! — усилила голос магией Поттер и упала на скамью. — Бон-бон, ты такой молодец, я так тобой горжусь, — лепетала Лаванда, наконец, получив возможность потискать Рона. А тот, в свою очередь, млел, подставляя щеки и губы под поцелуи. — Так, подойдите сюда те, кто пробовался на охотников, — не выдержала Кармела, — Джинни и Робинс проходят в основной состав. Пока Кэти в Мунго, её замещает Томас. Девушки просияли от радости, а Дин лишь кивнул и поплелся в сторону раздевалки. Поттер на это только фыркнула. — Теперь загонщики. Ты и ты, — ткнула пальцем в двух парней Мэл, совершенно не представляя, как их зовут, — Маклагген будет вратарём, а Рон — заменой. Можете быть свободными, тренировка завтра после ужина. На лице Кармелы невольно появилась улыбка, когда она увидела спорящих Уизли. Джинни явно хвасталась местом в команде, а Рон, полностью покраснев от злости, хватал ртом воздух. Поттер не стала дожидаться, кто первый бросит проклятие. Её ждал очередной разговор с Геллертом. Но всё же, она поставила на Джинни.