Часть 3
21 августа 2024 г., 20:09
С тех пор, как Генри и Маргарет вновь встретились с Борисом, прошло уже несколько дней. Штейн никак не возражал против такой долгой остановки, понимая, что Маргарет нужна передышка, да и ему самому требовалось время, чтобы обдумать, как же действовать дальше. Было очевидно, что усилиями загадочного человека в костюме и Дэйва Цикл радикально менялся и, похоже, природа студии этому не препятствовала. Возможно, именно поэтому подражатель выбрал действовать именно сейчас — Генри с Маргарет всё ещё удерживали Цикл на себе, проходя главный сценарий.
Ну а если человек в костюме собрался похитить Генри так же, как и Сэмми, у него будет запасной вариант того, кто продолжит сценарий, — Маргарет.
Да, осознание, что он вполне может стать следующей целью подражателя, играло на его паранойе и заставляло Генри постоянно оглядываться через плечо, ожидая нападения. Ему совсем не хотелось оставлять Маргарет одну в этом месте, да и мало ли, что сделает с ним человек в костюме. Вдруг ему захочется узнать, как устроено внеземное существо, и подражатель решит поставить парочку экспериментов над Штейном. Перспектива быть вскрытым, разобранным на части и оставить Уильямс беззащитной его совершенно не прельщала. А значит, ему следует оставаться начеку ещё больше, чем обычно.
А сама Маргарет, тем временем, изо всех сил пыталась помочь Борису сложить панно из обрывков плакатов во что-то как можно более человекоподобное. Она очень жалела, что в записях Даниэль не упоминал, как он выглядит, — тогда, может быть, она даже могла бы попросить Генри нарисовать, как хотя бы примерно выглядел Левик. Если не внешность при жизни, то что ещё может помочь Борису вспомнить? Ведь даже чтение тех самых записей ему не помогло.
Маргарет раздосадовано прилепила очередной кусок плаката на стену и со всей силы хлопнула по нему. Борис вздрогнул, и выражение его морды стало извиняющимся, будто говорящим «тебе не обязательно так стараться ради меня».
— Прости, Борис, я не хотела напугать тебя. Надеюсь, я всё-таки смогу сделать хоть что-то, — Уильямс посмотрела на следующий кусок плаката. Кажется, он когда-то был частью портрета Бенди. Интересно, все эти плакаты рисовал тоже Генри?
При мысли о рисовании в голову Маргарет пришла такая неожиданная идея, что она прямо-таки вскочила на ноги.
— Борис! А ты не пробовал рисовать?! — удивлённый волк в ответ покачал головой. — Сядь за стол, я сейчас вернусь!
Воодушевлённая своей внезапной идеей, девочка быстро прибежала в комнату, где они с Генри «ночевали».
— Мистер Штейн, вы срочно нужны! — Генри, сидящий в гамаке, поднял голову. — Вы сможете помочь Борису нарисовать Бенди в образе ковбоя?
— Думаю, это будет не очень сложно. Но зачем вам вдруг понадобился Бенди-ковбой?
— Я, эм-м-м... Потом объясню! Идёмте!
Удивлённый Генри всё-таки позволил утащить себя в главную комнату убежища, где их ждал сидящий за столом Борис. Маргарет перевернула бумажку, на которой они обычно вели счёт игр в карты, вытащила из-под стола чернильницу с кистью и поставила всё это перед волком.
— Может, попробуешь нарисовать Бенди в виде ковбоя? Как в тех записях, помнишь?
Борис, поняв, о чём она, с энтузиазмом кивнул. Он взял в руки кисточку, но затем застыл, уставившись на лист. Кажется, он не знал, с чего начинать. Волк с надеждой оглянулся на Генри.
— Смотри, лучше сначала нарисовать лошадь, — Борис состроил непонимающую морду и Штейн хлопнул себя по лбу. Очевидно, мультяшный волк не мог знать, что такое лошадь.
Аниматор подвинул лист к себе и, склонившись над столом, принялся выводить на нём аккуратные линии. И успело пройти около минуты, прежде чем он отдал рисунок Борису. Маргарет с любопытством заглянула через плечо волка, посмотреть, что же можно успеть нарисовать буквально за минуту, и удивлённо уставилась на лист бумаги. Она, конечно, не очень разбиралась в рисовании, но этот рисунок будто был идеальным. Лошадь была не сверх реалистичная, сохраняющая в себе мультяшный стиль, но при этом такой настоящей. И сам Бенди. Казалось бы, как много можно передать на лице, состоящем из пары мультяшных глаз и извечной улыбки? Но при этом в Бенди на рисунке было видно столько эмоций. Самоуверенность, гордость и радость от быстрой скачки. Динамика, кстати, тоже была передана отлично и, смотря на рисунок, правда можно было поверить, что Бенди скачет на лошади с огромной скоростью, а не просто застыл на месте.
— Ничего себе... Это просто удивительно! — воскликнула Маргарет. Она перевела взгляд на Бориса, чтобы спросить, что думает он, но обнаружила, что он так и замер, глядя на рисунок, будто вглядываясь в мельчайшие детали и пытаясь проследить линии и штрихи. В таком ступоре он просидел по меньшей мере пару минут, а затем медленно поднял голову и посмотрел на Генри. Схватив другой лист бумаги, он дрожащей рукой написал всего пять слов.
«Мой дедушка рисовал так же.»
Маргарет ахнула. Неужели он вспомнил?
— Даниэль? — неверяще спросила она. Волк обернулся и посмотрел на неё, как бы говоря «Да, это моё имя».
— Чёрт возьми... — раздалось со стороны Генри. — Я, конечно, подозревал, что что-то с этим «идеальным» Борисом не так, но... Ты правда раньше был человеком?
Даниэль (теперь это точно был он) кивнул в ответ и принялся снова писать что-то на листе.
«Я был посыльным в этой студии и немного художником. А ведь я работал за вашим столом, Генри.»
Затем Левик взглянул на Маргарет и, быстро настрочив очередное предложение, протянул лист ей.
«Спасибо тебе. Если бы не эта идея с ковбоем Бенди, я бы так ничего и не вспомнил. Ты ведь читала те записи?»
— Читала, — кивнула Уильямс. — Ещё в прошлом... эм... ещё вчера. Мне... мне жаль, что так вышло. Но я уверена, Дот выбралась живой, — девочка положила руку на плечо волка, надеясь хоть немного его подбодрить.
«Хотелось бы на это надеяться,» — написав это, Даниэль поник. Конечно же, когда он, будучи Борисом, прочитал эти записи, он понадеялся, что Дот действительно смогла сбежать. Но теперь, когда он всё отчётливо помнил, его глодало беспокойство. А что стало с его мамой? А с дедушкой? Сколько вообще он провёл в этой студии? Левик спрятал лицо в ладонях. Вдруг прошло уже настолько много времени, что его дедушка успел умереть? И мама там совсем одна. Ей нужна помощь, ей нужны были деньги, а он... а Даниэль бросил её и даже не смог вспомнить без посторонней помощи.
— Даниэль! — услышал он возглас Маргарет. — Даниэль, всё будет хорошо, правда. Я... я не знаю, что ещё сказать, но просто помни — всё наладится!
Если бы от неё потребовали быть полностью честной, Маргарет призналась бы, что сама до конца не верит в то, что сейчас говорит Левику. Да какое тут хорошо, когда они все застряли в бесконечном Цикле, который, похоже, никак не разрушить? Но ей надо было подбодрить Даниэля. Девочка примерно догадывалась, о чём он думает, и понимала, что ему сейчас приходится гораздо хуже — она попала сюда максимум недели две назад и хотя бы примерно могла представить, что происходит с дорогими ей людьми. А вот Даниэль нет — он, наверняка, даже не имел представления о том, сколько времени прошло с его превращения. Маргарет даже не знала, стоит ли говорить ему, что прошло уже двадцать пять лет. Наверняка Левику после этого станет ещё хуже.
Генри, хоть и не знающий ситуации до конца, молча похлопал Даниэля по спине. Может, после стольких повторов, ему и стало плевать на смерть Бориса, особенно зная, что его всё равно никак не спасти, но не сочувствовать парню, по всей видимости, довольно молодому, он не мог.
Потребовалось некоторое время, чтобы Даниэль смог успокоиться. Он просто не знал, что ему чувствовать. С одной стороны, хорошо, что он всё вспомнил, а с другой, теперь на него давило осознание, сколько уже успело пройти времени.
«Вы же хотите уйти отсюда, да?» — написал он на листке спустя пару минут, по-видимому, имея в виду убежище.
— Нам надо двигаться дальше, — кивнул Генри. — Мы провели тут уже несколько дней.
В ответ Даниэль, как и в прошлый раз, достал из-под стола рычаг и отдал его Штейну. Мужчина быстро приладил его на место, и дверь открылась. Маргарет выдохнула. Похоже, их передышка закончилась. Впереди ждала Алиса со своими заданиями, желающая забрать себе «идеального Бориса». Интересно, изменится ли что-то от того, что он вспомнил свою жизнь до превращения? Поможет ли это как-то избежать судьбы, которую ему уготовила Алиса? Маргарет надеялась, что да. Но в этот раз ответа не было даже у Генри.
***
По помещению Небесных игрушек разносилось немного жуткое пение, принадлежащее, несомненно, Алисе. Маргарет даже стало интересно, как она не заметила его ранее. В данный момент они с Генри вынимали части игрушек, застрявших в механизме, который двигал полки. Дальше их ожидало «знакомство» с этой самой Алисой. Уильямс поёжилась. Из всех обитателей студии Алиса, пожалуй, отталкивала её больше всего. Безумная, убившая множество беззащитных Борисов... Маргарет снова поёжилась, вспомнив ощущения, когда цепкие пальцы ангела впились в её плечи, а тихий угрожающий голос рассказывал, как заменит её мозг шестерёнками. Но вот полки сдвинулись. И впереди их ожидала тёмная комната и истошный крик «Я АНГЕЛ АЛИСА!»***
— Вы такие интересные... такие другие. Должна признать, я уже стала вашей фанаткой. А сейчас идите ко мне. Уровень девять. Просто следуйте за криками. — Как и в прошлый раз — на время заданий остаёшься в лифте, хорошо? — в ответ этим словам Генри Маргарет кивнула. Сама уже понимала, что так безопаснее. — Составишь Даниэлю компанию. Лифт остановился, довезя их до знакомого и не очень любимого уровня девять. Дверь открылась, и Генри вышел, оставив Уильямс вместе с Даниэлем. — Ну что, — произнесла Маргарет, садясь на пол лифта и протягивая Левику листы бумаги, взятые из убежища, чтобы парню было на чём писать. — Труба. Тебе на «а». Это не «Скрэббл», извини, но хоть что-то. Даниэль, кажется, улыбнулся (по мультяшной морде определить было сложно), взял лист, макнул палец в ближайшую чернильную лужу и написал слово «анимация». — Яблоко, — улыбнулась в ответ Маргарет. После всего, что произошло в убежище, да ещё и учитывая нависающую над ним угрозу в виде Алисы, было приятно видеть, что Даниэль немного расслабился и чувствовал себя спокойнее. Так они и продолжили обмениваться словами, пока, выслушав до конца длинный монолог Алисы, не вернулся Генри с разводным ключом в руках. Окинув взглядом сидящую Уильямс и пишущего что-то Даниэля, он нажал на кнопку, подписанную буквой К, и лифт тронулся. Левик закончил писать и передал листок Маргарет. Пробежавшись по нему взглядом и подумав несколько секунд, она отдала его обратно Даниэлю. — Кислород. Вам на «д», мистер Штейн, — неожиданно обратилась к Генри девочка. Штейн удивлённо посмотрел на Маргарет, но затем весело хмыкнул. — Дифтерия. Даниэлю на «я», — но показать своё слово им двоим Левик не успел, так как лифт остановился и Штейн вышел. Так что парень снова отдал листок Уильямс, на этот раз со словом «ядро». — Орден, — ответила девочка, мысленно понадеявшись, что Генри не придётся столкнуться с Чернильным Демоном. Так они с Даниэлем дальше и сидели, перекидываясь словами, начинающимися на букву, на которую заканчивалось предыдущее. Но вот, по ощущениям, прошло где-то полчаса, а Штейн всё не возвращался. Маргарет помнила, что в прошлый раз Генри вернулся достаточно быстро, да и шестерней нужно было немного — три или четыре, кажется. В любом случае, он не должен был так задержаться. Конечно, при условии, что не произошло что-то плохое. Решившись всё-таки выйти из лифта и проверить, что происходит, Маргарет поднялась с пола и нажала кнопку, открывающую дверь. — Мистера Штейна что-то долго нет. Пойду проверю, всё ли хорошо, — пояснила она, увидев как Даниэль вопросительно наклонил голову вбок. Неожиданно, но в ответ на эти слова Левик тоже встал на ноги и первым вышел из лифта. Похоже, с возвращением памяти исчезла вся боязливость Бориса. Так что вдвоём они направились вверх по лестнице, попутно внимательно осматриваясь. Маргарет даже достала стекло, но не обнаружила надписей, кроме довольно удручающего «Мы всегда падаем» на полу возле лифта. Таким образом они обошли весь этаж, но не обнаружили ни следа Генри. Точнее нет, следы были — панели с шестерёнками на их пути были вскрыты и опустошены. Но вот самого Штейна нигде видно не было. А ещё не было Чернильного Демона. Маргарет с Даниэлем проходили по уровню К достаточно долго, да и молчать Уильямс не старалась, ведя односторонний диалог с Левиком, так что, по идее, они должны были привлечь к себе хоть какое-то внимание. Однако ни разу за всё это время стены не покрылись чернильной «паутиной», не послышался стук сердца. Либо им крупнейше повезло, либо происходило что-то ну совсем уж неправильное. Не найдя ничего, что прояснило бы внезапную пропажу Генри, хмурые Маргарет и Даниэль решили вернуться в лифт, а на обратном пути ещё раз всё осмотреть. И вот, почти возле лифта, на складе с игрушками, они внезапно наткнулись на лежащие на полу шестерёнки, вытащенные из панелей, и разводной ключ. Сомнений не было — это тот же самый разводной ключ, который Штейну дала Алиса. И Уильямс не могла представить, что же могло заставить Генри бросить своё единственное, на данный момент, оружие и куда-то исчезнуть. Напрашивался вывод — его заставили. Но точно Маргарет не знала. Зато она знала, кто имеет возможность прояснить им, куда делся Генри. Но вот согласится ли на это Алиса — тот ещё вопрос. — Надо вернуться на уровень девять, — сказала Уильямс, подбирая шестерёнки и разводной ключ. — Я пойду к Алисе. Она же как-то узнаёт, когда мистер Штейн заканчивает задание, а значит, может знать что-то о его исчезновении. Ты со мной? Даниэль извиняющеся посмотрел на неё, а затем помотал головой. Маргарет понимала его — всё-таки Алиса охотилась за ним, и действительно будет лучше, если он останется в лифте. Именно поэтому, через несколько минут, Маргарет стояла перед железной дверью, ведущей в убежище Алисы, в одиночку. Невольно вспомнился момент, когда она, так же в одиночку, пришла спрашивать ангела про её превращение в мультяшку. Собравшись с духом, девочка постучала в металлическую дверь, и прошло всего несколько секунд, прежде чем она открылась. Слишком уж быстро. Как будто Алиса ожидала, что Уильямс придёт к ней. Проходя этот «морг», находящийся за дверью, Маргарет не хотела смотреть по сторонам, но интерес к возможным скрытым надписям взял верх, и, достав стекло, девочка стала осматриваться. На гробу, стоящем в углу комнаты, было написано «Сьюзи», что напоминало о музыкальном департаменте, а на стене возле трупов было написано «Они правда заслужили это?». «Не заслужили. Особенно Борисы. Да и Банда Мясников хоть и агрессивна, но всё равно не заслужила такого ужаса...» — мысленно согласилась с этой надписью Маргарет. Больше надписей не было, и Уильямс даже была этому рада, ведь больше ей не придётся смотреть на все эти трупы. Она быстро прошла по доскам к следующей, уже открывшейся, двери. И прямо за ней её ожидала Алиса, опирающаяся на пульт управления. — Я так и знала, что ты придёшь, девочка моя, — улыбнулась она при виде хмурой Маргарет. — А ты не из робких, раз нашла в себе смелость отвлечь меня. — Я хотела узнать, — Уильямс прочистила горло. — Вы ведь как-то наблюдаете за ближайшими этажами, да? Вы... вы видели, что произошло с мистером Штейном? Он внезапно куда-то пропал... И я хочу узнать, куда. Алиса рассмеялась, раздумывая, стоит ли рассказывать девочке о том, что она видела на одном из своих экранов. О том, как на Генри напал неизвестный с одним глазом, и пока Штейн защищался, сзади к нему подкрался парень и оглушил, а затем двое сообщников забрали его в место, неизвестное даже Алисе. — Ох, сложно выбрать, рассказывать, или нет. Неизвестность — худший враг, не так ли? Так что же будет, если эта неизвестность обратится против тебя, моя маленькая девочка? — Пожалуйста, расскажите! Мне правда нужно знать... — Маргарет понимала, что это провокация. Но что ей ещё оставалось делать? Сейчас она зависела от милости Алисы. — Однако... — издала смешок ангел, вдоволь насладившись реакцией Уильямс. — Пожалуй я всё же расскажу. Я сегодня в весьма хорошем расположении духа, знаешь? Считай это подарком небес, дорогуша. Рассказ Алисы вышел коротким, но всё равно оставил Маргарет в мрачном настроении. Итак, Генри похитили. Описание одного похитителя точно совпадало с Дэйвом, а вот одноглазый мужчина средних лет... Должно быть, это был человек в костюме Бенди. Унесли они его неизвестно куда, видимо, туда же, куда и Сэмми, и неизвестно, что с ним будут делать. — О, и ещё кое-что, дорогуша... — прервала раздумья девочки Алиса. — Как я погляжу, ты принесла то, что должен был принести твой спутник... Оставь всё это возле моей двери, а затем приступай к работе. Хотя мой мальчик на побегушках исчез, список небольших задачек не исчез вместе с ним. Так что мне нужен кто-то, кто выполнит их за него... Понимаешь, к чему я клоню? Ты станешь моей девочкой на побегушках, а взамен... я позволю тебе покинуть это место. Конечно же это была ложь, и Маргарет прекрасно это знала. В конце Алиса просто снова обрушит лифт. Но, опять же, есть ли у неё выбор? Кто знает, может в случае отказа Уильямс окажется новым телом на этом электрическом стуле? Да и это единственный способ продвинуться вперёд. Может, если она пойдёт дальше по сценарию, то сможет воссоединиться с Генри? — Хорошо, — кивнула Маргарет. — Я выполню твои поручения. — Славно. Знаешь, дорогуша... Тебе очень повезло. Твои шансы умереть значительно снизились, ведь Чернильный Демон — какое совпадение! тоже пропал. Вот уже несколько дней я не видела его, хотя обычно он без устали блуждает по студии, поедая неудачливых чернильных уродцев, встретившихся ему на пути. Мерзость, — скривилась ангел. — Но что-то я заболталась. Возвращайся к моей двери. У нас ещё много работы. Маргарет дважды говорить не надо было, она с радостью не стала больше общаться с Алисой. Быстро покинув её владения, она сбросила шестерёнки, найденные Генри, и разводной ключ в подобие мусорного бака, и в тот же момент из динамиков под потолком раздался голос ангела. — Видела их? Массивных Искателей! Они прямо-таки набиты жирными чернилами. Меня аж тошнит! Однако... Они идеальны для того, чтобы поддерживать себя в форме. Собираешься их ловить — будь добра научиться передвигаться тихо. Обернись-ка. У меня есть кое что, что тебе пригодится. За спиной у Маргарет повернулась та установка в форме цилиндра. Обернувшись, девочка взяла висящий там большой шприц, и легонько ткнула пальцем его иглу. Острая. Осознание, что сейчас ей надо будет со всей силы втыкать эту иглу в живых существ, было не из приятных. Но ей придётся. Придётся защищать свою жизнь от чернильных монстров, сражаться с Бандой Мясников, идти прямо в логово Прожекториста. Маргарет крепко сжала в руках шприц. Она не раскиснет. Она сделает всё, чтобы выжить, всё что угодно. Один раз она уже оставалась сама по себе, тогда, в Администрации, и тогда же она чуть не умерла. Но в этот раз она не будет такой беспечной, не будет плакать. Она обязательно выживет. — Я теперь на побегушках у Алисы вместо мистера Штейна, — пояснила Маргарет Даниэлю, когда зашла в лифт. — А ты... ты лучше оставайся в лифте. Так будет безопаснее.***
Генри пока не очнулся, так что Дэйв отошёл от его камеры и направился к Уилсону, который вот уже второй день проводил всякие тесты над тем, что осталось от Чернильного Демона. Миллер заглянул Уилсону через плечо и слегка усмехнулся. Даже не верится, что благодаря этим Сигнальным башням устрашающий и сильный Демон, который однажды чуть не придушил Дэйва, превратился в крохотную мультяшку, чьей единственной защитой был побег. Да и то сейчас было невозможно, ведь Бенди был пристёгнут ремнями к подобию операционного стола. — Дэйв, ты как раз вовремя, — заговорил Уилсон, не поднимая головы от записей экспериментов. — Алиса Ангел отправила ту девочку, Маргарет, выполнять её задания вместо Генри Штейна. Мне нужно, чтобы ты пошёл вместе с ней. — Чего?! — мягко говоря удивился такому поручению Дэйв. — Я не собираюсь с ней возиться! — Хотя Чернильный Демон у нас и более не представляет угрозы, эта девочка не опытный боец, в отличие от Генри Штейна. Она может умереть как от Искателей, так и от Прожекториста. Мы не знаем, станет ли она такой же, как Генри Штейн после своей смерти. Возможно, она умрёт навсегда, ведь её связь с Циклом и студией не так сильна. А если она умрёт, некому будет продолжать сценарий, и тогда мы окажемся в проигрыше. — Да всё равно! Раз ты такой умный, сам иди к ней. Напяль опять свой костюм, притворись Чернильным Демоном и всё такое. — Дэйв, — Уилсон наконец отвлёкся от своих записей, выпрямился и посмотрел на Миллера. — Ты ведь хочешь покинуть это место? Тогда делай, как говорю я. — Я... Чёрт! — сдался от этого аргумента парень. Он действительно сейчас зависел от Уилсона и перечить ему — только себе вредить. — Ладно. Тогда я пошёл, пока она и правда там не сдохла. Подхватив стоящий возле камеры Сэмми топор и закинув его на плечо, Дэйв покинул помещение, где обосновался Уилсон, и направился к лестнице, ведущей на уровень одиннадцать. Через какие-то там десять минут, забирая жирные чернила со второго (с трудом выловленного) Искателя, Маргарет внезапно услышала у себя за спиной знакомый насмешливый голос: — Ну что, Маргоша, как проходит твой рабский труд?
